Приват- клик по "человечку" слева от ника форумчанина. Паблик- стереть двоеточие (или символ @) ника юзера.

Автор Тема: Гончарова Галина. Тропой лекаря  (Прочитано 4402 раз)

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #10 : 13-06-2017, 03:55 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 9
Храм.
Не люблю я это место, ох, не люблю. Но выбора нет.
Мы идем бок о бок с господином Варном и беседуем, почти как старые друзья. Я расспрашиваю о графине, и оказывается, что пока с ней все в порядке.
Граф запер жену, приставил к ней четырех служанок и четырех же слуг, так, что даже в отхожее место бедняжка прогуливается только под присмотром.
Я ей даже не сочувствую - не заслужила. Право на мое сострадание эта женщина утратила, когда попыталась убить своего ребенка.
Нельзя так поступать.
Я понимаю, что не оригинальна, но - нельзя. Мерзко это, гадко и подло.
Со своей жизнью ты что хочешь делай, но раз уж у тебя хватило дури с кем-то спать и не хватило ума позаботиться об отсутствии последствий - все. Теперь это твоё.
Твой ребенок, твоя ответственность, твоя забота - и ты обязана родить его, вырастить и сделать человеком.
Просто потому, что твои родители не выкинули тебя в сточную канаву, хотя, возможно, и пожалели об этом. Я вчера об этом тоже думала.
Вот так, выйдешь замуж, родишь, а потом окажется, что выросла у тебя дурища, вроде этой графини. И будешь смотреть, и думать - что?
Где я промахнулась?
Как у меня такое выросло?
Почему я ее в зародыше не убила?
Не знаю... в любом случае, ребенок ни в чем не виноват. Хотела ты его, не хотела, а теперь он твой. Смирись и расти, потому что иначе нельзя, иначе прервется род человеческий.
И не надо мне говорить - заставили, принудили, к кровати привязали! Не было у графини такого, это-то я вижу. Я знаю, как выглядят жертвы насилия, я знаю, как выглядят жертвы супружеской жестокости - в желтом городе можно насмотреться всякого. И я видела их глаза.
Они... темные.
Пустые, равнодушные, и где-то глубоко в них плещется холодная вязкая смесь из боли и равнодушия. Так смотрит обреченное существо. Только вот эти женщины не закатывают истерик. Они боятся.
Боятся боли, боятся вынырнуть из своего омута, боятся прогневать своего хозяина и повелителя, который в драных штанах шляется по двору, чешет задницу и отвешивает жене оплеухи. Они боятся.
А графиня не сломана, нет. Она просто капризна и истерична, только вот ни капли не боится.
Иначе вчера, когда граф шагнул к ней, поднимая руку, она бы съежилась, хоть как-то закрылась, так поступают все, кому причиняли боль достаточно часто, а она просто билась в истерике и смотрела со злостью. Ее не били ни разу, уж столько-то я понять могу.
И чего людям надо?
Вышла замуж, пусть по договору, но за нормального мужчину. И вместо того, чтобы притереться...
Мои мысли обрывает скрип храмовой двери.
И - нет. Я не боюсь, ни капельки не боюсь.
Бабушка, как же я тебе благодарна. Надеюсь, там, где ты сейчас оказалась, ты меня услышишь, родная. Спасибо тебе.
За науку, за амулет, за все...
- Госпожа Ветана? Господин....?
- Варн. Майло Варн.
Майло вежливо кланяется, улыбается. Наш холоп улыбается ему в ответ.
- Здравствуйте. А я смиренный холоп Его - Лирет. Рад видеть вас в нашем храме. Позволено ли мне будет спросить, что привело вас сюда?
- Да, разумеется.
Мало осеняет себя знаком, я не отстаю. И улыбаюсь так, что мышцы лица начинают болеть. Если бы завтра снесли все храмы - что бы изменилось?
Да ничего, эти паразиты нашли бы себе другое место для торговли человеческими страхами и надеждами.
Да, я не люблю храмовников! Надеюсь, Светлый простит меня за это, но можно любить собаку, и не любить ее блох. А храмовники это и есть блохи.
Они кормятся на существовании Светлого, они получают с него прибыль, они уверены в своей приближенности к нему... Интересно, хоть раз они задумывались, что Он им скажет, когда они окажутся перед Его ликом? Или они так свято уверены, что если они учат других, то сами могут быть небезупречны?
Неважно, сейчас это неважно. Надо не уплывать в свои мысли, а сосредоточиться на беседе. Майло как раз рассказывает, что я лечила госпожу графиню... и наш собеседник словно... делает стойку?
Да, у отца были охотничьи собаки. Вот они так же застывали - голова вперед, тело в струнку, лапы напряжены...
- Да, конечно. Пройдемте к Книге.
Книга Светлого. Артефакт каждого храма. Где-то она большая, где-то поменьше, но везде ее стараются сделать роскошной. Обтягивают переплет бархатом, усаживают драгоценными камнями, простегивают золотом. Иногда красиво, иногда это выглядит откровенно нелепо. Но камни есть везде, и я даже знаю почему. К драгоценным камням удобно цеплять заклинания. Вот и здесь - сапфиры, лазурит и жемчуг.
Сапфиры - приносят божественное благоволение, лазурит - верность и честность, жемчуг - свет и чистота.*
* Камнем честности (и иногда, как ни забавно - юристов) считается не лазурит, а азурит, но я чуть модифицировала название, все равно их часто путают. Прим. авт.
Я касаюсь переплета ладонью.
- Клянусь хранить врачебную тайну касательно графини Эрнан, никому не открывать, чем она болела, не рассказывать, не давать понять никоим образом, не разглашать секретов, касающихся ее здоровья. Да услышит мою клятву Светлый.
По жемчужинам пробегает легкий блик.
Услышано.
Майло Варн кладет руку на книгу.
- Я, Майло Варн, камердинер графа Эрнан, от имени графа принимаю клятву и свидетельствую, что господа Ветана будет свободна от нее, если молчание принесет вред ее жизни или здоровью. Да услышит меня Светлый.
Стандартная формулировка.
Я обещаю молчать, мне обещают, что клятва рассеется, если случится что-то... сложное. Например, меня спросит тайная королевская служба, бывало и такое. Иногда спрашивали, и жестко, и если кто-то не отвечал...
- Госпожа Ветана, - холоп чуть мнется. - Не могли бы вы осмотреть одного человека? У нас, в Храме?
- да, разумеется.
Говорить о плате за визит, конечно, не стоит. Так забавно...
Храмовники не брезгуют продавать верующим освященные образки, свечи, прочую пакость, которая якобы спасет, убережет и защитит, но стоит заговорить о том, что они должны заплатить за что-то...
Да как же ж можно?!
Они же Служители Светлого! Они выше такой гнусной материи, как деньги, ближнему своему (особенно им) надо помогать бескорыстно, а брать деньги с Храма - плохо. Кто бы мне объяснил почему?
Кстати, в Раденоре для них поставлены жесткие условия. Еще Александр Проклятый обрубил храмовникам хвост по самые уши. Им официально запрещено владеть землей, им запрещено строить больше пяти храмов в городе, налоги для них вдвое больше, чем для купцов...
Говорят, что когда Александр Проклятый заявил им, что Храм будет платить налоги, они возмутились. Мы же слуги Светлого. Вы и с него налоги драть будете?
Да, - ответил Раденор. - Так что платить будете десять процентов с доходов за себя и десять за него. Или маловато? Надо за него двадцать процентов брать?
Больше никто судьбу не искушал. И на тридцать процентов не нарывался.
Майло вопросительно смотрит на меня. Я опять задумалась?
- Да разумеется, - отвечаю я. И отвечаю правильно, потому что Майло кланяется холопу, а потом и мне.
- До встречи, госпожа Ветана.
- До встречи, господин Варн.
Майло уходит.
Мне становится неуютно в храме, но я упорно не показываю вида. Улыбаюсь, гляжу на холопа.
- Пройдем к больному?
- Да, госпожа Ветана. Идите за мной.
Холоп проходит в притвор, открывает небольшую дверцу и мы начинаем подниматься на второй этаж по винтовой лестнице.. а ведь и правда... сколько я бывала в храме, но никогда не задумывалась, что тут есть еще, кроме места, в котором проводятся богослужения? А оно есть.
Настоящий дворец, кстати говоря. Лестница, по которой мы идем, сделала из мореного дуба, панели, которыми обшиты стены - тоже резной дуб,, выглядит чуть мрачновато, но сделано все с таким вкусом, что даже жаль. Такое надо показывать людям, а здесь - это достояние горстки храмовников. Неприятно.
Я иду по коридорам Храма, в которые пускают далеко не каждого, а вот гордости нет. И радости тоже нет. Есть усталость и неприятие происходящего. И когда передо мной открывается тяжелая дверь, я послушно делаю шаг вперед.
Под одеялом лежит больной человек. Наверное, больной. Желтоватое пергаментное лицо покоится на подушке,. Поверх одеяла лежат старческие кисти с синими узловатыми венами, в комнате душно и неприятно пахнет благовониями - в храмах не чувствуют меры. Они так пропитываются этими запахами, что не понимают, как людей может мутить от их избытка. Меня вот подташнивает - или это от волнения?
Но внешне я стараюсь не выдать себя. Присаживаюсь на кровать, беру мужчину за руку, слушаю пульс.
Сложнее всего - не выпустить свою силу. Но я знаю, на чем попадаются маги жизни. Именно на сострадании, а еще - на привычном использовании силы жизни.
Привычном.
Бабушка многое объяснила мне, когда поняла, что происходит. Рассказала, как искали магов жизни. Как подставляли им безнадежных больных, как провоцировали на вспышки, как...
Может, за это время и что-то новое придумали, но пока я смогу - я буду держаться.
Мягко расспрашиваю мужчину о симптомах болезни, собираю сведения, выслушиваю, что он ел, что пил... мужчина жалуется на боли в пояснице, и я прошу его перевернуться. Как легко было бы сейчас прощупать его своим даром!
Определить, что там с почками, застужены они или нет, если да - то насколько, может, даже и подлечить... Держись, Вета.
Хорошо уже то, что вчера я выплеснулась до донышка - и сейчас мой дар не рвется наружу. Я спокойно держу его в клетке. Я умею, я справлюсь.
Это как представить внутри себя маленькое солнышко. Но сейчас на небе тучи, и я вся непроницаемо-серая и хмурая. Оно есть, оно внутри, но кто его увидит?
Обычные люди примерно так и выглядят. Кажется, я прохожу проверку, потому что мне тоже задают обычные вопросы.
Давно ли я лечу людей, сколько у меня умирает, сколько выживает, почему я занялась этим ремеслом...
Ответы у меня есть. Они все правильные и честные.
Давно ли? Да с детства, как соображать стала.
Сколько у меня умирает? Не больше, чем у других лекарей. Выздоравливает столько же. Многое зависит от болезни, с которой обращаются, что-то ни один лекарь не вылечит.
Почему я решила заняться этим ремеслом? Во-первых, верный кусок хлеба в любые времена. Во-вторых, мне было интересно, мне это понравилось, мне так хотелось. Какие еще могут быть причины?
Кажется, храмовники недовольны, но меня это мало волнует. У меня свои вопросы.
Что если, что пили, не простужались ли, с какой частотой ходите в туалет...
Почки чуть увеличены, область их болезненно отзывается на прикосновения. Что-то подсказывает мне, что это камень в почке. Это я и сообщаю храмовнику. Советую сок свеклы, спорыш, луковый отвар, получаю благословение и с чистым сердцем ухожу из Храма. Пусть меня проверяли, только вот камни в почках у этого типа вполне настоящие.
Бляшка амулета ощущается небольшим бугорком под кожей. Хоть как меня проверяйте - на мне ничего нет. Когда в поняла, насколько для меня опасно попасть в лапы храмовникам, я вживила его под кожу. Сама сделала надрез острым ножом, сама поместила в рану бляшку, сама следила за заживлением. Зато теперь отбери у меня все, что угодно, а амулет останется со мной. И от этого на душе спокойно и хорошо.

***
Ко мне так никто и не пришел. Но я не радовалась слишком сильно.
Знаю я, чем это грозит.
Проверят всех лекарей города, убедятся, что никто из них не маг жизни, потом подумают - и проверят еще раз. Надо быть очень осторожной с теми, кого лечишь. Очень.

***
- Сука! Тварь!! Гадина!!!
Вот уж не думала, что графине позволительно вести себя подобным образом. Но - плевать.
Осмотр я провела, деньги получила, с ребенком все в порядке, матери могу посоветовать есть больше овощей и фруктов, не налегать на соленое и копченое.
А что я гадина?
Ничего нового графиня мне не открыла. Гадина я. И работа у меня гадская.
Вот и сейчас... за день - две открытых раны, простуда, и под вечер уже - визит к господину графу. Хорошо хоть карету за мной прислали, но обратно придется пешочком прогуляться, а в желтом городе это небезопасно.
Вот и иду, уже по темноте, мечтаю о свежевыпеченных плюшках, или хотя бы тарелке с горячим супом... в таверну какую зайти? Дома-то кроме крупы и молока ничего нет?
Не надо.
Будем экономить деньги. Зима приближается, здесь, у моря, она вроде как и не холодная, но промозглая до ужаса. Кто поумнее, заранее запасаются плащами из рыбьей кожи на меху, такими же сапожками и шерстяной одеждой. А стоит вся эта благодать недешево, очень недешево. Не одну серебряную монету.
А еще надо на что-то жить, кушать, одеваться, закупать травы, платить аренду дома...
Есть повод не гулять по тавернам, а готовить для себя дома.
У переулке было уже темно, чуть поблескивал медью начищенный треугольник... я сделала шаг, другой, достала ключ от калитки - и мою шею вдруг обхватила чья-то жесткая и сильная рука.
- А...
Я даже закашляться не смогла. Из такого захвата, если он правильный, не вырвешься.
- Что, сука, радуешься жизни? - защекотал мне ухо влажный горячий шепот. - Ну ничего, сейчас вместе порадуемся. Сейчас ты мне за все ответишь, гадина!
Интересно, кто это и за что я ему должна отвечать?
Не раздумывая, я пнула назад ногой что есть силы. Хорошо, когда на тебе ботинки на толстой деревянной подметке, подбитые гвоздями. Специально для прогулок по городским улицам.
Это вам не шелковые туфельки, а тех-то я бы скорее себе ногу сломала, а сейчас нападающий ахнул, выругался и еще сильнее стиснул меня так, что я едва не задохнулась.
- Небось, и забыла обо мне, да, тварь такая!?
Я бы честно ответила, что забыла, но... поговорите сами, когда вам горло пережмут! Тут позвонки похрустывают...
Еще раз, что ли, попробовать его пнуть?
- Ты мне сейчас все долги отдашь! Всю ночь отдавать будешь!
Увы, нападающий стал осторожнее, и мои трепыхания его просто позабавили. Но кто это и что ему нужно? Я терялась в догадках...
Главное, чтобы не жених.
Но мне казалось, что это не барон...

***
- А ну открывай калитку, - подтолкнули меня.
Я попробовала вставить ключ, получилось не с первого раза под многозначительную ругань негодяя, а потом вдруг хватка обмякла.
Послышался какой-то хрип, рука на моем горле разжалась, калитка распахнулась, и я бросилась вперед, к дому. Инстинкт, наверное.
Если на тебя напали, если страшно - беги. Прячься!
Хотя чем бы мне этот дом помог?
Двери - плечом выбить, окна, опять же, закрываются ставнями, но снаружи. Изнутри на них даже решеток нет, выбить - пара минут.
Соседи?
Да кто услышит?
Я захлопнула за собой дверь дома и прислонилась к ней спиной.
И вообще, это желтый город, тут привыкли к крикам, воплям, скандалам и ссорам. Наверное, в первый раз я ощутила себя настолько беспомощной. Чтобы со мной могли сделать, что угодно, а я...
А я-то ничего не могу сделать! Вот где страх!
Ни выбора, ни возможности... кто мне мешал хоть бы кинжал в карман сунуть?
Дура! Дважды и трижды дура!
Если выживу - обязательно поумнею.
В дверь тихонько постучали. Я подскочила и в ужасе оглянулась по сторонам. Кажется, на столе есть нож, я им хлеб резала...
Без боя я точно не сдамся.
- госпожа Ветана, откройте, пожалуйста. Это Торн.
Я потрясла головой, пытаясь собраться с мыслями. Торн, Торн...
- Угорь. Младший.
Точно! Детеныш Угря. Угренок-младший! Просто они имена при мне не упоминали, раз, что ли, или два, с языка сорвалось, я и не запомнила.
Я взглянула в небольшое окошечко на двери, пытаясь разглядеть - точно он? Или нет?
- Госпожа Ветана, со мной Лита. Помните, вы еще ругались на нее, в ваш первый визит?
Я вспомнила достаточно вульгарную девицу, которая пыталась поставить мои слова под сомнение.
Ругалась?
Наверное, можно и так назвать. Пальцы сами собой скользнули к щеколде, подняли ее из пазов, распахнули дверь.
Угорь-младший был серьезен и необычно спокоен.
- Здоровья вам, госпожа Ветана.
- И вам того же. Что случилось?
- Лите помощь нужна. Можно к вам?
- Можно, конечно. Где она?
- Там, за углом. Сейчас я ее приведу. Госпожа Ветана, кто это на вас напал?
- Сама бы знать хотела, - призналась я. - А это... вы его?
- Я. Пришлось убить, так что я сейчас приведу Литу и пойду избавляться от тела.
- Т-тела?
Что-что, но убивали ради меня впервые.
- Посмотрите?
Я замедленно кивнула. Сделала шаг, другой...
У калитки лежало тело господина Рема Лорака, десятника третьего городского полка. Понятно, что я его сразу не узнала, видела-то пару раз...
Но зачем он пришел?
Угорь встал рядом со мной.
- Погодите-ка, ка ведь знакомая харя?
- Десятник Рем Лорак, - озвучила я.
- А, этот... свинолюб!
Я фыркнула. После того случая, Талара новость по всему городу разнесла, Алетар неделю хохотал. А невезучего десятника то ли разжаловали, то ли перевели - мне он точно не досаждал. Что и требовалось.
- Он.
- туда и дорога, - подвел итог Угорь-младший. - Давайте я Лите помогу, да и...
- поможете? - тут же забыла я про десятника.
Кракен с ним, с трупом! И так понятно, что эта мразь сюда не с добрыми намерениями пришла! Скорее всего, решил мстить за унижение. Наверняка, мужчина помнил, как пытался меня к чему-то принудить, а потом очнулся в компании симпатичной белой миролской хрюши. И кто был назначен виноватым?
Разумеется, я.
Сразу отомстить он не смог по какой-то причине, а сейчас нашлись и время, и деньги, а желание мстить и не исчезало. Вот и пришел.
Что он хотел со мной сделать? Убить? Изнасиловать? Изуродовать?
Вот уж не знаю, да и знать не хочу. Умер - и слава Светлому!
И - да! Совесть меня ничуть не мучает! Туда негодяю и дорога! Между его жизнью и своей, я всегда выберу свою! Пусть я лекарь, но не полная ж дура, чтобы жалеть того, кто пришел поиздеваться надо мной?
Угорь метнулся куда-то в темноту и появился через минуту, почти таща на себе Литу. Женщина была завернута в плащ от макушки до пяток, капюшон надвинут так, что она сама дороги не видела, а судя по движениям...
Я, было, двинулась помочь и подхватить ее с другой стороны, но Угренок покачал головой.
- Не надо. Ей больно...
Что же с ней случилось?

