Приват- клик по "человечку" слева от ника форумчанина. Паблик- стереть двоеточие (или символ @) ника юзера.

Автор Тема: Сахаров Василий -- Серия "Кубанская Конфедерация"  (Прочитано 1630 раз)

Оффлайн Kard

  • Утро добрым не бывает!!!
  • Модератор
  • Подполковник Гвардии
  • *

+Info

  • Репутация: 2627
  • Сообщений: 5712
  • Activity:
    51%
  • Благодарностей: +3888
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

22.

Форт Передовой. 17.01.2073.

      "Джип" мчался вдоль океана. Порывы холодного ветра проникали сквозь приоткрытое окно и на кожу попадали мелкие капельки соленой воды. Скоро поворот и блокпост, от него наша автоколонна из трех машин повернет на юг и доберется до укрепления в районе Сиерра де Мейра. Дикарей рядом быть не должно, наши разведгруппы регулярно прочесывали местность, но посматривать по сторонам надо. Впрочем, с нами Лихой. Если он почует врагов, предупредит.
      Время от времени я посматривал на сына, который хотел начать разговор, но никак не решался. Следовало его поторопить, и я спросил:
      - Так о чем ты собирался со мной поговорить?
      - Отец, я слышал, будто из Метрополии пришло указание отправить всех подростков от двенадцати до четырнадцати лет в Краснодар на обучение. Это правда?
      - Да. Только не указание, а рекомендация. И не всех подростков, а только из семей командного состава.
      - И что ты решил?
      - Отказал.
      - Но почему!?
      Сын очень хотел попасть в Краснодар, где его сразу зачислят в спецшколу, в которой обучалась будущая элита Черноморской империи, "юные симаковцы", не так давно переименованные в "имперских соколов". Наверное, насмотрелся видео, которое привозили нам из Метрополии, и потому завелся. Его манила столица. Как и многих других молодых людей ее далекий свет привлекал Игоря, и в этом нет ничего удивительного. Я тоже когда-то мечтал покинуть затерянную в лесах деревушку, и моя мечта осуществилась, а сын похож на меня. Вот только стартовые условия у нас разные. Мне терять было нечего, в случае гибели плакать было некому, а он наследник крупного графства, с отличными перспективами развития, и мне не хотелось его отпускать. Лучше уж сам буду его обучать и готовить, а доверять имперским учителям, которых я не состоянии контролировать, не хотелось. Вот не лежит к этому душа и все тут. А еще есть один немаловажный момент - контроль. Через сына могут надавить на меня. Ведь я хоть и не самостийник, а верный слуга императора, но на все происходящее имею собственное мнение, которое может не совпадать с доктриной государства.
      Таковы мои резоны, но сыну об этом напрямую говорить нельзя. Особенно при свидетелях в лице моего постоянного водителя Вани Шарова. Он свой в доску и я знаю его еще со времен службы в Четвертой гвардейской бригаде. Однако мне известно, что "верный друг и товарищ" время от времени отправляет в столицу секретные донесения. Проще говоря, постукивает на своего командира. И я мог бы его легко убрать, отодвинуть от себя подальше. Да только смысла нет. Уберешь одного, подведут другого, а этого я хотя бы знаю. Поэтому говорить надо то, что можно сказать Илье и что не будет истолковано в столице как измена.
      - Ты нужен мне здесь.
      - Да я ведь ничем серьезным не занимаюсь. Школа и дом, занятия с дружинниками и опять школа.
      - Это пока. Потерпи немного, скоро приставлю тебя к делу.
      - Ты серьезно?
      - Я похож на шутника?
      - Нет.
      - Тогда учись и готовься. У нас каждый человек на счету и разбрасываться молодыми кадрами, которые могут после отправки в Метрополию не вернуться обратно, нельзя.
      - Ясно. А что ты мне поручишь?
      - Для начала соберешь группу из ровесников, пройдешь через тренировочный лагерь, сдашь экзамены, и от этого будет зависеть, чем вы займетесь.
      - Хорошо, отец, как скажешь.
      "Надо будет сказать Марьяне, чтобы тоже поговорила с сыном", - подумал я и в этот момент мы подъехали к блокпосту.
      На перекрестке дорог, отгородившись от возможной угрозы высокими бетонными блоками, на холме находился дот. В карауле пять человек с одним автомобилем. На вооружении два пулемета, станковый ДШК и ручной ПКМ, снайперская винтовка, автоматы и гранаты. В общем, стандартная укрепленная огневая точка, которая прикрывает дорогу, промежуточное звено между фортом и окрестными острогами, поселениями и временными базами поисковиков, а заодно ведет наблюдение за океаном. Мы собирались проскочить мимо, но один из местных бойцов, выскочив за стены, привлекая внимание, стал махать рукой.
      - Чего это он? - пробурчал водитель. - Мог бы по рации сообщить, чего хочет. Молодой, наверное, или рация накрылась.
      - Притормози возле блокпоста, - приказал я.
      Водитель кивнул и по автомобильной радиостанции связался с машинами сопровождения. Автоколонна свернула с основной дороги к блокпосту и остановилась.
      Я вышел из "джипа". Лихой по-прежнему спокоен - беды нет. Пес выскочил следом, а за ним с автоматом наперевес настороженный Игорь.
      - Командир, - боец, судя по нашивкам, сержант, подбежал ко мне и вытянулся по стойке "смирно", - разрешите доложить?
      - Докладывай, - я кивнул.
      - Сержант Малышев, пятый блокпост. У нас рация сломалась, связи нет.
      - И поэтому ты решил нас остановить?
      - Никак нет. В море замечена лодка, ее несло к берегу, и она должна была оказаться на пляже в паре километров от нас. Согласно инструкции, обязан сообщить об этом незамедлительно, но связь...
      - Понятно. Когда заметили лодку?
      - Сорок минут назад.
      - Люди?
      - Возможно. Что-то видели, но без подробностей, шторм помешал. Может быть, это и не человек, а мачта.
      - Сигналы с лодки подавались?
      - Никак нет.
      - Твои действия?
      - Выслал к берегу двух бойцов, рядового Ефимова и ефрейтора Панченко. Решил ждать вашего появления, мне еще вчера сообщили, что пройдет автоколонна. Только я не знал, что это будете вы, командир.
      - Правильно поступил, - я обернулся водителю, который наблюдал за нами. - Все слышал?
      - Так точно.
      - Сообщи в Передовой, пусть пришлют усиление и медика.
      - Есть!
      Водитель начал вызывать форт, а я хлопнул сержанта по плечу:
      - Веди на пляж, посмотрим, что там за лодка.
      Половина охранников осталась на месте, а остальные воины и мы с сыном двинулись за сержантом. Лихой убежал вперед.
      Спустя пятнадцать минут оказались на пляже. Шторм немного стих, волнение моря три-четыре балла, а вот ветер все еще сильный и он продолжал нести на сушу морские капли. Хотя это терпимо.
      Осмотревшись, никого не обнаружили. Людей и лодки нет, моего пса тоже.
      "Лихой", - я позвал разумного пса.
      "Здесь", - от него пришел мыслеобраз и я сразу сориентировался.
      Большая пластиковая лодка находилась не так уж и далеко, метрах в пятистах, за нагромождениями мусора из выброшенных на берег деревьев и водорослей. Солдаты с блокпоста находились там же, и вытаскивали на берег людей. Одного, второго, третьего... Все мужчины в камуфляже. Что характерно, камуфляж наш, армейский пиксель.
      "Неужели посланная во Францию разведка нашлась?" - промелькнула у меня мысль, и я указал воинам направление.
      Я не ошибся. В лодке, действительно, находились наши разведчики, шестеро из пятнадцати. Трое мертвы, погибли от истощения и переохлаждения, а трое выжили и один из них, хорошо знакомый мне отставник имперского десанта Тимофей Чуров, позывной - Жила, даже был в состоянии самостоятельно передвигаться и отвечать на вопросы.
      Откладывать разговор с Чуровым не стал. Все равно не найду себе места, пока не узнаю, каковы результаты разведывательного рейда. Так что приказал воинам оттащить выживших в блокпост, напоить чаем, отогреть и оказать первую медицинскую помощь, а сам вместе с Жилой, в сопровождении Лихого и сына, отошел от берега в рощицу, где охранники уже развели костер.
      Чуров присел возле костра и протянул к огню жилистые бледные ладони. Я его не торопил, разместился напротив, закурил и посмотрел на воина. Он почувствовал взгляд и поднял голову, а затем тяжело вздохнул и сказал:
      - Плохо мы сходили, Мечник.
      - Это я уже понял. Давай подробности, выжимку, самое основное.
      - Понял, - он зябко поежился и начал рассказ: - "Ветрогон" высадил нас в районе Ла-Рошели, и мы двинулись в сторону Пуатье. Прошли через развалины Ньора. Никого не встретили и малость расслабились. Сами виноваты. Решили отдохнуть день перед броском вперед и на нас налетели "беспределы". Отбились. Однако потеряли двоих и трое получили ранения. Тогда же и рацию потеряли. Решили возвращаться, да не вышло. Нас погнали, словно дичь. Как тогда на Донбассе. Помнишь?
      - Забудешь такое...
      - Чтобы спастись пришлось уходить от моря. Раненые остались прикрывать и погибли. Мы оторвались от дикарей и напоролись на сектантов. Они были вместе с каннибалами, обучали молодняк стрельбе из автоматов. Оружие европейское, его много. Боеприпасы старые, частые осечки. Артиллерию не видели.
      - Какой именно клан обучал дикарей?
      - Синие Углы.
      - Точно?
      - Без сомнений. Татуировки клана разглядели, а потом еще и пленника захватили. Зря, наверное... Информацию добыли, но на поиски пропавшего соклановца сектанты подняли всех, кого только можно. Пленника после допроса пришлось убить и драпать. До Бискайского залива добежали без потерь и лодку нашли почти сразу, а тут погоня нарисовалась. Кинули жребий, кто останется отвлекать врага. Мне повезло. Ушли в море, поплыли вдоль береговой черты, на ночь высаживались на сушу. А потом шторм...
      - Что сказал пленный сектант?
      - Он сообщил, что после ухода сатанистов с территории Украины, они через Польшу двинулись в Европу. Синие Углы в авангарде. Старейшины смогли найти с каннибалами общий язык, и намерены основать свою основную базу в районе Дижона. Женщины и дети подходят к нему. Про нас они знают, и кто такой Александр Мечников не забыли. Для чего тренировали дикарей пленник не в курсе, но, скорее всего, будет создан ударный кулак, который начнет окончательную зачистку сохранивших цивилизацию европейских анклавов, а потом они набросятся на нас.
      - Как думаешь, сколько времени у нас в запасе?
      Жила, который получил этот позывной за нечеловеческую выносливость от слова двужильный, пожал плечами и пошатнулся:
      - Год... Вряд ли больше...
      Разговаривать с ним дальше не стоило. Даже он ослаб и ему требовался отдых. Поэтому я велел охранникам отнести засыпающего Чурова в тепло, а сам остался на некоторое время у костра.
      В голове сотни мыслей и главная - не подвело меня чутье, когда я подумал, что надвигаются проблемы, и появление сатанистов, которые объединяют дикарей, одна из них.
      - Отец, а что теперь будет? - прерывая мои раздумья, спросил Игорь.
      - Война, сын. Очередная битва не на жизнь, а на смерть.
      - А ты расскажешь мне про сатанистов?
      - Обязательно. Пойдем обратно, по пути поговорим...
      В тот день до пограничного укрепрайона мы так и не доехали. Вернулись в Передовой, и я собрал экстренное совещание командного состава нашей колонии, на котором были приняты некоторые решения. В частности, помимо того, что отправили доклад в Метрополию и оповестили о возможной угрозе союзников, было сформировано посольство к баскам. Они хоть и сидят в самоизоляции, а мимо них дикари и сатанисты не проскочат. Если надумают прийти за нашими головами, сначала столкнутся с ними. Ну а в остальном решения стандартные - усилить военную группировку и направить во Францию новую разведгруппу.
      Расходились поздним вечером, и дома я был встречен семьей. Жены и дети были рады тому, что в этот день я вернулся раньше обычного, а рядом с ними крутились молодые разумные псы, потомки Лихого и Умного. Кстати, их в нашей семье уже полтора десятка и пора отдавать молодых псов в другие семьи. Старшие со мной, а их потомки как соглядатаи среди моих соратников. Все по примеру Симаковых, которые таким образом отслеживают действия своих сановников и генералов.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

Форт Передовой. 25.03.2073.

