Приват- клик по "человечку" слева от ника форумчанина. Паблик- стереть двоеточие (или символ @) ника юзера.

Автор Тема: Андрей Горн - Дух трудолюбия (бояръ-аниме)  (Прочитано 2638 раз)

Оффлайн Bl!n

  • Поручик
  • *

+Info

  • Репутация: 233
  • Сообщений: 390
  • Activity:
    0.5%
  • Благодарностей: +211
  • Пол: Мужской
Аннотация: В имперский приют в столице с амнезией после уличного ДТП попадает подросток. Технофентези, стимпанк-паропанк, АИ, немного магии и боярщины. Название временное. Начало. Пишется. Не вычитано. Косяки правятся.

You are not allowed to view links. Register or Login


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Bl!n

  • Поручик
  • *

+Info

  • Репутация: 233
  • Сообщений: 390
  • Activity:
    0.5%
  • Благодарностей: +211
  • Пол: Мужской
Читается легко, и без напряга.
Текста пока немного, примерно 300 Кб.
Но, что обнадёживает, автор уже застолбил место для второй книги.
You are not allowed to view links. Register or Login


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн 123456a

  • Штаб- ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 37
  • Сообщений: 427
  • Activity:
    2%
  • Благодарностей: +194
  • Пол: Мужской
Таки понравилось. Читается очень легко, но быстро закончилось. Жду проду.

Автор обновился сегодня


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 443
  • Сообщений: 3290
  • Activity:
    16.5%
  • Благодарностей: +2735
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
You are not allowed to view links. Register or Login
     Воздушная баталия с катайской эскадрой. Первая фаза боя
       
      -Мой адмирал. Тартарцы окончательно отказали нам в сдаче. Последний предупредительный они проигнорировали. Никаких сигналов с их стороны не было.
      -Тем хуже для них. Пусть познают враги ярость острого Нефритового клинка Цзю-Тянь-Чжень-вана (Подлинного Царя Девяти Небес). Атака!
       
       Услышав и увидев первые трассирующие выстрелы паропушек с "Янг Вэя", обозначающие первые попытки пристрелки по нашим судам, наш капитан, согласно совету офицеров принявший командование всеми судами, дал общий приказ начать активное маневрирование в воздухе. Следом, тут капитан оказался прав, вскоре начали пристрелочную пальбу и остальные воздушные суда эскадры.
       Тут нужно сказать пару слов об активном маневрировании. Дирижабль это даже не паромобиль. И даже не яхта. Дура огроменная. Поэтому активное маневрирование дирижабля в реальности с учетом неизбежного запаздывания действий после поворота рулей и штурвала, часто выглядело плавными подъемами, спусками и поворотами. Вдобавок зависевшее от силы или сопротивления встречного, бокового и попутного воздушных потоков.
       Три дирижабля, двигаясь параллельным курсом, довольно быстро набрав скорость, словно три хищные рыбины, стремительно плыли в воздухе, натужно чихая и выпуская из всех своих труб клубы пара. Грохот вражеских паропушек усиливал какофонию звуков. Задумав атаковать голову катайской эскадры и заранее выбрав наиболее сильное в голове эскадры судно, на всех трех серых дирижаблях правые борта ощетинились пушками, выдвинутыми в боевое положение. Опытные канониры были давно готовы к стрельбе, в ходе раздумий о сдаче натаскав в казематы достаточно укладок выстрелов. Первым был помечен целью дирижабль "Лай-Юйань".
       Способ воздушного боя, который предложил капитан своим товарищам был прост. Намечалась цель, по которой, активно маневрируя, должны были бить все дирижабли. Первый сигнально-трассирующий выстрел дирижабль делал для пристрелки по будущей цели с заведомым промахом и с весьма большой дистанции. Наружная оболочка выстрела, после вылета из ствола загоралась от трения в воздухе, оставляя за собой видимый дымный след белого цвета. Это позволяло пушкарям на не очень больших дистанциях боевого соприкосновения видеть полет выстрела и корректировать свою пальбу. После чего такие же выстрелы в тот же квадрат должны были выполнить смежные с нами дирижабли. Из-за высокой плотности стрельбы на выбранном участке получалось сплошное накрытие цели. Далее, отряд, словно стая акул, почуявших жертву, быстро лавируя, должен был подойти к намеченной цели и накрыть ее выстрелами, по возможности сразу же выводя ее из боя.
       Тем временем выстроившиеся и висящие в воздухе, как на параде, вражеские дирижабли, паля на упреждение, пытались пристреляться по движущимся дирижаблям. Благодаря широкому сектору обстрела, заданному катайцами, их стратегия вполне могла бы им удасться, если бы не высокая скорость перемещения тартарских дирижаблей в сочетании с активными маневрами, что мешало расчетам катайских канониров.
       
      - Казематы по правому борту! На Лай-Юйань цель наводи! Сигнально-трассирующим бронебойным! Пли! Бронебойные товсь!
      Михалыч, закрыв затвор, нежно погладил ствол паропушки:
      -Ну давай, родимая, не подведи сегодня... - и дернул веревочный шнур. Паровое орудие бахнуло и каземат моментально окутало шипящим горячим паром.
      -Семеныч, дирижабля поймана! Новый бронебойный давай!
       
      -Попали-и! С первого разу попали-и! Прям по мостику-у! Еще! Казематы, бей! По Лай-Юйаню! Добавь на мостки огневым! Подожжем желтым задницы! Еще бей! Еще!
       
       Назначенный первым на смерть, УД "Лай-Юйань", разом получив тройной шквал попаданий, в первые же минуты боя вышел из сражения, полностью прекратив стрельбу. От удачных попаданий повредились пародвижительные машины и котлы. Заливая внутренние помещения, они обваривали команду дирижабля горячим паром. На нижней палубе от попаданий огневых выстрелов разгорались первые языки огня.
      -Пушкари! Первый катаец готов! Благодарю за службу!
       Выведя из строя первый дирижабль, троица 'акул', не снижая скорости, двинулась дальше с тем, чтобы вскоре выполнить синхронный разворотный маневр. Флажковым сообщением капитаны сообща назначили новую жертву. Им стал УД 'Чин-Юань'. Тем временем среди противников царила суета. Матросы рядом стоящих судов обменивались флажковыми сообщениями. Адмирал Шикай, на глазах которого тартарцами за считанные минуты был выведен из строя ударный дирижабль, спешно пытался поменять навязанную ему врагами стратегию боя.
       
      -Казематы по левому борту! Товсь! По второму в голове! По Чин-Юаню наводи! Трассирующим бронебойным! Пли! Следующий - бронебойным! Пли! Еще! Пли!
       
       Вторая атака вышла хуже, не так удачно, как первая, потому что команда 'Чин юаня' до гибели сумела нанести хоть какое-то противодействие. Преодолев заслон из катайских выстрелов, наша троица вышла в зону уверенного поражения противника. Когда настало время, нашими выстрелами на катайском дирижабле была снесена паровая труба и напрочь перебиты рули управления, следом замолкло среднее орудие по левому борту. Из сквозных отверстий вскоре начали выбиваться струйки пара, видимо с поврежденного котла. Но остальные орудия в казематах дирижабля еще отвечали и до распространения пара по борту сумели таки сделать по паре-тройке выстрелов, нанеся удаляющимся 'Палладе' и 'Нике' незначительные повреждения. На этой ноте закончилась жизнь дирижабля 'Чин-Юань' Но на этом наше везение закончилось.
       
       Адмирал, своим видом выражая презрение случайной гибели, стоя на верхнем открытом мостике, от повторной удачной атаки тартарцев потеряв уже второе судно, совершенно рассвирепел. Громко шипя на всех офицеров на мостике, он таки сумел довести до командиров рядом висящих дирижаблей смену планов и запустить машины, начав движение. Отказ от толкового совета капитана 'Янг Вэя' и парение в воздухе в ожидании ответа тартарцев дались ему глупой гибелью двух дирижаблей. Катайская эскадра, ложась на новый курс, параллельно, с перелетом, просекнув и копируя стратегию тартарцев, пыталась устроить стену огня удирающим от них дирижаблям. И им это удалось.
       
      - Капитан! Попадание по левому борту! Плутонговый командир, мичман Кареев убит наповал! Осколком голову отсекло! Легко ранен матрос Фокин, таперича на перевязке у лекаря в фельдшерской. Горит рундук на средней палубе, но сейчас потушим. Третье орудие заклинило, но пушкари грят, быстро сделают. Еще случайным попаданием в первом каземате укладку повалило, но это яйца выеденного не стоит. Там канониры простым испугом отделались.
       
      ЭУД 'Паллада', двигавшейся позади всех, досталось поболее:
       
      -Игнат Михайлович! Прямыя попадания повредили слегка несколько паропроводов и вторую выхлопную трубу. Горячий пар идет в отсеки. Матросы с пародвижительного думают, что можно сделать, но для полевого ремонта надобно сбрасывать скорость дирижабля до нуля. Иначе сможем выдать только часть от максимума. И недолго. Еще разбито орудие во четвертом каземате. Убиты канониры Силантьев и Елисеич. Тяжело ранен заряжающий Евсеев. В нескольких местах погнуты переборки. Их только в мастерских в порту выправить получится. Задеты рули управления. С трудом, но возможность управлять пока есть.
       
      Капитан Поповский, нахмурившись после услышанного, отдал приказ рядом стоящим помощникам:
       
      -Матрос, шуруй на деку! Посигналь нашим. 'Поврежден. Выполнять задачи в полной мере не можем. Уходите.'
      Обращаясь к второму помощнику, капитан резко сказал как отрезал:
      -Передай в пародвижительный! Сбросить скорость до трети от максимума! Слезно проси их, пусть думают как сделать ремонт в движении. Хоть заплатку на паропроводы намотают, но ход дирижаблю мне обеспечат! Иначе сразу в гроб ложись. С дистанции эти желтые собаки запуляют. Ежели сделают, мы еще побарахтаемся!
       
       Тем временем на верхнем мостике 'Новика', капитан, получив новое сообщение от Поповского, глухо и цветасто выругавшись, начал распоряжаться:
       
      -Юнга, лети к телеграфисту. Красным в адмиралтейство. Ведем бой с катайцами. Выведены из строя УД 'Лай-Юйань' и УД 'Чин-Юань'. ЭУД 'Новик' и 'Ника' имеют легкие повреждения. ЭУД 'Паллада' повреждена и вышла из боя.
      -Матрос! Сигналь 'Палладе'. Мы уходим. Держитесь, братцы.
      -Рулевой, один протяжный гудок! И три коротких следом!
       