***
Ответ я получила практически сразу, как только угренок сгрузил женщину на скамейку в комнате для осмотров и ушел прятать тело.
Я проследила, как он идет по улице, сгибаясь под тяжестью трупа десятника - контрабандист почти вел его, закинул руку трупа себе на шею, обхватил его за талию, создавалось впечатление двух пьяных, причем угренок еще и что-то бормотал. Таких даже стражники не заподозрят, разве что поиздеваться остановят, но тогда уж все равно.
Удачи ему.
И я повернулась к женщине.
Лита была...
Лицо не было видно из-под синяков, глаза заплыли, нос, кажется, сломан, пара зубов выбита, губы в кровь, что там с телом - и представлять страшновато.
И при этом она была в сознании.
- Здоровья, лекарка.
- И тебе того же... Что произошло?
- Клиент плохой попался. Едва вырвалась.
Несколько секунд я переваривала сказанное, а потом кивнула. Ну да.
Плохой клиент, такой, как мой несостоявшийся жених.
- Как зовут, знаешь?
- Кто ж шлюхам имя говорит, девочка?
Лита рассмеялась страшновато, холодно. Я едва сама себе подзатыльник не отвесила. Нашла, дура, о чем спрашивать!
Руки двигались будто бы сами собой. Я осторожно прощупывала конечности на предмет переломов, нажимала на тело в разных местах...
- В живот бил.
Живот я тоже прощупала. Кажется, повезло. Разрывов нет, но синяков будет...
- Насиловал?
- Заплатил он столько, что все было, считай, добровольно, - усмехнулась Лита.
Я занервничала еще больше. Так ведь и действовал мой несостоявшийся жених. Но... как он мог меня найти?
И зачем?
Хотя... имея деньги можно многое. А уж разыскать девицу, которая выставила его дураком...
- Как он выглядит?
- Лет тридцать, черноволосый, красавчик, тархинец...
Я перевела дух.
Тархинец. Житель далекого юга. У них это случается.
К женщине там относятся, как к вещи, подороже или подешевле, и - да. Там процветает культ насилия. Сотворенное с Литой у них не считается чем-то сверхъестественным, были бы деньги и желание, а остальное... как табуретка. Сломалась - либо починим, либо найдем новую. Женщина там уважаема только если она - мать, родившая не менее трех сыновей. А продажная женщина - так,, нечто среднее между гусеницей и грязью на дороге.
- Ты что, не понимала, на что идешь?
- Думала, не в первый раз, - кашлянула Лита.
- А я думала, что у вас с... с отцом младшего все серьезно?
- Окстись, лекарка, где ты видела, чтобы со шлюхами было серьезно?
- А что ты - не человек? - огрызнулась я. - Видно же, ты его любишь...
- Только он под веревкой ходит, а я под плетью, сама понимаешь. Случись что... сама понимаешь.
Понимаю. Отлично понимаю.
И даже жалею тех, кто может зарабатывать только своим телом. Короток век таких вот Лит. Молодость прошла, свежесть ушла, и куда дальше? В содержанки? Если возьмут...
В хозяйки борделя? Если деньги и хватка есть...
А большинство остается на улице.
Спивается, подсаживается на травку или смолку, погибает от болезней...
Разговор не меша мне осторожно освобождать женщину от платья.
М-да.
Тут и плети отметились, и ожоги, и синяки... а что там с половыми органами творится, даже думать не хочется. А лечить-то надо.
Начнем сверху вниз.
Сначала обработали лицо, потом плавно перешли к спине, животу, груди...
Неизвестный мне тархинец постарался от души! Чтоб его отец так же с его матерью поступил... с-сука! Швов я на Лите наложила столько, что можно было бы платье сшить. Женщина скрипела зубами, но кое-как сдерживалась. И чтобы отвлечься от боли, болтала без умолку.
Безудержной болтовне способствовало и то, что я подсунула ей маковую вытяжку. Не самое лучшее средство от боли, есть возможность переборщить, но в ее состоянии хуже ей вряд ли будет. Тут не знаешь, что лучше - впасть в маковый сон, или впасть в болевой шок?
Да и я не переборщу. Я сумею рассчитать нужную дозу.
- ...кто к нам, к девкам, только не ходит... Тархинец - что! Капля в море! К нам и вельможи заглядывают, и храмовники...
- Они ж вроде обет дают? Чтобы без девок?
Ага, обет-то они дают, но ведь не согрешишь, так и не покаешься? В безгрешность храмовников я верила примерно так же, как в нисхождение Светлого, но Литу надо было чем-то отвлекать.
- Сами дают, сами и обратно берут! - расхохоталась Лита. - И мы им... того! Даем...
- Надеюсь, хоть они такого с девушками не делают.. - пробормотала я.
Зря.
Следующие полчаса были посвящены обзорной лекции: 'Постельные привычки холопов и служителей, кто, кого и за сколько...'.
Я слушала, и думала, что в Храм мне ходить теперь будет сложно. Как погляжу, да как имя услышу, да представлю, чем и с кем данный служитель занимался... память-то у меня хорошая, никуда не денешься. И большинство храмовников развлекались именно в желтом городе. Тут было... проще.
Меньше шансов, что их узнают, а хоть бы и узнали. Кто поверит разному быдлу?
Какой-то песчаной блохе...
Мало ли что говорит продажная девка? Ясно же, что она клевещет на уважаемого человека.
- ... есть даже специальный публичный дом. 'Маска' называется. Туда хоть голым приди, хоть в какое одежде, но обязательно в маске. И не снимать ее. Панталоны снять, а маску оставить, -
Хриплый голос Литы шептал непристойные подробности, я обрабатывала ее раны, и тут...
- А последнее время храмовники на лекарей перешли.
Опа!
- В каком смысле? Продажных девушек им мало, нужны лекари? Я так в Храм бояться ходить буду...
- А и бойся, - разрешила мне Лита. - Не в том смысле, что они лекарей .... Нет. А расспрашивают про них постоянно.
- Расспрашивают?
- Кто лечит, кого, как, сколько берет...
Я едва сдержалась, чтобы не выругаться. Правильно, пошел второй этап проверки. С наскока у них не вышло выловить мага жизни, теперь будут расспрашивать про лекарей. А потом попробуют подставить заведомо больных людей, которых без дара никто не вылечит. Наверняка.
Если я уеду из Алетара до окончания проверки, наверняка привлеку внимание.
А останусь... осторожнее надо быть! Втройне осторожнее! Вчетверне!
Светлый, как же мне страшно...

***
Угренок явился за Литой под утро. Поскребся в окошко, сначала тихо, потом чуть громче.
- Как вы тут, госпожа Ветана?
Я не так давно заснула, но с моей работой быстро привыкаешь спать вполглаза и просыпаться по первому зову. Так что ждать на улице мужчине не пришлось.
- Жить будет. И последствий не останется.
- Это хорошо. Говорили ведь дуре...
Я тяжко вздохнула - и не удержалась.
- Женщине не разговоры о высоком нужны,, а уверенность в завтрашнем дне. А с вашим отцом, уж простите, такого никогда не будет.
Серые глаза похолодели, но я уже подняла перед собой руки ладонями к собеседнику.
- простите. Я не должна была так говорить. Не сдержалась. Простите, пожалуйста, я не хотела.
Я извинялась не со страху, а просто, понимая,, что допустила бестактность. И угренок кивнул, принимая мои слова.
- И вы простите, госпожа Ветана. Будь оно все проклято... все всё понимают, а только изменить мы ничего не можем. Отец погибнет, мы в море выходить будем, за нами дети-внуки... род наш на том стоит. А какой там король - и неважно, это наш промысел уж сколько лет!
Я кивнула.
- Понимаю. Только... мне кажется, Лита вашего отца любит.
- Это ничего не поменяет.
Кто бы сомневался.
- Вы ее сейчас заберете?
- Да. Ей есть где жить.
- А там найдется, кому за ней поухаживать? Хотя бы дня три?
- Найдется. Найду.
Я кивнула. Угренку я верила,, сказал, что найдет, значит - найдет.
- А что с... моим гостем?
- Не знаю. Сейчас это лучше уточнять у крабов в море, - пожал плечами парень.
Думаю, крабы у берегов Алетара давно привыкли к разнообразной и обильной пище, трудами контрабандистов. Вслух я этого не сказала, только короткое:
- Спасибо.
- Сколько мы вам должны за лечение?
- Вы мне жизнь спасли...
- Госпожа Ветана, я настаиваю.
- Но вы...
- Лечили-то вы не меня, а Литу.
Я поняла, что парень сейчас обидится, и назвала цену, после чего мне отсчитали из кармана несколько серебряных и медных монет, подхватили слабо застонавшую Литу на руки - и исчезли за дверью. Как и не было никого.
На всякий случай я прогулялась на улицу, пристально разглядывая мостовую.
Нет.
Ни крови, ни грязи, ни следов борьбы - ничего нет. Оно и к лучшему. Был десятник Рем Лорак - и не стало десятника. И плакать о нем я не буду.

***
Напомнили мне про десятника еще один раз. Когда через три дня ко мне явился господин Крамар. Постучал в дверь, поклонился, вытер ноги на пороге...
- Доброго дня, госпожа Ветана. Тойни.
- Добрый день, господин Крамар, - строго ответила я. Никакой фамильярности я не допущу, вот еще не хватало!
- Я все к вам зайти собирался, да вот...
- Лечились от последствий тесного общения с Рудиком, - улыбнулась я. - Бывает.
- Госпожа Ветана, - покраснел Крамар, становясь окончательно похожим на здоровущую клубничину, - я попросил бы вас обойтись без неуместных шуточек...
- Разумеется, господин Крамар. Так что привело вас ко мне?
- Все те же предложения, - Дэйв улыбнулся уже более пакостно. - Вы так и не хотите пойти ко мне в помощницы?
- Нет, не хочу.
- И в жены тоже?
- А туда - тем более не хочу. Это все вопросы?
- Никак нет, госпожа Ветана. А вы десятника Лорака давно ли видели?
- Давно, - пожала я плечами. И не соврала. С нашей работой один день можно за десять считать, если он насыщенный, вот и выходит, что чуть ли не месяц назад...
- А он к вам недавно собирался...
- Мне он об этом сообщить забыл, - отрезала я.
- Зато мне сообщил. Аккурат три дня тому назад.
Сдержаться мне помогла только суровая родительская выучка.
Лицо благородной дамы должно быть всегда спокойно. Что бы ты ни услышала, что бы при тебе не происходило, сдержанность - это краеугольный камень характера истинной леди. Спокойствие и достоинство.
В свое время меня коробило от этих сентенций, и я от души изводила гувернантку вопросами вроде: 'застав мужа с любовницей надо сохранять достоинство, или лупить обоих сковородкой? Достоинство хорошо, а сковорода надежнее...'. а сейчас, вот, пригодилось. И я бы в ноги поклонилась своим учителям...
- И что?
Глаза Крамара шарили по моему лицу, словно две жирные гусеницы ползли по листу дерева, но я была спокойна и безразлична.
Да, Лорак.
И что?
Какое дело дереву до десятника? Никакого!
- И с тех пор, госпожа Ветана, никто Рема не видел.
- Очень, очень печально.
Мой тон совершенно не соответствовал словам. Печально?
Нет.
Равнодушие сквозило в каждом слове. Спокойное, безразличное, отрешенное, словно охлажденный лимонад. Кому важен какой-то десятник? Уж точно не мне...
Я не имею к нему никакого отношения, не понимаю, к чему эти вопросы и продолжаю надоевший мне разговор просто из вежливости. Точка.
- А вы его тоже не видели?
- Господин Крамар, - я решила, что будет уместно слегка разгневаться, на бесполезную трату моего времени, - я не понимаю, по какой причине господин Лорак мог бы искать меня. У него нет недостатка в девушках, а что до лекарского дела - у него есть такой друг, как вы. Что могло понадобиться ему от меня?
Крамар замялся. Ну не скажешь ведь правду?
Он тут отомстить решил. За унижение. Как? А я и не знаю... Догадываюсь только.
И ведь действительно догадывается. Сложись все иначе - и лежать бы мне в таком же виде, как бедняжка Лита. Или потерять дар, потому что покорно лечь под насильника я не согласилась бы, а убить его могла бы только одним способом.
Вот ведь... тварь!
Торопить я его не собиралась, перебирала травы, укладывала одну к одной, связывала аккуратный пучок... посмотрим, что он придумает.
- Рем хотел сделать вам предложение.
Вот тут мне не удалось удержать лицо. Но вытаращенные глаза и приоткрытый рот вполне вписывались в легенду.
Предложение? Теперь это так называется? Гхм...
- Никаких предложений мне никто не делал. Вашего друга я тоже не видела, - и опять я не лгу. Живым не видела, а тело, которое осталось, это уже не Рем Лорак. Это просто тело. Кусок мяса... - Какие у вас еще есть вопросы?
- Госпожа Ветана, а если я опрошу соседей?
- Господин Крамар, я не намерена мешать вашему времяпрепровождению. Любому. Надеюсь только, что вы сэкономите мое время и не станете отчитываться передо мной о своих делах.
Вот так.
Вежливое 'исчезни с глаз моих долой, и чтобы я тебя больше не видела', вышло отлично. Даже мама не высказалась бы лучше.
Крамар все понял, побагровел и шагнул вперед.
- Ах так... я хотел по-доброму...
- Да?
- Так вот, госпожа Ветана. Я знаю, что Лорак исчез. И я знаю, что вы к этому причастны.
- И?
- Я даю вам три дня. Потом я иду в королевский суд и все им рассказываю.
Вот как?
Внутри меня медленно поднялась волна ярости. Тяжелая, темная, маслянисто поблескивающая алым...
- Или? Какие у меня есть альтернативы?
- Или вы выходите за меня замуж, и мы забываем об этом маленьком недоразумении.
Крамар маслянисто улыбался, глаза сально поблескивали, и весь он был такой скользкий и липкий,  что меня пробрала дрожь омерзения.
Спору нет, мужчина выучил свою роль просто идеально. И с кем-то другим все могло сработать. Имей он дело с обычной малограмотной лекаркой, которая дальше трав и своего двора ничего не видела, которая от каждого куста шарахается и от каждого ветра дрожит - все бы прошло, как по маслу. Таких легко запугать, купить, убедить...
Не меня.
Я медленно положила травы на стол и выпрямилась.
- Послушайте меня внимательно, господин Крамар. Сейчас вы уберетесь вон из моего дома, и никогда здесь больше не появитесь. Даже если умирать будете, а я останусь единственным лекарем на всю страну. Если вы посмеете нарушить мой запрет, я позову стражу, и вы будете объяснять им, чем вы меня шантажируете и почему. Хотите идти в королевский суд? Замечательно! Идемте прямо сейчас!
Передник полетел на стул, а я разгладила складки на платье.
Крамар стоял, и только глазами хлопал. Не ожидал?
То ли еще услышишь!
- Я не знаю и не знала ничего о планах вашего Лорака. Не знаю, где он находится сейчас и что с ним произошло. Если понадобится, я поклянусь в этом на любом артефакте. А вот сможете ли вы честно рассказать о его намерениях? Или о своих намерениях? Шантаж в нашем королевстве - дело наказуемое. Что там написал Александр проклятый в кодексе? Шантажиста надо плетями прогнать вокруг города и никогда в него не пускать? Учитесь бегать, любезнейший, учитесь бегать!
Крамар побагровел.
- Вон отсюда!
- Дрянь! Девка помоечная! Да ты...
Пощечина прозвенела просто оглушительно.
Крамар осекся на полуслове. Медленно приложил руку к щеке, поглядел на меня...
- Ах ты...
Я медленно сжала ладонь на рукояти сковородки. Благо, дело происходило на кухне, а сковорода у меня отличная. Тяжелая, чугунная... отобьюсь!
- Вон отсюда, ничтожество!
- Ты за это поплатишься!
- Вон! - взвизгнула я. - Стражу позову!
Крамар грязно выругался,  плюнул на пол - и вышел вон. Видимо понял, что на крики сейчас народ прибежит. Чай, не темная ночь, а ясный день. Людей вокруг хватает, благодарных людей и того больше, если он сейчас не уйдет, то его с почетом вынесут на руках - до ближайшей мусорной кучи.
Но какова мразь?!
Я с трудом расцепила пальцы - их как судорогой свело, и закружила по кухне.
Значит, Лорак поделился с другом планом мести. Наверняка. Не знаю уж, всем или какой-то его частью, и как они договорились, но Крамар обо всем знал. Может быть, Лорак даже сказал ему что-то вроде, я первым буду, а ты вторым. И если бы негодяю удался его план, Крамар все равно явился бы в гости.
С предложением руки и сердца опозоренной женщине.
У сплетен длинные ноги, мне бы точно пришлось уехать из Алетара, если бы меня изнасиловали... Кому бы я что доказала?
Может быть, Лораку и отбили бы печенки. А может, и нет. У нас же к женщине общество менее благосклонно, считается, что женщина сама провоцирует негодяев. А тот простой факт, что насилие - это плохо, до людей доносится с трудом.
Ходила, улыбалась?
Сама напрашивалась!
В моем случае - была на празднике? Ну точно, сначала сама хотела, а потом перехотела. Вот и...
Непорядочная женщина. Шлюха-с...
Светлый,  какие ж твари! Какие твари!
Меня всю трясло,  понадобилось не меньше двадцати минут,  чтобы я пришла в себя.
Итак,  рассуждая спокойно,  что и чем мне может грозить?
Доказать мою причастность к исчезновению Лорака - невозможно. Я его не убивала,  тело не прятала,  где он сейчас - не знаю. Морские течения, знаете ли. Кто его знает,  куда он дрейфует,  или где он лежит. Что с ним сейчас,  я тоже не знаю. Душа,  возможно,  на перерождении,  тело... тут меня не поймаешь.
А вот Крамар в суд пойти побоится, потому что вопросы в Алетаре задавать умеют. И святой принцип первого кнута для доносчика здесь соблюдается безукоризненно. Если Крамар донесет на меня,  но я оправдаюсь,  в лучшем случае,  он мне выплатит очень приличную компенсацию. В худшем... до плетей дойдет.
Нет,  со стороны закона я чиста. Крамар меня может подозревать сколько угодно,  без доказательств это простое сотрясение воздуха. Ни о чем.
А чего я должна опасаться?
Вот такой ситуации,  как с Лораком. Когда один подонок, или несколько, нанятые жаждущим мести подлецом, изуродуют меня,  как Бог - осьминога, изобьют,  изнасилуют... и проверяй силу своего дара на себе самой.
М-да...
И что я могу сделать?
Для начала - не ходить одна. Не открывать дверь кому попало,  не уходить с посторонними людьми... не работать лекарем?
Нанять охрану мне не по карману. Остается только надеяться,  что у Крамара на такое тоже не хватит духа - трусоват и подловат. Исподтишка напакостит,  а вот чтобы так...
Я ведь не оставлю этого дела,  я пойду в стражу,  в суд,  я найду подлецов,  вытрясу из них имя заказчика и добьюсь справедливости. И Крамар не может этого не понимать.
То есть - меня должны убить.
Но это другой заказ,  другой приговор,  и другая цена. Вряд ли Крамар пойдет на это. Но поберечься все равно стоит.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #11 : 19-06-2017, 05:43 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 10

Страшно ли, весело, а работать надо. Такая вот ситуация.
Из города уехать нельзя - у храма ноги длинные. По городу понесся слух о маге жизни, а один из лекарей уезжает? Меня точно в покое не оставят.
Просто сидеть и не работать?
А жить на что? Пусть и отложено, да на все не хватит. И... затягивает.
Так вот получилось, что затягивает. Когда сама зарабатываешь себе на жизнь, когда чувствуешь себя самостоятельной, когда ни от кого не зависишь, это... здорово! Сама планируешь свои расходы и доходы, сама снимаешь дом, покупаешь себе одежду, сама решаешь, съесть на завтрак противную и полезную овсянку или вкусное и вредное пирожное...
Все сама.
И никому-то ты не нужна. И никому до тебя нет дела.
Хотя последнее - не мой случай.
И нужна, и дело есть, и дел этих - много. Начиная от мелких паршивцев, которые то в колючие кусты влезут, то коленку разобьют, то полезут воровать яблоки не учтя очень вредней собаки и поплатятся штанами, и до графинь.
Да, к графине Эрнан я ходила по-прежнему. Графиня была бледна, тосклива и печальна. А еще - она ругалась.
Ругалась на служанок, ругалась на слуг, на мужа, на дворецкого, на родителей, на меня, ругалась бы даже на собак и кошек, но последних к ней не допускали. Мало ли...
На ребенке, правда, ее глупость не сказывалась, малыш рос и развивался. Муж скрипел зубами и мечтал спровадить женушку в монастырь. Слуги просто скрипели зубами и мечтали о том же.
И чего женщинам не хватает?
Ладно, меня еще можно понять, когда в мужья может достаться садист и психопат, любая помчится быстрее лани. А ей-то чего не хватает? Муж, как муж, сотни женщин с такими живут, и не плачутся. Не пьет, не бьет, может, и не гулял бы, но тут уж как себя поставишь.
Пусть не любят, ну так и она любит другого? Был договор, с его стороны титул, с ее деньги, выполни свои обязательства и ищи великих любвей. Граф точно против не будет. Еще пара месяцев такой жизни, и он сам ей найдет эту любовь. Или все-таки станет садистом.
Хотя о графине я предпочитала не думать. Я все-таки удрала, но мне повезло. У меня была бабушка, у меня есть дело в руках... а вот так?
Я ведь точно знаю, что если даже графиня вернется к родителям, ее не примут. Потому что купеческая семья. Дали слово - держать надо. Не сдержали?
На всю семью позор падет, никому доверия не будет.
А вот что с моей семьей?
Что сделал барон?
Что предпринял отец?
Ищут меня, или пришли к другим договоренностям?
Я не знала, и узнать мне это было неоткуда. А царапало. А знать бы надо, но - как? Хотя одна идея у меня была.
У бабушки была подруга, леди Райвен. Можно бы написать ей и попросить все узнать для меня, но я боялась рисковать. И так...
Слишком много всего и со всех сторон.
Контрабандисты - раз!
Стражники - два!
Храмовники - три!
Семья и бывший жених - четыре.
Крамар - пять.
И это я наверняка кого-то да упустила. А что делать?
Жить дальше, что тут сделаешь. Только жить дальше.
Страшно?
Да, очень страшно. Потому что куда бы я ни ткнулась, все расно меня будут использовать в собственных целях. А это страшно, очень страшно.
Я даже не могу нормально влюбиться и выйти замуж - я ведь не доверюсь мужу. Я живу под чужим именем, и назвать настоящее для меня равносильно самоубийству. И...
Я все же из благородных. Выйти замуж за обычного парня - не для меня, мои дети мне этого не простят. Так уж несправедливо устроен мир, что дети дворянина и служанки могут стать своими в самых высших кругах. Худо ли бедно, но могут. А детям дворянки и простолюдина дорога ко двору закрыта навсегда.
Может, и не такая уж большая потеря, но пусть это решают для себя мои дети. Не я.
Кто-то скажет - вот! И парня-то нет, а она уже о детях? Так этим и отличаются дворяне от простолюдинов. Мы владеем землей и распоряжаемся чужими судьбами, за любое наше решение будем отвечать не только мы. Будут отвечать и другие люди, которые, может и в глаза нас не видели, но наши слова пройдутся по их жизням кровью и болью.
Крестьянин может позволить себе больше - от него ничего не зависит.
Я - не могу.
Может быть, у меня и нет земли, нет титула, а я все равно не могу. Потому что есть нечто большее. Мой дар. То,, что я могу передать или детям, или внукам... Мне повезло. У меня была бабушка.
А смогу ли я защитить своего ребенка? Обучить его, как учили меня? Достать амулет, помочь в трудную минуту?
Или нарожала и в кусты?
А ребенка пусть тащат в храм, или используют в своих целях, или... Мне стоит поступить именно так? Позаботиться о себе, не думая о том, что будет дальше?
Я так не могу. А значит...
Делай, что должна и будь, что будет.