      Может показаться странным, но, получив предупреждение о потенциальной угрозе, баски, наши соседи, от нее отмахнулись. Они не видели принципиальной разницы между ордами полоумных каннибалов и расчетливых сатанистов. Наивные глупцы, которые тоже расслабились. Наверное, подумали, что оборона выдержит, и они смогут перемолоть любого противника, который к ним сунется. Следовательно, помощь им не нужна и протянутая нами рука дружбы была пренебрежительно отвергнута. После чего мои послы вернулись в Передовой не солоно хлебавши.
      "Ну и пусть. Ну и ладно. Не очень-то и хотелось". - Такие мысли крутились в моей голове, а на душе было неспокойно, и я стягивал в кулак силы, продолжал копить ресурсы и подгонял ремонтные бригады, которые занимались восстановлением, починкой и обслуживанием древней техники. Все мои действия приносили результат и к началу весны численность дружины, с учетом наемников колониальной пехоты, бойцами вассалов и готовыми выступить на защиту Передового повольниками, перевалила за тысячу стволов. Больше воинов взять негде. Только если отправить морской караван на Балтику или в Средиземное море. Однако на вербовку новых бойцов попросту не было средств. Даже с учетом прибыли от компании "Мечников и сыновья" (чайные плантации, транспортные услуги и ремонт старой техники в Черноморской империи) казна пуста и у меня даже появился долг перед рабочими. Давно такого не было и, переступив через гордость, я был вынужден попросить беспроцентный кредит у своего непосредственного начальника министра Имперских Колоний генерал-лейтенанта графа Еременко.
      Разумеется, я ждал помощи и поддержки. Тем более что Еременко получил доклад о появлении сатанистов и не мог не понимать, насколько сильна угроза с их стороны для испанских колоний. Однако меня жестко обломали. В один самый обычный день я появился в нашем радиоцентре и у меня с генералом состоялся неприятный разговор.
      - Здравствуй, Саня, - услышал я в наушниках голос Еременко, который находился в имперской столице.
      - Приветствую, Сергей Иванович. Чем порадуете? Что насчет моего запроса по кредиту?
      - Говорить буду прямо, Мечник. Порадовать тебя нечем. Кредита не получишь. И это только первая плохая новость.
      - В чем причина отказа?
      - Империя пересматривает бюджет и оптимизирует расходы. Поддерживать колонии не рентабельно. Приоритет - восстановление промышленности в самой империи.
      - Вот, значит, как... Иваныч, и вы не смогли ничего сделать?
      - Нет, не смог. С недавних пор при императорском дворе к моему мнению не прислушиваются. Я попытался получить аудиенцию у государя, но не смог.
      - Вы же министр колоний. Как так-то?
      - А вот так, Саня. "Старая гвардия" уже не в чести.
      "Мавр сделал свое дело - мавр может уходить", - промелькнула ассоциация, и я задал генералу новый вопрос:
      - А вторая плохая новость?
      - Министерству Имперских Колоний тоже сокращают бюджет и твои воины, которые числились в штате Отдела Дальней Разведке Госбезопасности, а затем перешли в мое подчинение, увольняются со службы или выводятся за штат. Срок на ликвидацию отдела дальней разведки - два месяца. И в дальнейшем моему министерству запрещено иметь собственные вооруженные формирования.
      Это был настолько неожиданный удар под дых, что я даже растерялся. Что за чушь? У меня больше четырехсот человек на двойном жалованье. Люди к этому привыкли, а теперь, выходит, конец? Да что же это такое происходит в империи?
      - Саня, ты еще на связи? - прервал мои размышления Еременко.
      - Да, Иваныч.
      - В общем, лафа кончилась. Выкручивайся самостоятельно. Продажу трофеев никто не отменял, и ставки не меняются. Хотя и тут засада.
      - Поясни.
      - Государство готово и дальше скупать то, что ты добудешь и отремонтируешь. Приоритет, как обычно, морские суда, техника и заводское оборудование. Только делаться это будет два раза в год, весной и осенью. С караваном из Метрополии каждый раз будет прибывать специальная комиссия, которая все оценит и выкупит. По словам чиновников из Министерства Финансов, с которыми я имел беседу, это исключит кумовство и коррупцию на местах, а так же повысит качество предлагаемых вами трофеев и товаров.
      - Выходит, Семенов теперь не имеет право скупать трофеи?
      - Верно.
      - А снабжение от Министерства?
      - В этот раз самый минимум: продовольствие, медикаменты, боеприпасы и несколько радиостанций. Дальше, наверное, еще хуже. По сути, на мне останется только координация имперских сил с колониями и контроль.
      - А что насчет сатанистов?
      - Где Франция, а где Черное море, Саня? Такая далекая угроза здесь никого не беспокоит.
      - По остальным направлениям нашей разведывательной деятельности, насколько я понимаю, тоже самое?
      - Верно.
      - Семенов уже в курсе?
      - Только если по своим каналам, через семью. С ним я пока не говорил.
      - Как-то это все неожиданно.
      - Саня, я тоже удивлен. Еще три месяца назад все было в порядке, я лично беседовал с императором. Даже намека на такую подставу не прозвучало. Наоборот, планировалось расширяться. А теперь звучат совсем другие речи.
      Основное было сказано. Дальше только уточняли детали, и радиоцентр я покинул в расстроенных чувствах. После чего хотел сразу собрать совет высшего командного состава и управленцев, но решил не торопиться и хорошенько все обдумать.
      Взяв машину, в одиночку, прихватив только Лихого, я покинул Передовой и выехал на берег моря за пределами городских руин. Здесь проветрился, прогулялся и постарался раскидать всю имеющуюся информацию по полочкам.
      Есть я, граф молодой империи и колонизатор. Есть император, его сановники, куча генералов и чиновников, а так же олигархи. Есть Министерство Имперских Колоний, которое до недавнего времени было востребовано, а сейчас резко теряет свои позиции в столице. В связи с чем делаем вывод - мои проблемы Метрополию не заботят. За Гибралтар в столице еще могут побороться, все-таки ключевая точка на политической и географической карте мира, а Передовой предоставлен сам себе.
      Что дальше? Придется выживать самостоятельно. Находясь в радиоцентре, где есть посторонние уши, генерал Еременко не мог сказать всего и дать подробный расклад о том, что происходит в Метрополии. Но голова человеку не токмо шапку носить и я понимал, что есть сила, которая вмешалась в наши дела. Именно эта сила каким-то образом повлияла на решения императора и правительства, в результате чего проводятся кадровые сокращения в Министерстве Имперских Колоний, и прекращается поддержка колоний.
      Теперь главное - не пороть горячку и не позволять себе раскиснуть. Дашь слабину - люди начнут разбегаться, может к Каре или к Семенову, а то и вовсе вернутся на родину. Так нельзя. Я не могу позволить себе терять специалистов, особенно технарей, ибо в отделе дальней разведки ГБ числились не только вояки и разведчики, но и ремонтники, и связисты, и медики. При любом раскладе они должны исправно получать двойное жалованье. Вот только деньги... Где взять гроши? Вопрос крайне серьезный. Может быть, обратиться непосредственно к Семенову и получить кредит от его семьи? Или к Бурову, который по-прежнему ведет дела с мятежными кубанскими олигархами и динамично развивается? Или...
      Я никогда не был серьезным аналитиком, хоть и не дурак. Но в этот момент в голове выстроилась схема того, что будет происходить в империи дальше, и мне это видение возможного будущего не понравилось. После чего в памяти всплыл сюжет из какой-то древней книги. Там один доблестный военачальник пришел к власти и стал королем. Он вознаградил своих соратников и в стране воцарился мир. А затем король вырастил молодое поколение воинов, которые не помнили его равным среди равных, обычным генералом, и зачистил всех, кто сажал его на престол. Наша ситуация от сюжета той книги отличается мелочами и подобный расклад исключать нельзя. Что если нас сливают и когда начнется зачистка непокорных олигархов мы попадем под одну гребенку?
      - Нет, так не может быть, - пнув камень, который улетел в сторону моря, сказал я сам себе и отправился домой.
      Вечером, утомленный сексом с женой, я лежал на кровати, смотрел на Марьяну и не видел ее. Мыслями я был далеко и любимая женщина, конечно же, это заметила.
      - В чем дело, Саша? - положив голову мне на грудь, спросила она. - Это как-то связано с тем, о чем ты говорил с Еременко.
      Я не хотел объяснений, думал отсрочить их на пару дней, чтобы окончательно определиться с дальнейшими действиями и расставить приоритеты. Однако даже я не железный. Была потребность разделить тяжкий груз с близким человеком, и я рассказал Марьяне все, что знал и о чем только догадывался.
      - А ведь ты прав, Саша, - сказала жена, когда я замолчал.
      - В чем именно?
      - "Старую гвардию" будут сливать.
      - Торопиться с такими выводами не надо. Пока это только мои догадки, которые основаны на взгляде издалека.
      - Вот именно, что издалека. Находясь в гуще событий проблему увидеть сложнее, а со стороны она рисуется более четко.
      - Допустим, что самые паршивые предположения подтвердятся. Как нам поступить?
      - А наш дом где, здесь или в Метрополии?
      - Здесь.
      - От этого и отталкиваемся. Время в запасе имеется, год или два, многое можно успеть. Для начала следует избавиться от всего, что у нас есть в Метрополии, и вытащить наших людей, кто готов навсегда перебраться в Передовой. Это даст деньги и увеличит количество населения в твоих владениях. А дальше видно будет.
      - Не стоит торопиться, - прижимая горячее тело женщины, отозвался я.
      - Как скажешь, - покорно согласилась она.
      Сколько бы я ни таился, но настал срок, когда пришлось объявить соратникам, что вскоре они покинут имперскую службу. Честно говоря, ожидал, что большинство начнет возмущаться. Но я оказался не прав. Находясь вдали от Метрополии люди быстро обжились на новом месте. Как и я, они привыкли считать Передовой своим домом, и при условии дальнейшей выплаты двойного жалованья (некоторые согласились на полуторное) колонисты были готовы служить мне, как и прежде. Хотя, конечно, нашлись и такие, кто после расторжения контракта с Министерством Имперских Колоний собирался при первой же возможности незамедлительно вернуться на родину. Только было таких меньше тридцати человек, и до прихода транспортного каравана из Метрополии я надеялся их переубедить.
      На время все затихло. Колонисты согласились подождать пару-тройку месяцев с выплатой жалованья. Конечно же, с условием снабжения семей продовольствием и всем необходимым. За этот срок мне предстояло как-то наполнить пустую казну, и я обратился к лидерам других колоний. Сначала к Семенову и он отказал. Мотивация простая - друг мой, Саня, самому бы выжить и базу в Гибралтаре удержать, так что на помощь не рассчитывай. Следующим был Буров, который, услышав о появлении в Европе своих старых недругов сатанистов, серьезно забеспокоился, и он согласился помочь. Что характерно, по-родственному, под щадящий процент, триста тысяч монет на год. Передача денег в конце мая на ВМБ "Гибралтар".
      Делать нечего, я согласился и прикинул, что могу предложить приемной комиссии, которая сможет выкупить у меня трофеи. Лично прошелся по своим складам и пришел к выводу, что все равно не смогу выкрутиться. Есть корабли, оборудование, танки, бронемашины, артиллерия и автомобили. Все это любая комиссия возьмет и заплатит приличные деньги. Но это мои орудия производства, мой щит и меч, мой вклад в будущее детей и развитие колонии. Я не мог позволить себе отдавать танки и пушки, не говоря уже о кораблях, империи, особенно в тот момент, когда назревает очередная война. И я не хотел продавать компанию "Мечников и сыновья", в которую вложил слишком много сил и средств. А значит, необходим новый морской поход, который до прихода из Метрополии каравана даст мне добычу и принесет прибыль.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

Бристоль. 15.04.2073.

      Вариантов, кого атаковать и ограбить, было не так уж и много, ибо "хлебных" мест на карте мира в последнее время поубавилось. Северная Америка (независимые общины, Спрингфилд и Дети Океана) далеко. На Балтике скандинавы, москвичи и Калининград - тоже не близко, а еще они вроде как союзники и в нейтралитете. Немцы в Ирландии хоть и заявляют о дружбе, но постоянно начеку, никому не доверяют и у них много крупных стволов. На север к Вагрину сунется только сумасшедший. Сицилийцы и алжирцы нищие, с них взять нечего, а "робин гуды" вроде меня, как известно, бедных не грабят. Колонии Адриатического моря, которые подминает под себя ставший тамошним корольком мой старый приятель Бранко, тоже не богатые, а Средиземноморский Альянс мне не по зубам. Поэтому долго ломать голову не пришлось, и я решил, что жертвой станет наш давний недруг герцог Бирмингемский Магомед. Он относительно недалеко, очень богат и активно восстанавливает флот. Как правило, это бывшие рыболовные сейнеры и траулеры, а так же патрульные корабли береговой охраны ВМС Великобритании. А помимо того у него в рабстве десятки тысяч белых людей, среди которых можно выбрать самых крепких и здоровых для переселения в Передовой.
      К черту договора и пакты о ненападении. Я с самого начала знал, что мир между нами не вечен и придется нанести удар первым. Повод придумать легко - взять хоть угнетение белокожих. Так что угрызения совести меня не мучили, и не было никаких душевных терзаний. Есть цель - работаем, бьем в полную силу и проводим победоносную военную кампанию. После чего захватываем трофеи, которые при удачном стечении обстоятельств, если мы успеем захватить главные богатства британских мавров, покроют все наши расходы и, возможно, мне не придется залезать в долг к тестю.
      Итак, нападение должно быть неожиданным, в самое сердце, то есть по столице Бирмингемского герцогства. Подробные карты вражеской территории имелись, и следовало определиться с местом высадки нашего десанта. На восточном побережье Британии мавры контролировали три основных точки: Кингстон-апон-Халл, Скарборо и Ньюкасл-апон-Тайн. На западе морской форпост в районе Ливерпуля. А на юго-западе порты Ньюпорта и Бристоля, который находился всего в ста двадцати пяти километрах от Бирмингема и был связан с ним более-менее приличной дорогой. Если где и высаживаться, то именно там. Вот только хватит ли мне сил, чтобы уничтожить целое государство? Я задумался над этим и пришел к логичному выводу, что необходимо звать на помощь другие колонии.
      Как ни крути, а для перевозки десанта и техники в Британию мне не хватало транспортных морских единиц. Большие десантные корабли у Семенова, а у нас с Карой в основном сухогрузы, нефтеналивные суда и боевые корабли. Так что без него сложно, и я переговорил с комендантом "Гибралтара" по радио. Он согласился, но захотел, чтобы к нам присоединился Буров. Следующие переговоры с Карой и тесть с предложением пограбить соседей, разумеется, согласился. Когда это он от такого отказывался? Тем более что у Магомеда есть восстановленная техника и корабли, которые нам пригодятся при любом раскладе.
      Сборы были недолгими. Буров отправился в Гибралтар, а уже оттуда эскадра союзников двинулась в Передовой.
      Состав флота впечатлял. Семенов выставил два больших десантных корабля и переоборудованный в танко-десантный транспорт сухогруз. От Бурова корвет типа "Джебель Шенуа", который на данный момент носил звучное имя "Гроза морей", и транспортное судно. От меня "Ветрогон", "Ловкий" и вооруженный сухогруз. Итого: восемь кораблей.
      С наземными силами тоже не оплошали. Семенов дал две роты морской пехоты, роту вольных стрелков (попросту добровольцев, которые рвались пограбить мавров), батарею минометов и несколько грузовиков. Буров батальон своих головорезов без тяжелого вооружения и два взвода профессиональных диверсантов. Основные штурмовые силы, конечно же, мои. Это два батальона бойцов, три танка "Леопард 2", десять БМП "Пума", пять БМП "Мардер", пять бронеавтомобилей "Динго", четыре военных автомобиля "Wolf", пять грузовиков для перевозки личного состава и боеприпасов, шесть гаубиц калибром 155 мм с тягачами и десять минометов. Плюс двойной боезапас.
      Следующий вопрос - дележ добычи. Может быть и неправильно делить шкуру не убитого медведя, но порядок должен быть, и после часового спора сошлись на том, что мне сорок пять процентов, Семенову тридцать и двадцать пять Бурову.
      На погрузку бойцов и техники требовалось двадцать часов. Портовые бригады пахали в круглосуточном режиме, а воины прощались с семьями, посещали храмы или просто бухали. Все, как обычно. Ну а мне пришлось выслушивать наставления Кары.
      - Я же говорил, что рано или поздно начальники тебя кинут, - заявил он, когда мы остались наедине в моем кабинете.
      - Говорил, - согласился я и поинтересовался: - А ты уже в курсе?
      - Конечно, - усмехнулся он. - Даже раньше твоего Еременко обо всем узнал.
      - И промолчал?
      - Подумал, что не стоит волну поднимать. Все равно тебе обо всем сообщили.
      - Так, может, ты знаешь, в чем истинная причина такого поворота событий?
      Кара покосился на Лихого, который лежал возле дверей, и кивнул:
      - Знаю.
      - Поделись.
      - В столице набирает силу молодняк, все эти "юные симаковцы", "имперские соколы", так их и разэдак. Они воду мутят.
      - Это понятно, - я поморщился. - Но что они говорят императору?
      - А говорят они, Саня, что больно много воли вы себе с Семеновым взяли, да и я заодно с вами. Сами воюете и богатеете, налоги не платите и сманиваете из Метрополии людей, ведете самостоятельные переговоры с другими государствами и имеете собственные вооруженные силы, флот и казну. Того и гляди банки-казначейства откроете, монету с банкнотами печатать начнете, а потом вообще отделитесь от империи.
      - Да я же ничего такого...
      - Неважно, - перебил меня тесть и рубанул воздух своей единственной рукой. - Плевать в столице хотели, что вы с Семеновым вернейшие слуги императора. Важно, что ему в уши нашептывают. И если поначалу, как говорят мои источники, он слушал речи молодых советников с равнодушием, сейчас многое иначе. Так что держись, Саня, и готовься к новым проблемам. Это только начало.
      - Да куда уж дальше? Что еще?
      - Ты меня слушаешь или нет? Ты не платишь налоги. Вот и зацепка. Через годик, если не раньше, жди в гости налоговых инспекторов, которые приедут и опишут все твое имущество. Затем снова попытаются твой молодняк в столицу вытащить. Только будет это уже не рекомендация, а приказ. Ты понял, ради чего это?
      - Заложники?
      - Так точно.
      - Как-то это все неправильно, не по чести.
      - Ты про честь решил вспомнить, Саня? А когда Симаковы аннексировали лучшие районы Донского царства, по чести было? Когда на Кавказ полезли и помимо персов всех несогласных горцев мочили, по чести? Или может напомнить, как ты и подобные тебе служаки ликвидировали конкурентов будущего императора? Запомни, Сашка, и детям своим передай, если я не успею, любое государство похоже на ОПГ (организованную преступную группу). Особенно если во главе государства единоличный авторитарный политик со своим собственным кланом. Это факт и не пытайся со мной спорить.
      - А я и не буду спорить. Лучше подскажи, как поступить.
      - Мы, ты и я, а так же Семенов, в одной лодке. Но ситуацию воспринимаем по-разному. В "Гибралтаре" треть колонистов и половина войск напрямую подчиняются Метрополии, а еще у Семенова на родине большая семья, через которую на него можно надавить. Значит, он бунтовать не станет. А вот мы с тобой можем...
      - Я не собираюсь поднимать мятеж и отделяться от империи, - теперь уже я перебил Бурова.
      - Не о том речь. Отделяться не надо. А отстаивать свои права и обозначать собственную позицию придется. Или ты согласен отдать своего сына, моего старшего внука, в заложники и платить налоги, которые с каждым годом будут увеличиваться?
      - Нет.
      - Тогда давай думать, как тебе и мне хорошо сделать. Давай поразмыслим, как проскочить между теми, кто захочет вытянуть из нас накопленное непомерным трудом, нажитое своим горбом. Как ты к такой постановке вопроса относишься.
      Я колебался недолго и кивнул:
      - Согласен.
      - Отлично, Саня. В таком случае после похода обсудим сложившуюся ситуацию более подробно и подумаем, что можно сделать.
      Буров меня оставил, а я снова долго думал о будущем. Неужели Кара прав? Скорее всего, так и будет. Нашу колониальную вольницу при любом раскладе должны были ограничить и такой момент настал. Но зачем же делать это так резко и грубо? В столице могли бы дать нам еще пару годков на развитие. Так что зря император и его советники поступают подобным образом. Очень зря. Ведь мы не враги, а угрозу со стороны Средиземноморского Альянса, пусть даже между нами и мир, никто не отменял. И если раньше я был готов порвать за нашу империю любого врага, пролить кровь и рискнуть жизнью, сейчас все меняется. И в следующий раз, когда наши услуги понадобятся далекой родине, надо крепко подумать, стоит напрягаться или лучше постоять в сторонке.
      Ну да ладно, всему свое время. Когда начнут всерьез прижимать, тогда и посмотрим, кто и кому больше нужен. Мы империи или империя нам. Кара что-то задумал, наверняка, не сам, а с подачи олигархов, которые продолжали его поддерживать и спонсировать. Да и Семенов не так прост, как кажется, наверняка, тоже что-то себе кумекает. А я их послушаю, прикину все риски и выберу наилучший вариант...
      Наконец, объединенная эскадра покинула Передовой. Мы выскочили в океан, подкрались к берегам Британии, и операция пошла, как по маслу. На сушу высадились разведчики и восемь разумных псов, дети Умного и Лихого. Наши воины без особого труда сняли вражеских наблюдателей и захватили порт Ньюпорта. Что сразу вызвало интерес, кораблей не было, и охраняли порт ополченцы, всего один взвод. То же самое в Бристоле, который стал нашей временной базой. Странно это и пока производилась высадка десанта, я лично допросил пленных.
      Мавры не упирались и рассказали все, о чем знали или только догадывались. Однако полезной информации было немного. Месяц назад в Ньюпорте находился сейнер и бронекатер, а в Бристоле стояли три хорошо вооруженных патрульных судна. Порт восстанавливался силами рабов, и в гарнизоне каждого порта находилось по две роты регулярной армии с бронетранспортером и минометами. Ничто не предвещало перемен, пока из Бирмингема не поступил срочный приказ, о содержании которого знали только командиры подразделений и кораблей. После чего суда покинули юго-западные гавани, и ушли в неизвестном направлении, а регулярную пехоту сменили ополченцы. Куда двинулись корабли не ясно, а пехота неаправилась к Бирмингему.
      С чем связана такая срочная передислокация боевых единиц гадать бессмысленно. Видимо, у мавров появился какой-то враг, помимо нас. Может они все-таки готовят нападение на германский анклав? Тогда их суда и большая часть воинов в Ливерпуле. А если нет, кто тогда стал противником герцога Магомеда? Плевать! Главное - мы благополучно высадились на берег, потерь нет и до вражеской столицы с учетом плохих дорог и блокпостов, которые придется разрушать, всего сутки марша.
      Ночь пролетела незаметно, и наступил хмурый британский рассвет. На выезде из порта выстроилась механизированная колонна, во главе которой находились бронетранспортеры, и командиры ждали моей команды. Они смотрели на меня, а я прислушался к своему шестому чувству и, пока еще не понимая, что на самом деле происходит в Британии, сам для себя определился, что это будет самая удачная операция в моей пиратской карьере.
      - Вперед!
      Я взмахнул рукой, радисты сообщили авангарду о начале движения и, оставив за спиной порт Бристоля и охранные подразделения, механизированное войско направилось к Бирмингему.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
  Обновление ККФ, 27.01.18.