       Через несколько мгновений раздавшийся из паровых труб натужный громовой рев, похожий на то, как трубит слон, парового судового ревуна оглушили юнгу. Некоторое время юноша тряс и бил себя по ушам, пытаясь восстановить свой слух. Восстановив, как ему показалось, слух, Сергей ринулся к телеграфной, периодически балансируя в проходах и коридорах от периодических маневров судна и воздушных ям. Войдя в комнатку, юнга застал телеграфиста за работой, принимающего новое сообщение.
      -Чего? C адмиралтейства? /
      -Ага! Просят держаться! Говорят, помощь близка.
      -Тю-ю. Когда она еще будет. Бой же он вот он, а они черти где. Это они нас успокаивают.
      -Молчи ты. И так тошно. Ты бы лучше грил, как оно там вокруг.
      -Да как. Двум катайцам как врезали под дых, так они сразу и сдулись. И в отместку катайцы нам заодно навесили плюх. 'Новику' с 'Никой' - еще ерунда, а вот 'Палладе' сильно досталось. Бросаем ее. Тормозит она капитанскую стратегию. Давай, капитан просил вот это срочно отправить.
       Повернувшись, юноша хотел уж дернуть ручку двери, как голос телеграфиста заставил его остановиться:
      -Послушай, Сергей.
      -Чего тебе?
      -Сон мне плохой сегодня снился. Чуйствую, сегодня тута мой последний полет. Ежели что, помнишь как тута я учил?
      -Не дури, дятел, еще не раз тут посидим, покалякаем. Не выдумывай себе.
      И юнга, захватив только поступившее новое сообщение капитану, резво вышел за дверь.
       
       Уходя от 'Паллады', Василий Павлович решили стратегию не менять. Единственное, капитаны теперь решили попробовать на зуб флагмана эскадры. Вскоре, уйдя подальше и взяв более высокий эшелон полета, синхронным маневром оба дирижабля принялись выполнять маневр разворота.
       
       Сверху прекрасно виднелась активно пыхтящая паром плывущая в небе катайская эскадра, которая вслед за двойкой тартарцев тоже начала менять высоту. На фоне земли коричневые дирижабли почти сливались с нею и проявлялись на фоне густой лесополосы.. В стороне от всех к едва плетущейся по небу 'Палладе', каждый наискосок к корме, пристроились УД "Динь-Юань" и УД " Чжень-Юань', явно намеревающиеся взять того в клещи. Капитан от осознания такой незамысловатой катайской стратегии даже закричал невидимому ему Поповскому:
       
      -Игнат Михайлович, да уходи ты! Смотри, сзади тебя! Сзади!
       
       Но было поздно. Канониры катайских дирижаблей уж начали прицельную стрельбу, взламывая бронебойными выстрелами броню нашей 'Паллады'. Через некоторое время ее казематы даже начали было отвечать, но куда с меньшей ожесточением.
       
      -Игнат Михайлович! Катайцы пристроились сзади, на дистанции прицельной стрельбы.
      -Где ж ты раньше был? Казематы, быстро! По катайцам бронебойным с хода пл...
       
       Сильный удары попаданий сотрясли дирижабль. Тоскливо заныли и больно заскрежетали переборки. Ветер донес на мостик капитана рваные клубы густого пара. Воздух вокруг наливался теплой влагой. Новые и новые попадания били по дирижаблю, превращая его бронированную обшивку в подобие рваной тряпки. От очередного попадания капитан не удержался и упал, больно ударившись рукой. Когда он сумел подняться, услышал редкую ответную пальбу своих паропушек. Вскоре в слуховой трубе засвистел свисток и послышался негромкий голос боцмана, усиленный эхом слуховой трубы:
       
      - Капитан, разбиты пятый и кормовой казематы. Первый, второй и третий еще огрызаются, но канониры везде сменены на вахтовых. Первые поранены и лежат с увечьями. Катаец шрапнельных в разрез окна бронещита 'удачно' закинул.
      -А шестой?
      -Туда не пройти. Разбита первая выхлопная труба, поврежден паровой котел. Давление в движителе падает. Паром и горячей водой заливает пародвижительный отсек. Ребята там остались. Энергетический контур частично разорван, но еще держит. Ремонт в наших условиях более невозможен. Сколько мы еще продержимся, сложно сказать. Надобно садиться. Или решайте, капитан. Как пред боем обсуждали! Как слышите меня, капитан?
      Ответа не последовало.
      -Капитан? Вы слышите меня? Капитан?
      -Слышу, боцман! Слышу! Казематы, продолжать пальбу. Цели и выстрелы полностью на ваше усмотрение.
       
      Сквозь сильный грохот, пальбу, шипение и тряску на мостике вскоре слышатся слова капитана:
      -Рулевой, рули у нас еще работают?
      -Тяжело, капитан, но еще работают.
      - Казематы! Мы делаем разворот на 180 градусов. Будем использовать главное орудие. Покажем катайцам напоследок, где у нас раки зимуют!
       
      'Паллада', объятая паром, вытекающим из многочисленных пробоин и повреждений на обшивке, натужно скрипя из последних сил, делает медленный маневр поворота. Ее орудия продолжают пальбу прямой наводкой. УД "Динь-Юань" и УД " Чжень-Юань', не понимая этот маневр капитана погибающего дирижабля, уходят каждый в свою сторону, дабы не столкнуться с внезапно начавшим разворачиваться дирижаблем. Легли на параллельный курс и усилили свой обстрел. Встав 'попендикулярно' к УД "Чжень-Юань', капитан дернул за рычаг энергомагического накопителя, пуская оный в действие.
       Из носа дирижабля вырвался едва видимый в ясном небе равномерно гудящий лучевой поток голубой с золотыми блестками энергии. Поток воткнулся во вражеский дирижабль, кольцами разойдясь по всем сторонам его обшивки. Вначале ничего не было, а потом внезапно, словно ниоткуда, появившийся яркий свет, как небольшое солнце застыл в наших глазах, изнутри разрывая обшивку катайского дирижабля на мелкие кусочки. Высвободившаяся от взрыва энергия сильно смяла носовую часть 'Паллады' и резко отбросила дирижабль на движущийся сзади УД "Динь-Юань", развалив того пополам в зоне хвостовой части. Повторного сильного удара корпус 'Паллады' также не выдержал и взорвавшись изнутри, распался на несколько частей. Сами корпуса обоих кораблей, разом лишившись магической поддержки, еще висели на остатках энергии. Но остатки контура уже не справлялись с нагрузкой и под собственным весом разорванные части корпусов дирижаблей в рассеивающемся паровом облаке начали понемногу оседать на землю. Из разорванных частей корпусов вниз посыпалась куча мала из разнокалиберных ящиков, тряпок, выстрелов, мешков, воды из цистерн, вещей и тел погибших матросов.
You are not allowed to view links. Register or Login
     Воздушная баталия с катайской эскадрой. Вторая фаза боя.
       
      -А-а-а-а-а! Игна-а-ат! Га-а-ды-ы! Сволочи!
       
      Капитан резко, со всего размаху и явно больно стукнул кулаком несколько раз по крышке ящика, стоявшему на мостике, вероятно физической болью пытаясь перебить гнев и горечь от случившейся только что потери друга.
      -А-а-а! Соб-баки желтые! Что ж вам дома не сиделось! А-а-а!
       
      Немного успокоившись и выпив воды, Василий Павлович начал медленно, словно цедя слова, и четко говорить:
       
      -Юнга, беги на телеграф. Доклад. ЭУД 'Паллада' в ходе короткого боя пала смертью храбрых, уничтожив разрядом магонакопителя УД " Чжень-Юань' и отдачей таранив УД "Динь-Юань". Считаю долгом доложить, что команда ЭУД 'Паллада' и ее капитан Поповский Игнат Михайлович с достоинством поддержали честь тартарского флага, исчерпали все средства к продолжению боя и геройски погибли, защищая воздушные рубежи нашего государства. Подписал капитан ЭУД "Новик" князь Отяев Василий Павлович.
       
      Мостик флагмана и просто красавца катайского воздушного флота, двадцатипушечного дирижабля 'Янг-Вэй':
       
      -Мой адмирал. Тартарцы вышли в другой эшелон и выполняют разворот. Предполагаем, будет встречный бой. Каковы будут ваши дальнейшие распоряжения.
      Адмирал только шипел:
      -Помесь подлых навозных собак. Больше не пускать их близко. Сменить эшелон, сблизить курс и вести интенсивный заградительный огонь по ним. Палить из всех орудий.
       
       Я снова побежал в телеграфную, а капитан, отбросив горестные мысли, принялся следить за маневрами катайских кораблей. Теперь все помыслы были только о флагмане катайского флота, где сидел ненавистный ему, главный в эскадре, катаец. Адмирал Шикай. Василий Павлович напряженно думал. Правильно ли он выбрал тактику боя. Справится ли команда. Не подведут ли движители. Где-то рядом была столь нужная им с Сергиевским помощь. В голову капитана залезли предательские мысли любым способом продержаться до подхода наших, что выразилось в разговоре с капитан-лейтенантом:
       
      - Семен Семенович, как думаешь. Стоит на наших надеяться?
      - Думаю, не стоит. Нам бы сказали их местоположение. Скорее адмиралтейство само точно не знает. Подбадривает. Ежели рядом - да мы бы и сами увидели их.
      -Да, я тоже склоняюсь к этому.
      -Не думайте об этом. Давайте думать, как покрепче гадов боем связать.
      -Знаешь, Семен Семенович, теперь уж жалею, что Сергея потащил за собой.
      -Не кори себя, капитан. Ежели должно, оно обязательно случится. На все милость божья. Лучше посмотрите туда - Семен Семенович махнул рукой в нужном направлении.
       
       Там катайские дирижабли снова начали перестраиваться, быстро, четко, словно заученно, меняя свой строй на три линии в шахматном порядке.
      Помощник капитан-лейтенанта на мостике, опустив подзорную трубу сообщил офицерам:
       
      -Капитан, катайские дирижабли перегруппировываются и одновременно меняют эшелон! Первая группа - ударные, вторая - десантные, третья - транспортники!
       Капитан, моментально забыв о прошлом, в возбуждении тотчас же начал дуть в трубку и говоря прямо в раструб слуховой трубы, отдавать приказы:
       
      - Движительный! Дайте мне ходу! Поддайте еще!
      - Рулевой! Пикируем на катайцев! Пробуй слева, мимо флагмана проскочить. Сквозь строй! Пусть сами от нас отворачивают! Понял! Рулевой, ты меня понял!
      Матрос-рулевой на этот услышанный приказ только нервно кивнул и крепче сжал ручки штурвала.
      - Флажковый! Сообщи 'Нике'! Смена плана. Встречный бой. На всех парах идем сквозь катайский строй без остановки. Левыми - атакуй флагмана. Правыми - десантные.
      Услышав новый приказ, флажковый быстро отдал честь и побежал на палубу.
      - Левыя казематы! Цель - бьем " Цзинь-Юань'! Правыя казематы! Ваша цель - флагман! Канониры правых казематов! Отдам приказ палить, бьете бронебойными без остановки! Наводка на ваше усмотрение. Когда войдем с флагманом в клинч и в общую свалку, помните, все зависит от вас. Пушкари, бейте всех, до кого дотянетесь. Боцман! Кто из матросов свободен, пускай таскают выстрелы пушкарям. Плутонговый! Смену готовь!
       Забабахали пушки катайских дирижаблей. Небо перед 'Никой' и 'Новиком' расчеркали красные дымные шлейфы пристрелочных выстрелов.
      -Капитан, катайцы ведут плотный заградительный огонь!
      -Движительный! Ходу! Дайте больше ходу!
       