***
- Веточка, солнышко, не поможешь ли?
Помогать людям - приятно. Только вот не все люди приятны лично вам. Среди ваших пациентов будут и сплетники, и завистники, и истерики, и просто люди, неприятные во всех отношениях. А лечить их все равно надо. Хотя с большим удовольствием я бы вылечила некоторых от жизни.
Фатина Арнейт была именно из таких.
Внешне симпатичная толстушка лет пятидесяти была сущей чумой.
Очень правильная, очень праведная, очень набожная внешне, очень гордится тем, что ей доверили натирать окна в Храме. Замужем, двое детей, внуки, дом, хозяйство в желтом городе, работает кухаркой в купеческом семействе.
Это с первого взгляда.
Со второго...
Замужем,, но муж с ней не живет. Давно отгородил себе полдома и вежливо объяснил жене, что если она хоть кончиком пальца ступит на его половину - он ей ноги выдернет. Двое детей, да. Но дочь уехала из дома аж пятнадцать лет назад, и матери о себе вестей не подает. Сын тоже не балует матушку визитами. Внуков она видит раз в месяц, и тому есть серьезная причина, но о ней чуть позднее.
Хозяйством она занимается очень тщательно, этого не отнять.
А кухарит в доме почтенного купца, с которым уже лет двадцать как состоит в интимной связи. На глазах у его жены, детей и внуков.
Кстати, купец тоже очень набожен. Кажется, в Храме они и познакомились, и договорились о совместной молитве. И продолжают молиться.
Сын потому к матери носа и не кажет, что услышал в пылу ссоры, как мать на отца ругалась. И узнал, что отец-то у него есть, но не тот, который с ним всю жизнь рядом, не тот, кто ему сопли вытирал, кораблики делал и рыбачить учил. А как раз купец.
Хотя точно Фатина и сама не знала. Надеялась просто.
Надежду ей и не простили. Ни сын, ни муж.
А дочь просто сбежала подальше от инициативной мамочки, которая думала,, как подороже продать девочку. И даже нашла замечательную кандидатуру - тоже купца. Неважно, что он на сорок лет старше девчонки, что от него козлом воняет, а песка столько уж высыпалось, что на все побережье хватит. Зато богат!
Потерпи несколько лет и будешь богатой вдовушкой. А там можно и второго приглядеть... мама тебе поможет, мама подскажет...
Вот после такого и сбежала девчонка из дома.
Откуда я это знаю?
От госпожи Лимиры. Та не менее вдохновенная сплетница, а людям глаза не завяжешь и рот не заткнешь. Все всё видят, все всё знают.
Госпожа Фатина очень праведная, очень набожная, очень порядочная... и кстати, осуждает всех окружающих.
Меня - потому что я живу одна. Точно - мужиков вожу. Госпожу Лимиру, потому что та приехала невесть откуда. Точно - вела непорядочный образ жизни.
Соседей, родственников, родственников соседей и соседей родственников. И делает это по принципу - все люди сволочи.
Не сволочь?
Маскируется!
Не знаю за человеком грехов?
Придумаю!
И фантазия ее безгранична. Меня-то давно записали в продажные девки, я и не надеюсь отмыться. Куда уж мне, если я регулярно дома не ночую. Точно развратничать езжу.
Хотя сомнения в моей нравственности совершенно не мешают госпоже Фатине приходить сюда через два дня на третий, ныть и жаловаться. Как лекарь и маг жизни могу точно сказать - эта дама здоровее неведомого зверя олифанта, на ней можно пушки перевозить и огороды вскапывать, но - у нее все болит.
Болит голова, горло, ноги, руки, спина...
Я все хочу посоветовать ей меньше у замочных скважин подслушивать, вот и проблем не будет, но такой совет себе дороже выйдет. Как все женщины с нечистой совестью, она мстительна, жестока и коварна, и что придумает - неизвестно.
К тому же, сейчас она себе болячек не выдумала. На руке у нее и правда была ссадина весьма неприятного вида. Уж дня два ей?
Пришлось прочищать, смазывать мазью и даже давать маленькую баночку с собой.
- Что ж вы так?
- Вот, окно мыла, а тут порыв ветра, рама и шевельнулась, - разахалась Фатина.
Лучше б ты язык прищемила. Навечно. Но такое чудо и Сияющему не под силу.
- Раньше надо было приходить. В тот же день. Как бы не воспалилась ранка-то!
- Ручки у тебя золотые просто. Даст Сияющий и не воспалится.
- На Него уповаем.
- И Им живем, - подхватила госпожа Фатина, благочестиво творя символ Светлого. - А мази с собой не дашь?
Я послушно достала маленькую баночку.
- Мазь у тебя просто волшебная!
Я невольно насторожилась. Что-то меня сильно насторожило в ее словах. А госпожа Фатина продолжала, как ни в чем не бывало.
- И хвалят тебя все, и выздоравливают все, как чудо какое...
- Так тут ничего удивительного нет. Ко мне ведь не с самыми сложными случаями идут, - улыбнулась я. - Что посложнее - других лекарей ищут. Из зеленого и белого города.
- Ой ли? А с пристани? Этот, как его, малек, просто чудеса о тебе рассказывает!
Я мысленно пообещала Шими надрать уши.
- Чудеса? Ой, а что именно?
- Что ты любую болезнь видишь...
- И что? Я ж лекарка, это моя работа. Как бы я лечила, не зная - что?
- И не ошибаешься никогда?
- Ошибаюсь, - я помрачнела. - Еще как ошибаюсь. У нас только Сияющий все видит, а мы, глупые, довольствуемся тем, что он нам дал.
- Но некоторым он дает больше, чем остальным?
Темного крабом!
Снова и снова пригодилось мне умение 'держать лицо'. Спасибо родителям, вбили науку, а с неприятными людьми, маску я нацепляла автоматически. Госпожа Фатина и не заподозрила, что внутри у меня все сжалось в один огромный комок, а потом распалось на ясные и прозрачные звенья цепи.
- Храм - Деньги - Жрецы - Магия - Поиск - Расспросы.
Наверняка эта гадина тоже ищет мага жизни, или кто-то в Храме попросил ее задать мне вопросы. Или...
Наверняка они ничего не знают. Болтовня Шими - и есть болтовня, от нее любой отмахнется. А вот что у меня никто не умирал, что выздоравливают люди, что меня зовут и на простые и на сложные случаи, молва идет, круг пациентов ширится... от этого не отмахнешься.
А что делать?
Но внешне я абсолютно спокойно пожала плечами.
- Наверное...
Госпожа Фатина прямо-таки впилась в меня глазами.
- А говорят, вот, лучшие лекари из магов жизни получаются.
- Говорят, - в моем голосе прозвучало точно рассчитанное безразличие. - Я ни одного не видела, вот и сказать не могу.
- У них даже безнадежные больные выздоравливают...
- Тогда и ломить за свои услуги они должны втридорога. Кстати, с вас два медяка.
- Вот, возьми, Ветаночка.
Потертые медяки улеглись на скатерть. А я еще долго не могла убрать их в кошелек после ухода старой сплетницы.
Бешено колотилось сердце, противно ослабли ноги, подкатывал к горлу горький комок тошноты...
А ведь это только первая ласточка.
Меня еще не подозревают - пока! Но что будет впереди?
Выход только один. Беречься и беречься. Не лечить никого своей силой, сбрасывать ее помаленьку... но как?
На то нас и ловят. Мы не можем удержаться, иногда совсем не можем.
Да, надо откладывать деньги и переезжать.
А Шими я все равно уши оборву. Малек трепливый!

***
Когда ночью в мое окно забарабанили так, что едва стекло не вылетело, я даже не удивилась. Не в первый раз. Но увидеть за окном Майло Варна не ожидала.
- Что случилось?
- Госпожа графиня... она чем-то отравилась. Ее рвет...
Я поспешно натянула юбку и накинула плащ. Тут надо поспешить.
Чем опасны отравления для беременных? Да потерей ребенка. Или расти он будет плохо, или болезни у него какие будут... у нее сейчас примерно четвертый месяц, но тут надо смотреть чем отравилась, сколько времени прошло...
- Чем она?
Карета тряслась по булыжникам мостовой, я перебирала снадобья в своем саквояже.
Вот этим сразу напоить, вот это от спазмов, вот это успокаивающее... Надо смотреть.
Так сразу я и не скажу, что и как.
- Не знаем. После ужина ей и заплохело.
- После ужина? А что она ела?
- Что господин граф приказал. Супчик куриный, опять же, мясо отварное, пирог с яблоками.
- И все?
- Так вы ж сами, госпожа Ветана...
Я сама. Ну да, дала я кухарке рецепты для беременных, есть такое. Это у крестьянок по-другому, они и беременеют раз в два года, кабы не раз в год, и рожают часто, и выживает у них каждый третий, а иногда и каждый пятый. Да, бывает.
Но там тяжелый труд от зари до зари, мало денег, работать должны все. А аристократы могут позволить себе заботиться и о своем здоровье, и о здоровье ребенка. Вот и пусть.
А правильное питание - это одно из основных условий развития здорового ребенка. И хороших родов тоже. А то бывает иногда... видела я и такое у аристократок. Деньги ведь есть, вот они и лопают что хотят, когда в тягости. И что хотят, и сколько хотят, а потом по трое суток разродиться не могут, потому как мамаша неповоротливая, а деточка раскормлена до жутких размеров.
Не стоит до такого доводить.
Графиня, кстати, не высказывала недовольства рецептами. У нее были другие поводы.
- А в супчике что плавало?
- Курица. Картошка, моркошка, лучок, чуток зелени Лита положила. Я пробовал - вкусно.
- А больше никто не заболел?
- Нет.
И как это понимать? Специально отравилась? Тогда - чем, как и кто принес яд?
Ничего не понимаю, но на месте разберусь.

***
'На месте' было весело и интересно. Служанки бегали с грязными мисками и тряпками, несколько человек метались вокруг графини, а ту совершенно неаристократично рвало над очередной посудиной.
Когда я вошла, на меня даже взгляда не бросили.
Пришлось оглядеться - и по-быстрому выставить всех лишних вон. Остались я, графиня и две служанки. Дождавшись конца спазмов, я присела рядом с женщиной, положила ей руки на виски, вгляделась в глаза.
Зрачки расширены. Тело содрогается от спазмов, это плохо. Если спазмы пойдут ниже, она может попросту скинуть ребенка, а на четвертом месяце это опасно. Не факт, что жива останется.
- Что ты пила?
- Да пошла ты...
И чего еще я могла ожидать?
Графиню начали опять сотрясать сухие спазмы, и я невольно - я не хотела, но так получилось! - выпустила дар из-под контроля.
И тут же вскочила.
- Срочно! Молока сюда! Промыть ей желудок! Воды! В молоко вбить сырые яйца!
Дыхание женщины отдавало чесноком.
Мышьяк?
Но - как!? Откуда!?
А почему она не заметила? Или нарочно!?
Служанки заметались вспугнутыми ланями, а я схватила графиню за руки.
- Смотри на меня! Ну!
Глаза в глаза было проще. Пока я связываю ее взглядом, она не заметит другого. Как по моим пальцам, почти незаметные в ярком свете множества ламп, стекают и впитываются в ее кожу крохотные золотистые искорки.
При отравлении мышьяком возможны судороги. Я не знаю, какая доза яда попала в кровь, я не знаю пока, какие будут последствия, сейчас мне это расскажет дар. Но мне жалко ее ребенка.
Детеныш ведь не виноват, что сделать его у мамы с папой ума хватило, а осознать свою ответственность - нет. Так что я нейтрализую судороги.. а потом посмотрим, что делать дальше.
Яд, темного крабом, яд! Где ж ты взяла его и зачем!?

***
Спустя шесть часов я выползла из спальни графини вымотанная, как будто кирпичи возила.
Майло Варн ждал меня под дверью, и глаза у него были темные и встревоженные.
- Как она?
- Жить будет.
- А...
- Ребенок тоже жить будет. Господин граф дома?
- Да.
- Доложите обо мне. Нам надо поговорить.
Графиня уснула, и спала она крепко. Теперь до утра можно быть спокойной, а вот мне сейччас предстоял неприятный разговор. Очень неприятный.
Граф принял меня в кабинете, сидя за столом. Карие глаза глядели исподлобья,
- Что у нее сейчас случилось, госпожа Ветана? Опять истерика?
- Нет, ваше сиятельство. Мышьяк.
- Что!?
Граф вскочил, как будто его в попу иголкой ткнули.
- Да, ваше сиятельство, - спокойно подтвердила я. - я уверена, что графиня была отравлена мышьяком. Нарочно.
- Н-но...
- Сейчас она почти в порядке, ребенка тоже сохранить удалось, но чудом. Только чудом.
- Почему?
Граф выразился не вполне точно, но я поняла.
- Ей дали большую дозу яда - и это ее спасло. Графиня, слава Сияющему, относится к людям, которых быстро начинает тошнить от плохой пищи. Вот и сейчас... Ее тело отторгло мышьяк, большую его часть, а то, что впиталось... оно, конечно, причинило вред, но меньший, намного меньший,, чем могло бы.
Граф медленно положил руки на стол.
- Как можно было дать ей мышьяк?
- Не знаю, - честно призналась я. - Подумайте сами, у него резкий запах и металлический привкус, его можно замаскировать острым соусом, но таких графине не подавали. Она могла съесть его только намеренно.
- Чтобы она его съела, кто-то должен был его принести, - спокойно продолжил мои рассуждения граф. - И передать так, чтобы не заметили слуги.
- Но слуги же не все время при ней?
- Две служанки постоянно.
- И ни одна не ходит в уборную? Они никогда не остаются с ней с глазу на глаз?
Граф прищурился.
- Госпожа Ветана, их четверо. Хотя... допрошу всех, а там разберемся.
Я кивнула.
Может, это был кто-то из тех служанок, которые находились с ней сейчас. А может, другая смена. А сейчас она выпила яд, чтобы не навести подозрения на тех... хотя какое дело графине до служанок?
- Вот что мне с ней делать?
Я пожала плечами. Давать советы я не собиралась, это не мое. Что делать?
Жить, воспитывать ребенка, может, находить общий язык, а может, и нет. Бывает по-разному.
- Если это случится еще раз, я могу и не успеть.
- Я разберусь. Вы останетесь у нас до утра?
Я подумала и кивнула.
- Да, ваше сиятельство. Если вас это не затруднит...
- Скажите Майло, пусть подготовит вам гостевую спальню. А с утра осмотрите госпожу. Пожалуйста.
И вот это 'Пожалуйста' я оценила. Все же лекарка, низшее сословие, да еще и такие вести принесла - могли и палками выгнать.
Не выгнали. И благодарят.
Аристократия.
- Благодарю вас, господин граф.
- И пришлите Майло ко мне, когда он распорядится о комнате для вас.
- Да, господин граф. Вы позволите?
- Да, госпожа Ветана.
Майло я нашла на кухне, где и сообщила ему о распоряжениях господина. Мужчина проникся, что-то скомандовал служанкам, и отправился получать закономерную выволочку.
А я принялась болтать с Литой, которая твердо решила меня накормить на месяц вперед. Хорошо...

***
Майло отдал распоряжения служанкам, и через полчаса, после плотного ужина, я оказалась в гостевой комнате. Роскошная кровать, цветы - Сияющий! - свежие цветы в вазе, запах пчелиного воска и дорогих духов, уют и спокойствие...
Сложись иначе - и у меня могла быть такая комната. Но - не стоит жалеть о сделанном.
Свобода дороже.
Я погасила лампы и забралась под теплое одеяло. Вытянулась, отбросила длиннющую косу так, чтобы не придавить ее во сне.
Хорошо...
В доме продолжался шум и гам, господин граф тряс служанок на предмет подсунутого супруге мышьяка, а я спала. Если что-то случится, меня позовут. А до утра...
Могу я хотя бы на пару часов расслабиться и вспомнить прежнюю себя?
Хочется...