You are not allowed to view links. Register or Login
 


Бирмингем. 17.04.2073.

      Каждый должен заниматься своим делом. Это аксиома, которую я хорошо усвоил. Поэтому, несмотря на желание лично поучаствовать в штурме вражеской столицы, вместе с Буровым и Семеновым оставался в стороне.
      Наш КП находился на холме в паре километров от стен Бирмингема. Хотя какой это Бирмингем? Скорее, Новый Бирмингем, новострой вдалеке от загаженных и отравленных химией старых городских руин. Есть рвы и ряды колючей проволоки, ловушки и мины, а за ними оборонительный периметр из старых бетонных блоков и позиции минометных батарей. Орешек, конечно, крепкий. Так что, окажись на нашем месте воины независимых от мавров британских общин, скорее всего, они умылись бы кровью и отступили. Но мы не они. Войско пиренейских колоний Черноморской империи в основе состояло из ветеранов. Кроме того, мы имели артиллерийскую поддержку и бронетехнику. А самое главное - мавры были ослаблены борьбой с другим противником и наиболее боеспособные подразделения бирмингемского герцога в это самое время вели сражение за Кингстон-апон-Халл с балтийцами.
      Да-да, все верно, именно с балтийцами: бойцами Московского диктата, Калининградской республики, дружинами скандинавских ярлов и польскими добровольцами.
      Разумеется, я знал, что в пределах Балтийского моря воцарился временный мир, и для совместного похода собираются отряды. Но из-за недостатка информации даже не мог предположить, что они собрались в Британию. Следовательно, никак не связывал отсутствие войск и кораблей мавров в юго-западных портах с балтийцами. Признаю - я их недооценил и в дальнейшем этот фактор придется учитывать.
      После того как мы разрушили очередной блокпост на пути к Бирмингему, разведка захватила офицера из элитного батальона "Черный Лев". Он прояснил обстановку, и нарисовалась следующая картина.
      Пять недель назад патрульный корабль мавров заметил невдалеке от британских берегов корабль скандинавов, самый обычный драккар с сотней головорезов на борту. Викинги попытались обстрелять негров из автоматического оружия, но у мавров калибры оказались крупнее. Драккар северян был потоплен, а выжившие северяне попали в рабство и сообщили о скором нападении балтийцев на Кингстон-апон-Халл, который являлся основной военно-морской базой Бирмингема.
      Герцог Магомед пленникам поверил и стал действовать. На западное побережье перебросили самые боеспособные подразделения, бронетехнику и артиллерию, а корабли, которые не могли принять бой с более сильным флотом балтийцев, вышли в море и скрылись в неизвестном направлении.
      Пленные викинги, которые сами виноваты в своей беде, ибо поддались жадности и сунулись в Британию раньше основных сил, сказали правду. Балтийцы появились десять дней назад и начались боевые действия. На побережье был высажен крупный десант и настал черед полевого сражения. Силы противоборствующих сторон оказались примерно равны, и никто не хотел отступать. На стороне мавров численное преимущество и знание местности, а у балтийцев незначительное военно-техническое превосходство. И пока противники месили один другого на востоке, с юга появились мы, быстро сломили сопротивление опорных точек на пути к Бирмингему и вышли к вражеской столице.
      За стенами без малого двадцать тысяч мавров и столько же рабов. Но сколько среди них воинов или просто готовых взять в руки топоры и ножи мужчин? Сколько там минометов и орудий? Вряд ли много и пока герцог Магомед, который, наверняка, находился в городе, не опомнился и не вызвал подмогу, мы должны его захватить. Наш триумвират обсудил это заранее, и мы понимали, что инициативу из рук выпускать нельзя.
      На подготовку к штурму всего час. За это время моторизованные группы стрелков и разведчиков обошли город, перекрыли дороги и взяли его в кольцо, а гаубицы и минометы выдвинулись на позиции. Командиры штурмовых отрядов доложили о готовности, и я отдал приказ артиллерии открыть огонь.
      Первыми изрыгнули пламя и сталь гаубицы, а следом минометы. Начиненные смертью снаряды упали на оборонительные сооружения мавров, разворотили стены и осыпали защитников осколками. Цепь разрывов прошлась вдоль южной окраины города, и мавры попытались огрызнуться. Вражеские минометчики ответили, но сделали это вразнобой, стреляя наугад, без наведения. Это еще одно доказательство того, что нас здесь не ждали.
      Мины мавров упали в чистом поле, между нами и стенами, не причинив никому вреда, а наши гаубицы сделали второй залп. За ним третий и четвертый. Я дал артиллеристам разрешение выпустить по двадцать снарядов на орудие, а минометчикам по тридцать. Для начала этого хватит, а дальше посмотрим, может и не придется больше стрелять. Все-таки боекомплекты необходимо беречь, ибо каждый снаряд стоил денег. Хотя, если прижмет, жалеть не стану и еще на стадии планирования операции делал расчет на использование двух боекомплектов. Один здесь, на позициях, а другой на кораблях и предназначен для прикрытия отхода, если мавры начнут нас преследовать.
      Артобстрел продолжался относительно недолго. Через полчаса, выпустив отпущенный для подавления вражеских огневых точек и уничтожения оборонительных укреплений лимит снарядов, гаубицы и минометы замолчали. Пришел черед штурмовых групп, и они двинулись вперед. На острие удара танки, за ними стрелки на бронетранспортерах, а следом покинувшие грузовики пехотинцы и "джипы" с пулеметами.
      Над южной окраиной Бирмингема висело густое черное облако из дыма и пыли. Противник нас не видел. Впрочем, как и мы его. Открыв огонь из орудий, расстреливая чудом уцелевшие пулеметные доты, танки вырвались вперед, а вот бронетранспортеры немного отстали. Но в ста метрах от разрушенных стен "Леопарды" остановились. Броневики догнали их и на грунт посыпались штурмовики.
      - Как-то все слишком легко, - наблюдая в бинокль за продвижением войск, сказал Буров. - На ловушку похоже. Что скажешь, Саня?
      Я покосился на Лихого, который находился неподалеку и контролировал уже проникших в город молодых разумных псов, дождался его мыслеобраза и ответил:
      - Это не ловушка. Просто нам везет.
      - Ну-ну... - пробурчал под нос Кара.
      В этот момент я поймал себя на мысли, что совершенно спокоен. Ну город... Ну война... Ну погибают люди... Ну бьемся мы ради достижения определенной цели, в данном случае хотим набить свои карманы чужим золотом, а амбары чужим добром... Ну и что? А ничего. Это уже рутина. Работа. Как говорится - есть такая работа, грабить другие государства и добывать добро для себя, для семьи и всех, кто от тебя так или иначе зависит. Я привык к этому и потому спокоен. Есть легкий мандраж, но он так глубоко в душе, что его не чувствуешь. И отсюда вопрос - хорошо это или плохо? Наверное, хорошо, ибо командир должен всегда быть спокоен и уверен в своих силах. А может быть и плохо, ибо вместе со страхом душу покидает еще что-то, чему трудно подобрать определение.
      "Не отвлекайся", - одернул я себя и снова сосредоточился на сражении.
      Тем временем штурмовики продвинулись за разрушенные стены и вошли в горящие районы города. Теперь связь только по радиостанции и я присел рядом с радистами.
      - "Кошка-1" просит разрешения войти в город для прикрытия штурмовиков, - поступил запрос от командира танковой группы.
      Офицер связи, который контролировал ход боя и дублировал мои приказы, посмотрел на меня и я сказал:
      - Отказ.
      - Всем "кошкам" оставаться на месте, - передал офицер.
      - "Кошка-1" принял, стоим, - подтвердил танкист.
      - "Штурмовик-4" уперся в огневой заслон, - новый доклад. - Улица под обстрелом двух пулеметов. Прошу разрешения оставить на месте тройку стрелков и совершить обход.
      - Действуйте по обстановке.
      Несмотря на различия в подготовке, соединенные войска трех наших колоний наступали довольно слаженно. Штурмовики быстро продвигались вперед, под прикрытием брони и тяжелых пулеметов проходили улицу за улицей и спустя сорок минут поступил доклад, что окружен дворец герцога. Вот тут я уже не выдержал и решил отправиться в город. Мальчишество, конечно. Но хотелось как можно скорее посмотреть на пленного герцога Магомеда, которого подданные считали почти богом. Я вызвал БТР с охраной, собрался передать руководство Бурову и уехать, да не тут-то было. Кара опасался, что я в одиночку начну распоряжаться трофеями и решил отправиться со мной.
      В общем, на КП остался только Семенов, а мы с тестем направились в город.
      Вскоре, миновав заглушенные танки, въехали в Бирмингем. На перекрестках уже повсюду стояли наши воины. Опасности не было и по разбитой дороге, пролетая мимо горящих и разрушенных домов, мы быстро добрались до дворца.
      Что сказать о доме герцога Бирмингемского? В принципе ничего необычного, хорошо отремонтированное и окруженное стеной крепкое пятиэтажное кирпичное здание. Своего рода замок на основе древнего жилого дома. Окна двух нижних этажей замурованы, оставлены только узкие бойницы. А с верхних этажей кое-где были сняты боковые стены и здесь располагались отряды преданных Магомеду гвардейцев. Точнее, раньше располагались, так как сейчас там находились только растерзанные пулями и гранатами трупы "черных львов".
      Бой уже практически закончился. Как в городе, так и во дворце. Часть горожан попыталась сбежать через северные ворота, но заслоны пуганули беглецов пулеметными очередями и они спрятались в своих домах, затаились в подвалах и тайниках. Пусть там и сидят. Когда понадобится найдем всех. Если не сами, то при помощи разумных псов точно.
      На входе нас встретил руководивший штурмом дворца Игнач и, осматриваясь, я бросил:
      - Докладывай.
      Старый боевой товарищ не медлил:
      - Покрошили почти сотню "черных львов" и столько же слуг. Мы потеряли семнадцать человек убитыми и вдвое больше ранеными. Главные потери во внутренних помещениях дворца от мин и ловушек.
      - Где герцог?
      - Не нашли. В начале боя он был здесь, а потом, если верить слугам, исчез. Возможно, ушел через подземный ход.
      - А казна? - вмешался Буров. - Казна где?
      - В подвале. Отдельная комната заперта стальной банковской дверью и заминирована. Чтобы снять защиту необходим пароль, а иначе половина здания обрушится. Взрывчатки там достаточно.
      Я посмотрел на Лихого, который, конечно же, находился рядом, и послал ему вопрос:
      "В здании есть тайники?"
      "Да", - отправил ответ пес.
      "Там прячутся люди?"
      "Да".
      "Веди к ближайшему".
      Разумный пес потрусил по коридору вглубь здания. Мы последовали за ним и через минуту остановились перед ровной чистой стеной. Монолит. Ни шва, ни трещины.
      Снова взгляд на пса и его посыл:
      "Здесь".
      Лихой был уверен, что и не удивительно с его чутьем. Он знал, что за стеной кто-то прячется, а люди ничего не видели. Хотя... Присмотревшись, я заметил, что пока еще не полностью рассеявшийся в коридоре пороховой дымок затягивает в узкую щель между полом и стенкой.
      - Ломайте! - указав на стену, приказал я воинам.
      Никто не спорил - приказ есть приказ. Однако воины действовали не сами. Ну не любят они тяжелый физический труд, что есть, то есть. Штурмовики притащили пару рабов с кувалдами, и уже они по очереди стали молотить по стене. А когда под ударами начала осыпаться штукатурка, проявились контуры деревянной двери. К слову, так себе дверца, хлипкая. Ее вынесли в четыре удара и когда деревянные обломки упали на пол, перед нами оказалась небольшая комнатка, в которой находился толстый жирный негр в белом комбинезоне.
      - Господин, - роняя тяжелую кувалду, к нему бросился раб и сразу схлопотал пулю.
      Негр, если угодно афробританец или афроангличанин, выстрелил в раба и это был его единственный выстрел. В помещение ворвался Лихой. Он бросился на негра и сбил его с ног, а там уже и воины подоспели.
      Как не трудно догадаться, в тайнике скрывался герцог Магомед собственной персоной, гроза и ужас Британии, Разрывающий Алмазными Когтями Врагов Непобедимый Лев. Титул громкий, а в реальности герцог оказался самым обычным человеком, который дорожил своей жизнью. Поэтому доступ к казне был получен уже через пять минут, и мы с Карой отправились в закорма.



Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Бирмингем. 21.04.2073.