      - Дятел! От капитана новое сообщение! Срочное!
      Телеграфист нервно ерзал на стуле.
      -Сейчас все срочные! Давай сюда!
       
      Внезапный сильный удар лишил ног опоры, отбросил юнгу к стенке, где сильно приложившись головой о металл, Сергей на время потерял сознание.
       
       Очнулся. Сквозь звонкий шум в ушах слышу звуки продолжающегося боя, чувствую, как трясется дирижабль, слышу хлопки и треск хрустящих переборок. В глазах двоится. Хорошо ж меня опять приложило. Трясу и кручу сильно головой, пытаясь восстановиться и понять, что же тут вообще произошло. В телеграфной зияла большая дыра, сквозь которую были видны плывущие мимо нас катайские дирижабли. Рукой наткнулся на что-то липкое. Кровь. Обернувшись, Сергей увидел то кровавое месиво, что осталось от знакомого ему телеграфиста.
      -Эх, дятел-дятел! А вещим ведь твой сон оказался. И даже имени твоего не знаю.
       
       Поднявшись, взглядом коснулся стоящей на столике телеграфной машинки. Надо же, цела, еще работает. Память юнги подсказала нужный порядок действий. Сажусь за сломанный без спинки стул. Лицо обдувает набегающий из дыры в обшивке летний ветер с примесями гари и пара.
       Парень, быстро набрав и отправив в адмиралтейство последнее сообщение капитана, качаясь от плохой координации движений и держась за удобные выступающие места, вышел из телеграфной. В коридоре был разгром из погнутых переборок и шипевшего пара. Так просто к мостику было не пройти и не пролезть. Через дыры в потолке виднелось небо. Решив попробовать воспользоваться матросской лестницей и пройти на мостик через среднюю палубу, Сергей пошел дальше.
       Спустившись на среднюю палубу, зашел в первый попавшийся каземат. Шестой. Слышит слова:
      - Артиллеристо-ом я ро-одился...
       Напевая песню, стрельбу вел лишь один раненый канонир, с перекошенным от боли лицом, периодически перехватывая и держа свою раненую руку. Защитный броневой щиток-ставень был отогнут, но позволял видеть врага напротив. Погибшая прислуга орудия и подачи, напарники пушкаря, лежали рядом.
      -А-а-а! Юнга! Подь сюды! Поможешь мне! Знаю, палить умеешь. Тебя наш Михалыч натаскивал.
      - Закрывай затвор! Юнга, теперь наводи! Совмещай мушку с целиком! Дай глянуть! Так! А таперича, дадим понюхать перцу нашего!
      Орудие бахнуло, окатывая нас паром.
      -Неси новый.... Заряжай...Наводи рядышком...Дай глянуть...И-и-и н-на, катаец, получай ишо!
       Сделав несколько удачных совместных выстрелов, я потянулся за новыми болванками к разбитой дальней укладке в углу каземата. Наклонившись за новым выстрелом, меня от сильного удара снова отбросило к стене. От сильного удара лицом о металлическую переборку защитили лямки страховочного ремня, хотя и больно отозвавшиеся в моей пояснице. В ушах слышится металлический стон. Обернувшись и одновременно поднимаясь, вижу вконец разбитое и вырванное из станка наше орудие, из пробитых трубок которого шипел пар, полностью снесенный попаданием броневой щиток и труп израненного канонира. Глядя на меня, он улыбался.
       Закрыв ему глаза, решил идти дальше. Дирижабль трясет от попаданий. Больше здесь мне делать нечего. Захожу в четвертый каземат. Оба канонира лежат мертвые. Эх, Михалыч-Михалыч. И ты сегодня полег. Не услышу я больше твои песни. С трудом поднимаюсь и качаясь, прислонившись к стенам, двигаюсь вперед, опираясь на стены. Захожу в соседний каземат с противоположной стороны. Тоже мертвые. В втором - двое канониров еще ведут огонь. С противоположной стороны все казематы мертвы. В крайнем огромная горящая дыра, через которую видны вражеские дирижабли. Некоторые из них красовались нанесенными пробоинами или горели. В матросской кают-компании лежат тела. Тяжело раненые и погибшие. Среди тел лежал фельдшер и тот приколист, что подкалывал меня в трюме. В этот момент Сергей, негромко шепча, попросил у него прощения за все нанесенные обиды. Зашел в свою каморку. Захватив из-под кровати свой сидор и парашют, иду дальше.
       Двигаюсь наверх, на мостик к капитану Окинув со средней палубы обшивку, только присвистнул. Везде сплошные дыры. Хорошо они нас тут мочили. Гады. Иду на лестницу. Ахренеть. Половины лестницы просто нет. Вырвано с мясом. Закинул вначале мешки вверх. Подпрыгнув, удалось зацепиться руками за еще целые фрагменты поручня. Подтянувшись, удалось встать на еще целые ступени лестницы. Оставив лестницу с большой дырой в обшивке и ступенях позади, вышел на опаленный огнем мостик. Ветер с силой обдувал мое лицо, трепля волосы на голове, делая из них кавардак. Рядом висящая, наполовину объятая пламенем, 'Ника' еще отстреливалась, понемногу снижаясь к земле.
       На верхней деке с носа разгром был не меньший, чем в хвосте. Явно сразу целились в управление. На разрушенном мостике повстречались трупы рулевого и Семен Семеныча. В углу мостика на полу лежал тяжело раненый флажковый, нервно трясущий всеми руками и ногами. Капитана там не было, он нашелся в румпельном отделении, весь перевязанный, поочередно вызывавший отсеки дирижабля:
      -Второй каземат, отвечайте! Вызываю второй!
      -Пародвижительный, отвечайте! Пародвижительный!
      Увидев меня, он улыбнулся.
      -Живой пока! Молодец! Сергей, что там внизу творится? Ни с кем не могу связаться.
      -Отстреливается второй, капитан.
      -Странно. Связи с ними нет.
      -Правда, капитан. Я только из шестого...перед тем ваше сообщение отправил. Телеграфист погиб.
      -Жаль. Что еще?
      -Много тяжелых раненых в кают-компании. На мостике встретил флажкового, рулевого и Семен Семеныча. Первый ранен, остальные...остальн...- тут юнга запнулся.
      -Знаю! Не говори, все знаю. - сказав это, капитан замолчал. Но ненадолго, потому что следующими его словами был приказ:
      -Так, Сергей! Юнга! Слушай мой приказ. Берешь свой самоспасатель. И мне с мостика заодно принесешь. Берешь свои манатки и отсель прыгаешь. Ты понял?!
       Сергей, зло сжав губы, процедил:
      -Василий Палыч, я один отсюда не уйду!
      Капитан вначале принялся уговаривать его, как маленького:
      -Сергей, ну ты же видишь, дирижабль боле не боец. Нам не выстоять против катайцев.
      В этот момент дирижабль сотрясло очередное попадание и последнее орудие замолкло. Капитан стукнул по стенке и медленно продолжил:
      - Пушки, почитай, разбиты, команда полегла или ранена. Пародвижительный молчит. Думаю, там тоже все плохо. Контур магический еще жив, а рули плохо слушаются. А мне еще ребят посадить с высоты исхитриться надо. - в тот момент Василий Павлович сменил интонацию на более жесткую: - Так что бери энтот свой самоспасатель и вали отсель, прыгай к едрене-фене вниз! Рискованно тут понимаешь? Вдруг у меня не получится. А так мож сам жив станешься. И так подвел тебя. И поживешь еще.
      Парень задергался:
      -Василий Палыч, а вы? Я же ни о чем не жалею. И вас тут не брошу. Если, что, мы вместе прыгнем. Я принесу вам самоспасатель, капитан?! Подождите!
      Сергей, бросая на пол палубы парашют и сидор, ринулся в коридор.
      -Юнга, стоять. Не надо! Передумал. Я знаю, где лежит запасный самоспасатель. Правда! Капитан пока остается. Мне вправду нужно постараться посадить дирижабль. И еще кое-что тут сделать! Ежели что, я апосля за тобой прыгну. Ну чего стоишь? Иди прыгай. Ну! Иди давай! Встретимся внизу!
       Все равно парень мнется и стоит в нерешительности.
      -Иди! Нет, Сергей, все же постой. Возьми это - капитан снимает со своей руки красивый фигурный перстень с камнем. Магический, защитный. Отдаю на время. С возвратом, тебе на сохранение. Понадобится - сожмешь в руке, камнем вниз. Отдашь мне внизу, когда все закончится.
      - Капитан, вы чего это такое удумали?
      - Иди скорей, спасайся сам. У меня тут дела! Все! Выполнять приказ! Не мешай мне! Встретимся там! -начал прогонять Василий Павлович.
       В этот момент очередной сильный удар потряс верхнюю палубу дирижабля. В очередной раз погнулись и заныли переборки. Юнга, зажав переданный ему перстень в руке, закинув на плечо сидор и схватив другой рукой парашют, побежал быстрее к уличной части палубы.
       На ходу надеваю на палец перстень. Камень только засветился матовым бирюзовым цветом. В движении, периодически останавливаясь, натягиваю на себя лямки парашюта. Спереди притягиваю сидор.
       Мимо уха просвистел осколок. Выпрыгиваю под разрывы выстрелов. Потоком воздуха снесло вниз. Парашют удачно натянулся и я полетел вниз. А дирижабль, крутанув винтами и рулями, вдруг поплыл, одновременно начав разворачиваться. Зачем это капитану? Он же должен был лететь вниз. Спустившись вниз, как-то неожиданно стало понятно, что задумал капитан. Сергей заорал:
       
      -Нет, Василий Палыч, не делайте этого! Не делайте этого, капита-а-а-н! Капи-та-а-ан!
       Кажущийся черным, коричневый 'Янг Вэй', красуясь полученными пробоинами на обшивке, разворачивался, нарушая общий строй. Из правых казематов по 'Новику' активно палили пушки. "Новик", успев развернуться раньше, поравнялся, кажется в одной плоскости, и приближался к катайскому флагману. За несколько метров до столкновения перед носом 'Новика' начали поблескивать золотистые сполохи. И следом оба дирижабля, большой 'Янг Вэй' и малый 'Новик' с ярким сиянием маленького солнца попеременно взорвались в воздухе, отбросив энергией взрыва в стороны со своих мест два соседних катайских дирижабля. Ударная волна догнала мой снижающийся парашют совсем недалеко от верхушек деревьев и лишь усилила мое падение.
       