***
Утро было уютным и спокойным. У меня нашлось время и принять ванну, и расчесаться как следует, проведя по волосам сто раз густой щеткой, и даже позавтракать. Графиня все еще спала, и жизнь ее была вне опасности.
А вот репутация...
Лита была неизменным источником сплетен.
- Вета, ты слышала? - повариха уже давно обращалась ко мне 'на ты', резонно полагая, что я не обижусь. - господин граф всю ночь лютовал. Оказалось, что у нас одна из служанок сбежала!
- Как!?
- Известно как, бегом и подальше. И было с чего! Говорят, она графиню отравила...
Я хлопнула ресницами.
- Именно эта? А зачем?
- Ох ты ж... Тут такая история, мне Майло все рассказал! А он-то знает!
- Да? Расскажите? Пожалуйста!, - я умоляюще сложила руки на груди, и Лита не выдержала Посплетничать ей хотелось, к тому же она знала, что тайна дальше меня не уйдет, и потому спокойно принялась вываливать сведения.
Вчера вечером, после того, как меня устроили в комнате, господин граф озверел. Майло досталось и за себя, и за всех служанок.
Господин граф приказал позвать их пред свои очи, Майло позвал, но одной служанки не оказалось. Сбежала.
И... не простой служанки, нет.
Личной доверенной служанки госпожи графини. Которую она привезла с собой из отчего дома, которой доверяла больше всех, которая могла входить к графине в любое время дня и ночи.
И теперь она исчезла.
Как следует допросив служанок, господин граф выяснил, что возможность остаться наедине с доверенной служанкой у графини была.
Почему не пресекли? Так никто и не подумал. Господин граф не вникал в эти проблемы, к чему? Служанка - и служанка, суетится - и пусть себе, без нее проблем хватает.
Могла ли госпожа графиня потребовать у нее мышьяк?
Вполне.
Только вот почему служанка ей помогла?
Ведь понимала, что хорошим это не кончится, что могут не спасти ни мать, ни ребенка, что за такое она обязательно угодит в тюрьму...
Госпожа графиня пока не вставала. С ней слуги, так что все в порядке. А почему так произошло? Так кто ж ее знает!?
Говорят... лично Лита не видела, но говорили, что господин граф пару раз лично беседовал с этой служанкой. Но это как раз ничего не значит. Он мужчина видный, жена ему отказывает часто, служанки были не против, да и вознаграждение им перепадало. Колечко или сережки какие...
Насилие?
Да нет, все по доброму согласию, случай был, господину графу служанка понравилась, он ее и пригласил. А та помолвлена, да и в слезы. Мол, не губите, жениха люблю....
Господин граф ее и пальцем не тронул. И не выгнал. Сейчас-то она, конечно, не работает, дома с детьми сидит, у нее уж второй на руках и третий на подходе. Но - было, Лита точно знала.
А что теперь будет - она и не представляла. Главное, чтобы господин граф жене шею не свернул. Он такой,  он может.
Я в этом сильно сомневалась. До рождения ребенка граф точно повременит со сворачиванием шеи, а дальше будет видно.
На кухне меня и нашел Майло Варн.
- Госпожа Ветана, господин граф просил вас зайти к нему.
- Сейчас - или после того, как я осмотрю его жену?
- Сейчас, госпожа Ветана.
Я дожевала вкуснющий омлет, вытерла тарелку кусочком хлеба (могла бы - вылизала бы), и отправилась к господину графу в кабинет.
Сегодня господин граф был не в лучшей форме. Лицо осунулось, под глазами залегли синие круги,, но взгляд был холодным и твердым, как у человека, который принял тяжелое решение.
- Доброе утро, госпожа Ветана. Присаживайтесь, пожалуйста.
- Благодарю вас, ваше сиятельство.
Я опустилась в кресло и воззрилась на графа. Тот сухо улыбнулся мне в ответ.
- Я хочу, чтобы вы присутствовали при моем разговоре с супругой. Если ей станет плохо...
- Я сделаю все возможное, ваше сиятельство.
- Буду очень признателен, госпожа Ветана. Пойдемте?
- Да, ваше сиятельство.
Госпожа графиня еще спала, поэтому мы сидели у ее постели и ждали. Я разглядывала графа.
М-да.
Если бы меня за такого сговорили....
Я не завидовала, нет. Но было обидно. Меня выдавали за человека, который просто убил бы меня, и поэтому мне пришлось бежать. А эту дуреху сговорили за нормального мужчину, который ее до сих пор и пальцем не тронул за все ее выходки. И она не ценит. Вот почему так?
Кому все, кому ничего?
Сильно подозреваю, что окажись я замужем за господином графом, все бы сложилось иначе. Я бы вела дом, рожала детей, да, и нашла бы время для своего дара. А он бы получил детей, деньги, ну и супругу, с которой всегда можно было бы договориться. А вместо этого криво пошло и у него, и у меня...
Обидно. Просто обидно.
И хочется надавать пощечин его жене. Ее бы выдали замуж за такого, как барон Артау, поглядела б я на нее! Тьфу!
Но вот графиня зашевелилась, приоткрыла глаза, потянулась, потом вспомнила, видимо, о вчерашнем, наткнулась взглядом на меня, на графа... и глаза ее медленно стали злыми и нехорошими. Очень нехорошими...
- Доброе утро,  ваше сиятельство. Как вы себя чувствуете?
Пульс у нее был почти идеальным,  после вчерашнего.
Меня графиня и взглядом не удостоила.
- Жаль,  что твой ублюдок не сдох вчера!
Граф стиснул кулаки так, что я испугалась. Еще немного,  и у него бы кости хрустнули.
- Что?
- Я же сказала - жаль. Эта стерва слишком быстро пришла!
Драться графиня не пыталась. Она била наотмашь злыми словами - и у нее получалось. Граф стиснул челюсти так,  что  в уголках рта образовались беловатые полукружия. И заговорить смог только спустя пару минут.
- Значит,  ублюдок. И сдох... Ладно же. Ты специально приняла яд?
- Да.
- Ты понимаешь,  что и сама могла умереть?
- И что? Лучше уж умереть,  чем с тобой...
- Хорошо же. Госпожа Ветана,  последствий для ребенка точно нет?
Для успокоения графа я прослушала живот графини через деревянную трубку,  пожала плечами.
- Надеюсь,  что обойдется.
- Я не собираюсь тебя удерживать. Сегодня я поговорю с твоими родителями. До родов ты поживешь здесь,  под строгим присмотром,  чтобы ничего не сделала  с собой, потом ребенок родится,  ты оставишь его мне - и отправишься к своим родным. Я дам тебе развод - и выходи замуж хоть за своего Айваса,  хоть за конюха.
Глаза женщины вспыхнули огнями.
- Ты не врешь?
Граф скривил губы в презрительной гримасе.
- Мое слово. Если вы спокойно родите и  отдадите мне ребенка,  я не буду вас удерживать или преследовать. Если нет... обещаю. Я вас упрячу не просто в монастырь,  я выберу такой,  чтобы вы там жили долго. В каменном мешке,  без надежды и в молитвах. И распоряжусь специально привозить вам все известия из столицы. Я найду как сделать вашу жизнь невыносимой,  я смогу.
Графиня поежилась,  но не отступила. А зря. Я бы на ее месте давно под кроватью сидела.
- Я буду свободна?
- Как ветер.Некоторое время женщина размышляла,  а потом кивнула.
- Хорошо. Я не буду вредить вашему ублюдку. Пусть живет. Рожу - и вы меня отпускаете.
- Да.
- И снимите домашний арест.
- Нет. До родов ничего не изменится. Я вам не доверяю.
- Да как вы смеете?!
- Почему сбежала Анни?
Я нахмурилась. Видимо,  служанка, которая достала мышьяк?
- Чтобы вы не причинили ей вреда.
Граф пожал плечами.
- Я не убиваю женщин,  с которыми спал. Но если она сюда вернется,  или если просто попадется мне на глаза,  жизнь она закончит в тюрьме. Все понятно?
Графиня тряхнула головой.
- Ладно. Я хочу договор.
- Я дал вам слово. Но если вам нужен договор - я его составлю. Подпишем и будем ждать родов. И госпожа Ветана будет вас осматривать и принимать роды.
Графиня пожала плечами. Меня она не слишком жаловала,  но ее радовало известие о предстоящей свободе. А может,  и счастье с неким Айвасом.
- Пусть так.
- Тогда - всего хорошего.
Граф вышел из спальни. Стукнула дверь.
Графиня разулыбалась,  потирая руки. А я смотрела на нее с такой жалостью...
Ну и дура ж вы,  госпожа графиня!
Не знаю,  что там за Айвас,  но упустить такого мужчину,  как граф - это хуже,  чем глупость. Это непростительная ошибка.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #12 : 26-06-2017, 03:54 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
***
- Утречка доброго, госпожа Ветана.
- И вам не хворать, господин Самир. Что случилось?
- Госпожа Ветана, тут дело такое... вы только не волнуйтесь, ладно?
Убила бы за такие заявки. Неужели людям не понятно, что слова 'только не волнуйтесь' спускают с цепи всех демонов сразу?
- Что случилось?
- Господин Крамар написал на вас донос.
Я где стояла, там и рот раскрыла. И наверное, выглядела так глупо, что господин Самир смягчился.
- Да что вы, госпожа Ветана! Кто ж такому поверит!?
- Какой хоть донос-то? - от неожиданности я заговорила простонародным говорком, которого наслушалась в порту. - Чего он понаписал?
- Уффф... Да там такое, что на голову и не натянешь, - легко ушел от официального тона господин Самир. - Пишет, что вы человека убили.
- Кого? Когда? От чего я его лечила?
- Ни от чего.
- А как тогда я убила? - я уже искренне растерялась. - Да вы присядьте, что ли? У меня взвар есть малиновый, вареньице, опять же... Будете?
- С удовольствием, госпожа Ветана.
Я разлила взвар, достала варенье, переложила в вазочку, достала хлеб, ложки, мед...
Потом посмотрела, какими глазами господин Самир смотрит на застолье, и потянулась в буфет. Там стоял здоровущий пирог с мясом, который мне сегодня вручил булочник (укус крысы, воспаление, едва ли не гангрена).
- Господин Самир, не побрезгуйте угощением?
Стражник честно поотнекивался целых две минуты - для вида, а потом принял здоровущий кусок пирога на тарелке, и вгрызся в него так, что только за ушами затрещало. Я-то уже дня три ничего не готовила, перебиваясь овощами и плюшками - некогда. Решительно некогда. То одно, то другое...
- Хорошо вы печете, госпожа Ветана.
- Так то не я, булочник наш, господин Гонан.
- А вот к мужчинам подхода не имеете, это точно.
- Почему? - аж растерялась я.
- Другая б на вашем месте печевом расхвасталась....
- А потом бы все и открылось?
- Так мужчина-то уже пришел бы на вкусные плюшки.
Я пожала плечами. Если врать даже по такому поводу, что же с отношениями будет? Кончится тем, что люди друг у друга и о погоде не спросят - лжи побоятся.
- Но это дело десятое. Госпожа Ветана, Крамар пишет, что его друг, господин Рем Лорак, к вам в гости собирался, а с той ночи его никто и в живых не видел.
- А я его тоже не видела, - я не врала. Недоговаривала. Когда Лорак меня душил, он стоял за моей спиной, а когда его убили - это тоже не он. Тело. Труп.
- Я так и думал.
- Зачем он вообще ко мне бы собирался в гости?
- Как говорит господин Крамар - его друг хотел пригласить вас честь честью прогуляться по городу.
- Нет. Меня никто не приглашал.
- Так-таки и никто?
- Совсем никто.
Меня ведь и правда не приглашали? Мне просто сообщили, что со мной сделают.
Господин Самир провел пальцем по усам и бросил на меня залихватский взгляд.
- Эх, госпожа Ветана! Будь я лет на десять помоложе, я бы - ух!
Я улыбнулась в ответ. Мне-то хорошо было известно, что господин Самир счастлив в своей семейной жизни, с красавицей женой и четырьмя детьми.
- Да, господин Самир. Я бы точно не устояла.
Совершенно безобидное кокетство. Просто мужчина хотел меня подбодрить, а я сделала вид, что у него все получилось.
- Я скажу десятнику, что ничего вы не знали. А Крамар этот... тварь такая! Не умеешь отказы принимать, так не ухаживай за женщинами.
Я потупилась.
- Так вы знаете?
- Госпожа Ветана, так его с Рудиком в обнимку весь квартал видел. Мне уж давно рассказали. И как он свататься приходил, и что говорил...
- Тогда вы понимаете....
- Да все всё понимают. И десятник наш тоже человек, просто надо ж отреагировать, вот и бегаем.
Я покивала, поулыбалась, честь честью проводила Самира, и улеглась на кровать в спальне. Надо было пару минут полежать, прежде чем работать дальше. В таком состоянии я и снадобья испорчу, и пациентов уморю. Руки дрожали, сердце билось, перед глазами плавали неприятные светящиеся точки...
Как и кого не убеждай, а все же это серьезное испытание для нервов.
Примерно через полчаса я смогла встать, заварить себе успокаивающий отвар и заняться работой, но в глубине души я все равно была расстроена.. Вот что за дрянь этот Крамар!?
Сволочь просто!
Уговорить не получилось, сломать не получилось, избить и изнасиловать тоже не получилось (и как знать, не был ли Крамар инициатором той попытки? Много ли пьяному надо, напомни, как его где-то обидели и бери голыми руками), так теперь стража в ход пошла.
Измотать он меня надеется?
А я все равно не поддамся!
Вот!

***
Надолго этот визит меня из колеи не выбил, но масла в огонь подбавил Шими. Ровно через два дня после разговора со стражником.
- Теть Вета, - постепенно это обращение сменило официальное 'госпожа Ветана'. Я не возражала. Малек был неглупым, с ловкими пальцами, не боялся крови и вообще - дар бы ему, так лучше б лекаря и не пожелать. Но он и без магии справится. - А меня про вас 'голубок'* расспрашивал.
*- 'голубок' - презрительное название храмовников. Принято у портовой шпаны за символ Храма - белого голубя на шпиле. Прим. авт.
Я как раз скатывала бинт в тугой рулончик. Прокипятила, просушила, прогладила, теперь скатать, завернуть в кусок ткани и залить воском. И носить с собой для перевязки. Никакая грязь с такого бинта в рану не попадет.
Но этот бинт придется перестирывать.
От слов Шими рулончик выпал у меня из рук и покатился по полу.
- Голубок?
- Холоп...
- Да я поняла. А чего им надо было?
- Не им. Один там был.
- Ну, ему...
- Да я толком и не понял. Мы как раз в Храм ходили, вот и пристал, что пиявка к заднице.
- Шими...
Малек, явно подражая кому-то закатил глаза к небу. Возвел, то есть.
- Хорошо, теть Вет. Как грязь к ботинку.
- И?
- И про вас расспрашивал. Мол, учусь ли, у кого учусь, чему меня учат, как вы учите, знаете ли травы... Я ничего не понял. Только вы им интересны.
Я кивнула.
Все правильно - именно я и интересна. А расспрашивали Шими для того, чтобы понять не маг ли я. Потому что если я маг...
Мага должны учить именно маги, лекаря - лекари, но где ж нам было мага взять? Чему могла - научилась, силу контролировать, себя сдерживать, лечить ей помаленьку... все равно основной упор делался мной на обычные лекарства. Глупо стрелять из пушки по воробьям, глупо лечить простуду магией. На нее и чая с малиной хватит.
- Если что спросят - ты им рассказывай, понял?
- Вот еще. Я что - колокольчик?*
*- жаргонное 'стукач', 'звонок', 'болтало', доносчик. Очень непрестижно в криминальных кругах Алетара, в них же карается вырыванием языка раскаленными щипцами. Прим. авт.
- Шими, - я погрозила пальцем. - Послушай меня. Храм - не та сила, с которой надо бодаться.
- Да поджечь их ночью, и все дела!
- Шими...
И ведь может, если что. Прилетит стрела с огнем, только и ищи. Может, и найдут, если маг огня будет, а могут и не найти. Бывали случаи. Магия - она ведь не всесильна.
Я встряхнулась и принялась отчитывать малька.
- Шими, ты пойми, мне скрывать нечего. Ты со мной ходишь, ты сам все видишь. Что-то запретное я делаю?
Малек помотал головой. Про Угря он не знал.
- Вот видишь? И меня они расспрашивали. Все ж может быть. Может, им лекарь в Храм понадобился, вот и собирают сведения. Так что рассказывай им все честно, я разрешаю.
- Будете толстопузых лечить?
- Если заплатят...
- Когда это они кому чего платили? - со всем презрением портового мальчишки покривился малек. Ему ли не знать...
Храм иногда подбирал детей из трущоб и пытался 'привести их к Свету'. Насколько мне было известно, сбегали эти дети втрое быстрее. И из Храма, и из города, чтобы вновь не попасться. Осуждать любую из сторон я не собиралась, тут у каждого свое.
- Шими, - надавила я голосом, - ты меня понял?
- Да, теть Вет.
- Тогда расскажи мне, что надо делать при обморожении.
Шими рассказывал, попутно перетирая в ступке сушеные стручки акации, а я размышляла, краем уха слушая его болтовню и поправляя, где надо.
Не успокоились?
Определенно. Мага-то не нашли.
Проверяют меня или всех?
Наверное, всех подряд. А дальше-то что будет?
Страшно, ой как страшно. Но бежать мне нельзя, это как с собакой. Пока не бежишь - не укусит.
Чтоб тому храму пусто было! Твари! Сволочи!
Неужели я не могу жить, как хочу? Не прятаться по углам, не бояться ничего, а свободно и спокойно лечить своим даром, учиться им пользоваться... я ведь понимаю, что сейчас лью ведром там, где из ложки покапать хватило бы! И не могу иначе!
Просто я самоучка.
Некому меня учить, некому...
А сколько пользы могли бы принести маги жизни, если бы из них не сделали дойных коров?
Ладно! Подумаю об этом позже.
И я вернулась к дрессировке Шими. Пользы от него все же больше, чем вреда, так что пусть работает.

Глава 11
Когда в дверь дома что есть силы заколотили кулаком, я даже не испугалась. Привыкла.
- Госпожа Ветана! Помогите!
Узнать Угренка, который помог мне с Лораком, было мудрено.
Весь в крови, морда ободрана, словно по ней чем тяжелым приложились, а что не ободрано, то темной краской вымазано, чтобы в ночи белым не светить, рука подозрительно висит плетью, сам хромает, рубаха в клочья, вода капает...
Да, сколько веревочке не виться, а петельке быть.
- Что случилось?
- Госпожа Ветана... не гоните. Пожалуйста.
- Да не погоню, - махнула я рукой. - Садитесь, сейчас лечить буду. Так случилось-то что?
- Госпожа Ветана, у меня отец и брат... Стража нас встретила.
- Обоих? Насмерть?
Судя по взгляду Угренка - увы.
- Ладно.
Я прикинула, что надо сделать, вздохнула и полезла в шкаф. Достала оттуда здоровущую рубаху, купленную по случаю у старьевщика (хотела на полоски бинтов распустить), достала из шкафа бутыль с выморозками, наполнила стакан.
- Пей. Не то свалишься.
- Не поведет меня?
- Закусить дам. Рубаху надо разрезать, у тебя плечо, кажется, выбито...
- Это я о скалу.
- Я сейчас плечом займусь, а ты расскажи, что случилось.
- Предательство. Мне и здесь опасно оставаться, я бы ушел, но некуда.
- В таком состоянии ты раньше свалишься. Какое уж тут ходить?
Я вооружилась ножницами и принялась спарывать с мужчины остатки рубахи.
Угренок залпом, как воду, хватил стакан с выморозками, даже не поморщившись.
- Плохо сегодня ночью вышло. Очень плохо...
Я слушала краем уха, ощупывая плечо.
Вывих, так и есть. Хорошо если связки не разорваны... нет, вроде бы нет. Но больно мужику будет...
Угорь-младший тем временем исповедался, как на допросе.
Контрабандисты и есть контрабандисты. Добыча жемчуга выглядит примерно так. Ночью взять лодку и идти к жемчужным отмелям. Там же...
Кто-то может понырять за жемчугом, а потом уплыть обратно. Угорь действовал по-другому. Он договорился с теми, у кого жемчуг был официальным промыслом. По одной, по две жемчужины, они утаивали их от чиновника, приставленного к ныряльщикам, а потом складывали и когда накапливалось штук сто - передавали Угрю. Да, ночью.
Да, в море.
В условленном месте оставляли сверток с жемчугом, а взамен забирали такой же сверток, но с приятными золотыми монетками. Конечно, не полная цена, но и не казенная.
Королю это не нравилось, и ночью в тех местах крейсировали лодки морской стражи. Обычно Угорь как-то расходился с ними, но в этот раз мужчине не повезло.
Их заметили, бросились в погоню...
Одного из угренят положили почти сразу, из арбалета. Угорь понял, что шансов почти нет и пошел на жуткий риск - направил лодку на рифы. В прилив он знал местечко, где можно было проскочить.
В этот раз не получилось. То ли прилив еще не набрал силу, то ли две стрелы помешали... одним словом лодка наткнулась на рифы. Угорь и второй угренок ушли под воду.
Не выбрался бы ни один, если бы не повезло. Лодка разлетелась на доски, в одну из них мертвой хваткой и вцепился Угренок, другой рукой придерживая отца.
Тело брата?
Знать бы, где оно сейчас. Море выбросит, если пожелает. А нет...
Не он первый ушел в море. И точно не он - последний.
Угорь-старший быстро терял силы, просил сына бросить его, но парня заклинило. Он только что не зубами вцепился в доску и держался. И греб, как мог. Рука?
Жить захочешь - еще не так раскорячишься. Он и не ощутил в запале-то. Это уж потом, когда на сушу выбрался, отца вытащил, там и накрыло...
На этом месте мужчина взвыл, потому что я что есть силы дернула его руку, возвращая сустав на место.
- Твою мать!!!
Я кивнула.
Тяжело, конечно, но я справилась.
- Ну-ка рукой двинь?
Угренок послушно пошевелил пострадавшей конечностью.
- Болит.
- И болеть будет. Но хотя бы сустав я на место поставила. Потерпи, раны хотя бы первично обработаю... Кстати, а почему ты пришел сюда?
- А куда я еще мог прийти?
- Почему не в потайное убежище? Вы же меня туда приводили, нет?
- Побоялся.
- Чего? Стражи? Предательства? Чего побоялся?
Вопрос был более чем актуален. За пособничество контрабандистам кое-что нехорошее полагалось. Не отболтаюсь. Даже если простое лечение, все равно могут быть неприятности.
- Понимаешь, - изрядно захмелевшший угренок опустил глаза. - Мы про тебя справки навели. Ты девка хорошая, неглупая, ну и... понадеялся, что за стражей не побежишь. Сама видишь, в каком я состоянии. А кто кроме тебя справится?
- Да любой лекарь.
- Э, нет. Что ты ни говори, а руки у тебя золотые. Что отца ты на ноги поставила, что Литу... Ты не думай, мне бы денек отлежаться, а потом я найду куда убраться, к Лите переберусь. Найду где отлежаться, тебя не подставлю.
Я залила выморозкой очередную рану.
- Сейчас ты что от меня хочешь?
- Денек у тебя отлежаться можно? До завтрашней ночи, сегодня мне уж поздно куда-то идти, любой остановит.
Это верно, вид у угренка был крайне предосудительный. Потрепанный настолько, что даже страшно становилось. Тут и вывих, и ребра, и рваная рана на ноге, и лицо... не то, что первый стражник, а вообще любой встречный разорется.
- А твой отец?
- Я тело в пещеру оттащил. Даст Светлый, не найдут. Выживу, выберусь - похороню батю как положено. Нет... Полежит, не обидится. Он бы меня понял.
Я кивнула.
- Если тебя здесь найдут, мне будет плохо. Очень плохо.
- Думаешь, я не понимаю? Я заплачу.
- Это само собой, расценки ты знаешь. Просто где тебя прятать?
- А подвал тут есть? Я до завтра могу там перележать.
Подвал?
Почему бы нет. Погреб есть, только вот...
- Там холодно, а ты не в том состоянии.
- Авось, не сдохну. И... это. Ты не говори никому про меня? Ладно?
- И Лите тоже?
- Пока не узнаю, кто донес - молчи.
- Все же - донос?
- Ты видишь, ночь какая?
Я видела. Дождь, ветер, гадская погодка.
- По такой погоде они и носа не покажут в море, а сегодня ждали. Определенно, ждали.
- А кто знал?
- Ну, кое-кто знал определенно. И все ведь доверенные лица.
- А про меня кто знал?
- Лита.
- Ей ты доверяешь.
- Она отца любит. Как умеет, но все-таки...
Я пожала плечами. Любовь - это очень странный предмет. Вроде он есть, а вроде и нет. В чем ее измерить и как проверить?
- Ты не думай, мы про тебя знали втроем - и Лита. Такое абы кому не доверишь. Свой лекарь - это дело нужное, хорошее...
Особенно я угренку не верила. Пока, может, они и молчали. Ждали, когда я покрепче запутаюсь. Хотя и так... куда уж крепче?
- Вот и проверим. Только учти - если умолчал, сам же и пострадаешь. Первым.
- Не дурак, понимаю.
- Понимает он... Зовут-то тебя как?
- Лорт.
- Ладно, Лорт. История такая. Ложись в той комнате, она у меня для больных и предназначена. Будем из тебя делать пострадавшего, но в пьяной драке.
Руки чесались направить угренка куда подальше. Не направила по двум соображениям.
Первое - он меня все-таки спас. Тогда, от Лорака. С меня должок, отдавать надо.
Второе - куда он сейчас пойдет? Хорошо, если не попадется, а если стража его сцапает? Кто раны обрабатывал? Ах, такая-то? А что вас связывает? Выпотрошат, что ту селедку, под пыткой и не такие герои ломались.
И лечить мне каторжников до скончания дней. А не хочется...
И дело не в лечении, на каторге такие же люди, а просто - на свободе приятнее.
- Домик у меня маленький, погреб не подойдет...
- Да я могу в погребе. Мне бы еще вот это куда спрятать!
Я выругалась от всей души. 'Вот этим' оказался небольшой сверток
- Монеты?
- Жемчуг.
- Твою мать!
Если его здесь найдут - это будет приговор. Почему его не спрятали там же, где тело старшего угря? Вернуться не надеялись?
- Мало ли как получится. Все ж пещерка, прятать там особо негде. Если с собаками обшарят, отца могут и найти, а жемчуг терять не хочется. Родные за него жизнями заплатили.
А еще если удирать отсюда, то лучше не с пустыми руками. Чтобы обосноваться на новом месте, купить кораблик, втянуться в новую жизнь... схрон у Угря наверняка был, но с жемчугом-то лучше?
А вот где мне его спрятать?
Да тоже на виду.
Я усмехнулась.
- Есть у меня одна идея. Прятаться будем на самом виду, но придется потерпеть.
- Потерплю. А что именно?
- И краску, и сказку, - неуклюже срифмовала я.
Сначала мужчина слушал с негодованием. Потом призадумался. А потом и рукой махнул - мол, пусть так! Делайте, госпожа Ветана!
Я и сделала.