      Я вошел в камеру, в которой находился Магомед, бывший герцог Бирмингема, и присел на табуретку возле двери.
      Пленник находился напротив меня. Он был прикован цепью к стене и сейчас мало чем напоминал повелителя тысяч людей. Тот человек, если судить по найденным в покоях герцога фотографиям и видеосъемке, а так же показаниям пленников, был суров и горделив, величав и не преступен, злопамятен и крайне жесток. Одним мановением пальца он отправлял на смерть непокорных и провинившихся подданных, не говоря уже о захваченных врагах, а потом уединялся в своем гареме и предавался плотским утехам. А этот? Грязный и оборванный пятидесятилетний толстяк с фингалами под глазами, затравленным взглядом и дрожащими руками. Его сломали, и он, без каких либо условий, отдал нам все свои богатства: золото, драгоценности, оружие, рабов, запасы топлива и спрятанные вблизи Ливерпуля корабли. После чего пленник стал бесполезен, его бросили в каменный мешок и на время о нем позабыли. Все! Конец карьере герцога! Он отработанный материал. Однако, несмотря на это, я был уверен, что он попросит о встрече и постарается выторговать свободу. Не может быть, чтобы матерый интриган и расчетливый властолюбец, так просто сдался, и я оказался прав.
      Сегодня последний день нашего пребывания в Бирмингеме. Завтра утром к городу подойдут сломившие сопротивление мавров балтийцы. Биться с ними или спорить желания нет. По этой причине, захватив все самое ценное, мы отступим к нашим кораблям, а они пусть выгребают остатки барахла, которое никому из нас не приглянулось. В запасе еще половина дня и пленник, которого мы в самом конце собирались повесить на главной городской площади, попросил о встрече.
      - Вы все-таки пришли... - звякнув цепью, прохрипел Магомед, посмотрел на меня и спросил: - Вы меня понимаете?
      За годы путешествий я нахватался верхов в познании различных языков. Что-то выхватил от английских переселенцев и скандинавов, что-то из древних книг и карт. Знатоком, конечно, не стал. Но объясниться с жителями Британии и понять их в состоянии.
      - Да, - кивнув, ответил я пленнику. - Время дорого. Что ты можешь предложить в обмен на свою жизнь?
      - Я все отдал, но еще могу быть полезен, - мне показалось, что на глазах пленника выступили слезы.
      - Меня интересует конкретика.
      - Остались люди и поселения на севере, до которых вы не добрались. Я все еще герцог и если вернусь к своим подданным, они снова мне подчинятся. Поверьте, Мечников, отпустите меня, и я смогу вас отблагодарить.
      Даже не призывая на помощь Лихого, я был уверен, что бывший герцог говорит искренне. Но это сейчас, когда он в одном шаге от смерти. При таком раскладе Магомед, действительно, ради своего спасения готов отдать все. А что будет потом, когда он оклемается? Страх отступит, и он задумает измену. На его месте я поступил бы именно так, пообещал бы врагам свои богатства и согласился бы на все условия, а потом попытался бы отомстить. Так что верить ему не стоило.
      - Когда ты расплатишься, если тебя отпустят?
      - В начале осени буду ждать вас в Ливерпуле, там вы получите выкуп.
      - Что дашь?
      - Есть еще золото и серебро, автомобили и боеприпасы. Не так много, как в столице, но есть.
      - Сколько?
      - Сейчас этого сказать не могу.
      - А гарантии?
      - Их нет.
      - Значит, предлагаешь поверить тебе на слово?
      - А что вы теряете, Мечников? Уничтожив меня, вы все равно больше ничего не получите.
      - Я подумаю. А пока есть пара дополнительных вопросов. Где Квентин Дойл?
      Бывший герцог не упрямился и сдал своего верного двойного агента моментально:
      - Он сейчас в Шотландии, ведет работу с независимыми общинами.
      - Как и в случае с Редингом подставит их под твой удар?
      - Да.
      - Так-так. А что насчет технологий манипулирования людьми, которые вы применяете для обработки белых рабов?
      - Мы, мои предшественники и я, ничего не придумывали. Просто использовали наработки прошлой эпохи по контролю за народными массами.
      - Хочешь сказать, специально этим никто не занимался?
      - Нет. Все получалось само.
      - Ладно.
      Я поднялся, и пленник попытался подползти ко мне, но цепь его не пустила и он, протянув руки, выдохнул:
      - Поверьте мне, Мечников, даруйте жизнь и вы не пожалеете!
      - Посмотрим, - пробурчал я и вышел.
      Пока поднимался из подвалов дворца на поверхность, поразмыслил над словами Магомеда. Он может меня кинуть, а может принести дополнительную прибыль, ибо будет знать, что мои дружины в любой момент могут вернуться в Британию, отыскать его и прихлопнуть. Пятьдесят на пятьдесят. Но в одном он прав на все сто процентов - повесив его, я ничего не получу. И помимо возможного выкупа имеется еще один момент, который стоит учитывать. Балтийцы. Вот кто сейчас беспокоил меня больше чем мавры. После того как генералы Бирмингемского анклава узнали о падении столицы и пленении герцога, бросая артиллерию и неисправные броневики, теряя солдат, они отступили на север, а балтийцы двинулись в нашу сторону. Сил у них прилично, около четырех с половиной тысяч воинов без учета тех, кто остался на побережье, есть бронетранспортеры, орудия и минометы. Следовательно, они могут стать для нас проблемой. Особенно москвичи, которые уже могли узнать, кто угнал у них корвет. Ну и конечно они не забыли, как я рывком покинул их территории несколько лет назад. И не исключено, что они захотят посчитаться. А если дать герцогу Магомеду свободу, он вернется к своим войскам, которые нависнут над правым флангом балтийцев и постараются проредить их ряды. Мы-то отступим, а москвичи, калининградцы, скандинавы и поляки, удаляясь от моря, окажутся под ударом.
      "Да, Магомеда лучше отпустить", - определился я с дальнейшими намерениями и вышел из подземелья на площадь перед дворцом.
      Кругом суета и шум. Рабы наполняли хабаром грузовики и легковые автомобили, как наши, так и трофейные. Все делалось быстро - это не первый рейс наших автоколонн и дело спорилось. Груженые автомобили покидали площадь и выбирались за пределы города, где выстраивались в походную колонну, а их место занимали другие. Добыча богатая - не зря воевали, и это не все, ибо часть наших сил, которыми командовал Семенов, уже в Ливерпуле, где морская пехота приватизировала британские корабли и "уговаривала" мавританских моряков сотрудничать, дабы не ослаблять экипажи наших судов.
      Прислонившись к стене и наблюдая за тем, что вокруг происходило, я закурил и ко мне подошел Буров. Своей единственной рукой он смахнул с лица пот и сказал:
      - Что-то я уморился.
      - Ничего, скоро отдохнешь, - пыхая дымком, отозвался я.
      - Отдых будет дома, за стенами форта, а до тех пор расслабляться нельзя. Везде нужен хозяйский взгляд.
      - Ага, - согласился я и поинтересовался: - От Семенова вести есть?
      - Да. Он сообщил, что в течение двадцати четырех часов трофейные корабли выйдут в море и сразу направятся в Передовой.
      - Что у него с потерями?
      - Семь человек убитыми и десять раненых. Серьезное сопротивление было оказано только на одном корабле.
      - Он список захваченных судов прислал?
      - Держи, - Кара вытащил из кармана кителя смятую бумагу и протянул мне.
      Развернув бумагу, я скользнул взглядом по тексту и удовлетворенно кивнул. Все, как мы и предполагали. Магомед отказался от идеи вывести в море крупнотоннажные суда и сосредоточился на восстановлении кораблей, которые полезны в прибрежной зоне. Нам все сгодится и вот что в итоге:
      Тральщик-искатель мин типа "Hunt" - 1 единица. Водоизмещение - 762 тонны. Длина - 60 метров. Ширина - 9.8 метров. Осадка - 2.2 метра. Двигатели - 2 дизеля Napier Deltic. Скорость хода -14 узлов. Дальность плавания - 1500 миль 12-узловым ходом. Экипаж - 45 человек. На вооружении два 40-мм автомата Bofors Mk 9. Радиолокационное оборудование отсутствует.
      Нефтеналивное судно - 1 единица. Водоизмещение 1200 тонн.
      Патрульные катера типа P2000 - 3 единицы. На вооружении станковые пулеметы.
      Морские прогулочные катера - 2 единицы.
      Морские буксиры - 3 единицы. На двух имеются станковые пулеметы.
      Сейнеры - 2 единицы.
      Траулеры - 2 единицы.
      Яхты - 5 единиц.
      Сложив лист пополам, я вернул его Бурову и задал следующий вопрос:
      - Что помимо кораблей захватил Семенов?
      Кара пожал плечами:
      - Подробностей не знаю. Несколько автомобилей, пара сотен огнестрелов, какие-то припасы и дизтопливо. Все остальное на общем фоне не так уж и важно. Мелочевка.
      - Не скажи. Я вот от пленного герцога слышал, что в Ливерпуле, помимо кораблей, находилось нефтехимическое предприятие по производству синтетического топлива из древесных опилок, угля, газа и сланцев, и там же специалисты. Это важное направление, а Семенов промолчал.
      - Предполагаешь, что он может нас обмануть?
      - Все возможно, - теперь уже я пожал плечами.
      - Пойду сейчас к радистам, еще раз переговорю с Семеновым, чтобы не расслаблялся и не считал нас наивными простаками. Я быстро, а ты тут на контроле.
      - Иди-иди.
      Я спровадил Бурова, а сам приказал вывести из камеры пленного Магомеда. Однако не к главному выходу, а к черному. Мои телохранители выполнили приказ и спустя четверть часа, подтвердив, что готов предоставить выкуп и сотрудничать, в сопровождении нескольких бойцов, под броней БТРа, герцог Бирмингема отправился за пределы города. Там в концентрационном лагере содержались его бойцы, почти сотня головорезов. Их отпустят, даже вернут несколько стволов, и балтийцев ждет горячий прием. Может не сразу, не завтра и не послезавтра, а по возвращении к восточному побережью мавры на них точно отыграются.
      Вскоре вернулся Буров, который переговорил с Семеновым, получил более точную информацию и подтвердил, что линия по выработке дизтоплива из угля, действительно, в Ливерпуле и в данный момент демонтируется для погрузки на корабли. Все шло своим чередом, и мы делали то, что необходимо, оценивали трофеи и сверяли списки. Слишком много всего захватили: полсотни грузовиков, пять топливных заправщиков и десяток легковых автомобилей, пять минометов, больше сотни различных станков, дизель-генераторы и много другого ценного. Помимо этого три тысячи рабов, которые могли влиться в наше общество и усилить его. Но самое главное - золото. Мы знали, что герцог Магомед очень богат. В конце концов, ему достались хранилища некоторых британских банков и сокровищницы тамошних лордов-пэров-сэров и прочих фон-баронов. Только никто из нас не ожидал, что драгоценного металла окажется столько. Если быть точным, то мы взяли семьсот тонн золота. В переводе на стандарты родной Черноморской империи, в которой один золотой "империал" (в прошлом "конф") монета весом в пять грамм, на руках сто сорок миллионов. У нас получилось грабануть самый большой сильный анклав Британии. По сути, разграбили государственную казну, и сейчас, наверное, наша троица стала самыми богатыми людьми во всей Черноморской империи. С одной стороны - хорошо. А с другой стороны - ой как плохо и опасно.
      Сначала о хорошем. Я и мои товарищи в один миг решили все финансовые проблемы, как текущие, так и будущие. Государство берет у нас золото за 50-60 процентов от реальной стоимости. Таков уговор. Сдаешь килограммовый брусок "презренного металла" и получаешь от государства 100-120 монет. И даже с учетом этого, несмотря на перенасыщенность имперской экономики золотом, с условием, что добычу примут за половину реальной стоимости, у меня окажется тридцать миллионов. Огромные деньги, которые помогут развить колонию, отремонтировать корабли, закупить в Метрополии и у соседей необходимые товары, оружие, пушки, боеприпасы, топливо и так далее.
      Однако, чем больше успеха и славы, тем больше завистников и недоброжелателей. В последнее время отношения с родиной ухудшаются и обязательно найдутся люди, которые станут нашептывать императору обо мне, Бурове и Семенове гадости. К гадалке не ходи - именно так и будет. Скажут, что я сепаратист, потенциальный мятежник, сволочь и мерзавец. После чего Метрополия еще сильнее закрутит гайки, а то еще хуже - пришлет по мою душу карателей. Это, конечно, только догадки и предположения, но история человечества знала немало примеров, когда успешные люди, истинные патриоты своей родины, становились жертвами правителей. Мне это известно и я не хочу оказаться на их месте.
      А далее из всего вышеизложенного вытекает вопрос. Что делать? Если бы мы знали, какой окажется реальная добыча, наверное, сговорились бы хранить тайну о том, сколько именно золота захватили. Но что произошло, того не изменить. Про добычу известно всему войску, и если мы промолчим, правду расскажут штатные стукачи ГБ и самые обычные болтуны. Поэтому ничего скрывать не станем. Сдадим столько драгметаллов, сколько империя выкупит, а остальное пусть лежит в подвалах, пылится и ждет своей очереди на переплавку в монеты. Ну а если Метрополия откажется выкупать золото, можно и самому печатный станок запустить. Благо, оборудование есть, укромных мест в моих владениях хватает, и надежные люди найдутся...
      За работой, контролем погрузки и обсуждением планов время летело незаметно. Уже в сумерках был загружен последний грузовик, и мы покинули разоренный Бирмингем. Хотя Кара, которому я сообщил, что отпустил пленного герцога, немного побузил. Ему не понравилось, что я единолично принял такое решение, но догнать лидера мавров он уже не мог. Так что поскандалил и успокоился.
      За нашей спиной в городе еще оставались тысячи жителей, раскуроченные мастерские и большие запасы продуктов. Будь побольше времени, могли бы вывезти еще немало ценного. Однако жадничать не стоило, ибо на фоне того, что мы уже захватили, в столице мавров сплошная мелочевка.



Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
27.

ВМБ "Гибралтар". 25.05.2073.