      -А-а-а-а-а!!!
       Парашют, падая, зацепился за верхушки деревьев, порвался и парень снова полетел вниз. Падая снова и снова, юноша, попеременно ударялся и цеплялся за нижние ветви деревьев. От нескольких сильных ударов о ветки Сергей отключился. Рука его непроизвольно сжалась, зажав перстень, вызвав появление защитного золотистого шара вокруг тела. Падая вниз, шар отбивал и отталкивал все встречающиеся во время падения ветви вокруг. А само падение тела остановилось в метре от земли, когда истерзанная ткань самоспасателя с канатами нашла очередную зацепку в крепких ветвях. Лишь тогда, непроизвольно встряхнувшись, рука с надетым на палец перстнем разжалась.
       
      Мостик МД " Чао Юнг":
      -Адмирал Шикай погиб вместе с флагманом. Кто теперь должен управлять эскадрой?
      - По старшинству, думаю, вы, капитан Юй.
      К катайскому капитану, ставшему временным главой эскадры, обратился матрос:
      - Капитан Юй, на горизонте видны нихонские и сопровождающий их тартарский дирижабль. Вижу десять вымпелов.
      Новый временный глава, вглядевшись в подзорную трубу, обратился к окружающим его офицерам:
      - У нас больше нет ударных дирижаблей. "Цзинь-Юань' поврежден. Десантные к этому бою не предназначены. Мы больше не можем тут оставаться. Сигнальте приказ остальным дирижаблям. Выход из боя. Курс на Ляолянг. Император будет нами недоволен. Мы не смогли выполнить поставленную задачу.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 443
  • Сообщений: 3290
  • Activity:
    16.5%
  • Благодарностей: +2735
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
You are not allowed to view links. Register or Login
    ****
      Через несколько часов после воздушного боя в лесной чаще между деревьями в поисках грибов шли молодая девушка с еще крепкой бабкой.
      - Ох и страсть-то какая в небе творилась. Словно ад на небесах. Много верно наших побило. Трое супротив осьмнадцати вражин.
      -Да не осьмнадцать их было. А всего двенадцать!
      -Ну и что, мало что-ль. Усе равно много. Ишь наших-то как побили.
      - Ба, да и супостату вражьему досталося от наших не меньше. Сама видела с пяток горевших дирижаблей. А тот, самый большой, свечкой с нашим вспыхнул и бабахнул. Самый главный там был, точно тебе, ба, грю. И все равно молодцы наши их выгнали.
      Вдруг девушка резко побежала вперед и крикнула:
      - Ба-а, смотри-и! Солдатик тута висит, матрос-паролетчик. Живо-ой. Только поранетый весь. Ни живого места на ем. Верно с неба спрыгнул.
       Бабка на столько быстро, насколько позволял ей ее возраст и силы, не спеша подошла к висящему на ветвях телу.
      -Ох ты ж, Лизонька, и взаправду! Неужто сверху спрыгнул. Страх то какой. Ох.
      Девушка обратила внимание на кольцо:
      -Баа, ты глянь, какое кольцо на ем бохатое. Из городских и знатных видать. Что делать-то будем, ба. Мимо пройдем аль на горбу потащим. A?
      Бабка думала недолго:
      -Лизка, я тя жигучкой -то отстегаю. И не посмотрю, что выросла, и моя помощница. А ну сымай с него ремешки эти.
       
       Просыпаюсь от тряски. Шурх-щурх, вших-вших. Открыв глаза, вижу ясное небо и верхушки деревьев. Я уже где? Уже там или еще тут? Ощущаю, что руки не двигаются, потому что стянуты веревками. Ну значит нет, на земле еще пока. Вспоминаю 'Новик', помню, как прыгал на парашюте оттуда, как пошел на таран капитан, как больно бился о ветви. А сейчас вот на земле. С болью в теле пытаюсь приподняться и хоть как повернуть голову, краем глаза пытаясь увидеть тех, кто несет меня. Какая-то высокая бабка и не менее высокая деревенская девушка, сделав из найденных ветвей носилки, волоча их по земле, тащили меня куда-то. Живой пока еще.
       В этот момент импровизированные салазки цепляются за камень, и от резкого движения парень, немного приподнявшись, даже застонал. Бабка повернувшись:
       
      -О, наш ранетый очнулся. Ты не дергайся, барчук, уж звиняй. Домой мы с Лизкой тя тащим. Тама тя и целить будем. Мы люди простые, по-простому, по-деревенскому лечим. Уж потерпи до дому, скоро будем. Немного осталося. Ворошбой полечим. Слово-то, оно волшебное. И лечит, и калечит. Потерпи чуток.
       Упав без сил обратно на носилки, снова отключаюсь.
      Сквозь сон и странный пьянящий запах слышу как-будто вдалеке женский разговор:
      -Лизка, нехорошо глазами зыркать! Не видишь, поранен он?!
      -Ну ба-а Матрена!
      -Что ба? Что Матрена! А ну бери ковшик с ветошью да смачивай настоем тело. Подними барчука вона сначала. Апосля женихаться будешь.
       Чувствую, как чьи-то руки мягко и щекотно трут тело. Сил поднять веки нет никаких. По всему телу словно все отбито. Жарко и холодно мне, одновременно. Горло рвет, как будто простудился. Словно в тумане слышу пробившийся ко мне женский голос. Сквозь пробравший меня озноб, сиплю в пустоту:
      -Пи-и-ить!
      -Очухался наконец. Выпей-ка настою горячего целебного малинного. Полегчает.
      Спасительная влага орошает сухие потрескавшиеся губы. Хочется еще. Еще. Дайте еще. Но нет, слышу.
      -Много нельзя, мой хороший. Не все сразу. Надо по чуть-чуть.
      Выпив, снова отключаюсь.
       
      Просыпаюсь от слов:
      -Эй, барчук, как звать-то тебя? Имя-то как твое?
      Пытаюсь открыть веки, но глаза не слушаются:
      -Сергей, кажется...Сергей Конов...Я уже где?
      -Хи-хи-хи! Пока еще тут. Хи-хи! Ба, тут барчук, заговаривается.
      -Лизка, начинай давай ворошбу-то.
       
      Слышу девичий шепот:
       
      -Маменька быстра вода, смой всю маяту
      -Всю хворь и ломоту с Сергия нашего
      -Унеси их поглыбже в пучину морскую
      -Затяни их в самые омуты глыбокие
      -Надень на них хомуты каменны
      -Чтоб боле никогда им не всплыть
      -О Сергие нашем на веки забыть.
       
      Следом мокрый палец коснулся горячего лба, груди, правого и левого плеча, вызвав на мгновение чуток облегчения.
      -Заговоренной водичкой велю, белым-белой солью заклинаю
      -Изыди ломота вся, изыди маята вся
      -Из головушки буйной, из седца ретивого
      -Из очей ясных, из бровей черных, из костей...
       
      Слушая эти слова не заметил, как снова уснул.
      ****
       
       Костюмированный вечер-чаепитие в императорском дворце в столице. Несмотря на пышный праздник, признаки начавшейся войны уже были видны среди гостей. Среди гостей было немало военных в парадной форме, многие из которых в разговорах обсуждали поступающие новости с фронтов.
       Приглашенные участники вечера смеются и негромко разговаривают друг с другом. Отдельной группой среди праздных дам, военных и чиновников выделяется новый нихонский посол со своей женой и дочерью, прибывший вручить Императору Гран-Тартарии верительные грамоты. Его редкая свита из доверенных лиц стоит позади. Торжественный макияж бело-красно-черных цветов скрывал очень бледное лицо Аюми. Девушка еще не до конца отошла от полученного ранения, была запахнута в красивое темно-синее кимоно с росписью цветов вишни и перетянута расписным поясом оби зеленоватых оттенков. Она посматривала на редких встретившихся ей знакомых из Оболенской гимназии, чьи родители присутствовали на вечере вместе с ними и вспоминала случайную встречу с Сергеем.
       Недалеко от них стоит коллежский асессор Бардин с дочерью и сыном. Его пригласили на вечер по причине удовлетворения Императора работой ревизской комиссии, кою он возглавлял. И хотя результаты этой работы были смазаны некстати начавшейся войной, его величество счел необходимым поощрить асессора за труды и назначить на новую должность. О чем его предупредил его начальник обер-полицмейстер, с сожалением отпуская своего помощника на вечер.
       Аудиенция проходит за чайным столиком Императора, сидящего вместе с супругой и дочерью Александрой, разодетыми в пышные белые платья. Приглашенные гости садятся за столик и ведут беседу. Перед тем секретарь государя показывает папку с выжимкой вопросов по очередному кандидату, пока снующие дворцовые официанты каждый раз приносят и разливают новым гостям чайные наборы со свежесваренным чаем.
       Вот дворцовый церемониймейстер пригласил посла Нихон для беседы к императору. После витиеватого представления и церемонного вручения красивых верительных грамот между сторонами состоялся небольшой деловой разговор, после которого посол попросил разрешения публично объявить благодарность. Удивленный таким неожиданным поворотом император, разрешая, согласно кивает:
       -От имени государства Нихон хотел объявить особую благодарность храброй и отважной команде имперского военного дирижабля " Новик", пришедшей к нам на выручку в ходе боя с катайским дирижаблем, наглым и бессовестным образом напавшим на мирный посольский вымпел. Также от себя лично хотел отметить одного члена команды, молодого юношу, спасшего жизнь моей дочери, благодаря которому она сегодня стоит рядом со мной.
       К императору тихо подошел военный министр и что-то зашептал. Император тут же потемнел лицом:
      -И как же зовут сего доброго молодца. Надо же передать его родным награду.
      Посол, еще раз пошептавшись с дочерью, сообщил:
      - Этого молодого человека зовут Сергей Конов, он воспитанник имперского приюта трудолюбия Старо-Петерсборга. А почему передать родным?!
      Тут слово взял военный министр:
       
      -Эскадренный ударный дирижабль "Новик" геройски пал сегодня вместе с УД 'Паллада' в ходе воздушного боя с превосходящими силами противника при прорыве катайской эскадры адмирала Ван Шикая над Калмацией. Вся команда погибла после тарана флагмана катайцев "Яна Вэй". Гибель дирижабля засвидетельствована участником воздушного боя, капитаном поврежденного в бою, но сумевшего приземлиться ЭУД "Ника" и ЭУД "Орел", который и подобрал остатки команды. Весьма сожалею.
       