***
Шими явился с раннего утра и сунулся в комнатку, где у меня отлеживались больные.
- Опа! Теть Вет, а кто это?
- Мое ночное приключение, - я улыбнулась. - Называется, дошла домой.
Верно, вчера я ходила по вызову к одной милой даме шестидесяти лет от роду. Та была здорова, как акула, но жаловаться обожала. А любого, кто посмел бы усомниться в ее болячках, сожрала бы не глядя. Позвали меня уже к вечеру, так что Шими не присутствовал.
- И иду я мимо 'Зеленой козы', а там, как водится, драка. И вот это в канаве валяется, о помощи просит, да жалобно так...
Таверна 'Зеленая коза' была выбрана по нескольким причинам. Она находилась достаточно недалеко, и славилась тем, что там безбожно разбавляли вино то выморозками, то настоем дурман-травки, после чего люди и имени-то своего иногда не помнили. А уж с кем спали, гуляли, дрались и сколько денег было в кошельке - тем более.
- И валялся бы, - буркнул Шими. - Ничего бы с ним не случилось.
- Будешь так думать - никогда хорошим лекарем не станешь. Наше дело помогать людям. А уж по канавам ты себе больных найдешь, или по дворцам... я вот для второго титулом не вышла, понимать надо.
Шими фыркнул, но спорить не стал.
- А что с ним?
- Судя по ранам - бутылкой по башке приложили и ногами попинали.
Рану я изобразила. Рассечь кожу на голове в нужном месте - несложно. Россыпь синяков тоже была подходящая, на синяке ж не написано, о риф его набили, или об забор... Кое-где я порезы зашила, кое-где добавила, и общее впечатление получалось неплохим.
Кабацкая драка, бывает. Иных и вперед ногами выносили после такого.
В глаза угренку закапали белладонну, и теперь он дико косился по сторонам расширенными зрачками.
- У него и сотрясение мозга, да?
- Были б мозги, было б сотрясение, - ответила я Шими. - Ты попробуй, пульс у него посчитай, повреждения осмотри, мне потом расскажешь. Понял?
- Понял.
Больше мне ничего в голову не пришло. Вариант с ревнивым мужем пришлось отставить, нет на примете подходящей семьи. А пьяная драка, да в 'Зеленой козе'?
Там по-моему только один день драк и не было, когда король умер и все трактиры позакрывались. А в остальное время - ни дня без драки, ни дня без шума. За объяснение сойдет, а так... авось сильно меня трясти и не станут? Вдруг да повезет?

***
Стража явилась после полудня, когда Шими уже удрал домой, а я сидела у окошка и ради разнообразия вышивала бисером. Да, есть у меня и такое увлечение. Тяжко, конечно, но иногда хочется. Успокаивает.
Делается это так.
Сначала наносится рисунок, потом вышивается канва, а потом уже по вышитому принимаешься расшивать бисером, осторожно, не залезая за границы. Нитку в иголку, проткнуть ткань, снять иголку, надеть на нитку бисерину или бусину, опять вдеть нитку в иголку - и опять проткнуть ткань. И все сначала.
Мастерицы, которые всю жизнь вышивают бисером, очень быстро слепнут. Мне это вряд ли угрожает, маги жизни вообще своим здоровьем славятся. Но занятие это монотонное, спокойное, и даже усыпляющее. Так что вышивку я делала уже с полгода, и слишком далеко не продвинулась.
Господин Самир сегодня был не один, а с напарником. Вошел, как полагается, ноги отряхнул, поздоровался, я тоже пожелала здоровья и уставилась с интересом.
- Что случилось?
- Госпожа Ветана, а вы одна?
- Нет. Больной, вон, лежит. Подрался вчера в 'Зеленой козе', теперь встать не может.
- А поглядеть на него можно?
- Только ноги оботрите, мужику и так досталось. Ему еще грязи в раны не хватало.
- Раны? - сделал стойку второй стражник.
- Его бутылкой по башке огрели, и по-моему, об забор потрепали. Точнее сказать не могу. Стекло в ране на голове точно было, остальное... хотите - сами посмотрите, я бинты сниму.
Стражники покивали и послушно вытерев ноги, прошли внутрь.
Через минуту из комнаты донесся слабый голос угренка, который рассказывал ту же версию.
Улов отметил. Так-то он добропорядочный рыбак, ну, решил выпить. Хотел денек отдохнуть от работенки, шторм же еще идет?
Идет, а то ж! Он такие вещи понимает, за рыбой в море не выйдешь, можешь сам ей на корм попасть. Перевернется лодка, и поминай, как звали.
Выпил.
Теперь в море еще краб знает сколько не попасть.
С кем пил, кто бил... краб его знает!
Контрабанда? Да в жизни не промышлял, не был, не видел, не слышал!
Если подумать? Тоже нет? А если очень подумать? Пока не помогли?
Ну... сбывал пару раз рыбку налево, так все делают. Хоть раз в жизни, да оскоромятся. Знаю, плохо, а все ж казной сыт не будешь! Да и Логан, падла такая, в порту свои порядки заводил, а делиться не хотелось. В меру надо чешую с рыбки драть, в меру! Нет Логана? Так нигде не записано, что новый лучше, все они на один хвост. Селедочный.
Раны?
Да смотрите! Не жалко!
Угренку по имени Лорт крупно повезло. Арбалетные болты в него не втыкались, а остальные синяки и ссадины можно было трактовать двояко. Таких и по городу немало, арестовать всех, на ком синяки нашли - дело гиблое.
Я аккуратно сняла бинты, потом опять их наложила. Черную краску с Лорта мы еще ночью смыли, одежду я покромсала на полоски бинтов (между нами, все равно она больше ни на что не годилась, а новую я ему у старьевщика куплю, или Лита принесет), и сейчас они кипятились в большом котле на огне, а остальное...
Авось да и сойдет? Если с пристрастием допрашивать не будут? Но у меня репутация неплохая, у угренка, видимо, тоже, а всех побитых и потрепанных по Алетару не допросишь... Не хватит ни времени, ни стражников.

***
Угадала я точно. Через час стражники оставили мой дом. Оставили бы и раньше, но я предложила им пообедать. По случаю постояльца, у меня на обед было мясо с фасолью и бульон. Технология несложная. Варится бульон, мясо вынимается и тушится с овощами и приправами. Получается вкусно. Стражники умяли по здоровущей миске и поделились последними сплетнями.
Вроде как скинули морским наводку на Угря, но те опять все ушами прохлопали, даже не могут сказать, сколько их было. Двое? Трое? Пятеро?
Краб их знает!
Ни тел, ни лодки, так, щепки на берегу собрали. И вроде как, выбрался кто-то, но кто? Сколько?
Вот и проверяют всех лекарей, но и так понятно, что никого не найдут. Всех лекарей, все дома, обошли желтый город и рыбачьи слободки, но... дело ясное, что дело гиблое!
Столько уже побитых нашли, что если всех арестовать - тюрем не хватит! С рыбаками тоже сложно, кто в море, кто по кабакам - никто ж не будет ждать стражу у себя дома? Одним словом - сразу не поймали, так теперь и не найдут.
Нас с угренком этот факт обрадовал, но до ночи мне придется еще потерпеть его общество.
Жемчуг?
А жемчуг честь честью лежал в коробке с бисером. Кто его там заметит среди прочего разноцветья?

***
В погребе Угренку посидеть все равно пришлось. После обеда.
Повезло - от нечего делать глядящий в окно мужчина заметил идущую по улице литу и молнией метнулся ко мне.
- Ветана! Помоги!
Я выслушала что от меня требовалось, и аккуратно прикрыла за мужчиной крышку погреба. Лита робко поскреблась в дверь.
- Госпожа Ветана! День добрый!
- И тебе доброго дня,. - улыбнулась я. Выглядела проститутка гораздо лучше. Все синяки и ссадины сошли, на лице вновь играл румянец, глаза блестели, а волосы были растрепаны ветром. Только вот блестели ее глаза не от радости, а от тревоги.
- Госпожа Ветана... они к вам не приходили?
Я покачала головой.
Они - не приходили. Он. Один. Но Лита ведь не уточняла?
Проститутка без приглашения уселась на скамью.
- Госпожа Ветана, я волнуюсь. Они вчера не вернулись...
- Ремесло такое, - я пожала плечами, продолжая раскатывать тесто на лепешки. Тут главное не раскатать их слишком тонко - не поднимутся, и не оставить слишком толстыми - не пропекутся. Работа требовала внимания, и я не слишком смотрела на собеседницу.
- Стража кого-то ищет...
- Ко мне тоже заходили. Искали контрабандистов, но никого не нашли.
- Ф-фууу...
Лита была лихорадочно бледной, но на щеках цвели два алых пятна.
- Госпожа Ветана, не откажите! Если появятся... хоть словечко, хоть что! Прошу вас!
- Если объявятся - скажу, - согласилась я. - Что-то серьезное?
- Да. Мне кажется, я в тягости.
Я прищурилась.
- От...
- Да. От него, я точно знаю. Это случилось, когда я отлеживалась, ну.... после того. Вы поняли. Я ведь тогда работать не могла... а он меня пожалел,он единственный, кто умел жалеть так, что не хотелось ему глаза выцарапать!
Читай - от Угря ребенок.
- Осмотреть тебя? Чтобы ты была спокойна?
- Да, госпожа Ветана. Если не в тягость...
- Лита, - поморщилась я. - Если хочешь здорового ребенка, изволь регулярно посещать лекаря. Какая тягость, ты о чем?
Женщина действительно была беременна, срок - что-то около месяца, точнее я сейчас не сказала бы. Судя по состоянию женщины - все с ними обоими в порядке. Но на всякий случай...
- Старайся больше двигаться, если получится - постарайся не работать.
- Обещаю.
- Ешь побольше овощей, фруктов, лучше все отварное или тушеное, на жирное и соленое не налегай, особенно на последнее. Есть возможность?
- Есть.
- Постарайся не волноваться. Все будет хорошо, обещаю.
Все хорошо уже не будет. Потому что Угорь лежит в какой-то пещере и один из его сыновей плавает в море. Но...
У ребенка и его матери еще есть шанс. Если второй из угренят сделает все правильно.
Это я и сказала мужчине, когда ушла Лита, а он вылез из подвала.
- Ты понимаешь, что это - твой брат или сестра?
- Понимаю. Вот что делать теперь...
Даже самые лучшие из мужчин теряются от таких известий. Я погладила Лорта по плечу.
- Как ты думаешь, твой отец признал бы ребенка?
- Да. Обязательно.
- Значит, теперь за него это обязан сделать ты.
- Но я же Литу не люблю?
- А этого и не требуется. Переезжайте в другое место, назовитесь сыном и мачехой и воспитывайте твоего братика или сестренку.
- А...
- Промысел придется бросить, сам понимаешь. Ребенку отец нужен и опора. Ваш отец, вот...
- Он нас с детства учил. Семейное ремесло ведь...
- Вот и подумай, хочешь ли ты его продолжать? Или все-таки предпочесть спокойную жизнь? Купить кораблик, ходить вдоль побережья... не так опасно, но достаточно выгодно, а главное - позволит тебе обзавестись семьей, детьми... нажито ведь достаточно?
Угренок усмехнулся.
- Это верно.
- Ты же молодой, влюбишься, детей захочешь... каково им будет узнать, что отец под плети попал или на каторгу? Случись что?
Я моросила и моросила, опутывая парня десятками доводов, как хитрый паучок неосторожную муху. И видела, что часть их достигает разума Лорта. Может, что и усвоится? И применится?
И вновь я преследовала свои цели.
Если Лорт продолжит свой промысел, то рано или поздно попадется, и потянет за собой меня. Сегодня чудом обошлось! Если же откажется...
Уедут из Алетара,  будут воспитывать ребенка, а там что Бог пошлет. Стоит попробовать?
Вечером, провожая Лорта, я складывала пальцы в символ удачи. Пусть поможет ему Светлый и смилуется Темный. И над ним,  и надо мной.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #13 : 03-07-2017, 04:23 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
***
- Госпожа Ветана,  моя госпожа,  маркиза Террен,  желает, чтобы вы ее осмотрели.
Я удивленно подняла брови,  глядя на стоящего передо мной слугу. Этакий эталонный образец. Высокий рост,  золоченная ливрея,  мужественное лицо - и абсолютное презрение ко всем,  кто ниже маркизы. Высокомерия - хоть ложкой ешь!
- Хм-м...
- Госпожа маркиза прислала за вами карету.
И звучало это так...
Судя по тону слуги и его взгляду,  мне надо было простереться ниц перед слугой, выражая свою высочайшую благодарность, раскланяться перед каретой, потом облобызать копыто коня и прицепиться сзади,  не рискуя осквернить чистоту бордовых подушек своим неаристократическим... эээ... тылом. Вместо этого я вежливо кивнула.
- Подождите минут десять за дверью. Процежу настойку и поедем.
Какое ж удивление отразилось на лице несчастного.
Я!?
Не еду с ним!?
Не влетаю в карету с радостным воплем: 'Дождалась! Оценили!!!'?
Слуга закашлялся.
- Боюсь,  вы не понимаете.
- Маркиза при смерти?
Я по каплям вливала настойку в марлю. Раз уж достала из погреба,  надо процедить,  да убрать. А то куда это годится - половина в бутылке,  половина в миске, да и стол весь заляпан...
Это я рукой дернула при появлении лакея.
Стоит ли упоминать,  что постучаться нахал и не подумал? Пинком дверь распахнул.
- Нет!!! Упаси Светлый!!!
- А что с ней?
- Я не уполномочен обсуждать дела ее сиятельства с посторонними людьми.
Сказано было увесисто. Душевно так сказано. Я пожала плечами.
- И не обсуждайте. Ждите за дверью.
- Госпожа маркиза сказала - привезти немедленно...
- Если она может говорить,  то точно не помирает. За дверь! - Рыкнула я.
Не подействовало.
- Я. Кому. Сказала. За. Дверь!
Последние слова я почти прорычала. Мне!
Какой-то холуй указывать будет?!
Свободная рука мягко легла на большой столовый нож.
Лакей побледнел и попятился.
- Я... это... подожду.
- Вон!
Дверь захлопнулась. Минутой позже в ней затрепетал нож.
Не стоит удивляться,  все ножи у меня отлично наточены,  дядюшка Дрим,  местный точильщик, захаживает ко мне каждый раз, как проходит по улице. Кстати,  настой из лимона и чеснока как раз и для него. У бедняги ноги болят,  да и спина шалит. Надо бы еще компрессы для него изготовить...
Так что воткнулся нож хорошо. А что я в дверь попала... так в дверь же и целилась,  не в холуя. Авось, следующий раз умнее будет!
Есть такая категория людей,  которые преклоняются перед деньгами и титулом. И где уж им понять,  что у человека может быть и чувство собственного достоинства? Особенно если он за месяц тратит меньше,  чем маркиза за один раз на перчатки?
А ведь у меня тоже могли быть слуги. Если бы мой отец сговорился с кем-то другим,  а не с Артау...
Мысли не мешали мне процеживать настой и сливать его в большую бутылку зеленого стекла. Наконец я закончила,  вымыла миску,  сполоснула марлю,  через которую цедила, тщательно вымыла руки,  потерла между пальцами кусочек лимонной кожуры. Поправила перед зеркалом волосы,  платье...
Я готова.

 ***
Лакей одарил меня негодующим взором,  но я даже не обратила на это внимания. Вскинула брови,  когда он замер у кареты,  не думая ни подать мне руку, ни открыть дверцу.
- У маркизы Террен так плохо выучены слуги?
Вопрос в пространство,  словно никакого лакея тут и нет. На лице надменное безразличие.
Я - имею право!
Вот это лакей и почувствовал в моем голосе. Дернулся,  словно его в зад укусили,  распахнул передо мной дверцу и даже поклонился,  привычно подавая руку.
Я так же привычно коснулась ее двумя пальцами. Жаль,  перчаток нет. Сейчас бы стянуть одну,  уронить в грязь под колеса...
Не будем переигрывать.
Вместо этого я царственно кивнула несчастному холую. Тот еще раз дернулся,  захлопнул дверцу кареты, и вскочил сзади на козлы. Карета тронулась.
Я откинулась на подушки.
Что-то приобретаю я известность среди высших сословий. А хорошо это или плохо?
Не знаю,  но мне это не нравится.