      - Вы обязаны подчиниться! Такова воля императора!
      Услышав эти слова, я с ненавистью посмотрел на того, кто их произнес.
      Я, граф Александр Мечников, хозяин форта Передовой и нескольких районов бывшей провинции Галисия. Я воин и колонизатор. Я человек, которого уважают и боятся соседи. Я тот, с чьим мнением они вынуждены считаться. Я поднял восстание против Средиземноморского Альянса, ослабил врага и способствовал победе моей страны в войне. Я прошел со своим отрядом от Балтики до Черного моря. Я добыл для империи ядерные боезаряды. Я разгромил орды дикарей и поставил на колени самый сильный анклав Британии. Я первым пошел на разведку к берегам Северной Америки и вернулся. Я делал то, о чем другие только мечтали. Это все я и мои заслуги перед империей неоспоримы. Но... Перед словом императора Ильи Первого, которое принес генерал-майор Сбыховский, я вынужден склонить голову... Или все таки нет?
      "Не торопись, - я постарался задавить клокотавшую во мне ярость. - Потяни паузу. Следи за тем, что скажешь".
      Мой взгляд скользнул по лицу пожилого полного мужчины в полевом мундире с погонами генерал-майора и стиснул зубы...
      Итак, мы ограбили Бирмингем, оторвались от балтийцев, которые сцепились с маврами, и с победой вернулись в Передовой, где поделили добычу. С золотом, как и с рабами, которые могли стать колонистами, все понятно, раскинули по весу и по головам. А вот насчет остального немного поспорили. Каждый старался урвать самое ценное и не продешевить. Но в итоге договорились. Автомобили, станки и трофейное вооружение забрал Семенов, а так же ему досталось нефтеналивное судно (танкер). На долю Бурова тральщик-искатель мин "Hunt", два сейнера, два траулера, четыре яхты, морские прогулочные катера, один морской буксир, дизель-генераторы, запасы продуктов и взятая на складах Бирмингема мелочевка: ткани, одежда, обувь и так далее. Ну а мне патрульные катера типа P2000, два морских буксира, хорошая яхта и оборудование по производству синтетического топлива вместе с захваченными специалистами.
      Расставались на пару-тройку недель, поскольку знали, что в конце мая из Метрополии придет караван, и мы соберемся в Гибралтаре на торги. Все хорошо, проблем нет, и впереди радужные перспективы. Хотя один момент нас беспокоил. Если быть более точным - отношение императора к тому, что мы притащили из похода огромнейшую добычу. Отчет, конечно, отправили и ничего не утаили. Так мол и так, отец-государь, кормилец-поилец, во славу империи твои верные вассалы сходили в Британию, разбили нехороших мавров, освободили угнетенных белых братьев и взяли вражескую казну. Готовы служить дальше, верные тебе имперские дворяне. Стандартная отписка. Вот только Метрополия не ответила. Империя хранила молчание и нас это настораживало.
      Впрочем, у нас было столько забот, что забивать голову лишними думками не стоило. Поэтому вскоре мы разбежались по своим владениям.
      Три недели пролетели незаметно. Из "Гибралтара" сообщили, что караван на подходе и, погрузив на корабли часть золотого запаса, я отправился в гости к Семенову.
      Обычно ВМБ "Гибралтар" встречала нас с радостью - не чужие люди. Но не в этот раз.
      Я сразу почуял неладное, а верный разумный пес подтвердил, что мое беспокойство не напрасное. Конкретики, конечно, нет. Однако понимание, что впереди неприятности, имелось.
      Караван их Метрополии, действительно, прибыл. Два сухогруза, БДК и "Аделаида". Имперские суда стояли у причалов рядом с кораблями Семенова и Бурова, который вошел в порт на пару часов раньше меня, и вроде бы все нормально. Только на причалах слишком много вооруженных людей в униформе имперской морской пехоты и Кара, которого я вызывал на связь, не отвечал. Попробовал поговорить с Семеновым и снова тишина.
      "Кажется, мы влипли", - пронеслась у меня в голове мысль, и я отдал приказ абордажирам быть начеку, никого постороннего без моего приказа на борт кораблей не пускать и не расслабляться, а комендорам не покидать своих постов. И не то чтобы я собирался воевать со своими, такого не было. Однако лучше перестраховаться.
      Фрегат, а за ним сухогруз, прижались к причальной стенке. Швартовка прошла штатно. С борта фрегата на берег опустили трап, и я сошел на берег. За спиной Лихой и несколько телохранителей. А где встречающие? Имперские морпехи неподалеку косились на нас без особого дружелюбия и знакомых лиц не видно.
      "Придется самому двигаться в штаб", - решил я и только сделал несколько шагов, как появился небольшой штабной автомобиль, который подкатил ко мне и замер.
      Из автомобиля вышел молоденький блондинистый капитан, судя по нашивкам, как и морские пехотинцы, из Третьей гвардейской бригады.
      "На вид не старше двадцати лет, - осматривая капитана, отметил я. - Но, тем не менее, уже капитан гвардии. Значит, за его спиной серьезная родня или он из "имперских соколов".
      - Граф Мечников? - уточнил капитан, покинув автомобиль.
      - Он самый, - я кивнул. - С кем имею честь разговаривать?
      - Капитан Суров, особый отдел Третьей гвардейской бригады. Мне поручено сопроводить вас в штаб. Все уже там, ждем только вас.
      Я покосился на Лихого, и разумный пес прислал мыслеобраз:
      "Здесь опасно".
      Капитан явно понимал или догадывался, о чем сообщает пес, и усмехнулся. После чего сделал шаг в сторону и указал на машину:
      - Прошу, господин граф.
      Как обычно, разумный пес хотел занять место рядом со мной. Однако капитан предупредил:
      - Господин граф, вы едете один. Охрана и ваш четвероногий товарищ останутся здесь. Таков приказ.
      - Чей приказ?
      - Старшего офицера на военно-морской базе "Гибралтар" личного представителя императора генерал-майора Сбыховского.
      Что я знал о Сбыховском? Не очень много. Несколько лет назад он командовал одним из подразделений столичного гарнизона. Ничем не прославился и на первый план не лез. На войне его никто не видел и в основном он крутился среди придворных. Когда мы пересекались в Краснодаре, Сбыховский был обычным полковником, а сейчас уже генерал-майор и личный представитель императоры. Фу ты, ну ты, палки гнуты. Тоже мне цаца. Хотя пришлось подчиниться гостю из столицы.
      Телохранители и Лихой остались на причале, а я забрался в автомобиль и вскоре мы оказались в штабе. Охрана, что характерно, тоже из приезжих морпехов и снова ни одного знакомого лица. Плохо. Очень плохо. Но изменить ничего нельзя и придется подстраиваться под ситуацию.
      Капитан провел меня в зал для совещаний командного состава базы. Во главе стола грузный и потный генерал-майор Сбыховский. Справа от него представитель дипломатического корпуса Максим Миронов, свойский мужик, который нам, то есть колонистам, никогда не мешал. Слева незнакомый юноша, не старше восемнадцати лет, в форме лейтенанта, наверное, такой же "имперский соколенок", как и Суров. А поодаль от этой троицы мои хмурые сотоварищи, можно сказать подельники, Семенов и Буров.
      - Здравствуйте, господа, - заставляя себя улыбнуться, поприветствовал я присутствующих.
      Буров и Семенов кивнули. Миронов отвернулся в сторону. Лейтенант склонился над папкой с какими-то бумагами и сделал вид, что не услышал меня. А Сбыховский указал на кресло рядом с моими товарищами:
      - Здравствуйте, Мечников. Присаживайтесь.
      Я присел и генерал, без долгих предисловий, сразу начал зачитывать адресованный нам указ императора Ильи Первого. Он был длинным, на несколько листов, и писали его профессионалы своего дела, которые за витиеватыми фразами прятали суть. Однако мы, вся наша троица, люди опытные и моментально выхватывали главное.
      Во-первых, расформировывается Министерство Имперских Колоний, и генерал Еременко отправляется в резерв Генерального Штаба. По факту это сигнал о скорой отставке и выходе на пенсию.
      Во-вторых, с момента оглашения указа генерал-майор Сбыховский становится генерал-губернатором имперской провинции Испания с местом нахождения резиденции на ВМБ "Гибралтар".
      В-третьих, "в целях оптимизации управления новой имперской провинцией и укрепления обороноспособности", проводятся реформы. Главам колоний запрещается вести самостоятельные дипломатические переговоры с представителями иностранных держав. Все вооруженные силы колоний, как регулярные части, так и дружины, которые станут подразделениями колониальной пехоты, вместе с боевой техникой и кораблями, а так же склады боепитания и запасы топлива, переходят в непосредственное подчинение генерал-губернатора. Совершение самостоятельных рейдов против соседей или дикарей, как и поисковые операции, отныне могут проводиться только с разрешения Сбыховского. В каждую колонию будут высланы командиры гарнизонов и налоговые инспекторы, которые опишут имущество феодалов. После чего генерал-губернатор определит ставку налоговых сборов.
      В-четвертых, самостоятельный рейд вооруженных сил испанских колоний в Британию не был санкционирован Метрополией и привел к осложнению политической обстановки в регионе. Да-да, так и сказано - "осложнению политической обстановки в регионе". Поэтому император налагает на своих верных вассалов штраф - все захваченное золото и трофеи переходят в собственность государства.
      А закончил Сбыховский свою речь словами о воле императора...
      Я молчал. Семенов и Буров тоже не спешили. Прошло три минуты, и генерал-губернатор не выдержал:
      - Почему молчите, господа?
      Ему ответил Буров, который был на удивление спокоен. По крайней мере, внешне, а поскольку я его знал, то был уверен, что, как и я, он в бешенстве.
      - Мы все слышали, господин генерал-майор. Однако указ не подтвержден нашим непосредственным куратором генералом Еременко.
      Сбыховский развернул лист указа к нам лицевой стороной:
      - Разве императорской печати и подписи не достаточно?
      Буров пожал плечами:
      - Печать и подпись можно подделать. А вы знаете порядок. Сначала старое ведомство уведомляет подчиненных, а затем они переходят в подчинение нового руководителя. И в указе не совсем корректно обозначена моя персона. Если забыли, то я напомню, что у меня с империей особый договор, который ограничивает власть государства на моих землях.
      - А может вам еще переговоры с государем организовать?
      - Это лишнее. Министра имперских колоний достаточно.
      - Хорошо, будет вам разговор, - генерал-губернатор кивнул. - Однако я хочу получить ответ прямо сейчас. Если Еременко подтвердит указ, вы подчинитесь?
      - Конечно, - Кара взмахнул рукой.
      - Вы? - Сбыховский посмотрел на Семенова.
      - Я офицер Его Императорского Величества и принимаю указ, - ответил он. - Однако после разговора с Еременко.
      - А вы? - столичный генерал обратился ко мне.
      Мне хотелось встать, подойти к нему и врезать ногой в жирное брюхо, а потом пинать тушу и попутно разъяснять, что плевать я хотел на его губернаторство, на указ непонятно что возомнившего о себе императора и всех столичных чиновников. Но я последовал примеру Бурова и Семенова:
      - Воля императора - закон. Хотя, сразу предупреждаю, что считаю этот указ несправедливым и буду его обжаловать.
      Наверняка, Сбыховский решил, что уже одержал победу. Поэтому самодовольно улыбнулся и сказал:
      - Это ваше право. Объявляю часовой перерыв. Затем снова встретимся. За этот срок вы успеете переговорить с Метрополией.
      Показывая, что разговор окончен, Сбыховский отвернулся. Мы покинули помещение, и вместе с нами вышел Миронов. Все последовали за Семеновым, который направился в радиоцентр, и когда мы оказались на свежем воздухе, Буров обратился ко мне:
      - Саня, дай закурить.
      - Ты же бросил.
      - Сейчас самое время снова начать.
      Я достал пачку папирос, вместе с зажигалкой протянул ему и заметил, что у старого наемника подрагивает рука. Однако он смог самостоятельно закурить, сделал глубокую затяжку и выругался. Мне тоже хотелось ругаться, но я снова сдержался и задал Миронову вопрос:
      - Максим, ты знал о том, что затевается?
      - Нет, - он покачал головой. - Для меня этот указ тоже сюрприз.
      - А тот молодой крендель рядом с генералом, кто такой?
      - Гену Симакова помнишь?
      - Командующего Кавказским экспедиционным корпусом? - уточнил я.
      - Да.
      - Помню.
      - Это его сын. Племянник императора. Его прислали учиться управлению отдаленными провинциями.
      - И он знает, кто прихлопнул его отца?
      - Догадывается.
      - Плохо.
      - Ага, - согласился дипломат.
      История давняя. Гена Симаков, командующий Кавказским корпусом, предал своих солдат и поплатился за это. Причем многие догадывались, что к этому приложили руку спецназовцы Четвертой гвардейской бригады, а некоторые знали об этом наверняка. В частности знали в Госбезопасности. Следовательно, сын Гены может попытаться нам отомстить или попробует выбить из нас правду. Как бы там ни было, а ничего хорошего от него ожидать не стоило. Да и вообще все погано выходит. Ждали славы, орденов и медалей, а получили хомут на шею и скоро нас начнут грабить, душить налогами и отодвигать в сторону от управления колоний. Вот такая она - благодарность императора. Мы тут бьемся, стараемся принести пользу государству и "дамокловым мечом" нависаем над средиземноморцами, а нас под пресс. Где справедливость? Люди!!! Ау!!! Где правда? Нет справедливости, как и правды. И титулы, дворянская честь, доверительные отношения сюзерена и вассала, клятвы, договора и присяги - все оказалось обманом и мишурой. Мы повелись и нас снова обманули.
      Тем временем, постоянно находясь под наблюдением морских пехотинцев, которые, наверняка, пресекут любую нашу попытку спуститься с горы к кораблям, мы добрались до радиоцентра. Семенов приказал вызвать на связь Метрополию и потребовать на переговоры Еременко. Время в запасе есть, и мы расположились в беседке неподалеку. Когда понадобимся, позовут, а сейчас самое время обсудить нежданно-негаданно возникшую проблему.
      - Максим, - Кара посмотрел на дипломата, - оставь нас наедине, поговорить надо.
      Миронов поморщился:
      - Не доверяете?
      - О чем не знаешь, того и под пыткой не выдашь, - наставительным тоном ответил Буров.
      - Ладно, - не стал спорить Миронов. - Но учтите, задумаете измену, я буду на стороне Сбыховского, а вот в переговорах мог бы помочь.
      - Иди уже... - Кара махнул в его сторону рукой.
      Обиженный Миронов, не услышав от меня и Семенова слов поддержки, отошел в сторону и мы стали совещаться.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

ВМБ "Гибралтар". 25.05.2073.