       Услышав эти страшные слова, Аюми пошатнулась и упала без чувств на красивый дворцовый пол. А в уголке глаза герцогини Александры побежала непрошенная слеза, которая она тут же смахнула платочком, что не осталось незамеченным ее отцом и императрицей, ее матерью. А Петр Алексеевич, услышав горестные новости, на это только крепче обнял своих детей.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 443
  • Сообщений: 3290
  • Activity:
    16.5%
  • Благодарностей: +2735
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
You are not allowed to view links. Register or Login
     ****
       Сергей проснулся от ощущения чего-то горячего. Нет, сухости во рту и рвущего горла с жаром во всем теле не было. Это летнее солнышко, лучами проникнув сквозь мутноватые маленькие оконца из зеленоватого стекла в избе, припекало и играло с его лежащим на полатях телом своими теплыми лучами. Оглядевшись, его вниманию предстала довольно просторная комната с грубой, хотя и явно недавно беленой отделкой стен в углах, перемежавшаяся с другими, не менее грубыми ошкуренными и отесанными стенами из давно рубленого, уже потемневшего и пошедшего трещинами сруба. Изломы трещин и стыки брусьев в дереве, были кем-то заботливо и плотно законопачены паклями из волокон какой-то травы. Особенно поразила его высота комнаты и дверного проема, шире и выше обычного раза в полтора. Маленькие оконца в стенах и дверной проем в комнате по периметру были украшены бирюзовой обналичкой сложной резьбы с фигурками странных животных по углам. Посреди комнаты стоял большой и длинный массивный стол, накрытый плотной скатертью с красивыми ромбическими фигурками, по двум сторонам которого виднелись две широкие лавки. На деревянных полах длинными дорожками были аккуратно разложены тканые, но цветастые половики. Беленая глиняная печь с закрытой заслонкой пахла чем-то очень вкусным, к чему примешивался запах свежевыпеченного хлеба. Сам же хлеб вместе с глиняной солонкой лежал в центре стола, заботливо, но не слишком плотно укрытый красивым рушником. Рядом с печью, в уголке, стояли закопченные металлические ухваты разных размеров вместе с печной кочергой и странная, давно видавшая виды, "хлебная" лопата, стоявшая "верх ногами", то есть совком вверх, а черенком вниз. Рядом с печью в небольшой дровянице были заботливо уложены чурки расколотых поленьев. Возле устья печи вдоль деревянной стены стояло несколько, похожих на стулья, столиков, на которых под рушниками лежали тарелки, россыпь стеклянных зелёных и фиолетовых бутылочек и пузырьков, заполненных какими-то жидкостями. Особо выделяясь на белом фоне, на полке-приступке, среди глиняных крынок, кружек и кувшинов торцом к печи было прислонено полено-каток. В нише печи на плошках под лучами солнца светились толстые свечи. На открытых полках видны расставленные аккуратно в ряд батарея чугунных котелков и крашеных глиняных плошек. Видимо эти полки пользовались хозяевами чаще всего. Другие же полки были закрыты от чужих глаз домоткаными тканями с интересным, но разным рисунком, словно владелец которых не сильно заботился о подборе единого стиля. Под ними стояла прялка-колесо, на которою была перекинута незаконченная мастерицей ткань. На кованых крючках висело несколько простых рушников. Под потолком, на веревочках, волнами красовались, связанные пучками и проткнутые засушенные травы и грибы. А у двери в углу друг на друге стояло несколько мал мала меньше окованных металлическими полосами сундуков, как простых, так и украшенных расписными сюжетами, состоящих из диковинных зверей и птиц, рядом с которыми в углу лежал мой ношеный сидор, купленный еще на толкучке в Старо-Петерсборге. В углу комнаты, над ручным фонарем виднелись кем-то вырезанные деревянные фигурки страшно-уродливых и непонятных морд. И все же, несмотря на это, большая комната в избе все же производила впечатление приятного и уютного гнездышка.
       Решив встать и оглядеться получше, Сергей потянулся и отбросил от себя цветастое лоскутное одеяло. И сразу же пожалел об этом. Содрогнувшись от внезапной судороги и сразу пронзившей его тело боли, юноша начал растирать давние о себе знать больное место. Растираемое место еще ныло, когда парень внезапно обратил внимание на совсем другое. Исподняя одежда, в которой он спал на полатях, была совсем, совершенно другой, не той, что ему выдали на "Новике". Моментально вспомнив тащивших его в лесу женщин и в болезненном горячечном состоянии женский разговор попозже, парень от нахлынувшего на него смущения тут же покраснел. Но ненадолго, потому что слезая с полатей на деревянный пол, место нескромных мыслей заняли другие. Матросских ботинок нигде не было видно. Встав босиком на пол, Сергей сразу почувствовал, как за время болезни ноги словно отвыкли от ходьбы. С трудом борясь со ослабшими ногами и болями в пятках, юноша двинулся вперед, к выходу из избы. Первая встреченная дверь вела в сени. Не менее большая комната также встретила его грубым домотканым половиком, пучками сушеных трав, гроздьями свежего лука и чеснока, большим ларем и длинной лавкой у стены, на сиденье которой были расставлены чем-то заполненные чугунки и разнокалиберные бочки. Также на лавке лежал изрядный кусок моего самоспасателя, заботливо сложенный хозяевами в несколько слоев.
       В углу стояла большая кадка, явно под воду, на крышке которой стояло коромысло с двумя небольшими деревянными ведрами. Сквозь полуоткрытую дверь, через щель которой в комнату пробивались солнечные лучи, в сени забежала парочка упитанных коричневых с белыми перьями куриц. Влетев в помещение, они увидели юношу и тотчас же забились под лавку. Принявшись искать в щелях на полу съестное, иногда между поисками замирая и с осторожностью, удивлением и опаской поглядывали на неожиданно вышедшего из комнаты незнакомца.
       Доковыляв до выхода, Сергей открыл настежь деревянную дверь с крючком и щеколдой изнутри. Несмазанные кованые дверные петли скрипнули при открытии неожиданно звонким переливом . Следующим шагом он вышел на улицу, держась за открытую качающуюся дверь и осторожно ступая по полубревнам входных ступеней. Справа раздался голос рядом сидящей на лавке вместе с девушкой бабки:
      -А вона и наш барчук болезный встал! Иди, Сергий, сюда и скорей за угол мыться! Сейчас тебе Лизка с кувшину-то польет да рушник-то подаст. А апосля есть да знакомиться будем.
       
       Оглядев вставших с лавки женщин, сразу стала понятной эта странность с проемами и высотой. Бабка с девушкой, несмотря на свой, как они мне впоследствии сказали, невысокий среди родичей рост, по сравнению со моим метр восемьдесят были просто очень высокого роста. Аж на целую голову выше меня. Прям как баскетболистки какие-то. То-то мне лежа на носилках их рост немного высоковат показался. И понятно теперь, каким образом они меня до дому дотащили. Сил то побольше. Стараясь не выказывать свое удивление данным фактом, принимаюсь умываться, принимая в ладони прохладную воду, щедро выливаемую нависающей надо мной Лизой из красивого глиняного кувшина. Пока я умывался, девушка подробно рассматривала меня. Глаза ее ехидно смеялись, словно она знала обо мне что-то эдакое. Вспомнив, в чем я проснулся и вышел на улицу, вновь сам засмущался, а девушка приняла это на свой счёт и, прыснув в здоровый по сравнению с моим кулачок, как-то негромко хихикнула. Вытирая мокрое лицо и руки расшитым рукотерником, переданным мне девушкой, я оглядел фасад избы, из которой недавно вышел.
       Большая деревянная изба из тесаного бруса, стояла на высоком подклете, словно без всякого фундамента. Подклеть заканчивалась навесом по периметру фасада, крыша которого начиналась от окон. Дом, весь красиво украшенный замысловатой резьбой, словно показывал окружающим вкус и достаток своих хозяев. На коньке были вырезана фигура, похожая на морду коня, нависавшим над домом словно оберег. Резные наличники, с не менее изящными сюжетами, украшали всех окна на фасаде. Художественные ставни были открыты, давая доступ солнечному свету. Крепкие деревянные ворота, висящие на кованых жиковинах, вместе с аркой, с вырезанными на ней злыми и добрыми фигурами, словно оберег, сторожили въезд в дом. Правда, забор-загородка подкачала. Сделанный из немного кривоватых жердей орешника, привязанных к не менее кривоватым горизонтальным брусьям, он давал возможность увидеть внутри всех живущих. Вот и сейчас, за загородкой расслышалось сдавленное хихиканье. Это две малолетние девчонки, видимо соседские, ну как малолетние, около метра ростом, пялились в щелку забора. Цыкнул на них и они, смеясь, убежали.
       
       Когда я умылся и вытер себя, женщины пригласили меня обратно в дом. Там Лиза подала мне одежду переодеться. Мою матросскую одежду, исподнее и обувь. Пропахшая во время боя потом и солью, моя одежда теперь пахла свежестью и какими-то приятными травами. За время моей болезни и беспамятства, девушка успела ее постирать и порванные во время боя и моего падения места аккуратно заштопать, за что я был ей премного благодарен. На мой вопрос, откуда на мне чужое исподнее, за нее ответила ее бабка, сообщив, что вещи те старые, давнишние, достались ей от бабки. Лежали, мол, в сундуке, порывалась выбросить, да все руки не доходили. Вот и пригодились.
       Там переодевшись в свое и познакомившись заново, принялся расспрашивать женщин о том, что происходило со мной все последние дни.
      -А долго ли я без памяти провалялся?
      -У-у-у, да почитай с пару дней валялся. Как нашли тебя пораненного, висящего на ветвях и с Лизкой дотащили до дому , ты все время был в бреду простудном. Весь в синяках и царапинах, жар был, горячка. Маменьку звал, домой просил забрать, капитана какого-то просил что-то не делать, герцогине что-то хотел сказать, порывался какую-то Аюми спасти. Аюми ведь твоя девушка?!
       
       Вот блин. От этого нехитрого вопроса, как-бы между прочим сказанного, я чуть не выпал в осадок. Увидев мое смущение и наливающиеся краснотой щеки, женщины все поняли по-своему и усадив за стол, принялись ухаживать за гостем.
       Нарезав свежевыпеченного хлеба, наполнив с горкой расписную плошку томленой пшенной кашей на молоке и налив в большую кружку свежего молока, Лиза , не прекращая искоса посматривать на юношу, вместе со свежей сметаной, творогом, сливками и маслом подала угощение гостю. М-м-м, какое объедение. Услышав от гостя сладкие слова похвалы, женщины ненадолго засмущались, но лишь ненадолго. Потому что до самого конца завтрак, плавно перешедшего в обед женщины пытались выпытать буквально все подробности моей жизни. Утаивать в целом я не стал. За исключением жизни ТАМ и истории с Йозефом. А так, рассказывал им все подробности, без утайки. И как попал под паровик, и приключения в полиции, и житие в приюте , и работу у Арбузова, и как сбежал в столицу с городскими перипетиями. И как попал во флот на военный дирижабль, вкратце рассказав о спасении капитана. И смешные случаи из службы. И про войну и про последний бой, закончившийся гибелью "Новика". На этой грустной ноте женщины, поохав, сразу принялись успокаивать юношу, говоря, что для него не все потеряно. Жив мол сам и ладно.
       А так. Им было интересно все. И чем живет большой город, и что празднует, и видел ли я князя-императора и прочих членов их царственной фамилии. Услыхав, что видел и даже прихвастнув, что знаком, женщины немедля потребовали подробностей. Жадно внимая каждому моему слову, ни бабка Матрена, ни Лизка не прерывали меня и переживали за всеми поворотами и перипетиями из моей недавней жизни. Словно сериал им рассказывал. Если б я знал, что многое из моих слов они растреплют потом соседям, что не раз впоследствии ставило меня в тупик, вряд ли бы стал рассказывать им столько подробностей. Но все это было потом.
       Оказывается, о начавшейся войне они знали, так как в их деревню уже дошли слухи о неприятеле и творимых им безобразиях. Грабили и жгли катайцы дома, убивали не успевших убежать, попавшихся им или пытавшихся оказать им отпор, мужчин, угоняли в полон пригожих девок и малых детей. На мой вопрос, готовятся ли они к войне, женщины ответили отрицательно. Наивно доверительно сообщая в разговоре, что они далеко и в стороне от проезжих дорог и имперского тракта. Не доберутся мол. Я им не поверил, говоря, что они могут прибыть по воздуху. На что женщины по-простецки ему заявили, ежели что, то успеют сбежать. Ну-ну, какие глупости.
       Сидя за столом, женщины комментировали мой неспешный рассказ:
       