***
Сама маркиза оказалась милой светловолосой особой лет двадцати пяти. Большие голубые глаза,  миленькое личико из тех,  что не впечатываются в память, растерянная улыбка.
- Госпожа Ветана...
- Госпожа маркиза Террен?
- Да. Мне вас рекомендовала Алис Верандуа.
Я кивнула.
- Надеюсь,  с молодым бароном все в порядке?
- О,  да. Его устроили в гвардию,  и герцог Моринар строго следит,  чтобы мальчишка не ввязывался в неприятности. Алис очень довольна. И вами тоже...
Да уж надеюсь. И хорошо,  что у Криталя все в порядке. Мальчишка же!
Сопляк!
Я поощрительно улыбнулась,  мол,  танцы кончились,  переходим к делу?
- Я рада,  что баронесса такого хорошего мнения обо мне. Чем я могу вам помочь?
Маркиза чуть посопела и решилась.
- Пройдемте в мою спальню,  госпожа Ветана. Надеюсь мне не надо напоминать о сохранении тайны?
- Могу дать клятву в Храме.
Маркиза кивнула.
- Может быть. Пойдемте.
В спальне,  оформленной в белых и голубых тонах,  маркиза смотрелась просто идеально. Здесь она на своем месте. А вот я...
Клякса на ковре,  иначе и не скажешь.
Я бы взяла глубокий вишневый цвет,  разбавила его кремовым и серебристым, но то - я. А маркизе здесь хорошо.
Маркиза уселась на кровать,  кивнув мне на кресло. Несколько минут она молчала,  а потом...
- Госпожа Ветана,  я беременна.
Я промолчала. Видимо,  это не все новости?
- Мне нужно избавиться от ребенка.
- Почему?
- Мой муж... он... у него возраст! Ему уже глубоко за семьдесят! И у нас уже полгода ничего не было! Вы понимаете...
Я поняла.
- Срок какой?
- Второй месяц.
- Мне надо вас осмотреть.
Маркиза покраснела,  но после недолгих уговоров, согласилась на осмотр. И я потихоньку призвала свою силу.
М-да...
Результаты меня не порадовали. Я помогла маркизе привести себя в порядок,  оправила юбки и без обиняков заявила:
- Госпожа маркиза,  вам не стоит этого делать.
- То есть?!
Женщина, было, сверкнула глазами,  но вспомнила,  что козыри тут у меня, и опустила голову.
- Вы не можете избавиться от ребенка, потому что ваше тело еще не вполне созрело. Вы не наполнились силой для вынашивания и родов,  но зачатие все же произошло. Если сейчас избавить вас от ребенка,  вы можете вообще потом не зачать и не родить.
- Но... травки?
- То же самое. Еще раз повторяю - вы можете потом вообще никогда не иметь детей.
Угроза подействовала. Маркиза поглядела на меня.
- Неужели ничего нельзя сделать?
Я подумала пару минут. Вообще,  можно. Но... стоит ли? Я встала из кресла,  прошлась по комнате,  маркиза наблюдала за мной блестящими от слез глазами.
- Отец ребенка похож на вашего мужа?
- Не знаю...
У меня рот открылся сам собой. Это как - в темноте? Или глаза завязали? Люблю того,  не знаю кого?
Маркиза посмотрела на меня,  и вдруг улыбнулась.
- Просто...
- У нас гости,  дорогая?
В спальню маркизы вполз... видимо,  это и был е муж.
Что тут скажешь?
Кажется,  мне перестали нравиться браки по расчету. Самое подходящее определение для маркиза было: 'стручок высохший'. В молодости он,  видимо,  тоже не отличался ростом, но может,  хоть стать была. А в старости...
Мышцы иссохли,  зато добавилась седина и морщины. Согнулась спина, потускнели глаза...
Я уважаю старость,  но представить этого человека в постели с маркизой было... оскорбительно.
Я медленно поднялась и присела в реверансе.
- Для меня честь видеть вас,  ваше сиятельство.
И не поднимала голову,  пока не услышала поощряющего:
- Встаньте,  девушка. Кто вы?
- Лекарка,  ваше сиятельство.
- Лекарка? Вы больны,  дорогая?
В голосе мужчины прозвучало подозрение. Но прежде,  чем маркиз спросил,  не стоит ли воспользоваться услугами другого лекаря,  маркиза сама пошла в атаку.
- Госпожу Ветану рекомендовала баронесса Верандуа. Это очень достойная особа.
- Вы так молоды, девушка...
И чего мне стоило смолчать? Хотя на языке так и вертелось,  что годы - не признак ума?
- Итак?
Я приняла это за разрешение говорить.
- Ваше сиятельство,  госпожа маркиза позвала меня по очень личному поводу.
- У моей жены не бывает поводов,  о которых я не знаю.
Я опустила глаза. Маркиза кивнула,  словно разрешая.
- Говорите,  госпожа Ветана. У меня нет секретов от мужа.
- Госпожа маркиза мечтает о наследнике. О сыне,  который был бы похож на вас. И просила у меня средство,  чтобы забеременеть.
Маркиз усмехнулся.
- Что ж... похвально. Я бы тоже этого хотел. Вы можете что-либо рекомендовать,  девушка?
Я подумала пару минут.
- Ваше сиятельство,  если вы не побрезгуете поговорить со мной, я бы хотела знать точнее,  почему не происходит зачатие. И может быть...
Маркиз пожал плечами с потрясающим безразличием.
- Что ж, вы неплохо воспитаны для низшего сословия. Дорогая,  распорядись. Пусть госпожу лекарку проводят в мой кабинет,  после вашего разговора.
Я стиснула сукно платья так,  что оно едва не порвалось. И снова склонилась в поклоне.
- Благодарю за оказанную мне  честь,  ваше сиятельство.
Маркиз потрепал меня по щечке и удалился. А я впилась взглядом в женщину.
- Ну?
Маркиза осела в кресло такая бледная,  что я испугалась и за нее,  и за ребенка. Коснулась запястья.
Пульс частил, глаза закатывались...
Пришлось влить в нее несколько ложек вытяжки валерианового корня. Женщина успокоилась,  задышала чуть ровнее.
- Благодарю...
- Дышите ровно. Вы не только за себя отвечаете.
- Д-да... вы поняли?
- Давно вы женаты?
- Два года. Собственно,  у моих родителей не было денег,  а маркиз богат. И у него нет наследника. Существует поверье,  что девственница... вы знаете?
Знала. Поверий про кровь девственницы - прорва.
Кровью девственницы лечат кучу половых болезней.
Кровь девственницы способна дарить молодость.
Если смешать кровь девственницы с кровью черной кошки и настойкой полыни на кладбище, то можно вызвать демона.
И еще куча подобных поверий. В том числе и то,  что кровь девственницы способна восстанавливать потенцию,  а если бессильный мужчина  хочет зачать потомка,  то его семя может прорасти только в лоне девственницы.
Так что я  кивнула.
- Маркиз старше вас...
- Его наследник сложил голову на дуэли. И маркиз женился на мне.
Угу. И умирать не хочет,  а наследника сделать не может. А что в  такой ситуации делает бедная девушка?
Ждет смерти мужа. Или находит любовника. Маркиза,  вот,  нашла. На свою голову.
Я задумалась.
- Ваше сиятельство,  а как насчет господина маркиза? Если он будет убежден,  что ребенок его?
Маркиза порывисто схватила меня за руку.
- Госпожа Ветана. Вы... можете?
Могу ли я?
Есть такое полезное животное - шпанская мушка называется. С его помощью кто хочешь сможет, только вот не окажется  ли это смертельным для маркиза? Возраст-то уже не юношеский,  а этот настой и на сердце действует, и почки сажает,  и...
Да проще перечислить,  что он НЕ сажает.
- Срок небольшой,  так что... дайте мне время до послезавтра. Я сейчас поговорю с господином маркизом,  и если он разрешит мне приходить...
- Да,  прошу вас. Госпожа Ветана,  вы же меня не бросите?
Возможно,  маркиза играла. Даже наверняка. Но... мне стало ее жалко. Я как представила себя в постели с такой вот мумией...
Пришлось отправляться к господину маркизу.
Тот ждал меня в кабинете и даже головы не поднял,  когда я вошла. Хотя слуга объявлял о моем приходе и получил согласие. Ладно, переживем!
Ждать пришлось недолго,  минуты три,  потом маркиз поднял голову и пристально взглянул на меня.
- Вас рекомендовала баронесса Верандуа,  мой давний друг.
Я молча поклонилась.
- Вы лечили ее сына?
Еще один поклон.
- Что случилось с мальчиком?
- Не могу сказать,  ваше сиятельство.
- Почему же? Он мне не чужой человек, я его с детства знаю.
- Клятву принесла,  ваше сиятельство.
Маркиз кивнул.
- Дайте,  угадаю. Он подрался на дуэли?
- Не могу сказать,  ваше сиятельство.
Я повторяла одно и то же,  словно ученый дрозд,  отлично понимая,  что язык только распусти. Но спустя полчаса маркиз прекратил трепать меня,  и удовлетворенно кивнул.
- Похвально,  очень похвально. Я и не думал,  что в вашем сословии встречаются столь достойно воспитанные особы.
И вновь поклон. Мол,  благодарствую,  но что сказать - не знаю. Потому и молчу.
А что тут скажешь? Что по рождению я немногим ниже вас,  господин маркиз?
Увы...
Молчание и  только молчание.
Маркиз рас сматривал меня еще несколько минут,  а потом одобрительно улыбнулся.
- Госпожа Ветана,  вы же понимаете,  что я также потребую клятву в Храме?
- Да,  ваше сиятельство.
- Тогда поговорим откровенно. С ребенком все в порядке?
Я захлопала глазами,  да так явно,  что маркиз улыбнулся.
- Вы же не думаете,  что в моем доме что-то может пройти мимо меня? Я прекрасно знаю,  что госпожа маркиза беременна.
Я продолжала разыгрывать из себя рыбу окуня. Рот сам собой открывался и закрывался,  глаза хлопали.
- Н-но... ваша светлость...
- У меня нет наследника,  и сделать я его не смогу. Дай Бог - дожить до той поры,  когда он будет самостоятельным. Поэтому...
Я кивнула,  понимая мужчину. Да, не позавидуешь. Остаться в преклонном возрасте без наследника,  это тяжко.
- Мне потребуются ваши услуги и для жены,  и для меня. Жена о нашем разговоре знать не должна. Скажете ей,  что я потребовал что-нибудь укрепляющее,  ей хватит.
Я поклонилась.
- Как прикажете,  ваше сиятельство.
- Вам не придется лгать насчет укрепляющего. Мне нужно что-то,  чтобы я смог провести с женой одну ночь, а потом вам придется следить за моим здоровьем.
Я вскинула брови,  что и заметил маркиз.
- У вас есть вопросы, госпожа Ветана?
- Да, ваше сиятельство.
- Слушаю?
- Почему - я?
Мужчина усмехнулся.
- Потому,  госпожа Ветана,  что вы не принадлежите к нашему кругу,  умеете держать язык за зубами и у вас неплохие рекомендации. Большинство лекарей моего круга уже связаны клятвами...
Я понимающе кивнула.
И грустно подумала,  что о четвертой причине маркиз умолчал. Я одиночка. И родни у меня нет,  только друзья. Найдут меня с проломленной головой в темном переулке - и всплакнуть будет некому.
- Поверьте,  держать вас при себе будет выгоднее. Хороших лекарей не так много.
Сегодня просто день окуня. Второй раз я хлопала глазами. Маркиз вздохнул.
- Я не читаю ваши мысли,  госпожа Ветана. Просто я старше вас малым не в три раза.
- И у вас нет своего лекаря? - ляпнула я.
- Нет. По той же  причине, по которой я хорошо разбираюсь в людях. Возраст,  госпожа Ветана.
Верилось плохо. Возраст,  как же! Пусть кому-то другому расскажут!
Маркиз нахмурился.
- Вы зря обо мне так плохо думаете. Скажите,  а что бы вы сделали,  если бы я не начал разговор о ребенке первым?
- Не знаю, - честно призналась я. - С одной стороны,  вы имеете право знать. С другой же... я не хотела бы подвергать опасности жизнь матери и ребенка.
- Вы бы мне солгали?
- Не знаю,  ваше сиятельство.
- Я знаю. Солгали бы. Просто потому,  что я стар и мне недолго осталось,  а вот Даилине и моему - да,  моему! Сыну  - еще жить.
- Все-таки сыну,  ваше сиятельство?
- Да. и никак иначе. А вы,  госпожа,  придумайте,  как нам быть,  чтобы маркиза была уверена,  что у нас состоялась ночь любви.
Я подумала.
- Есть снотворное. Есть возбуждающие средства.
- Второе предпочтительнее. А вы  сможете уменьшить откат от возбуждающего?
Я подумала.
- Да,  пожалуй,  смогу. Примете зелье,  потом,  сразу после того,  как оставите госпожу маркизу - второе. Прочищающее.  Будет неприятно,  но это лучше,  чем вовсе ничего.
- А абсолютно убрать последствия?
- Если обратитесь к магу воды. Объяснить ему,  что именно выводить из крови,  и он справится.
- А  вы...
Я развела руками.
- Я знаю пределы своих возможностей,  ваше сиятельство. Я лекарь,  но не маг.
Маркиз прищурился на меня глазами кота-убийцы.
- Похвально,  очень похвально,  что вы не переоцениваете себя. И сколько же  будут стоить ваши услуги?
- Какие именно?
- Два зелья?
Я честно назвала цену, даже не сомневаясь,  что маркиз в курсе, и судя по довольным глазам,  не прогадала.
- А прибавить неохота?
- С вами,  ваше сиятельство,  лучше дела честно делать. Тогда,  может быть,  отпустите. Живой, - мрачно вздохнула я.
Маркиз махнул рукой.
- Отпущу. Но честность ценю. Итак, два зелья, - на столе возникла стопка золотых. Шпанские мушки недешевы,  второе зелье и того реже. Я-то о нем знаю благодаря отцу. Папенька к травнице за ним регулярно ездил,  я даже знала для кого в данный момент.
- Простите,  ваше сиятельство. Предоплату не беру.
- Великолепно! Чем дальше,  тем больше я уверяюсь в своем решении,  госпожа Ветана. Итак,  два зелья. И вы будете вести мою жену во время беременности,  а заодно помогать ей с родами.
Я молча поклонилась.
- Мне не нужны сплетни,  поэтому дадите клятву в храме. А уж после этого я допущу вас к жене и внуку.
Я воззрилась на маркиза уже даже не круглыми - совершенно овальными глазами.
- Да. Ее сын - мой внук. Пусть от бастарда,  но моя кровь. И я успею воспитать его,  как надо.
- Когда мне давать клятву,  ваше сиятельство?
- Сейчас же.  Холопа вызвали,  так что обряд проведем немедленно.
И я в очередной раз поклонилась.

***
Два часа спустя я ехала домой в карете господина маркиза. В голове было легко и пусто.
Да уж...
Это вам не барон Артау, не милый и даже бестолковый Верандуа,  и даже не граф Эрнан. Это - волк. И если такой сомкнет у тебя за горле зубы,  то уже  не выпустит. Я кожей чувствовала железную хватку.
Утешало другое.
Маркиз зря надеялся вырастить наследника сам. Чутьем мага жизни я воспринимала его,  как сосуд,  в котором осталось уже с волос жизни. Еще немного - и...
Шпанская мушка еще уменьшит ее количество,  а в остальном...
Год-полтора, больше - вряд ли,  меньше - вполне возможно.
Как маг жизни я могла бы помочь,  но это старость. От старости не лечат,  можно только продлить его жизнь,  но это постоянное дряхление.
Но каков расчет!
Пережить смерть наследника и здраво рассудить,  что деньги и титул оставить некому.
Найти молодую девчонку, расчетливо использовать все шансы,  вплоть до ее девственности в  попытках зачать наследника.
Когда становится ясно,  что ребенка  не будет, маркиз  находит своего бастарда и сводит его с супругой. И получает дитя своей крови. Пусть не сына,  пусть внука,  но в нем  есть его  кровь, будет его воспитание и его титул.
Страшновато...
Бастарда  удаляем,  находим подходящую  лекарку...
А что потом сделаем с лекаркой?
Что-то мне подсказывало,  что моя долгая и счастливая жизнь не значится  в планах господина  маркиза. Мало ли...
Хорошо, если жене жизнь оставит...
Уж не настолько я дура,  понимаю,  что такие вещи первой встречной не выкладывают,   если хотят потом оставить ее в  живых.
Но с кем  посоветоваться  по этому поводу?
А ведь даже не переговоришь нормально. Клятва молчания...
Обойти ее можно,  меня,  как мага жизни,  как и любого другого мага,  она связывает весьма условно.
Что такое клятва?
Представьте себе ауру человека, как его тело. Клятва - сеть,  которую накидывают на ауру,  и узлы затягиваются в самых болезненных точках. На запястьях, висках, лодыжках,  шее.... нарушь слово - и тебя так стиснет веревками, что вздохнуть не сможешь. Никогда.
У обычного человека клятва не слетит, тут можно быть спокойным.
А у мага?
Воздух,  земля,  вода,  огонь,  жизнь,  смерть,  разум... вы пробовали накидывать веревку на воздух? Или на воду? Землю?
Можно положить веревку,  например,  в огонь. Сразу не сгорит,  жрец в храме ее увидит, но спустя несколько дней или месяцев,  несколько применений силы...
Мне еще проще. Жизнь не сдержать никакой веревкой. Я лечу,   я постоянно,  пусть по чуть-чуть,  но пользуюсь своей силой,  прокачиваю ее через себя... веревка просто не выдержит. Про графиню Эрнан,  например,  я уже могу говорить спокойно. Про маркизу тоже смогу - через месяц или два. И эти месяцы  я еще надеюсь прожить. А вот после родов...
Я бы дала себе не больше трех-пяти дней. Убедиться, что с младенцем и матерью все хорошо и попрощаться с многознающей лекаркой.
Хорошо в высшем свете,  да уж больно грязно.
А ведь раньше мне эти мысли и в голову бы не пришли.
Страшно...