      Оказавшись наедине, мы замолчали. У всех на уме одно и то же - зная своих сотоварищей, верных подельников в деле разграбления Бирмингема, я был уверен, что в этот момент мы мыслили одинаково. Но никто не хотел быть тем, кто первым озвучить эти мысли. И причина не в страхе, а в том, что у нас слова не расходятся с делом. Если что-то будет сказано, последуют действия, которые в корне изменят нашу судьбу, сломают привычный уклад и заставят пересмотреть все жизненные приоритеты. Вот потому и заткнулись, смотрели друг на друга и тупили.
      - Саня, скажи, что думаешь, - не выдержал Буров.
      - Да-да, - поддержал его Семенов, - говори.
      Я отнекиваться не стал и перешел к сути:
      - Вы как хотите, а я никому и ничего отдавать не собираюсь. Император наплевал на все наши договоренности. Почему? Как и вы, я этого не знаю и могу только догадываться. Но если он не держит свое слово, то и мне на его приказы начхать. Факт остается фактом - нас решили ограбить и, словно покорный скот, поставить в стойло, а я подобное отношение терпеть не стану. Жалобы, кляузы и прошения ничего не изменят. Так что пошли бы они через пошли, высокие столичные тузы вместе со своим Сбыховским и всеми представителями императорской фамилии. Вы со мной?
      Кара не сомневался, ему не привыкать менять покровителей, и он ответил коротко:
      - Да.
      - А ты? - я покосился на Семенова.
      Он пожал плечами:
      - Сам не знаю. В душе от несправедливых решений императора все закипает. А разум говорит, что за мои поступки может пострадать клан.
      - Решайся, прямо здесь и прямо сейчас, - поторопил я его.
      - Но как же моя семья?
      - Твой клан один из самых сильных в Черномории, производители вооружений и боеприпасов, а значит, ссориться с ним не станут. Твоих родственников, конечно, припугнут. Не без этого. Однако и мы надавим на императора.
      - Как? И вообще что ты предлагаешь?
      Несколько часов назад я был верным слугой императора. Сам себе на уме, но о мятеже не думал. Признаю это. А сейчас в голове сложился план отделиться от империи. Парадокс? Пожалуй, что нет и в этом нет ничего странного, ибо, как верно подмечено - бытие определяет сознание. Пока ко мне со всей душой, я был верен. И не я первым нарушил прежние договоренности, так что моя совесть чиста.
      - Предлагаю захватить Сбыховского и молодого Симакова, разоружить морских пехотинцев и вернуть Гибралтар под твой контроль. А затем поторговаться с Метрополией. Если император захочет вернуть члена своей семьи, а главное - драгоценные корабли, он даст гарантии не подвергать репрессиям наших родственников и друзей, а заодно предоставит возможность отправиться в колонии тем, кто пожелает покинуть Черноморию.
      Семенов фыркнул:
      - Бред.
      Я поймал его взгляд и потребовал:
      - Поясни, где здесь бред.
      Он не выдержал моего взгляда и опустил голову:
      - У Сбыховского здесь усиленный батальон, отборные гвардейцы из Метрополии, а так же две роты морпехов, которые находились под моим командованием, и моряки. Это семьсот бойцов, которые контролируют ключевые точки базы. А преданные нам люди в это самое время находятся в казармах или на кораблях. За ними наблюдают и при малейшем подозрении на мятеж люди Сбыховского откроют огонь на поражение.
      - Верно, - согласился я. - Но я не предлагаю захватывать базу прямо сейчас, среди бела дня.
      - А когда?
      - Дождемся ночи.
      - Все равно не выйдет.
      - А я уверен, что все получится. Мои разведчики снимут часовых в порту и возле арсенала. Захватываем штаб и арсенал, суда и казармы. У меня на борту кораблей, помимо моряков, шесть взводов.
      - И у меня сотня профессионалов, - вклинился Буров.
      Семенов посмотрел на Кару:
      - Значит, ты поддерживаешь этот план?
      - Да, - однорукий наемник кивнул.
      - Тогда я тоже с вами, - Семенов опустил голову, положил на лоб левую ладонь и выдохнул: - Сука, до чего я докатился. Какой позор. Становлюсь предателем Родины.
      - Это не позор, - Буров сплюнул в сторону, - а целесообразность. Если менжуешься, так и скажи, мы тебя поймем и осуждать не станем. Только попросим, чтобы не сдавал нас сразу. А насчет Родины, дружище, поведаю прописную истину. Потерявший чувство реальности правитель и родная земля, которая тебя вскормила и взрастила, понятия совершенно разные.
      - Ну да, наверное, правильно говоришь, Кара, - Семенов поднял голову, посмотрел на меня и потребовал: - Необходимо избежать лишних жертв. Ты обещаешь, что не станешь понапрасну проливать кровь?
      - Само собой, тезка, - отозвался я.
      - Нет, ты пообещай.
      - Обещаю.
      - Я тебе верю и пойду до конца. Смогу поднять три с половиной сотни бойцов. Это те, на кого могу положиться, вольные колонисты и колониальная пехота. В конце концов, это я их нанимал, а не империя.
      Основное было сказано и в течение следующих десяти минут мы обговаривали детали. А потом появился дежурный радист, который сообщил, что Краснодар вышел на связь и с нами готов пообщаться генерал Еременко.
      Честно говоря, мы не ожидали от этого разговора ничего хорошего. Потребовали связь с куратором, теперь уже бывшим, только чтобы потянуть время и перевести дух. Хотя где-то в глубине души я надеялся, что Еременко, этот стальной человечище, с которым мы прошли через войну, опровергнет столичный указ и все уладит. Как говорится - надежда умирает последней. И разговор с генералом ее окончательно добил, поскольку он не сказал ничего хорошего. Да - указ подлинный. Да - таково решение императора. Да - отныне Сбыховский генерал-губернатор и всю британскую добычу мы обязаны отдать в пользу государства. Да - воины передаются под его командование. Да, еще раз да, и снова да...
      Помочь нам Еременко ничем не мог. Несмотря на тот факт, что через супругу он в родстве с императорской фамилией, Иваныч сам оказался в немилости. Что ждет его дальше он не знал и, как бы между прочим обронил, что подумывает убраться куда подальше от столицы, например, к нам в колонии. Что давала информация о его возможном переезде? Пожалуй, ничего полезного или ободряющего. Может, Еременко и хотел бы сказать больше. Однако, наверняка, в столичном узле связи он не один. Потому-то генерал мог говорить лишь общими фразами или односложно отвечать на вопросы.
      Сеанс связи подошел к концу, и мы снова вернулись в штаб, где расположился самодовольный Сбыховский, а рядом с ним тихий инфантильный отпрыск Гены Симакова. Генерал-губернатор, а мы уже признали его власть, потребовал полного отчета о трофеях, войсках, запасах и состоянии кораблей, а затем начал отдавать приказы. Мудак. Ведь он совсем ничего не понимал в том, как и чем живут колонии, а уже стал распоряжаться. И я с трудом сдержался, чтобы не сорваться. Даже мелькнула мысль, что если захватить его и молодого Симакова в заложники, можно будет отдать приказ морпехам и без пролития крови вернуть контроль над базой. Но я понимал, что командиры морпехов, комбаты и ротные, которых мы до сих пор не видели, на шантаж не поведутся. Я бы точно не поддался, а у них подготовка такая же, гвардейская. Поэтому, как и мои подельники, я соглашался с генерал-губернатором по любому вопросу и не спорил - как тот Герасим, на все согласен. А Сбыховский посчитал, что сломал нас и, конечно же, приписывал эту заслугу себе - вот он какой, твердый, сильный, принципиальный и волевой, а мы всего лишь банда анархистов. Ну-ну, пусть так и думает.
      Генерал-губернатор отдавал распоряжения до позднего вечера. После чего он нас отпустил, и когда мы собрались покинуть кабинет, Сбыховский меня окликнул:
      - Мечников?
      - Да? - я обернулся.
      - Задержитесь.
      Буров и Семенов, а за ними Миронов и молодой Симаков, который по-прежнему не проявлял никаких эмоций, вышли и мы остались один на один.
      - А я ведь помню тебя, Мечников, - покряхтывая, Сбыховский выбрался из-за стола. - В Краснодаре о тебе столько разговоров было, мол, герой, крутой воин и пример для подражания. Многие на тебя равнялись и считали непотопляемым, а оно вишь, как вышло, раньше ты на меня мог свысока смотреть, а теперь все наоборот.
      - Мы уже на "ты"? - в очередной раз, наверное, в сотый, я заставил себя сохранять спокойствие.
      - Я начальник, а ты подчиненный, - ухмыльнулся генерал и подошел, - могу позволить себе такое обращение.
      - Не можете, - возразил я.
      - Да ладно тебе, Мечников. Понимаю, что ты затаил против меня зло. Чувствую это. Вы все тут не рады меня видеть. Привыкли к вольнице под прикрытием Еременко и возомнили о себе невесть что. Вот император и решил вас одернуть, показать, что может спустить новую аристократию с небес на грешную землю. Однако...
      Он сделал паузу. Наверное, хотел услышать от меня уточняющий вопрос, но я хранил молчание и Сбыховский продолжил:
      - Однако же император не забыл о тех многочисленных заслугах, которые ты ему оказал. В столице все помнят и если я дам хороший отзыв, государь может вернуть тебе командование кораблями и войсками. Ну и золота, конечно, отсыплет, чтобы штаны не спадали. Запомни это, Мечников. Милость императора может вернуться. Но ты должен мне помочь.
      - Какой именно помощи вы ожидаете?
      - Скажу прямо - я не доверяю Бурову. Есть информация, что он поддерживает связь с кубанскими олигархами.
      - Это не секрет. Никто не скрывает, что он торгует с влиятельными кланами Кубани.
      - Так и есть. Только ГБ уверена, что против императора плетется заговор, и Буров в нем замешан. Пока никто не подставился, и зацепок нет, но это пока.
      - Хотите, чтобы я добыл компрометирующую информацию и сдал Кару?
      - Именно этого я и хочу, Мечников.
      - И что его при таком раскладе ожидает?
      - Смерть.
      - Он мой родственник.
      - И что? Разве раньше это мешало вам воевать? Знаю я про ваше родство, сколько вы друг другу крови попили, прежде чем отношения наладились. Так что родство мелочь и ради достижения своей цели, ради собственного благополучия, ради своих детей, ты через Бурова переступишь. Я прав?
      Изобразив, что размышляю, я потянул время и согласился:
      - Да.
      - Отлично, Мечников.
      - А насчет Семенова ничего не хотите узнать?
      - Если на него что-то есть, выкладывай.
      - Не сейчас. Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями.
      - Конечно. Уверен, что мы найдем общий язык. Пока ступай. Отдохни. День был тяжелый, а завтра будет еще один такой же. Начнешь сдавать корабли и трофеи. А может, и не будешь сдавать командование, если мы найдем общий язык. И не вздумай натворить глупостей, мои ребята начеку, а на твоем фрегате будет пост. Поэтому проинструктируй своих головорезов. Не дай бог, хоть один начнет права качать, пострадают все, и правые и виноватые. Ты меня понял, граф?
      Кивнув Сбыховскому, я отправился в порт и по дороге думал, что подобное предложение - сдать товарищей, наверняка, получили все. Разделяй и властвуй - истина простая и генерал-губернатор пытался нас разделить. Ха! Черта с два. Слишком многое наша троица пережила вместе, чтобы попасть в такую простую ловушку.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

ВМБ "Гибралтар". 26.05.2073.

      Конечно же, свежеиспеченный генерал-губернатор подстраховался. Ночные караулы на базе были усилены, ключевые точки по-прежнему находились под контролем Сбыховского, а на борт кораблей, которые принадлежали колонистам, поднялись имперские морпехи. Мы этому не препятствовали, и я приказал держаться по отношению к имперским солдатам нейтрально. Всему свое время и вместо того, чтобы показывать свой гонор, я собрал на борту "Ветрогона" преданных лично мне командиров дружины, разъяснил им обстановку и поставил перед ними четкие приказы. Какие? Да самые очевидные. "Добрый" император слушает "плохих" советников, которые решили нас извести и подорвать силу государства. Допустить этого нельзя. Поэтому начинаем мятеж и захватываем ВМБ. Операция начнется в полночь с проникновения на базу диверсантов и взятия под стражу всех, кому мы не можем доверять. А в час ночи продолжится нейтрализацией морпехов на наших кораблях. После чего на берег сойдут штурмовые группы. Действовать необходимо быстро. Приоритетные цели: арсенал, артиллерийские батареи, штаб, узел связи и суда имперского каравана. Казармы морпехов блокируются. Казармы колониальной пехоты и наемников Семенова, наоборот, деблокируются. Огонь открывать при малейшем намеке на сопротивление. Лишние жертвы не нужны, но жизни наших воинов следует беречь, и переговоры с морскими пехотинцами будут вестись на наших условиях, когда все закончится.
      Офицеры слушали меня, молча, и я ожидал, что некоторые откажутся выполнять приказы, что начнутся споры и будет много вопросов. Однако мне никто не возразил, и вопросы были исключительно по делу. Отчего так? А все просто. Мы давно уже сами по себе, в отрыве от Метрополии. Наши семьи здесь. Наше будущее связано с Передовым. Наш дом в Испании, где мы, несмотря на многочисленные опасности, чувствовали себя вполне комфортно. Но самое главное - люди мне верили и шли за своим вождем без сомнений.
      Командиры дружины разошлись по кубрикам, ставить задачу личному составу. Наступила ночь и я задремал.
      Проснулся в половине первого ночи, покинул каюту и вместе с Лихим, который тоже знал, что ему и его детям необходимо делать, прошелся по кораблю. Воины были готовы. Диверсанты, как и запланировано, покинули фрегат в назначенное время, с морского борта опустились в воду и по сливным трубам вдоль причалов проникли на базу. Полный порядок.
      "Только бы Кара и Семенов не подвели", - подумал я, выходя на палубу и нос к носу столкнулся с лейтенантом морской пехоты, широкоплечим крепышом в черном берете, и автоматом на плече.
      - Караулишь? - с усмешкой, спросил я его.
      - Да, - он улыбнулся в ответ и спросил: - Закурить не будет?
      - Найдется.
      Я поделился с ним папиросами, мы прикурили от одной спички, которую он поджег, и лейтенант сказал:
      - А мы ведь с тобой уже пересекались, граф.
      - Где это? - заинтересовался я.
      - Шестнадцать лет назад, пятьдесят седьмой год, высадка в Крыму.
      - Понятно. Ты кем тогда был?
      - Рядовой гвардии. Желторотик из новобранцев. Просто Коля Юрченко из Пашковской, босяк и проныра.
      - Я тоже только недавно в гвардию попал, вторая серьезная драка после похода на Дон. Только все равно тебя не припоминаю.
      - Да и я тебя не сразу вспомнил. Наши стрелковые ячейки рядом были. Слышал твой позывной и пару раз лицо видел, а потом про тебя много в газетах писали, и меня "пробило", что это же "тот самый Мечников".
      - Хорошее время было.
      - Отличное, - согласился он. - Сколько лет прошло, столько всего случилось. Ты теперь граф и колонист, а я лейтенант гвардии.
      - Ага. И теперь за мной присматриваешь.
      - Таков приказ, - на его лице появилась виноватая улыбка и он добавил: - Ты не переживай, граф. У нас инструкции четкие - никого не прессовать. Надо вас на место поставить, а то вы зарвались. Мозги вам вправят, а потом все вернется на свой круг. Прежней вольницы, конечно, не будет, но не пропадете. Это ничего, что я с тобой так откровенно говорю?
      - Нормально, - я махнул рукой и в этот момент на верхней палубе раздался шум, словно что-то упало.
      Юрченко посмотрел наверх и позвал:
      - Павлов, ты чего там, в порядке?
      "Хороший ты, мужик, лейтенант, - подумал я, глядя на морпеха. - Жаль только, что сейчас не на моей стороне".
      - Павлов! - снова позвал Юрченко. - Юсупов!
      Из корабельного коридора показался Тарантул, один из моих телохранителей. Он кивнул - операция началась.
      - Что за... - лейтенант потянулся к УКВ-радиостанции, которая висела на ремне, но не успел.
      Я ударил его кулаком в открытое горло и Юрченко захрипел. Бил не в полную силу, чтобы не покалечить лейтенанта, и сразу же подсечкой свалил морпеха с ног.
      Он рухнул на палубу, и я кивнул на него Тарантулу:
      - Связать и в карцер.
      - Есть! - отозвался телохранитель.
      Тарантул занялся пленником, а я направился на ходовой мостик и заметил, как по трапу скользят тени. Это Лихой и три его потомка, опережая штурмовиков, спускались на берег.
      На ходовом мостике меня встретил Скоков, который сразу доложил:
      - Наши диверсанты и разведчики Бурова взяли под контроль арсенал. С минуты на минуту подойдут к казармам. Посты морпехов на причалах нейтрализованы. Штурмовики ждут команду.
      - Штурмовикам выдвигаться! - отдал я приказ.
      Скоков кивнул и прижал к губам радиостанцию:
      - Это ГКП! Всем "пятерка"! Работаем! Повторяю - всем "пятерка"!
      Командиры групп подтвердили получение приказа и на берег хлынули штурмовики, которые разделились на два отряда. Первый - двинулся в гору, на помощь диверсантам. Второй - направился к имперским судам.
      Я наблюдал за всем происходящим с ходового мостика. Доклады от групп поступали редко, и сначала операция шла, словно по маслу. Штурмовики без стрельбы и шума при помощи разумных псов взяли под контроль причалы, а диверсанты деблокировали казармы колониальной пехоты, которая получила оружие и направилась к штабу и казарменному расположению имперских морпехов. Однако не бывает так, чтобы все прошло гладко. Поэтому я ждал, что вот-вот начнется стрельба, и дождался.
      Над базой, рассекая темное небо световыми иглами, прошлась очередь из трассеров. Судя по всему, стреляли с борта "Аделаиды", имперского грузопассажирского судна, которое некогда доставило меня и первых колонистов Передового в Испанию. Дальше уже таиться смысла не было. "Аделаида" подняла тревогу и всполошила морпехов. Начинался полноценный бой, в котором мне захотелось принять непосредственное участие, пусть даже во второй линии, и в сопровождении телохранителей, оставив координатором Скокова, я вооружился и тоже сошел на берег.
      Оказавшись на причале, я решил не торопиться и сам себе улыбнулся. Ночь. Над базой скользят трассера. Рядом верные воины и неподалеку Лихой. В руках надежный АКМС, а разгрузка набита боеприпасами. Все, как в старые добрые времена, когда я был молод и горяч. Сейчас тоже задора не утратил, но пламя в груди поутихло. Не мальчик уже, тридцать четыре года. Жизнь идет своим чередом и молодость в прошлом. Но в этот миг груз прожитых лет, пусть даже на время, рассеялся.
      Впрочем, состояние внутреннего душевного подъема было недолгим и пришлось вернуться в реальность. Противник оказал сопротивление и на базе образовались три очага обороны: штаб, "Аделаида" и артиллерийские батареи на горе. Воины требовали новых приказов, и я их отдал через Скокова. "Аделаиду" оставить в покое, сосредоточиться на контроле за другими судами. Штурмовикам оттянуться в развалины складов вдоль причалов, а нашим корабельным орудиям взять транспорт на прицел. Артбатареи обстреливать исключительно стрелковым вооружением, дабы не повредить орудия. Все свободные силы бросить на штаб. Если возьмем Сбыховского, победа в кармане. Она и так уже наша, но необходимо обойтись малой кровью.
      Героизм не для нас и под тяжелые пулеметы "Аделаиды" бросаться желающих не было. Поэтому штурмовики оставили транспорт в покое и затаились. Диверсанты в это время стали обходить позиции береговых батарей, а остальные воины, как мои, так и Бурова с Семеновым, занялись штабом. Если я где-то и нужен, то именно там.
      Ко мне подкатил штабной автомобиль, кстати, тот самый, который встречал меня вчера. Телохранители обнаружили его невдалеке, на стоянке рядом с причалами, и там же спеленали уже знакомого мне капитана Сурова. Он хотел сбежать, но не успел.
      Пленник находился в машине и был связан, но кляп в рот ему не вставляли. И, заглянув в салон, я разглядел его и спросил:
      - Как дела, Суров?
      - Мечников? - он был удивлен.
      - Он самый.
      - Это ваши бойцы меня захватили?
      - Конечно, мои.
      - Вы что творите? Зачем?
      - Да вот, решил не отдавать императору свое золото, корабли и власть.
      - Мятежник!
      - Не буду спорить, что есть, то есть. Каюсь и винюсь - поднял мятеж.
      - Издеваетесь?
      - Есть немного.
      - Дурак! Какой же вы дурак! Вы ничего не понимаете! Вас просто хотели припугнуть!
      - У вас это получилось. Мы испугались и отреагировали.
      - Но так нельзя!
      - Заткнись уже, - я рывком вытащил Сурова из машины и посмотрел на телохранителей: - Этого в карцер. Держать отдельно от остальных. Двое со мной. Остальным оставаться здесь.
      Сурова утащили на фрегат, а я направился к штабу.
      Поездка была недолгой. Вскоре автомобиль оказался рядом с целью, и я успел вовремя, увидел невдалеке Семенова, который прятался за стеной полуразрушенного здания, и подошел к нему.
      - Чего стоим? - обратился я к нему. - Кого ждем?
      - Гранатометчиков, - отозвался он и пояснил: - Штаб хорошо укреплен и в нем полсотни стрелков. Мои бойцы, как только получили оружие, попытались захватить его сходу. Хрен там! Не вышло! За пять минут потеряли полтора взвода. Мои бойцы стали разбегаться, не привыкли к такому отпору. Хорошо, что твои воины подошли, а затем вояки Бурова. А то бы не сдюжили. Сам понимаешь - против нас гвардия.
      - Понимаю.
      - Я предложил им сдаться, а они меня послали. Ну и ладно, сейчас по штабу из гранатометов отстреляемся, и снова на штурм. Задавим сопротивление и возьмемся за артиллерию, если твои диверсанты не справятся.
      - Они справятся.
      - Посмотрим. Кстати, где наш друг Кара?
      - На своем корабле. Он старый, ему стрелять уже не интересно.
      Прерывая нашу беседу, Семенову поступил доклад от гранатометчиков:
      - "Файер" для "Старшего" - мы на позициях.
      - "Старший" дает добро открыть огонь. Действуйте!
      Вот с чем у Семенова никогда не было проблем, так это с вооружением. Батя главный оружейный магнат Черномории и для сына ничего не жалел, снабжал его лучше регулярной имперской армии. Не бесплатно, конечно, но и три шкуры не драл, все по-родственному. Так что гранатометов на ВМБ "Гибралтар" хватало, и зарядов для РПГ-7 Семенов не жалел.
      Гранатометчики отстрелялись довольно дружно и три десятка выстрелов одним залпом по дверям, бойницам и немногочисленным окнам дали необходимый эффект. Крепкое трехэтажное здание содрогнулось. Из проемов выплеснулись языки пламени, а затем повалил густой дым. Кто попал под гранату, погиб или получил серьезную контузию. Самое время атаковать, пока морпехи не очухались, и колониальная пехота, испанские и сицилийские наемники, рванулись к штабному зданию.
      В этот раз по ним уже не стреляли. Пехотинцы ворвались в штаб и начали зачистку помещений, а мы последовали за ними и без помех, переступая через тела убитых гвардейцев, добрались до бункера в подвале. Сбыховский, офицеры его штаба и молодой Симаков, разумеется, были здесь. Связь с бункером имелась, и Семенов вызвал генерал-губернатора на разговор. Он ответил, деваться ему некуда, и после того как мы пригрозили похоронить его под развалинами штаба, принял здравое решение сдаться.
      Когда Сбыховского и всех, кто вместе с ним прятался в убежище, выводили наружу, поступил доклад от моих диверсантов, которые практически без потерь захватили артиллерийские позиции. Ну а дальше все просто. Сбыховский отдал приказ экипажу "Аделаиды" сдаться, а Семенов добавил, что в случае не подчинения транспорт расстреляют из гаубиц. Моряки тоже сдались и на рассвете ВМБ "Гибралтар" снова перешла под полный контроль своего прежнего хозяина.
       