      - Прямо не верится, барчук, что такое бывает.
      - Да вот, бывает. А что это вы меня барчуком называете . Я что вам князь какой?
      Бабка, улыбаясь, на меня так снисходительно посмотрела, мол знаем мы вас:
      - Дак, Сергий, на тебе кольцо твое защитное магическое.
      - Да что вам это кольцо? Кольцо свое мне мой капитан отдал, с возвратом вернуть на земле. Только...
      - Нет уже твово капитана, поняла..Только кольцо оно непростое и без согласия на то человека с руки не снимается. Так что барчук ты и не отказывайся...
      -Да какой из меня барчук-то?
       
       Когда я поблагодарил за угощение и лечение, уход и ласку, закономерен был и такой вопрос с их стороны:
       
      - А куда, Сергий, дальше пойдешь ? Времена нынче суровые, жисть, духи и боги наши говаривают, будет страшная. Всем друг за дружку держаться надо. До столицы идти далеко, до тракта путь не близкий. Главный город в Калмации по деревенским слухам, разрушен. Надобно в какой другой идти, где власть все еще государева. По дорогам верно вражьи заставы. Не ходи.
      -Не знаю, надо бы людей поспрашивать, подумать и решить. А что вы предлагаете?
       
      Бабка Матрена положила руку на плечо, и гладя его, уговаривала:
      - Оставайся у нас. Парень ты, нутром чую, хороший. Вишь, мужика у нас справного нет. Помощь нужна. А то все мы сами да сами. Или родичей просим. Поселим в баньке, места у нас там много, не обделишь. Одежонку тебе справную найдем, лечить-кормить будем. Покойно пока у нас. Да и защита нам все какая-никакая. Оружье в сидоре видела. И магический в доме не помешает. Сергий, оставайся!
       
      Опять магия. Да что это же такое. Который раз.
       
      -Поживешь с нами, пообвыкнешься. А ежели позже все же уйти захочешь, али проездом кто. Решишься, ну тогда мешать не станем.
      -Не понимаю. А что во мне такого магического? Который раз все мне говорят, магия-магия у меня, но никто ничего не рассказывает.
      Бабка засмеялась:
      -Э-э-э, милок, мы хучь знахарки деревенские, враз такое видим. Источник у тебя. Яркий, сильный, молодой и свежий. В руках. Хоть пользуйся. Нешто, барчук, не видишь? А ежели не знаешь, пробовать тебе надо. Хучь здесь.
       
      Не веря, с ехидством отвечаю:
      -Ну-ну! И что же я могу делать? Бочку взглядом поднять?
      - А ты не смейся. Да хучь и бочку. Бабка как-то кому-то говаривала, надобно глянуть на вещь да задуматься, руку направить, куды требуется. Ну и ...не знаю, барчук, у самой-то такого нет. Пробовать надо.
       
       Не веря Матрене, с явно читаемым на лице скепсисом, смотрю на стоящее у двери деревянное ведро с водой. Вскидываю руку, думаю о том, как-бы поднять ведро. Ничего не получается. Женщины внимательно смотрят на мои действия. Раз, другой. Пробую еще раз. Снова. Вижу только, как из руки к ведру исходит тонкая золотистая нить-сгусток. А все мое тело покрывается тонкими линиями таких нитей. Интересно так. Прямо вторая кровь какая-то. А тем временем с ведром ничего не происходит.
      - Ведро, да взлетай давай, черт бы тебя подрал.
      О чем я недовольно сообщаю Матрене:
      - Ну вот, видите! Нет у меня никаких магических способностей. Вы просто ошибл....
      И затыкаюсь с открытым ртом. Потому как ведро медленно поднялось на уровень головы.
      -Ну, а ты не верил! Ну как, барчук! Остаешься?!
      Э-э-э! Вот блин, спросили. Конечно же, я остаюсь.
       
       
      ****
       -Когда меняют пастуха, только стадо считает, что меняется хозяин. (шутка)
       
      Отправили меня на дальний лужок ихнюю корову Зорьку с теленком Ерошкой пасти. Мол, ну чего там, уговаривала меня Лизка, сложности нет никакой, гоняй их себе хворостиной и веди куда надо . Мол, а ей надо на полянку одну, цветочков целебных на зиму пособирать. А сама глазками-то невинно хлоп-хлоп. И еще, чтоб не бегала скотина с места на место, забей в землю колышек и привяжи к нему корову. И лежи, отдыхай себе, хочешь назад возвращайся. Времени - вагон и малая тележка, как говорится, от прихода и до обеда. К обеду корову обратно вести, на дойку. Вот честно...туда идти совсем не хотелось. Согласился только потому, что без соглядатаев силу приобретенную хотел попробовать. Уговорила. Пошел. С гибкой хворостиной из орешника в руке. И что вы думаете? Зорька с Ерошкой так прямо сразу и послушались? Как бы не так. Только скотина вышла из хлева в из сарае за околицу, так почти сразу и началось. В смысле, поперла вверенная мне скотина куда-то не туда. Хворостиной бью, пытаясь направлять животных в нужную мне сторону, а она, косясь на 'левого' хозяина, знай степенно прёт в сторону, в нужном только ей направлении, попутно ухватив с земли и жуя пучок свежей травы. Забегаю с другого бока животных, пытаясь выправить их маршрут в нужную сторону, а она, получив очередной удар хворостиной, только от меня припускает. Не туда. Раздражаюсь:
      -Господи, за что мне такое наказание. Ну почему Лизка со своими коровами сама туда не поперлась.
       Не поверите, пока до луга дошел, сам от них умаялся. Идти обратно -уже нет никакого желания да и лень. Пока дошли, скотина вроде в целом присмирела, признавая во мне право ее вести, но иногда взбрыкивала, снова пытаясь уйти с маршрута в лесные заросли. Или получив хворостиной по боку в ответку внезапно пыталась боднуть рогом. А Ерошка, тот еще телок. Если б не веревка, привязанная к ошейнику, дернул бы он от мамки-коровы в другую сторону. Как пить дать. И бегай за ним. Молодой, дури много, скачет он как ... стрекозел. С трудом его держу и веду в нужном направлении, пытаясь управлять еще и движением свободной коровы. Вот и сейчас, эта скотина...в очередной раз взбрыкнув, дернулась в разные стороны. А-а-а-агр!
       Рука, сделав ставшую в последнее время привычной комбинацию пальцев, направлена на сбегающую от меня корову. И мысленно пожелав ей подняться, направляю в ее сторону немного магической энергии, медленно поднимая руку.
       Корова, лишившись привычной опоры под ногами и поднявшись на высоту пяти метров, принялась крутить головой по сторонам, по привычке опуская свою шею к земле, словно пытаясь достать до ставшей теперь ей недоступной травы. Беспомощно суча в воздухе всеми четырьмя ногами, словно передвигаясь, и протяжно воя "му-у", корова вдруг жидко обделалась.
       Вся эта совершенно нереальная сцена враз напомнила мне известный момент из "Особенностей национальной охоты", где Кузьмич отправил свою любимую буренку в бомболюк самолета-ракетоносца. От неожиданного смеха я чуть не потерял полный контроль за своей силой и корова, почти лишившись магической поддержки, начала падать вниз. Сердце мое екнуло. Насмерть разобьется же! "Поймал" я корову почти у самой земли. Больше не желая рисковать жизнью хозяйской скотины, принимаюсь за спуск. Осторожно спустив на грешную землю бедное животное, которое, обретя наконец долгожданную опору под ногами, подняв хвост, принялось удобрять тропинку. От неожиданного действа корова присмирела, признавая за новым странным человеком право командовать, более не решаясь взбрыкивать. И призвав мычанием своего теленка, корова в нетерпении принялась крутить головой, словно говоря, куда идем, хозяин.
      Вот так бы сразу.
       
      ****
      После приснопамятного случая с коровой, я осмелел. Хорошая штука в хозяйстве эти магические силы. Для тяжелых предметов крана не надо, грузчики-помощники тоже мне не нужны, с коровой какой воспитательный момент однако вышел. По дому частенько стал силой пользоваться. Женщины, прознав о имеющейся значительной силе, своей житейской сметкой стали просить гостя применить эту силу в быту. Ну разве откажешь им в такой момент.
       Ну я и пользовался. Бревна там длинные из лесу во двор перетащить, одному двуручной пилой на чурбаки распиливать, удобно силой по колуну бить, раскалывая напиленные чурбаки на дрова. Чувствовал себя в тот момент эдаким Ильей Муромцем. Старый соседский дед на завалинке на это только головой качал. Удобно, кстати, с помощью магии бегать и прыгать. Руки вниз опустил, по плечам выровнял, сконцентрировался. Рраз и ты на высоте. Первый раз так на скошенном лугу подумал сделать, бездумно прыгнул с места на шесть метров в высоту. И хорошо стог сена рядом был. С криком а-а-а-а на этот стог и приземлился, к счастью, господи, ничего себе не отбив и даже не сломав. Ну а в дровницу дрова пришлось самому ручками укладывать. Иногда даже мне было обидно. Ну почему эти свойства мне не показались в городе. Ну или хотя бы проявились бы на дирижабле. Столько же дел мог бы с ними наворотить. Усталый, бегал к жив-камню и старым деревьям за околицей у леса силы пополнять. Лизка с Матреной разок показали где, а там я и сам. Прям энерджайзер какой-то. Женщины за обедом и ужином только приятно расхваливали, подавая потрудившемуся на благо семьи гостю самую большую плошку с вкусно приготовленной едой. Стога заготовленного на зиму сена хозяйкам в сараи таскал. Мешки с зерном в подводу грузил. Обмолоченное в муку зерно в мешках с мельницы таскал. За водой в одиночку вместо Лизки к неподалеку расположенному колодцу типа "журавль" ходил. Так ей с подругами или соседями кооперироваться надо, а со мной не надо. Но когда я несколько раз в одиночку походил, Лизка вновь взялась таскать коромысло с ведрами. Оказывается, потрепаться ей с подругами у колодца видите ли надо. Вот оно как. Надо же. Колодец вместо телевизора. Ну и ладно. Баба, как говорится, с возу ...
       