***
С этим настроением я встретила госпожу Лимиру. Отдала ей деньги за два месяца,  угостила травяным взваром.
- Как Кариса? Вилт? Дети как?
Госпожа Лимира закусила вкусную плюшку и принялась упоенно болтать.
Правильно она сделала,  что переехала сюда,  ой как правильно! Вилт работает,  рук не покладая! То одно у него,  то второе... вздохнуть некогда.
Кариса тоже сейчас работать больше стала,  хотят новый дом себе купить. Старый продать... нет-нет,  этот домик они за собой оставляют,  а  вот дом Вилта давно бы продать надо,  маловат он для большой семьи. А госпожа Лимира занимается детьми. То одно,  то другое... скучать некогда.
Вилт оправился от раны,  которую ему нанесла Таниль,  но эта стервь не успокаивается.
И пишет,  и пишет...
Спрашивает про детей,  про мужа,  а ведь госпожа Лимира и детьми Таниль занимается,  не выбросишь ведь... и дети-то выправляются, а вот мать их...
Прибили б ее,  что ли,  там,,  на каторге?
Ведь коли выйдет,  так явится Карисе нервы трепать да у Вилта клянчить. И примет-он таки блудную сестренку,  не погонит. Сочтет,  что было и быльем поросло...
Я кивала в нужных местах,  и только при последних словах встрепенулась.
- Тогда,  госпожа Лимира,  вам никак уезжать нельзя. Кто еще дочь-то обережет?
Женщина грустно вздохнула.
- И то верно. А ты как,  Веточка?
Я подумала - и принялась очень отстраненно  рассказывать госпоже Лимире историю графини Эрнан. Мне было интересно,  насколько клятва рассосалась на моей ауре, да и совет постороннего человека услышать хотелось.
Госпожа Лимира слушала,  так же внимательно поддакивала,  кивала в такт моим словам,  а потом сделала совершенно неожиданный вывод.
- Ну и сволочь же тот Айвас!
Я аж рот открыла.
- А он-то почему?
- А потому,  девочка,  что благородных с детства приучают - не будет у них любви.  И купцы то же своим дочерям и сыновьям говорят. Жениться надобно для дела,  чтобы род не угас,  чтобы было кому добро передать,  чтобы детей воспитать,  как должно. Понимаешь? Это голытьба вроде нас может по любви жениться,  и то  родители смотрят,  чтобы не дурак,  не пьяница....
- Ну уж - голытьба...
- А разве нет,   Веточка? Домики эти,  в желтом городе,  слезки горькие. Я хочу,  чтобы мои дети жили здесь,  а воот внуки - уже в зеленом городе. И мы попробуем этого добиться,  но работать надо будет - втрое. Потому и не уеду никуда... И с внуков уже спрос другой будет. А Айвас - сволочь. Задурил девчонке голову,  знал ведь,  что абы за кого отец ее не отдаст... и продолжил дурить. Нет бы сказать - прости,  родная, мы не будем вместе! А он?
Я  пожала плечами. С этой стороны я ситуацию еще не рассматривала.
- Думаете,  если муж отпустит эту женщину, она...
- Да не примет ее тот Айвас. Нервы помотает, репутацию погубит,  в любовницы возьмет,  но не в жены,  нет,  не в жены!
- Тогда она точно с собой покончит.
- Веточка,  ну ты ж умная девочка?
Я посмотрела на госпожу Лимиру. Та - на меня. Вздохнула,  покачала головой...
- Неуж ты не понимаешь, что неспроста это? Рассуди  - девочка-от из купеческой семьи. Это тебе не аристократки блажные,  не нищенки дурные, это сословие крепкое. Спорить готова,  отец ее в детстве и не за такое ремнем драл. А тут... Да она бы век себя так не вела,  ты пойми!
- А как?
Я как-то и не задумывалась...
- А так вот. Поревела б чуток, да и успокоилась. Что,  думаешь,  ее отец монахом живет? Или ее мать на служанок смазливых внимание обращает? Говорят же,  где сладко, там осе падко. Для девчонки то не внове,  сама понимаешь...
Я понимала. Вспоминая и отцовские измены,  и материнские,  и... у меня что столько знакомых гуляет? Жуть!
Но - да.
Графа она не любила,  так чего расстраиваться из-за его измен? Незачем.
Да хоть  с кем гуляй,  только меня не трогай. Ребенка-другого родим,  и будет у графа своя жизнь,  у графини своя. И встречайся с тем Айвасом хоть каждый день...
- А она то себя режет,  то травит... и из-за любви?
- Бывает и такое. Только вот... нечисто тут что-то. Уж ты поверь мне,  такие девочки себя не травят, они всем нервы измотают,  всех измучают, а с их головы и волоска не упадет. К тому ж титул, деньги, свой дом... это много значит. Ты в ней одержимость заметила?
Я покачала головой.
Нет. Не было такого. Безумной любви к Айвасу в графине я не увидела. Искренней,  безудержной,  безрассудной,  когда по углям пойдешь босыми ногами - вот ее не было. Было желание обладания,  было раздражение,  злость,  гнев...
- Но от этого тоже с собой не кончают?
- Вот и думай. Дурит кто-то девке голову,  да и вам  тоже,  не иначе... Ой,  дурит!
- Ей - или она?
Я серьезно задумалась.
Графиня дурит нас или кто-то крутит голову самой графине? Но кто?
Зачем?
Какую выгоду можно получить от развода господина графа?
- Ты не те вопросы задаешь, - покачала головой госпожа Лимира. - Ты спрашиваешь - зачем,  а надо - кто? Поймешь,  кто крутит,  поймешь и зачем это надо.
- А  не наоборот?
- И наоборот тоже верно. Ты мне как  лекарка скажи - могут быть ведь разные  травы,  и те,  что ум туманят?
Я покачала головой.
- Графиню не травили. Я бы заметила.
- А второй раз?
Да там и первый  раз,  и второй...
Ничего я не понимаю.
- Я бы на ее месте испугалась, она ж чудом смерти избежала. А она просто ругается,  словно бы и не понимает,  что к чему.
- Не понимает?
- Или... не дают понять? - прозрела я.
- Дают привыкнуть,  что опасность ей не угрожает,  а вот своего она добивается. Брак будет разорван,  от ребенка ее избавят,  к любимому вернуться дадут... и как?
Я схватилась за виски.
- Будет третья попытка?
- Вполне возможно.
- и она увенчается успехом? Но до или после рождения ребенка?
- Это зависит от того,  нужен ли ребенок человеку,  который придумал этот план.
- Но... как?
- И кто?
Ни на тот,   ни на другой вопросы ответа у меня не было. Я сидела,   смотрела в стену и понимала,  что госпожа Лимира кракеновски права. Эта история абсолютно нелогична. Как будто кукольник перепутал марионеток,  и прекрасная принцесса верхом на драконе отправилась убивать рыцаря,  спасая менестреля. А конь в это время пил с королем.
Нелогично,  неправильно,  не так!!!
Ничего не понимаю...
- А ты приглядись к людям повнимательнее,  как в том доме будешь, - посоветовала мне госпожа Лимира. - Авось поздно и не окажется?
Пригляжусь.
Обязательно пригляжусь.
Что-то в этой истории нечисто.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #14 : 10-07-2017, 04:18 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 12
Приглядываться пришлось быстрее, чем я думала. Ровно через два дня.
Майло Варн едва не сорвал мою дверь с петель.
- Господину графу плохо!!!
И что оставалось делать? Только подхватить на плечо сумку и прыгнуть в карету.
По дороге Майло вводил меня в курс дела.
Графиня была довольна, спокойна и ожидала рождения ребенка. Слуги перевели дыхание, потому как прислуживать взбалмошной и недовольной жизнью истеричке - удовольствие ниже среднего. Господин граф тоже жил спокойно.
И тут...
- Что случилось с господином графом?
- Рвет его. Сильно рвет. Говорит, желудок болит...
При таком расплывчатом описании, это могло быть что угодно. Что - непонятно.
Впрочем, все мысли вылетели у меня из головы, когда я увидела графа. Мужчина едва дышал - в прямом смысле слова. Его безжалостно выворачивало над серебряным тазиком.
Я дождалась конца приступа, шуганула слугу, и взяла мужчину за запястье.
Тут много силы не надо, так, крохи...
И тут же разжала пальцы.
Граф был отравлен. Так же, как и его супруга, только графине повезло. Она молока напилась, и действие яда было ослаблено. А граф?
Да что тут вообще творится?
Я посмотрела зрачки графа на свет.
Расширены. Кожа на лице красная... от рвоты, или все же я узнаю яд?
Похоже, так и есть. Графу досталась слишком большая доза, в результате, его начало рвать слишком быстро. Ошибка неопытного отравителя?
Да, очень похоже.
- Во рту сухо?
Граф посмотрел на меня, словно не соображая, где и с кем он говорит, но потом кивнул.
- Д-да. Сухо...
Угадала. Волчье лыко.
Графине подсунули небольшое количество яда, вот и не вышло ничего. Графу - слишком большое. Повезло, просто повезло. Досталось бы это графине - хоронили б и ее, и ребенка.
Перевести дух я смогла только через два часа.
Граф вытянулся на подушках бледный, словно смерть. Но живой.
Может, даже отделается месячным расстройством желудка. Если повезет, потом я смогу полечить его своей силой, если не повезет - пусть обращается к придворному магу, или еще к кому, все же это яд. И проблемы с желудком у мужчины непременно будут.
- Что вы сегодня ели, ваше сиятельство?
Граф задумался.
- С утра...
- Нет-нет. Незадолго до тошноты. Часа за два, не больше?
- У меня был полдник. Травяной взвар и блинчики с ягодами.
Я прищурилась.
- Любите сладкое, ваше сиятельство?
- Нет.
- Но...
- Захотелось.
Я смотрела на графа, и понимала, что мужчина крутит хвостом. И как тут быть?
Я выдохнула. Собралась с духом.
- Ваше сиятельство, если бы яда было поменьше, вас бы сейчас уже холопы отчитывали. Если вы не любите сладкое, объясните, откуда взялись блинчики?
- Яд?
- Да.
- Думаете, это нарочно?
Думаю?
Да я точно знала, что это нарочно! Кой дурак волчье лыко с калиной попутает? Даже мне, аристократке, няня показала эти ягоды чуть ли не на третьем году жизни. Ребенок же!
Бегает везде, все в рот тянет... вот раскусила одну ягодку, и на всю жизнь зареклась. Такая гадость!
И что? Слуги у благородных господ дурее меня?
Кто-то ягоду сорвал, кто-то принес, обработал, приготовил - и никто ничего не заметил? На всех дружно слепота напала?
Так не бывает.
- Ваше сиятельство...
Граф раскололся достаточно быстро. История была не слишком красивая, но вполне обыденная.
Мужчина засиделся за счетами. Сел с утра и только к обеду голову поднял. Вышел из кабинета, и тут мимо несут блинчики и взвар. И так пахнет...
Благородный граф чуть слюной ковер не залил. И присвоил поднос.
А в ответ на заявление, что это для госпожи графини, махнул рукой. Мол, сейчас еще поджарят, невелика беда.
Все он понимал. Но захотелось. До звезд в глазах захотелось блинчика. Вот именно здесь и именно сейчас. Хотя в обычное время господин граф считает, что лучшее сладкое - это мясное.
Я кивнула.
Бывает, что тут скажешь? Дело житейское.
- Поздравляю,, ваше сиятельство. Вам, конечно, месяц еще питаться протертыми супчиками, но свою жену и ребенка вы этим поступком спасли. Несомненно.
Благородный граф уставился на меня, как баран на новые ворота. Я ответила спокойным взглядом.
- Да, именно спасли. Яд предназначался не вам, несомненно. Для вас бы его в котлету положили, ваше сиятельство.
Дошло через две минуты, и аристократ "грохнул" кулаком по перине.
- Опять!?
Я подумала с минуту, и принялась выкладывать рассуждения госпожи Лимиры.
- Ваше сиятельство, как хотите, но нечисто тут что-то. Подумайте сами. Супруга ваша в храм шла честь по чести? Сама согласилась?
Граф возвел глаза к потолку.
- Сначала все было неплохо. Она понимала, на что идет, я... в общем, у нас было почти соглашение. Родила бы она мне пару детей, а дальше жили бы, как кому нравится. Госпожа Ветана...
- Ваше сиятельство, я клятву давала. Все останется между нами.
При мысли о клятве лицо аристократа чуть прояснилось. Да, так спокойнее, понимаю...
- Верьте, поведение моей жены стало для меня неожиданностью. Я не сказал бы, что она безумно меня любит, но и этот ее... Айвас!
Я запустила пальцы в волосы.
- Ваше сиятельство, госпожа графиня где-то встретилась, поговорила с ним, а потом разразилась безумная любовь? Так, что ли?
Граф задумался.
- Да, пожалуй.
- А потом пошли попытки самоубийства, в которых ее сиятельству благородно помогли?
Еще один кивок.
- Ваше сиятельство, а графиня защищена от воздействия магов?
Я прекрасно знала, что нет никакой защиты, иначе и моя магия не подействовала, бы, но для графа мои слова оказались откровением.
- Госпожа Ветана... Темный их побери...
Мы думали об одном и том же.
Приворот.
Ситуации бывают разные, и разум у женщин в период беременности плывет, что та лодка по морю, причуды случаются самые странные. Но это - не аристократка. Нежная, хрупкая и трепетная.
Это - купеческая дочь. Что такое сделка, она понимает намного лучше меня. И тут - такое?
Вывод только один. Графиню надо проверить на ментальную магию. И срочно!
Завтра же!
Обзавестись защитными амулетами.
А лучше, как говорится, еще вчера.
- С ментальной магией надо приглашать специалиста, - продолжила размышлять я. - А насчет отравления... ваше сиятельство, враг у вас в доме. Кто-то готовил блинчики, кто-то принес яд.... зря вы ту служанку выгнали. Ой, зря...
- Ничего. Я вот сейчас прикажу Майло дознавателей вызвать, они во всем разберутся, и что было, и чего не было...
- Позвать его?
- Будьте так любезны, госпожа Ветана.
Я присела в поклоне, потом подошла к двери и позвала Майло. Распорядилась закрыть все двери, никого не выпускать, и отправить посыльного за дознавателями. А сама осталась с господином графом.
Опасность уже миновала, я знала, что он не умрет, но мужчина-то этого не знал!
И отпустить меня не мог. Трусил.
Вот так вот...
Хочешь увидеть мужчину без прикрас, посмотри, каков он, когда болеет. Мало кто может переносить боль и страх с достоинством. Господин граф себя показал не в лучшем свете.
Грустно.
Дознаватели прибыли через полчаса. Трое человек.
Высокий сухопарый мужчина лет сорока, с темными волосами, которые тронула инеем седина, с глубоко посаженными темными глазами, с резкими жестами и надменно сжатыми губами оказался королевским дознавателем господином Арионом, а его сопровождающие - стражниками.
Для начала господин Арион взялся за меня.
Я честно рассказала о всех трех случаях.
Как спасала графиню, как лечила сейчас графа, как додумалась...
Не упомянула я про госпожу Лимиру и про свой дар, остальное все рассказала. И то, смолчать мне удалось с большим трудом. Господин Арион вцеплялся в каждую нестыковку, словно собака в кость, едва отбилась. Спасло то, что меня сильно не трясли - не с чего.
Как-никак я три раза спасала графское семейство. И графиню, и графа, так что меня просто расспросили об обстоятельствах отравления, расспросили, как себя вела графиня в обоих случаях, чем я ее лечила и что грозило бы ей в том или ином случае.
Расспросили и про господина графа. Я честно ответила, что ему повезло дважды.
Первый раз - когда его начало рвать до впитывания яда.
Второй раз - когда слуги потащили ему большое количество воды и молоко, напуганные прошлым случаем. И это тоже помогло. Не весь яд впитался, часть успела вывестись, но остаток...
Боюсь, что у господина графа возможно желудочное кровотечение. И диету ему держать - долго.
Дознаватель выслушал, покивал, и отпустил меня. Я зашла к госпоже графине, осмотрела ее, послушала сердцебиение ребенка и отправилась домой, в этот раз - без кареты. Некому везти было.
Господин дознаватель собирался допросить всех, находящихся в доме.

***
Правду я узнала от Майло при следующем визите.
Беспорядки в доме господина графа начали происходить не сами по себе. Нет.
По воле господина Айваса, очень предприимчивого молодого человека.
Действительно, парень пытался в свое время совратить графиню, когда она была еще купеческой дочерью. Только вот купца такой зять не устроил.
Господин Айвас был дворянином, да, но безземельным. Такое бывает. Семьи большие, в них случаются вторые и третьи сыновья. Они - дворяне, благородной крови, но титул не наследуют, и как правило, идут служить в храм, на флот или куда-то еще. Зарабатывают себе землю к фамилии и становятся жалованными дворянами.
Господин Айвас оказался третьим сыном небогатого барона. На флот юноше не хотелось, ему хотелось красивой жизни, развлекаться, вкусно кушать, сладко спать, и лучше - на шелковых простынях.
Добиться этого юноша решил самым простым способом - выгодно жениться. Присмотрел себе достаточно податливую девушку, начал обрабатывать... дочь купца влюбилась. Но двигаться дальше не получалось.
Подбить ее на побег?
Легко!
А что делать потом? Отец приданого не даст, от семьи отлучит, а то и вообще проклянет, ну и в чем тут выигрыш? Остаться с дурой-женой на руках и всю жизнь нищенствовать?
Айвасу не хотелось.
И тут тому же купцу делает предложение граф Эрнан.
План сложился мгновенно.
Влюбленная дурочка выходит замуж, продолжая страдать по Айвасу. А он еще подогревает ее чувства. Там встреча, тут разговор, несколько монет подкупленной служанке... и накал страстей не ослабевает. Когда графиня понимает, что беременна, наступает кульминация.
В ход идет все, вплоть до легких афродизиаков и разных зелий, которые подлила та же подкупленная служанка. Небольшое психологическое давление, и госпожа графиня пытается покончить с собой.
Глупо, по-детски, перерезав себе вены.
Конечно, ее успели спасти.
Вторая попытка была также безуспешной. Просто потому, что яда хватило бы для выкидыша, или для рождения мертвого ребенка, но не для смерти самой графини. Служанка вовремя подняла тревогу, заметили, откачали, спасли...
А вот третья...
Да, это был риск.
Госпожа графиня, когда ее расспросили, призналась, что блинчиков хотела. Но - без ягод. Не нравятся ей блины с начинкой, она их просто не любит. Так куда же служанка несла тарелку?
Одна из подкупленных?
Айвас мелочиться не стал, платил он аж трем девушкам, и те выполняли его просьбы даже с радостью...
А вот не надо, не надо, благородный господин граф, в своем доме блуд устраивать! И служанок... любить! Они тоже живые, тоже женщины, они обиделись.
Если бы господин граф не выглянул сам, служанка постучала бы в дверь, или что-то уронила бы рядом, или...
Нашла бы, как выманить мужчину.
Блинчики просто оказалось удобно взять на кухне, пока Лита отвлеклась. У графа Эрнан на кухне куски не считали. Нельзя сказать, что слуги питались, словно господа, но что такого в блинчиках? Тесто дешевое, ягоды тоже недороги...
Доза яда, подсунутого господину графу,, была действительно убойной. На трех графов хватило бы.
На что рассчитывал Айвас?
Что граф умрет, а уж он унаследует графскую вдову. Можно с ребенком и титулом. И состоянием.
Ребенок не помешает, его потом можно убрать. Так, или иначе...
Графиня - это уже не купеческая дочь. Она может сама распоряжаться своим состоянием, к тому же, титул графа Эрнан, который Айвас рассчитывал получить тем или иным способом...
Все бы у него получилось, если бы не одна лекарка с даром. И если бы я не поделилась своими подозрениями с госпожой Лимирой, если бы та не подсказала...
За спасение своей жизни господин граф заплатил более, чем щедро. Я подумала - и половину денег отдала госпоже Лимире, честно пояснив, за что. Имен я не называла, да и не надо. Госпожа Лимира и так была довольна, ей сейчас каждый медяк нужен будет.
Айваса казнили.
Госпожа графиня после долгого разговора, все же осталась графиней Эрнан. Виноваты были оба. И она, и ее супруг, им было что припомнить друг другу.
Господин граф благородно простил жене ее чувства, она ему - блуд со служанками, и ради ребенка они согласились попробовать жить вместе.
Все были довольны, все были счастливы.
А мне почему-то было грустно. И причины я не понимала.
Впрочем, долго грустить мне не дали. Не с моей работой.

***
- Госпожа Ветана! Госпожа Ветана!
Криталя Верандуа я бы узнала из сотни. Из тысячи других дворян!
И это именно он скребся в мое окно с утра пораньше. Пришлось встать и распахнуть дверь.
- Что случилось, господин барон?
- Здравствуйте, госпожа Ветана. Нужна ваша помощь.
Гвардия неплохо подействовала на парня. Из Криталя на глазах вырастал серьезный мужчина,, но пока еще только вырастал.
Уверенный разворот плеч забавно сочетался с худощавым (даже тощавым) телосложением барона, 'гвардейские' усики - с царапинами от бритвы на подбородке, а боевая сабля на поясе с разукрашенным драгоценными камнями кинжалом - явным подарком матери.
Забавно.
Но отмечала я все это краем глаза, накидывая плащ и обувая любимые теплые сапожки.
- Так что случилось?
Криталь опустил глаза.
- Госпожа Ветана...
- Господин барон?
- Я не слишком хорошо разбираюсь. Может, вы сами посмотрите?
И если он при этом не врал, то я - герцогиня!
Пока мы шли по улицам, я не оставляла попыток выудить что-то из Криталя, но парень молчал, словно деревянный идол. Так что в итоге я махнула рукой и затеяла светскую беседу.
Как служится, как сослуживцы, как здоровье матушки?
И тут Криталь разлился соловьем.
Служится - великолепно, сослуживцы... тут бывают сложности, но он старается, и все наладится, а матушка здорова и ежедневно поминает меня в своих молитвах.
Соловьем он разливался аккурат до небольшого, но очень роскошного... борделя!?
- Это - что!?
Вывеска 'Дом Розы' была более чем красноречива. Да и рисунок был вовсе не цветочный. Роза там была. Три розы, которые закрывали самые интересные места обнаженной девушки.
Я застонала.
- Господин барон, вы меня привели...
- Госпожа Ветана! Пожалуйста! Нам очень нужна ваша помощь!
Приличная девушка никогда не должна переступать порог борделя.
Аристократка даже не должна догадываться о существовании таких заведений.
Лекарка не станет оказывать помощь проституткам, потому что потом может потерять клиентуру. Последнее правило соблюдается не очень строго, но все же...
Дамы легкого поведения, как правило, обзаводятся целым букетом болезней, часть которых передается не при половом, а при физическом контакте. Да и отношение к ним... соответствующее.
Если меня здесь даже просто увидят, я получу кучу проблем.
Я дура, да?
В этом я даже не сомневалась, когда переступала порог домика.
Дура.