      Вот ведь как бывает. Еще вчера ты верный слуга императора, а сегодня уже сепаратист. Что тут сказать? Наверное, это судьба. Одно событие потянуло за собой череду других, а мы под них подстраиваемся и стараемся изменить. В результате чего складывается реальность, которая кардинально отличается от запланированной. Хорошо это или плохо? Время покажет.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

ВМБ "Гибралтар". 26.05.2073.

      Мы вернули свое. А что дальше?
      Все очевидно. Необходимо связаться с Метрополией, сообщить о том, что произошло в "Гибралтаре", и выдвинуть свои условия. Но перед этим предстояло подсчитать потери и убытки, а заодно еще раз пообщаться с пленным генерал-губернатором и ознакомиться с его секретными инструкциями от императора.
      С подсчетом потерь и убытками разобрались быстро. Я потерял шесть воинов, Буров восемь, а Семенов почти пятьдесят. Плюс к этому разрушено штабное здание. Не слабо повоевали, с учетом того, что бились против гвардейцев и мы захватили четыре судна и товары из Метрополии, а во время ночного боя уничтожили семь десятков морпехов и захватили несколько сот пленных.
       В общем, не все так плохо, как могло быть. Воины для того и рождаются, чтобы сражаться и умирать, такова их доля, а за что и почему, как говорили в старину, господин полковник знает. В данном случае вместо полковника господин граф. Одни бойцы погибли, и в свой черед им на смену придут другие. А наемников не жаль, новых найти не так уж сложно. Да и штаб Семенов отстроит, у него для этого имеется все необходимое. Главное - мы добились своей цели.
      Ближе к полудню, после того как подкрепились и отмыли ночную грязь, а заодно отправили нашим людям в Метрополии экстренный зашифрованный приказ затаиться до особого распоряжения, наша мятежная троица собралась на ЗКП военно-морской базы и приступила к допросу пленников. Сначала занялись Сбыховским, затем говорили с комбатом морпехов подполковником Ясным, а потом уже с Суровым и отпрыском императорской фамилии Володей Симаковым.
      Управились за три часа. Пленные вернулись обратно в тюремные камеры и Буров, почесав единственной рукой лысеющий затылок, сказал:
      - Какая-то хрень получается.
      Что есть, то есть, самая настоящая хрень. Имеются показания четырех свидетелей и захваченные имперские документы. По логике событий они должны были говорить об одном и том же, дополняя и подтверждая полученную ранее информацию. Но в итоге получалось, что они один другому противоречили и в показаниях пленников имелись весьма существенные противоречия.
      Сбыховский говорил, что нас должны были прижать, чтобы мы стали подвывать от натуги и жаловаться в Метрополию. И когда стало бы совсем невтерпеж, с подачи своего родственника, император проявил бы милость и вернул бы нам часть золота, некоторые привилегии и солдат. После чего Сбыховский, через год или два, вместе с батальоном морпехов вернулся бы обратно в Метрополию, а его генерал-губернаторское кресло оставалось за молодым Симаковым. То есть стандартная игра в "доброго" и "плохого" губернатора. Мы ненавидим Сбыховского и уважаем молодого Симакова, который снял с нас тяжкое налоговое бремя и заступился перед столицей.
      Капитан Суров, штатный офицер Госбезопасности, слова имперского генерал-губернатора не опровергал. Однако уверял, что Сбыховский должен был остаться в наших краях на постоянной основе и ждать новых переселенцев, которые в дальнейшем потеснят нас в колониях и оттяпают часть восстановленной инфраструктуры. Кому предстояло стать поселенцами, он не знал.
      Подполковник Ясный вообще заявил, что готовился к оккупации наших колоний и ждал прямого дополнительного приказа из Генерального штаба на наш арест с последующей отправкой в Метрополию на суд.
      Володя Симаков, между прочим, нормальный адекватный парень, тихий и спокойный, был уверен, что его прислали сюда на убой, дабы император избавился от возможного претендента на престол. И он сказал, что это не догадки или предположения, а истинный замысел государя Черномории, о котором ему сообщили преданные сторонники его покойного отца. Вот потому мальчишка постоянно молчал. Он просто ждал свою смерть.
      Ну а документы были набором инструкций на все случаи жизни и включали в себя рекомендации по действиям Сбыховского относительно лидеров колоний. Давить и давить, пресекать вольности и не допускать даже намека на сепаратизм. Кстати, среди них были обнаружены подробные характеристики ГБ на каждого из нас. Любопытно было почитать. Кому как, а я узнал о себе много нового. Но об этом потом.
      - Я говорю, что это хрень, - повторился Буров.
      - А по-моему все нормально, - отозвался Семенов и пояснил: - Император планирует одно. Госбезопасность другое. Генштаб третье. А ближайшие советники императорской фамилии, которые ориентируются не на государя, а на его отца, строят свои планы.
      - То есть правая рука не знает, что делает левая? - уточнил Кара.
      - Да.
      - А ты что скажешь, Саня? - тесть посмотрел на меня.
      - Пожалуй, так и есть. Император гнет свою линию. Однако он не в состоянии решать все проблемы государства. Вокруг трона несколько кланов и партий. Одна группировка считала, что нас необходимо просто прижать. А другая имела четкое намерение объявить нас врагами государства и отобрать наши владения. Как бы там ни было, мы с вами поступили верно, ударили на опережение и остались на свободе.
      - Свобода, конечно, есть, - Семенов покосился на меня. - Только что с ней делать? Сейчас выдвинем свои условия - наши люди и компенсация за имущество в Метрополии в обмен на пленных и корабли. Так или иначе, с императором договоримся. Однако где брать боеприпасы, стройматериалы и прочие необходимые для существования колоний вещи?
      - Не знаю, как вы, - я пожал плечами, - а у меня пока нужды нет. Пару лет продержусь без особого напряга.
      - Я тоже, - усмехнулся Семенов, - а может и дольше, запасы накопил приличные.
      - Ну и у меня так же, - добавил Буров.
      - Тогда волноваться не надо, - обратился я к Семенову. - В конце концов, если прижмет, всегда можно сговориться с балтийцами, с северянами или средиземноморцами. Хоть по топливу, хоть по оружию, хоть по продовольствию. Нам есть, что им предложить. Да и сами, если прижмет, не пропадем. Электроэнергия имеется, запустим линию по производству синтетического топлива и сможем обходиться без внешних поставок. А продовольственная безопасность меня вообще не волнует - в море есть рыба, на огородах овощи, в садах фрукты, а на полях зерно. Тут главное - помогать друг другу, тогда выстоим.
      - А вот тут не со всем сказанным соглашусь, - возразил командир "Гибралтара". - Раньше соседи знали, что за нами империя, которая может за нас отомстить, а сейчас, когда мы сами по себе, они могут решить, что наши колонии заманчивая цель. Зачем им торговать, если проще прислать за нашими богатствами корабли и десантников? Сами знаете, что с балтийцами едва в Британии не сцепились. Средиземноморцы, если вы не забыли, помогают африканской орде, которая движется в Марокко и уже в следующем году, наверняка, попытается перебраться в Испанию. А Вагрин и его северяне далеко. Разве я не прав?
      Я хотел ответить Семенову, но Буров меня опередил:
      - Ты только без нервов. С Альянсом договоримся - есть на них выходы. В конце концов, там не только Игнасио Каннингем, у которого к нам претензии. Помимо него вес имеют и другие морские лорды, более сговорчивые и прагматичные. С балтийцами, ты прав, надо держать ухо востро, но они нам не враги. А если кто-то сунется, тот станет нашим трофеем. Нам их корабли, оружие и припасы, которые мы захватим, пригодятся. Не мы должны их бояться, а они нас. Все зависит от психологии. Если считать себя жертвой, тогда жди беды и проблем. Но мы не жертвы. Наоборот, мы хищники, которые скинули поводок Метрополии и отныне нас никто не сможет одернуть. Как решим, так и будет. Кого захотим, того и уничтожим. В этом регионе именно мы гегемон и никого другого нет. Или я не прав?
      - Прав, - согласился я с ним.
      - Время покажет, - добавил Семенов. - В любом случае, сделанного назад не вернуть, кровь пролита и ее просто так не смыть.
      - Вот именно, - Буров резко поднялся и сказал: - Предлагаю отправиться на узел связи и поговорить с нашими бывшими кураторами. Чего тянуть-то? Наши ребята в Черномории, кто не дурак, уже спрятались, а значит, под горячую руку Госбезопасности не попадут.
      Мы с ним согласились и через четверть часа расположились в радиоцентре. По предварительному плану переговоры решили проводить в два этапа. Первый - оповещение. Этим займется Максимов, которого арестовали ночью и упекли в подземелье, чтобы глупостей не натворил. Мы хоть и друзья, но он был против мятежа, так что сам виноват и пусть скажет спасибо, что живой и здоровый. Он дипломат. Вот пусть и ведет переговоры, расскажет, что произошло минувшей ночью в "Гибралтаре" и чего мы хотим. Ну а второй этап - непосредственно торг, который от лица наших колоний как полномочный представитель, буду вести я, а Семенов и Буров, если что-то пойдет не так, подскажут, что говорить, а при необходимости легко подменят меня возле микрофона. Как говорится - одна голова хорошо, а три лучше.
      - Ох, и подставили вы меня, - сказал Максимов, когда появился в радиоцентре. - Император ведь не простит вас и за пролитую кровь придется отвечать.
      - Пусть твой император сначала хороший флот построит, а то у него кроме парочки кораблей уже ничего не осталось, - пробурчал Буров. - Ты лучше о себе подумай.
      - А чего тут думать? - Максимов занял свободное кресло. - В лучшем случае - отставка. В худшем - тюрьма. У нас ведь как в древних царствах. Кто принес дурные вести, тот и виноват. А я за вами не доглядел, проспал заговор, а теперь еще буду от вашего лица говорить. Значит, меня точно сделают крайним.
      - Так оставайся у нас, - Кара шутливо толкнул его в бок. - Нам опытные люди всегда нужны и ценными кадрами разбрасываться не станем. Тем более что здесь ты обзавелся семьей, а в Черномории тебя кроме начальников никто не ждет.
      - Надо подумать... Потом... Давайте сценарий... Что мне нужно сказать...
      Текст предварительной речи Максимова подготовили заранее, так что заминки не было и радиоцентр ВМБ "Гибралтар" по защищенной линии связи начал вызвать столицу Черномории...
      Что происходило в следующие пять часов иначе как бредом и клоунадой назвать нельзя. Театр драмы и комедии. Слишком все хаотично.
      Дежурный офицер связи в столичном радиоцентре сообщил, что готов принять сообщение. Максимов доложил о том, что произошло, и ему не поверили. Как? А вот так. Офицер решил, что кто-то из колонистов перебрал водки или принял дозу наркоты, добыл коды доступа дипкорпуса, проник в центр связи и устроил розыгрыш. Поэтому он просто сбросил соединение и перестал отвечать.
      Пришлось менять план. В радиоцентр притащили Сбыховского и снова вызвали столицу. Генерал-губернатор повторил сообщение Максимова и подтвердил его своими личными кодами.
      Только после этого столичный офицер доложил о сообщении в вышестоящую инстанцию и понеслось...
      Конечно, мы не знали, что на самом деле происходило за тысячи километров от нас, в далекой столице. Но могли предполагать, что там творится.
      В Краснодаре собрали экстренный совет, в который вошли все, кто так или иначе был связан с колониями. Все, кроме Еременко, которому отрезали доступ к информации и по-прежнему оставили в стороне. А главой этого совета стал генерал-лейтенант Игнатьев, в бытность моей службы в гвардии командир 4-й гвардейской бригады ККФ, а сейчас начальник ЦСО (Центра Специальных Операций). Видимо, император или кто-то из его приближенных решил, что это должно нас как-то урезонить или испугать. Но эффект получился противоположный. Лучше бы в столице сразу подключили к переговорам Еременко - его мы уважали. А Игнатьев пустышка, сколько его знаю, постоянно пытался на чужом горбу в рай въехать, карьерист и подлиза, мстительная сволочь и барыга. К такому человеку мы прислушиваться не собирались.
      Итак, после ряда уточняющих вопросов, которые последовали из империи, на связь вышел Игнатьев. Он слабо понимал, чего мы требуем и какова на самом деле наша сила. Колонии? Для него это что-то далекое и несущественное, нищие деревни на краю света. И сначала он попытался разговаривать со мной, словно добрый батяня-комбат, отец-командир, который наставляет на истинный путь молодого солдатика. Мол, ты успокойся, все хорошо, мы все уладим и снова станем жить в мире, дружбе и согласии. Но когда я послал его так далеко, насколько у меня хватало фантазии и словарного запаса, генерал сорвался на крик. Игнатьев стал угрожать и орал, что пришлет за нашими головами спецназ, что от его "летучих мышей" никому не скрыться, и что он лично сдерет с меня кожу, когда меня, изменника, сепаратиста, предателя и возомнившего о себе невесть что никчемного болвана, приволокут в Краснодар.
      Впрочем, вскоре генерал утомился и его место занял другой оратор, какой-то неизвестный чиновник из расформированного Министерства Имперских Колоний. Этот уже пытался торговаться и уговаривал в обмен на прощение грехов сдаться. Плевать! Этого тоже послали.
      За чиновником снова военный. В этот раз комбриг 3-й гвардейской бригады, непосредственный командир оказавшихся у нас в плену морских пехотинцев. Его интересовали люди и корабли. А потом он тоже сорвался и начал угрожать.
      И снова Игнатьев. Опять уговоры и угрозы. В очередной раз я его послал и намекнул, что могу отключиться.
      Только после этого к переговорам подключили Еременко. Бывший куратор выслушал наши условия. Затем он недобрым словом помянул дворцовые интриги, которые стали причиной нашего мятежа, и пообещал лично донести наши слова до ушей императора.
      Еременко пропал из радиоэфира на полтора часа. И пока его не было, мы пили чай, курили и слушали уговоры очередного столичного балбеса. Теперь уже из Министерства Иностранных Дел.
      Время шло. Болтовня не стихала, и нам не давали передышки. Дипломата сменил глава клана Семеновых, который пообщался с сыном. За ним профессиональный пропагандон из Министерства Информации. Далее какой-то придворный, который назвал себя главой Дворянского Имперского Собрания герцогом Остапенко. И все бы ничего, но затем я услышал знакомый голос Ветра, близкого мне человека, который в компании "Мечников и сыновья" отвечал за чайные плантации.
      - Командир, это я... - прохрипел динамик.
      - Ветер? - уточнил я.
      - Да... Он самый...
      - Ты не получил мое послание?
      - Получил... Но уйти не успел... Я ведь не сам по себе... Жена и дети... Растолстел и размяк... Короче, долго собирал вещи...
      - Где тебя взяли?
      - Дома...
      - Били?
      - Ничего... Терпимо...
      - А что остальные?
      - Все ушли... Только я попался...
      В разговор вклинился кто-то из переговорщиков:
      - Мечников, если ты не сдашься, твои люди пострадают.
      - Ты идиот? - я подпустил в голос насмешку. - У меня здесь больше батальона гвардейцев и сотни ваших моряков. Ты не думаешь об их судьбе?
      - Они солдаты и давали присягу. Если необходимо - примут свою судьбу.
      - Мои люди тоже понимают, что риск это неотъемлемая часть их жизни. Так что прекращай треп. Если пострадают мои люди - вашим воинам так же не поздоровится. Ша! Я все сказал. Жду Еременко.
      Ветра убрали из эфира и, в конце концов, из дворца вернулся Еременко, который, как и ожидалось, принес предварительное решение императора и его ближайших советников согласиться на наши условия. Это еще не мир и переговоры будут продолжены. Однако главное было сказано. Подобный расклад не мог не радовать и если в Метрополии еще есть здравые люди, которые смогут повлиять на императора, они попытаются избежать войны и восстановить добрые отношения. Пусть не как прежде, надевать старый хомут мы уже не собирались, но старые связи просто так, в один момент, разорвать сложно и мы еще можем быть полезны империи, как и она нам.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн tankist