      ****
      -Мат-ре-на-а! Выдь к воротам!
      Бабка, услышав зов с улицы, подошла к оконцу,  вытирая свои грязные и мокрые руки о свой передник.
      -Дык кого ж это нелегкая принесла?!  А-а, Степаныч, староста наш деревенский! И помощники с ним. Сей час - сей час, открываю. Ужель дело какое, Степаныч? !
      - Дошли, Матрена, слухи до мене, что некий военный человек у тебя в избе схоронился. Флотский. Угадал ужель?! Так ты,  Матрена, давай знакомь меня с ним. Дело есть к нему.
       
      Пришлось идти знакомиться. А начиналось все так:
       
      -Эй, ты кто такой?! Ты не из наших.
       
      Возвращаясь в очередной раз с полянки в лесу, где проходили мои тренировки и не дойдя до избы бабки Матрены каких-то три дома, выскочив на грунтовку из-за растущих с обоих сторон кустов акации, дорогу преградила ватага местных ребят. Сзади, закрывая мне путь к отступлению,  выскочило еще двое. Лица их были нахмурены, однако их вожак, прямо глядевший на меня, довольно улыбался. По первому ощущению это были мои одногодки, однако учитывая нашу разницу в росте и пропорциях, казалось, что они были куда старше.
      -А тебе-то какое дело?
      -А нам до всего дело есть. Грят люди, ты на нашу Лизку глаз положил.
      -Да может и положил. Это только меня и её касается. Вам-то чего?
      -Как чего? Лизка уже другому принадлежит.
      -Тебе что-ли?!
      -Да хоть бы и мне. Дык грю, Лизка - она девка наша.
      -Смотрите, не ошибитесь.
      -А то что?!  Неужто драться с нами будешь? Нас больше.
      -А то. По шеям надаю и заломаю. В имперском флоте и не тому учат.
      -Да ладно. Брешешь!  Флотския малорослых не берут.
      -Вас не берут, а меня взяли. -Еще скажи, что и оружье там таким дают. -И оружье дают. Катайцев бить.
      В разговор встрял очередной пацан:
      -Робяты, да брешет он, не видите?! Никакой он не флотский и нет у него никакого оружья. И не бил он никаких катайцев. Мал еще катайцев бить.
      -А мне и доказывать не нужно, оно у меня есть. В честном бою взял. Я и без оружья вас заломаю. Оружие оно нужно умным, с катайцем воевать. А вы чем, ребята, катайца бить будете, а? Вилами да граблями?! Или за вас папки с дедами воевать станут? Сестер с матерями как защищать собираетесь? Цепами да косами?! Или отсидеться тут собрались, пока враг землю разоряет?! Не выйдет! Катайцы уже тут. Слыхали, наш бой тут воздушный с катайцами с неделю назад был?! То-то же.
       
       Ребята задумались. Пользуясь моментом, быстро двигаюсь вперед мимо ошарашенных таким наездом парней и одновременно их добиваю словами:
       
      -Пустите! Вот когда надумаете, парни, что-то путное, тогда и приходите к дому бабки Матрены. Там я живу. Тоже мне вояки нашлись. Из-за девок они дерутся.
       
      Вышел во двор. Во флотской форме, согласно устава. Засунув за флотский ремень парострел, выхожу во двор. Стоит у ворот неизвестный мне мужик. Молчит главное и пялится на меня. Решив прервать молчанку, отдаю честь и начинаю первым:
      -Здравия желаю!  Сергей Конов, юнга и одновременно помощник капитана эскадренного ударного дирижабля имперского флота "Новик".


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн mal-ah

  • VIP
  • Поручик Лейб Гвардии
  • *

+Info

  • Репутация: 1830
  • Сообщений: 11757
  • Activity:
    7.5%
  • Благодарностей: +3722
You are not allowed to view links. Register or Login
    -Местный староста я. Евграф Степанович Забейворота. С помощниками.
   -Какие то проблемы?
   -Да, Сергий. Можно так назову?! -и получив в ответ мой кивок, продолжил: - Значится так. Доложили мне, что  в деревне новый человек имеется. Это бы ничего. Сообщили мне, что сей человек военным является. Так?! Так. Так вот, ежели так. Немедля прошу покинуть нашу деревню в ближайшее время.
   -Степаныч, ты, родич, верно, белены объелся? За меня решаешь. Гостя мово со двора гонишь! Кто ж эдак с гостем-то делает ? Духи наши...
   - Молчи, Матрена! С тобой я, верно, апосля отдельно грить буду!
   - Степаныч, да ты, нешто, с ума сошел?!
   -Бабка, замолчь! Разговор сей важный не с тобой, а с парнем этим.
   Вступаю в разговор:
   - Евграф ...Степанович, так вас по батюшке?! - нахмуренный мужчина нервно кивнул: - Почему вы меня отсюда гоните? За что? Что я вам такого сделал?
   -Вот именно, что не сделал. Форма на тебе чья? Имперская?!
   - Имперская. Воздухоплавательный флот.
   -Во-от! Потому уходи со двора.
   -Но почему?  Вы же наши, тартарские!  За императора должны быть!
   - Мы туточки свои. И не император он нам. Наших прапрадедов и прапрабабок еще императрица  Анна, мужнина травительница,  с семьями в ночь и за горы Тартарские жить отправила. Дабы рылами, укладом и верой своей аглицкий столичный лад не портили. Жить не давала. Бороды и космы нам резала. С красных углов обереги защитные срывала и на улицах жгла. Не государь нам нынешний. Бо родственник он той Анны.  Мы уж туточки сами себе хозяева. И он там, а мы здесь. Понял?! Уходи!
   - А как же катайцы? Они же скоро тут у вас будут. Как же воевать с ними собираетесь?
   -А что нам катайцы? Не хуже зверья дикого. А со зверем всяко договориться можно. Не обидят, да и духи помогут. Ежли что, в лесу ухоронимся. Уходи,  добром прошу.
   Я стоял в недоумении. Хотелось врезать этому старосте и уйти. За загородкой собралась куча местных зевак из разновозрастных  парней и девок, с удивлением смотрящих за этим бесплатным представлением. Завыла бабка Матрена:
   -Степаныч, ирод ты этакий. Духи тебе этого не простят. Дай хоть гостю моему припасов на дорожку собрать. Идти вона сколько. Словно вора какого из деревни гонишь.
   -Матрена, я все сказал. Он уйдет.
   -А если не пойду, то что?
   Мужчина промолчал, потому что внимание его было приковано к моим рукам. Он всматривался, словно изучал меня.
   - Ну так что,  Евграф Степанович. А если я не уйду?!
   Мужик вдруг ударил по шеям обоих, рядом стоящих, помощников. Усадил ничего не понимающих, таких же сельских мужиков на колени и сам бухнулся коленками в траву, завопив благим басом:
 
   -Княже! Прости! Пожалей нас неразумных. Добром, Крутобогом и Ярилой прошу. Не доводи до смертоубивства. Что хочешь с собой бери, княже, но уйди со двора!
   сплюнул на землю, такие уроды бывают. Разворачиваюсь и иду в баню, за своим большим сидором.  Там собираю обратно, выложенные из него накануне, свои вещи,   периодически качая головой от такой вопиющей несправедливости. Собрав вещи, окидываю своим взглядом предбанник. Вроде, ничего тут не забыл. Сел перед выходом на лавку в последний раз. С пол-минуты посидев,  встаю, потому что в баню забежала бабка Матрена, прижимая к грудям носимые с собой наспех собранные припасы в дорогу:
   - Сергий, ты прости нас, прости родича моего  неразумного.  Не ведает, что творит. Я тут припасов, по-быстрому, на путь дорожку...
   -Спасибо, бабушка Матрена, не надо!
   -Сергий, не обижайся, надо...слухай, я тута яичков тебе вареных со вчерашнего в туеске набрала, хлеба  свежевыпеченного пару караваев положу...
   -Баб Матрена, ну не надо, зачем?
   - Лука с чесночком, сала шматочек, соль в коробке...-женщина перехватила мой сидор и ловко развязав, принялась укладывать туда принесенную в дорогу еду
   -Ну зачем вы...
   -Мазей лечебных тебе от ран на дорожку...знаю-знаю, что ты маг...на всякий, вдруг пригодится...ранку помажешь,  заживет.  И камешков лечебных парочку....Ежли что сурьезное, на крайний случай, понимаешь....приложишь к ране и держи, пока не затянется.
   Я кивнул головой, подтверждая, что знаю.
   -Все время знала, что ты непростой, княже. Барчук, ты прости нас за все.
   -Вас мне не за что прощать. Вам спасибо.  За то, что не бросили в лесу, спасли, за лечение, за кров, еду и ласку.
   -Сергий, хучь сложно, но идти тебе к тракту надобно. Леса у нас тут дремучие,  зверья много. Тебе проще, сил у деревьев возьмешь, у камней старых. Знаешь  теперь как. По лесу сложно без проводника. Путь к столице смотри по Яриле. Светило наше встает на востоке, а заходит на западе. Тебе туда надобно. Но все ж доберись до своих. Легше будет.
     Наконец высказавшись и завязав сидор, бабка помогла надеть его на меня. Усадив на лавку, пару мгновений посидели. И молча, ничего не говоря друг другу, вместе с ней мы вышли из бани. Во дворе ничего не поменялось. Тот же староста с помощниками что-то негромко между собой обсуждали. Глазеющие на происходящее, зеваки все также стояли за околицей. Лизки нигде не было. От новой обиды снова сплюнул на землю. И зря.
     Попрощался с Матреной.  И пошел, не оборачиваясь, к калитке. Проходя мимо входа в сени, дверь вдруг открылась и из нее, со своим маленьким сидором и большой корзиной в руках, выскочила Лиза, громко крича:
   -Ба,  я тоже ухожу. Ухожу со своим Сергеем.
   Женщина, прищурив глаза, со злостью посмотрела на нее. Глаза ее в ярости потемнели:
   -Лизка! Что удумала? Не пущу-у-у с ним!
   -Уйду, ба!
   - Одна ты у меня-а! Не да-ам!
   -Уйду. Решила так! Не уговаривай!
   Женщина, внезапно сорвавшись с места, подбежала к собравшейся уходить Лизе и схватив ее, силой начала ее заталкивать обратно в дверь. Вырвала из рук сидор, упала корзина, из которой выпал и покатился по земле круг домашнего сыра.  Из перевернувшейся крынки на землю потекло молоко. Вырывающуюся из ее рук, борящуюся с ней девушку в сени помог затолкать староста Степаныч.
   -Не пущу-у-у с ним, Лизка! Даже и не думай мене!
   -Ишь что удумала, окаянная.  Бросить нас решила?!
   Девушка заплакала. Злое и заплаканное от обиды лицо девушки гневно взирало на родных и теперь таких ненавистным ей людей:
   -Я все равно, ба,  уйду! Отпусти-ите! Не пустишь, убегу от вас навсегда! Как есть сбегу! Мой Сергий. Бабка, родич мой, попусти-и!
   -Ты никуда не пойдешь?
   -Я убегу.  Не сегодня, так завтра убегу. Не завтра, так позже. Матрена, пусти-и! Не пустишь,  не вернуся совсем. 
   Дверь закрылась, чтобы через мгновение оттуда выскочил староста. В сенях слышался злой ор и крики.  Староста уперся в дверь и снова сказал мне:
   -Не дадим. Уходи, княже!
 