  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 26
  • Сообщений: 935
  • Activity:
    100%
  • Благодарностей: +169
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
   

    Форт Передовой. 07.07.2073.

      Я снова дома. Еще один день. Новые заботы, встречи, совещания и куча бумаг. Надоела эта рутина, но если уж я граф, тем более независимый, то просто обязан разгребать эти завалы...
      С империей договорились и пока в Новороссийске снаряжались суда для нового морского каравана в теперь уже бывшие кубанские колонии, пока мои люди выходили из подполья и продавали имущество компании "Мечников и сыновья", пока делались закупки всего, что необходимо моей вотчине без подпитки со стороны государства, я вернулся домой. Дел накопилось много, и не все проблемы могли решить мои женщины, которым, разумеется, помогали офицеры базы. Вотчине требовалась рука хозяина. Это очевидно. Поэтому я без промедления занялся решением текущих проблем и начал с объяснения жителям нашего графства, что в самом скором времени мы станем королевством, ибо между империей и колониями возникло недопонимание.
      Скажу прямо - далеко не все одобрили отделение от Черномории. Особенно наемные специалисты. Так что желающих покинуть Передовой вместе с теми людьми, кто хотел отправиться в Метрополию с весенним морским караваном, оказалось сто двадцать человек. Что тут сказать? Причины у всех разные. У кого-то в империи семья, а кто-то патриот. Нам не по пути и удерживать людей силком я не собирался. Однако воспользовался ситуацией для того, чтобы внедрить в группу репатриантов своих разведчиков. А чего? Госбезопасность меня обкладывала со всех сторон и, наверняка, с осенним караваном пришлет новых шпионов. Вот и сделаем размен, как они к нам, так и мы к ним. Хотя, должен признать, что мои шпионы, которых я отбирал лично и которые друг о друге ничего не знали, не такие профессионалы как сотрудники ГБ империи. Но это ничего, ребята смышленые и бывалые воины, с деньгами и полезными контактами, а значит, смогут выполнить поставленную задачу и найдут способ обеспечить меня информацией. В конце концов, никто не требует от них, подобно Штирлицу, проникать в Рейхсканцелярию и красть совершенно секретные планы. Достаточно жить, наблюдать за всем, что вокруг происходит, и снабжать меня достоверными новостями.
      Следующий вопрос, точнее, комплекс вопросов, касался перехода колонии на полное самообеспечение. Ближе к осени, когда придет караван из империи, мы получим последнюю партию грузов и начнем выживать самостоятельно. Рассчитывать на помощь со стороны не станем, и полагаться придется только на себя.
      С электричеством у нас полный порядок, не зря столько времени и сил потратили на восстановление теплоэлектростанции. С топливом тоже неплохо, запас накопили приличный. Боеприпасов и продовольствия хватало. В вооруженных силах Передового под ружьем почти тысяча воинов, есть артиллерия, танки, бронемашины, автомобили, корабли и с недавних пор два самолета, один новый АН-2, который доставили из Метрополии, а второй, "Сесна-172", восстановили собственными силами. Кажется, что для процветания и благополучия этого достаточно. Можно греть на пляже пузо, загорать, любить своих женщин, воспитывать детей, кайфовать, пить пиво и не думать ни о чем плохом. Однако для дальнейшего процветания колонии, которая в один момент без всякой подготовки стала независимым графством, этого недостаточно и необходимо двигаться дальше. Надо развиваться - я это прекрасно понимал и снова засучил рукава.
      Взгляд направо. Взгляд налево. Работы непочатый край. С чего начать? Наверное, с построения собственной финансовой системы.
      Главное платежное средство в империи - золото. Монета весом пять грамм, которая раньше называлась конф, а затем империал. Все финансовые расчеты в Черномории производились именно этими монетами или банкнотами Имперского Казначейства, которые, само собой, обеспечены золотом. И пока мы являлись имперскими подданными, естественно, пользовались империалами. А поскольку это уже в прошлом, необходимы собственные деньги и ничего нового придумывать не станем. Просто начнем печатать монеты, которые будут идентичны империалам по весу. Благо, наладить их штамповку не трудно, а если понадобится, то и банкноты выпустим. Так что на первом месте у меня создание собственного казначейства. А где казначейство, там и банк. Пусть пока небольшой, ибо графство не огромное, но это только начало и еще один шаг по пути развития колонии в независимое государство.
      Людей, которые возглавят казначейство и банк, а в дальнейшем создадут Монетный Двор, нашел, дал им четкие указания и потратил на это два дня. После чего занялся вопросом производства синтетического топлива. Технологическая цепочка известна. Специалисты и захваченное в Британии оборудование в наличии. Дело за малым - отдать приказ. Что я и сделал. Но не все так просто, как бы мне хотелось. Возник ряд дополнительных вопросов и проблем, которые пришлось решать. То выясняется, что при демонтаже оборудования в Ливерпуле пропали какие-то трубы, то нет свободных людей, которые смогут грамотно и без брака собрать нефтеперерабатывающую линию, то возникает конфликт между технарями, то выясняется, что наш уголь плохо подходит для его переработки в топливо. И на то, чтобы все уладить, с учетом помощи со стороны наших инженеров, у меня ушло еще четыре дня.
      Наконец, начался монтаж нефтеперегонной линии. Вроде бы все в порядке и я озадачился вопросом внутренней торговли в графстве и налогами. Раньше все было просто. Есть единая складская система, которая под жалованье выдавала колонистам все необходимое, от зубной пасты и дополнительного продуктового пайка, до униформы и боеприпасов, а так же принимала у повольников найденные в развалинах древних городов ценности и расплачивалась с ними монетами. Магазинов и лавок при такой системе не было. Впрочем, как и налогов. Они попросту ни к чему, ибо в графстве есть один монополист - это я собственной персоной, господин имперский граф Александр Мечников, который напрямую подчиняется империи. Хотя небольшой стихийный рынок, на котором три дня в неделю сначала торговали исключительно овощами, фруктами и рыбой, а затем самогонкой и трофеями с поиска, был. За ним приглядывали городские стражники, и там царил полнейший порядок, никакого мошенничества, кидалова и обмана. Товар-деньги-товар. В редких случаях меновая торговля.
      Так было раньше. Но дальше так продолжаться не может, ибо мы отделились от империи, и придется жить автономно. Следовательно, необходимо сделать так, чтобы золотые монеты, которые мои воины получают за службу, а трудяги за работу, снова возвращались в казну. Поэтому, хочу я того или нет, придется вводить налоговое бремя для независимых фермеров и предпринимателей. Ну и, конечно же, устанавливать монополию на торговлю некоторыми видами товаров в пределах графства. В первую очередь это оружие и боеприпасы, алкоголь и табак, топливо, средства связи и электроника. То есть в пределах Передового только мои люди, не вассалы, которые создали свои остроги, а служаки на жалованье, будут контролировать продажу этих товаров. И если это так, надо расширить оружейную мастерскую, построить пару-тройку питейных заведений и автозаправочную станцию. А так же отвести место под большой рынок и специализированный магазин для продажи радиостанций, оргтехники, компьютеров и прочих древних электроприборов, которые чинили и восстанавливали наши умельцы под руководством Эдуарда Калачикова. Затраты будут, но со временем все это окупится и позволит постоянно пополнять казну своими же монетами. И, само собой, в дальнейшем развитие торговой инфраструктуры даст приток иноземных купцов. Хватит нам бродить по морям и торговать на Балтике, в Скандинавии или в северных землях. Пусть лучше балтийцы, скандинавы, северяне, немцы и другие заморские гости, если таковые смогут пересечь океан, к нам в гости приезжают.
      Решение были приняты, и пришлось сразу, пока есть время, претворять их в жизнь. А это новые проблемы. Кто будет разрабатывать налоговую систему, и собирать налоги? Кто станет управляющим рынка и возглавит развитие торговли в пределах графства? Кто возьмет на себя ответственность за оборот оружия и боеприпасов? Кто будет контролировать продажу алкоголя и табака? И кто возьмет на себя контроль за контролерами? Где взять людей, более-менее честных, ответственных и понимающих, чего именно я хочу? Это при том, что "старые гвардейцы", испытанные в боях и походах товарищи, все при деле или как Серый создали собственное феодальное поселение. Вот еще одна проблема и пришлось обратиться к женам, которые с жителями Передового общались чаще меня и знали, кому можно доверять. Но даже при их участии на то, чтобы собрать команду помощников, пришлось потратить неделю. А затем еще неделю, чтобы запустить проекты в работу и организовать трудовые бригады из британских пленников, которые пахали в поте лица своего, дабы со временем заслужить право называться свободным гражданином.
      Только разобрался с этим, как новая проблема. Что делать с образованием и медициной? Детей в графстве все больше и больше, рождаемость никто не ограничивает, а даже наоборот, она поощряется, и Марьяна подумывает о создании фонда, который начнет оказывать небольшую материальную помощь многодетным семьям. Я не против, а очень даже "за". Однако дети это не только "цветы жизни" и наше будущее. Это еще и большая забота для родителей, которые должны их вырастить, выучить и сделать все возможное, чтобы любимые чада не болели. А у нас тут не тепличные условия, а самый что ни на есть дикий фронтир. Школа только одна, в основном для детей высшего командного состава и чиновников Передового, два учителя и четыре десятка учеников. Ни о каком высшем образовании и речи нет, три класса и коридор. А с медициной еще хуже. При гарнизоне форта есть небольшой госпиталь и в нем четыре врача. Подумать только... Всего четыре врача, которые тянули на себе все, от стоматологии до педиатрии, на двенадцать тысяч населения, не считая рабов и британских пленников, и по нынешним временам это еще огромная удача. Только этого все равно мало. Школу надо расширять или строить еще одну, побольше и попроще, для детей воинов и трудяг. А где взять учителей? И такая же ситуация с медициной. Рано или поздно госпиталь перепрофилируем в больницу, выделим для нее здание и оснастим оборудованием, которое сможем восстановить. А где врачи для этой больницы? Пока эти вопросы оставались без ответов, и когда я в очередной раз пытался решить проблему, меня прервали...
      Раздался осторожный стук и в кабинет заглянул Кум, начальник радиоцентра Передового. Просто так, попить чайку и поговорить за жизнь, он не заходил. Значит, получил какое-то сообщение, и оно не для всех, иначе бы он связался со мной по УКВ-радиостации. Кстати, вот еще одно направление, которым необходимо озадачиться - телефонная связь. Почему мы до сих пор не восстановили ее в пределах Передового? Непорядок. Раньше в этом не было особой нужды, только полевку между военными объектами протягивали, а сейчас надо заняться.
      - Что у тебя? - я посмотрел на Кума и вопросительно кивнул.
      - Сообщение от разведчиков из Европы.
      - Давай.
      После того как вернулись наши бойцы, которые во Франции обнаружили сатанистов и дикарей, мы послали в Европу еще две разведгруппы, одна из скандинавов, другая из пластунов. В этот раз с разумными псами, потомками Лихого и Умного. Воины добрались до Дижона, то есть забрались далеко вглубь материка, локализовали базы сатанистов и исправно поставляли нам информацию. Работали чисто - враги их до сих пор не обнаружили. Но если разведка прислала внеочередное сообщение, что-то изменилось.
      "Только бы без новых потерь", - подумал я, протянул Куму ладонь и он вложил в нее лист бумаги с текстом донесения.
      Сообщение было коротким, но информативным:
      "Северянин - Мечнику. Основную базу противника покинул крупный отряд, шесть сотен вооруженным огнестрельным оружием дикарей и двести сатанистов из клана Синие Углы. Отряд смещается на юг. Средняя скорость движения за три дня - тридцать пять километров. Предполагаем проведение противником разведки боем в Испании. Группа Щадры остается на месте. Группа Северянина следует за отрядом противника. Ждем дальнейших приказов".
      Я положил лист на стол и, не глядя на Кума, сказал:
      - Отошли ответ - продолжать наблюдение за вражеским отрядом, в бой не вступать.
      - Понял.
      Кум вышел, а я подумал о том, что Северянин, скандинавский наемник Бран Свеннсон, скорее всего, прав. Сатанисты и дикари решили нас проведать, заглянуть на огонек и пощупать басков, а может и ко мне в гости заглянут или к Бурову. С них станется, тысячу километров пройдут и не запыхаются, ибо привыкли бродить по развалинам мира. Ну а мы... Что мы? Пожалуй, сможем встретить их на дальних подступах и поучить уму-разуму. Нехай знают, гниды, что здесь им не рады и мы всегда начеку.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

 

Похожие темы

  Тема / Автор Ответов Последний ответ
24 Ответов
5295 Просмотров
Последний ответ 13-09-2014, 16:59
от мифт
27 Ответов
8675 Просмотров
Последний ответ 03-01-2016, 17:04
от Kard
30 Ответов
4341 Просмотров
Последний ответ 12-03-2018, 08:55
от YaKnignik
63 Ответов
8179 Просмотров
Последний ответ 28-05-2017, 19:43
от tankist
55 Ответов
6156 Просмотров
Последний ответ 12-09-2016, 19:54
от YaKnignik

Напоминаем, для того чтобы отслеживать изменения тем на форуме нужен валидный (работающий) е-майл в Вашем профиле + подписка на тему из свойств меню темы (Уведомлять -вкл.). НЕ рекомендуем пользоваться ящиками на Mail.ru (часто письмо просто не приходит). В случае попадания (проверяем) писем с форума в папку СПАМ (этим грешат некоторые сервисы) указываем майл клиенту или сервису - НЕ спам.