   Выйдя за околицу, Сергей оглядел стоящих на улице зевак. Поправив висящий на спине сидор и парострел, заткнутый за ленту ремня, взглянул в последний раз избу Матрены и не оглядываясь, ровным шагом двинулся прочь из деревни. Дойдя до развилки дорог, парень свернул на ту дорогу, которая по словам местных, должна привести его к имперскому тракту.
     Пройдя по дороге примерно пять верст, еще недалеко от деревни, парню встретилось недавно поваленное на дорогу дерево . И он,  решив напоследок все-таки сделать ещё одно доброе дело, принялся за, ставший уже  привычным, магический подъем тяжестей. Потратив на это дело несколько минут, Сергей решил немного передохнуть и присесть на траву.
     Через минуту отдыха, юноша почувствовал очень, едва чувствующуюся, лёгкую вибрацию.
   -Странно, землетрясение?! Нет, на землетрясение это не похоже.
   Вибрация земли усиливалась с каждой минутой. Парень лег на землю, прислонив ухо к земле, словно пытаясь услышать что-то новое. Лёгкая рябь земли ощущалась сильнее и мерными стуками.
   -Нет, это не землетрясение. Совсем не похоже на землетрясение. Словно ходит по земле кто. А кто ходит?! Б...броне...бронеходы-ы!       


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 443
  • Сообщений: 3290
  • Activity:
    16.5%
  • Благодарностей: +2735
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
You are not allowed to view links. Register or Login
Сергей не стал возвращаться прежним путем, а пробежался по краю леса, срезая себе обратный путь в деревню. Сейчас он во весь опор гнался в деревню через дальние покосы и луга. С помощью магии преодолел встретившийся ему широкий ручей. Скоро должно начаться деревенское поле, засеянное растущей пшеницей. Во время бега, он издали анализировал складывающуюся в деревне ситуацию. А она была стремной. В деревню от развилки с другой дороги на полном ходу, чихая паром, не останавливаясь, въехало несколько грузовых паромобилей. Рядом скакало несколько всадников. В хвосте колонны двигался легкий небольшой паровик, нелепо смотревшийся среди всех остальных машин. Позади всех них, по лугу, пугая пасущихся там коров, тяжело ступая и чихая паром, шла пара тяжелых бронеходов, украшенных катайскими знаменами и письменами. Не став заходить в деревню, оба бронехода остановились на ее окраине, издав бортовым ревуном воющие звуки. Стволы паропушек даже не наводились, словно их пилоты никого вокруг не боялись.
   Сергей еще бежал ко дворам, когда из-за стогов сена, копнами лежавших у первых ближайших дворов, выскочил вожак тех парней, что ранее пытались отбить у него Лизу. За ним выглянуло и еще несколько ребят из той ватаги.
 
  -Чужанин, куды бежишь, катайцы там! Убьют же!
  -Знаю, что катайцы, не слепой. А вы значит от них сбежали? И что я вам говорил?! Трусы!
  Паренек, скривившись на обидные слова, ответил ему:
  - Нас отцы с малыми из деревни взашей погнали, кого нашли. Что мы можем. У тебя, княже, вона даже парострел есть, а у нас ничего.
  -И что, вы даже на охоту не ходите? Не заливай мне.
  -Так луки, силки с рогатинами в ходу у нас. Парострел только у старого Мелентия и был. Служил он.
  -Так луки бы и взяли. Трусы!
   Не став больше с ними разговаривать, я побежал дальше, к дому Матрены и Лизы.
   Скрытно пробегая мимо деревенских заборов, через щели Сергей видел, как катайские солдаты в синей форме, спрыгнув из кузова паровиков, разбившись на тройки, с мечами и парострелами забегали в каждый двор. Не обращая внимания на, летящую по двору, кудахтающую и квохчущую птицу, они быстро вбегали вглубь изб, вскоре возвращаясь оттуда с выталкиваемыми из дому хозяевами. Некоторых они вытаскивали за длинные волосы и бороды, грозно шипя что-то на своем. Женщины и дети плакали. Мужчины просили не бить никого. Но у солдат не было переводчиков, поэтому все их просьбы оставались без внимания.
   Когда Сергей добежал до избы бабки Матрены, тройка солдат была там. Матрена сидела на траве и выла, прислонившись спиной к ступеням входной лестницы. Лоб ее пересекла большая царапина, из которой по лицу сочилась кровь. Подозревая, что произошло самое худшее, парень быстро подбежал к бабке, сразу же зажав ей рот. Матрена была не в себе, поэтому среагировала на Сергея, только когда он зажал ей рот. Глаза ее округлились и она открыла рот, решив ему что-то сообщить. Но Сергей на это только усилил нажим, одновременно шепча ей, мол, бабка, молчи.
  -Они там?!
  Бабка глазами и свободной рукой показала на задний двор. Парень поднес к губам указательный палец, мол, молчи дальше, и тихонько пошел во двор, на ходу вынимая из-за ремня свой парострел. Сидор он оставил за околицей. На заднем дворе среди сараев и прочих построек слышались звуки нехорошей возни, среди которых отчётливо различались всхлипы и просьбы девушки.
   Выглянув из-за угла сарая, Сергею предстала картина насилия. Трое катайцев, завалив Лизу на траву, пытались силой преодолеть ее сопротивление. Им это практически удалось, воля девушки была сломлена. Их жертва, еще пыталась отпихивать ногами насильников, но руки ее были двоими плотно прижаты к земле. Третий же, кряхтя от напряжения, возился в ее ногах. Верх сарафана был порван, а передник и полы платья были подняты, позволяя ее насильникам делать свое чёрное дело.
  Рядом с ними, на земле валялось брошенное катайцами в запале насилия оружие. Мечи пудао и парострелы.
   -Чангпу, Бохай, скорей с девкой, а то нас хватится чжихайтсиан (командир). Будет недоволен, еще палками после захода солнца добавит. В Аньхой вернёмся, в весенний дом сходим. -Так еще вернуться надо. Три пудао, медленно взлетев, поравнялись острием напротив солдат.
  -Э-э, Ченг, Бохай смотри! - Чангпу от увиденного даже приподнялся, перестав сдерживать насилуемую девушку. Тоже самое сделали и другие военные. Лиза, поняв, что ее перестали держать, не поняв почему, рывком поправила полы своего сарафана и, не вставая, отодвинулась от насильников подальше.
  -Д-держите, козлы! От меня!
   В трех солдат практически одновременно воткнулись их же пудао, отправленные в них Сергеем. Солдаты, каждый получив мечом тяжелое ранение в грудь и схватившись за рукояти своих мечей, со стоном упали на землю.
   Подойдя к каждому из них, юноша убедился, что все враги мертвы. Лиза, сидя на траве, обняла ноги руками и беззвучно плакала. Когда Сергей подошел к ней и обнял ее, она, словно опомнившись и не прекращая реветь, начала осыпать его поцелуями, говоря:
  -Сергий, пришел...ты пришел... пришел
  Сзади раздался голос:
  -Ну княже, ты и впрямь флотский. Эка ты их. Троих разом одолеть.
   Обернувшись с взведенным парострелом в руках, парень увидел, стоящих во дворе встреченных в стогах, ребят, с удивлением и опаской смотревших на мёртвых катайцев.
  -Ей-ей, княже, это мы. Мы за тобой пошли.
  Увидев лежащие на земле парострелы, вожак кивнул Сергею на них:
  - Можно мы их возьмём, у тебя же есть!?
  -Забирайте. Пользоваться как, знаете?!
  -Научи, княже, прошу.
  -Сергей...Меня зовут Сергей.
 
   Взяв с Лизы слово, что они с Матреной немедленно схоронятся в лесу и будут ждать его возвращения, Сергей с ребятами, предварительно укрыв трупы в сене, отправился искать катайцев. Выгнанных из домов на деревенскую дорогу людей, катайцы быстро сгоняли к паровикам, устроив всей деревне общий сбор. Слово взял катаец-переводчик, стоящий рядом с офицером. На ломаном тартарском он начал говорить:
 
   - Делевня с сего дня находится под пятой насего господина, императора Катая Ши Цзинта. Калмации назначен новый наместник, который опледелит и плислет вам новую власть. Наш император, Сын Неба, милостив к тем, кто плимет тень его меча. Сталые законы и налоги -отменяются. Смилитесь и все будет холосо.
   Катаец подошел к старосте:
  - Ты сталоста в делевне?!
  -Ну, я, здесь староста.
  -Все здесь знаесь?!
  -Да навроде все, должон все знать. Староста я.
  -Нужна твоя помось.
  -Отчего ж не помочь господам офицерам? Дык можно и помочь.
  -Помось нужна господам магам ....Господа маги желают говолить.
 
   Из легкового паровика на землю спустились двое в цивильной городской одежде. Их белые лица явно выделялись среди желтоватых лиц солдат и офицеров катайской сухопутной армии. Белые люди произносят несколько фраз, которые Сергей с легкостью перевёл.
  -Агличане?! Тут? В такой глуши? Они заодно с катайцами?! А что агличанам тут надо?
 
  -Нам нужен пловодник. Кто холосо знает эти места?
  -Ну я, знаю.
  -Господам магам нужен Власов кладезь. Нам нужен пловодник. Тот, кто пловедет нас на Власов кладезь, каписе Клутобога, получит холосую нагладу.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн mal-ah

  • VIP
  • Поручик Лейб Гвардии
  • *

+Info

  • Репутация: 1830
  • Сообщений: 11757
  • Activity:
    7.5%
  • Благодарностей: +3722
И этот Поселягина прочитал...   ireful  ireful  ireful


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 443
  • Сообщений: 3290
  • Activity:
    16.5%
  • Благодарностей: +2735
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
You are not allowed to view links. Register or Login
И этот Поселягина прочитал...

Хорошая шутка  ;D  ;D  ;D  pivo


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

 

Похожие темы


Напоминаем, для того чтобы отслеживать изменения тем на форуме нужен валидный (работающий) е-майл в Вашем профиле + подписка на тему из свойств меню темы (Уведомлять -вкл.). НЕ рекомендуем пользоваться ящиками на Mail.ru (часто письмо просто не приходит). В случае попадания (проверяем) писем с форума в папку СПАМ (этим грешат некоторые сервисы) указываем майл клиенту или сервису - НЕ спам.