***
Кровь была, кажется, везде.
На полу, на кровати, на руках бледного, как смерть мужчины, на платье женщины, которая лежала навзничь...
Одного взгляда мне хватило, чтобы рявкнуть командирским голосом.
- Все вон!!!
И опуститься рядом с женщиной на колени, наплевав на платье. Потом в счет включу.
Криталь выволок из комнаты мужчину и ногой захлопнул дверь. Какой-то частью сознания я отметила, что в комнате никого не осталось, и сосредоточилась.
Женщина была в таком состоянии, что еще бы чуть...
Не знаю, к какому подонку в руки попала бедняжка, но... попался бы мне этот сукин сын!
Простите, ни одна собака такого сына не заслуживает!
И ни одна женщина - такого лекаря.
Она потеряла ребенка. И вместо того, чтобы приложить холод, дать кровеостанавливающее и кровевосстанавливающее, лежит здесь, а ее... муж? Любовник? Да плевать - кто, важно, что он только руки заламывает!
Я и без своего дара обошлась, но ведь могла бы и опоздать! Часом позже, и рожать бы девчонка точно не смогла!
Что - в борделе нет специалистов?
Или... это произошло не в борделе? Я размышляла над этом вопросом, осматривая женщину, и отмечая наличие многочисленных синяков в области бедер и живота, накладывая мазь, перевязывая, спаивая ей успокоительное зелье... и приходя к выводу, что передо мной - не проститутка.
Нежная тонкая кожа, ухоженные руки, роскошные волосы, это наверняка дворянка. Но - как!?
Откуда?!
Ничего не понимаю!
Впрочем, это не мое дело, правда?
Платье, пусть грязное и испачканное в крови, тоже было дворянским. Из дорогой ткани, с золотым шитьем - даже дочь купца наденет такое только на праздник, а праздников вчера не было.
Да и корсет носят только дворянки...
В борделе?
Ничего не понимаю.
Провозилась я не меньше часа. И когда вышла, меня встретили три тревожных взгляда.
Первый - Криталя. Ему я и ответила.
- Все будет хорошо. Сутки проспит, потом проснется. Накормить бульоном, перевязать, все снадобья оставлю.
Второй - мужчины, который был в комнате. Ему я ничего добавлять не стала.
Третий - хозяйки борделя. Никем другим эта женщина лет пятидесяти, в роскошном, но несколько вульгарном платье и с цепкими хищными глазами, быть не могла.
Ее я тоже сочла за лучшее успокоить.
- Она не умрет. Вы не проводите меня к выходу?
Женщина кивнула.
- Вы уверены?
Это мужчина, с которым я не знакома. Кстати - в форме гвардейца. Ну, где они познакомились с Криталем, понятно. Но что занесло сюда эту девушку?
- Я уверена, что она не умрет. Что еще я должна сказать?
Мой голос холоден и равнодушен. Криталь понимает, что мне все это не нравится, и протягивает мне руку.
- Госпожа Ветана, я провожу вас. Вы позволите?
- Позволю.
И расспрашивать не буду. Ни кто эта девушка, ни откуда, ни почему я - ни о чем! Все!
- Я провожу вас, - вступает хозяйка борделя. - госпожа Ветана, так ведь?
- Да. Госпожа...?
- Риона.
- Рада знакомству, госпожа Риона.
Женщина вздыхает.
- Госпожа Ветана, Криталь заверил нас, что вы человек благородный...
- Я лекарка из желтого квартала. Не более того.
- Вы будете молчать об увиденном здесь?
- Мне поклясться в Храме?
Улыбка на губах хозяйки борделя весьма многозначительная.
- Не стоит. Думаю, вы и так никому не обмолвитесь, что здесь побывали. Так ведь, госпожа Ветана?
Так. Но вслух я этого говорить не стану.
Просто промолчу. Не скажу обычного 'была рада знакомству', не скажу 'в следующий раз обратитесь к другому лекарю'. Ничего не скажу.
Оставлю баночки с мазями и дам рекомендации. Всё.
Гвардеец смотрит на меня с надеждой, и тут я замечаю, что держится он чуть скособочено.
- Вы ранены?
- Пустяки, царапина...
- Раздевайтесь.
- Прямо здесь?
Попытка смутить меня не удается. Чего я там не видела?
- Лучше, конечно, не в коридоре, но если свободной спальни не найдется...
- Сейчас у нас есть свободные спальни, - усмехнулась госпожа Риона. - Прошу...
И уверенной рукой толкнула ближайшую дверь. За ней и правда оказалась свободная спальня. Правда, обстановка была... своеобразная. Красные стены, черная кровать, куча каких-то сложных приспособлений, напоминающих пыточные...
Мы смотрелись не слишком уместно... ровно до того момента, как гвардеец снял рубашку. И тут я выругалась от души.
Рваная рана, идущая наискосок через половину живота, оптимизма не вызывала. Чудом брюшную полость не пропороло, повезло. Немного бы глубже - и кишки наружу. Более того, рана была грязной и уже воспаленной, это я видела очень отчетливо. Если сейчас брошу как есть, оставлю и уйду... воспалится еще сильнее. Если лекаря не найдут в течение часа, хотя бы трех-четырех... а будут ли они его искать?
Час пришлось потратить на рану гвардейца.
Промыть, зашить, перевязать.
Потом взять деньги и покинуть гостеприимное заведение.
Госпожа Риона пыталась осторожно поговорить со мной о дальнейших планах. Мало ли кому еще помощь понадобится.
Я не отказывалась, но намекнула, что репутация мне дорога, а лечить до конца жизни только интимные болезни не хочется. Женщина все поняла, и настаивать не стала. Только в случае крайней необходимости.
На это я согласилась.
Уходить из борделя пришлось через заднюю дверь и дворами, чтобы никто не увидел.
Репутация...

***
Криталь сопровождал меня обратно.
Шел, вздыхал, поддерживал меня под руку, а потом решился.
- Госпожа Ветана, это не то, что вы подумали.
- Я ни о чем не думала.
- Дениза - сестра Арзеля.
Хм-м.... сестра королевского гвардейца? И что она делает в борделе?
Что-то мне не хочется этого знать. Я подняла руку раскрытой ладонью к Криталю.
- Давайте вы не будете рассказывать мне того, что нарушает закон?
Лицо Криталя погрустнело.
- Госпожа Ветана...
- Господин барон, - чеканю я слова, - вы понимаете, что я обязана доносить в стражу о некоторых... случаях?
- Да, госпожа Ветана. И о сегодняшнем?
- Я не обязана сообщать о жестоком обращении с проституткой в борделе, - пожала я плечами. - Это входит в обязанности хозяйки заведения.
Криталь понял намек.
- Да... лекарь запил...
- Вполне возможно. Я об этом ничего не знаю.
- Да, госпожа Ветана.
- Полагаю, сегодня отличная погода?
- Да, госпожа Ветана. Но боюсь, к концу месяца опять будут дожди....
- Алетар стоит в замечательном месте и тут очень красиво. Но немного сыро...
- Зато у женщин Алетара изумительный цвет лица.
Пустая светская беседа, которую мы поддерживали не вдумываясь в смысл слов. Но это только к лучшему, потому что мне не хотелось лезть и в эту тайну. Ни к чему.
И так у меня за душой слишком много всего... нехорошего. Ходи и гадай, откуда в тебя камень прилетит.
Я постаралась выбросить из головы этот случай, но что-то подсказывало мне, что так легко я не отделаюсь.

***
Зря я надеялась, что развязалась с этой историей.
Ровно через два дня....
Да, все у меня начинается именно так. стучат либо в дверь, либо в окно...
- Госпожа Ветана...
Криталь был бледен и взволнован.
- Помогите, пожалуйста!!!
- Что случилось?
- Дуэль, госпожа Ветана.
Я закатила глаза.
- Чья и с кем?
- Арзель дерется с одним человеком...
- И другого лекаря вы не нашли, разумеется.
Я закатила глаза, но все же отправилась в комнату. Одеваться и собираться. Открывала-то я в одном халате, хотя и теплом...
Рассвет только забрезжил. На улице было холодно, сыро и пасмурно, белесый туман стелился между домами, искажал очертания, прятал лица и жесты, скрадывал звуки...
Морская соль оседала на губах.
Криталь молчал, я тоже молчала. Кажется, я начинаю черстветь душой, не лезу в чужие проблемы...
Рано порадовалась.
- Если меня сегодня убьют, скажите маме, что я погиб достойно?
Ей, конечно, от этого легче будет. Я мрачно прикусила язык и поинтересовалась совершенно другим вопросом.
- Криталь, эта дуэль - из-за Денизы?
- Да, госпожа Ветана.
- Кто ее так?
- Эммм...
Криталь мялся так, что я сразу поняла - история некрасивая. Но все же принялся рассказывать.
- Мы дружили с детства, госпожа Ветана. Родители Арзеля и Денизы приезжали к нам в гости, я очень любил эти встречи, они обязательно привозили с собой гору сладостей, и мама не ругалась... Дениза была младшей из нас троих. Веселая, красивая, яркая... Знаете, когда родители выдали ее замуж, мы за нее порадовались. Она была такой счастливой!
Она была счастливой очень недолго. Потому что ее мужа убили. Убили, когда он возвращался домой, подло, из-за угла, совершенно случайно, он вообще не должен был там оказаться, но сломалась ось у кареты, а молодой муж торопился домой к жене,, и решил, что может пройти пешком пару кварталов...
Такое бывает.
Кому-то понадобился кошелек, или кто-то обкурился травки... бывает. Убийцу нашли и казнили, только вот никому от этого не стало легче.
На два года Дениза стала тенью самой себя.
Смеялась через силу, улыбалась через силу, жила, как во сне. Криталь и Арзель старались ее как-то поддержать, развеселить, помочь... бесполезно.
Все было бесполезно, пока она не познакомилась с ним.
- С кем?
- Герцог Ратшель. С-сволочь.
Кажется, Криталь хотел выговорить совсем другое слово, но сдержался.
Герцог был молод, красив, богат... единственная ложка дегтя в бочке меда - женат. Но жена его безвылазно сидела в деревне, рожая детей, одного за другим, герцог наведывался туда на месяц, а потом возвращался в столицу.
Дениза привлекла его внимание. Своим видом,  своей красотой,  своим трауром...
Криталь потом узнал,  что было заключено пари,  потом понял,  что Денизу просто поставили против скаковой лошади,  все потом... тогда он порадовался за подругу. Надеялся,  что роман поможет ей выбраться из бездны горя,  а там Дениза встряхнется,  улыбнется,  начнет опять замечать окружающих...
Улыбнулась!
Влюбилась в Ратшеля по уши! И - забеременела!
Разумеется,  она поспешила обрадовать мужчину приятной новостью. И получила - в ответ.
Ублюдки в благородном роду Ратшелей не водились. Денизе предлагалось вытравить плод, и как можно скорее. Дениза отказалась.
Тогда...
Женщину никто не похищал. Ее просто пригласили,  и она сама побежала к любимому. А там...
Ссора,  скандал,  ругательства - и удар в живот.
Дениза потеряла сознание - и потеряла ребенка. Очнулась,  кое-как смогла выползти на улицу из съемного дома,  в котором ее бросили, позвала на помощь...
Помогли ей проститутки. Притащили в бордель,  послали за Арзелем... потом Криталь побежал за мной,  точно зная,  что я справлюсь.
Я кивнула.
Да  я справилась. Дениза еще сможет иметь детей, и не одного,  если пожелает. Последствий не будет. Но какая же тварь этот Ратшель!
- А теперь...
- Если Арзель его не убьет,  это сделаю я.
Криталь смотрел так,  что я невольно кивнула. А ведь и верно - мальчик вырос.



Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #15 : 17-07-2017, 04:18 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 13
Криталь Верандуа постучался в мое окно поздно ночью.
С-скотина! Мало того, что день испортили, так еще и выспаться не дадут?!
- Да!?
- Госпожа Ветана, можно?
- Можно, - проворчала я. А куда денешься?
В руках у Криталя оказался здоровущий букет цветов и коробка конфет. Дорогущие... сто лет таких не пробовала.
Кажется, я его уже простила.
- Госпожа Ветана... простите меня. Нас с Арзелем. Пожалуйста...
Я вздохнула.
- Какие планы у вашего герцога?
- Н-не знаю, госпожа Ветана. А....
Я сообразила, что Криталь ничего не знает о приказе непосредственного начальства, и вздохнула.
- Ваш герцог приказал мне завтра явиться в казармы. К сержанту Лоури.
Криталь потер лоб. Подумал. Мыслительный процесс, видимо, шел с трудом и нуждался в стимуляции, поэтому парень потер еще и затылок.
- Госпожа Ветана, я не знаю.
- У вас есть лекари? В гвардии?
- Да. Но всего двое.
- А требуется больше? - прищурилась я.
Слово за слово, я вытащила из Криталя всю гвардейскую историю.
Что такое гвардия?
Это личная охрана короля. Кстати, гвардейцев не так много. Всего двести человек. Сто конных, сто пешцев. Отличительный признак гвардии - плащ, всегда одного и того же цвета. Сине-белый.
Коронные цвета, морские, говорят, их еще Алетар Раденор выбрал.
Синий, белый, золотой.
Конная рота по традиции, считается более почетной, служба в ней дороже, там ведь требуется хороший конь, выученный особым образом. Это себе не каждый может позволить.
Поэтому конники смотрят на пешцев... ну, не то, чтобы с презрением, но без уважения.
Пешцы же не любят конников за высокомерие и надменность.
Ссоры вспыхивают между этими двумя группами с завидной регулярностью.
Дуэли... да, тоже случается.
По традиции, в гвардию идет 'алмазная молодежь'. Короли во все времена пытались изменить эту традицию, но потом плюнули и смирились. Зато столько заложников под рукой!
Обратная сторона медали - привести гвардейцев к порядку было очень и очень сложно.
Королю этим заниматься времени нет, а командующий гвардией должен быть личностью. Иначе...
Сыновья герцогов, например, не станут подчиняться сыну барона.
А сын маркиза - сыну графа.
То есть для любого капитана гвардии этот пост превращался в постоянное подтверждение своих способностей. И это если обходилось простым выяснением отношений. А уж если подключалась вельможная родня...
Обычно после пары лет службы капитаны гвардии просились куда подальше от двора. На границу, например.
Противоречие?
Да еще какое!
Гвардия, которая должна быть опорой короля - и вдруг... такое.
- А лекари-то там зачем нужны?
Если я правильно понимала суть вопроса,, все это высокопоставленное стадо должно было или ломиться к придворному магу, или, на худой конец, пользоваться услугами своих семейных лекарей.
Криталь еще раз почесал затылок - и развел руками.
- Не знаю.

***
В ворота казарм я входила злая, как шершень.
Видит Светлый, если я сейчас на ком-то сорвусь... ладно! Сама покалечу, сама и вылечу!
Вот!
Казарма для гвардейцев не дом, а место службы. Живут они кто по родовым особнякам, кто по частным квартирам, здесь обретаются только самые бедные, кому титул остался да фамильная спесь. Только все равно шумно, людно, лакейно и ливрейно, аж в глазах рябит.
Первого же пробегающего мимо лакея я поймала за отворот ливреи.
- Мне нужен сержант гвардии Элетон Лоури.
- Эммм... госпожа....
- Госпожа Ветана.
- Я...
- Вы сейчас меня к нему проводите. Или я сообщу герцогу Моринару ваше имя, - одно упоминание о 'белесом палаче' привело лакея в чувство. Хоть кракен приползи, если он ссылается на герцога, перед ним будут на задних лапках плясать.
Я шла вслед за лакеем, пока дорогу нам не преградили трое дворян. Пришлось остановиться. Лакея они пропускали, а вот меня блокировали плотно.
- Господа? - получилось в меру спокойно и в меру надменно.
Я смотрю на дворян, как на новый экземпляр таракана. Три таракана.
Один - лет двадцати пяти, высокий и тонкий, весь словно лист бумаги в профиль, угловатые движения, темные волосы - и то кажутся острыми на ощупь, темные глаза смотрят колко и холодно. Второй - настоящая девичья погибель, очаровательный юноше лет семнадцати с роскошными золотистыми локонами, голубые глаза светятся почти детской наивностью, улыбка сияет на красивом лице, тонкие пальцы украшены рубиновым кольцом и с привычной небрежностью лежат на рукояти шпаги. Третий - обаятельный медвежонок. На вид ему лет двадцать - двадцать пять, сложно сказать точнее, он наверняка выглядит моложе. Каштановые локоны, карие глаза, пухлые щеки, плотная (почти полненькая) фигура под плащом. Но учитывая, что никто другой не пристал к нам, а вот эти трое отметились - наверняка впечатление обманчиво. Для себя отмечаю их, как 'тонкого', 'красавчика' и 'медвежонка'. 'Тонкий' начинает первым. Заводила по возрасту - или по характеру? Или просто его выставили вперед?
- Олли, смотри, какая бабочка к нам залетела?
- Траурница?
- А может, это вовсе даже гусеница?
Намек на мое простенькое коричневое платье с белой оторочкой. Но не наряжаться же сюда? Вот еще не хватало!
- Надо просто снять платье и посмотреть.
Платье им снять...
Ну-ну...
- А зачем к нам залетела эта бабочка?
- И какого цвета у нее крылышки?
- Господа, извольте уйти с дороги. Меня ждет господин Лоури, - холодно произношу я.
- Крошка, зачем тебе Лоури? - очаровательно улыбается 'красавчик'.
- Мы же лучше, - подхватывает 'медвежонок'.
Я насмешливо улыбнулась, вскинула голову.
- Господа, я лекарь. А потому вы меня интересуете только, как пациенты. Больные есть?
- Я болен, - 'красавчик' демонстративным жестом схватился за ширинку. - Молю, не дайте мне погибнуть в страшных мучениях!
Я кожей чувствовала направленные на нас взгляды.
М-да, если я сейчас не поставлю нахалов на место, потом мне прохода не дадут...
- Какой ужас! - схватилась я за голову. - Так что же вы! Немедленно показывайте свою рану! Сейчас же!
Такого поворота троица не ожидала. Я сделала шаг вперед и недвусмысленно протянула руку к завязкам штанов.
- Сейчас же показывайте, что болит! Лекарства у меня с собой! Ну же!
- Может, устроимся где-то... поудобнее? - попробовал мурлыкнуть красавчик, но я уже перла вперед, словно боевой рыцарский конь.
- Нет-нет! Промедление смерти подобно! Сейчас же! Немедленно предъявите источник своих страданий, а лекарство я уже приготовила.
И в моей руке выразительно качнулась ловко извлеченная из саквояжа клизма.*
* ближайший аналог - шприц Жанэ. Прим. авт.
Большая!
Все гвардейцы, которые оказались рядом, грохнули смехом.
Красавчик побагровел.
- Ну что же вы, - я неумолимо гнала несчастного по двору. - Не бойтесь, это совсем не больно, все говорят, что у меня легкая рука.
Гвардейцы хохотали, подавая ценные советы. Красавчик имел бледный вид, уже не сомневаясь, что любые его доблести будут безжалостно обнажены и высмеяны...
Я развлекалась от души. Не сомневаюсь, окажись я один на один с этой троицей - и судьба моя была бы печальна. Но здесь, на людях, они оказались бессильны.
Шипеть - шипи, а тронуть не моги! Вот!
- Прекратить бардак!
Голос громыхнул грозовыми раскатами. Я опустила клизму и обернулась.
Посреди двора стоял.... я так понимаю, что это и есть Элетон Лоури.
Здоровущий, кряжистый мужчина лет сорока, темноволосый и кареглазый, с лицом, словно вырубленным из дерева... и весь он был такой основательный, как древний деревянный идол, которым когда-то поклонялись язычники. Бело-синий плащ, перевязь через плечо, вытянувшиеся гвардейцы...
И самое главное - лакей за его спиной. Сбегал, привел... какой молодец!
- Так... Кто у нас тут? Олиас, Коуртон, Рифен. Все те же, все там же. Чего ж вам не хватает-то? Девушка?
Я выпрямилась во весь свой невеликий рост. Эх, быть бы мне хоть чуток повыше.
- Господин Лоури, я лекарка, Ветана Тойни, прибыла к вам по приказанию герцога Моринара. К сожалению, до вас я дойти не успела. Молодой господин пожаловался на испытываемые страдания. Как лекарь, я обязана оказать несчастному первую помощь.
Лоури усмехнулся.
- Ах, вот оно как? Замечательно. Госпожа Ветана, пройдемте. А вы, Рифен, - ах, так красавчика зовут Рифен? Запомним, еще как запомним... - извольте отправиться к полковому лекарю на предмет обследования.
- Он со вчера пьян, - огрызнулся Рифен.
- Значит разбудите, протрезвите и обследуйтесь, - надавил голосом Лоури. - Исполнять!
Красавчик неторопливым шагом направился куда-то в сторону от меня.
- Бегом! - рявкнул Лоури, и я едва подавила желание бежать.
Убедительный человек, ничего не скажешь.
Впрочем, когда он посмотрел на клизму в моей руке, выражение его лица чуть смягчилось.
- Идемте, госпожа Ветана. Герцог сказал мне о вас.
Интересно, что именно он сказал?
Но лучше не спрашивать, а то ведь ответить могут.

***
Кабинет сержанта гвардии был ему под стать. Панели из резного дуба, здоровущий стол, коллекция оружия на стене - все боевое, отточенное, и, без сомнения, не раз побывавшее в деле. Меня усадили в здоровущее мягкое кресло, поставили видавший виды саквояж рядом на стол.
- Госпожа Ветана, герцог упоминал, что вы лекарь.
- Да.
- Хороший?
Я только плечами пожала, не говоря ни да, ни нет. А что тут скажешь? Хвалить себя глупо, ругать еще глупее.
- Госпожа Ветана?
- Об этом надо спрашивать не у меня, а у тех, кто выжил.
- Криталь Верандуа поет вам дифирамбы.
- Моя заслуга была невелика.
- Я видел его раны. Госпожа Ветана, герцог считает, что нам нужен еще один лекарь.
- Еще один?
- Тот, который есть у нас... кроме связей с герцогским домом Ришардов ничем не прославлен. Много пьет и не всегда справляется.
Я кивнула.
- Поэтому герцог считает, что ему нужен помощник. Или помощница.
Лоури разливался, что соловей по весне. Я соображала.
Есть гвардейцы, которые регулярно нарываются на неприятности. После этого им требуется лечение. Есть гвардейский лекарь. Алкоголик с большими связями, которого нельзя выкинуть просто так. Но и работать он вряд ли может. Утро, а он нетрезв? А случись что?
Замечательно!
Да лекарь и капли вина в рот брать не должен, у него ж глаза ослабнут, рука четкость потеряет, а уж если пристрастится...
В таких условиях герцог делает что может - находит еще одного лекаря.
Непонятно одно - почему я?
Почему герцог решил меня облагодетельствовать? Другого не нашлось?
Этот вопрос я и задала сержанту. Лоури только улыбнулся.
- Герцог сказал, что вы - хороший лекарь. И что одинокой женщине нужна защита. Надеюсь, вы понимаете, что лекарь королевских гвардейцев - это звание...
Кракен его сожри!
Я злилась, ругалась, а он... или это ловушка?
- Что входит в мои обязанности, и сколько мне будут платить?
- В ваши обязанности входит лечить гвардейцев. Да, если они попросят, то и присутствовать на дуэлях. Хоть официально они и не одобряются, но мы все знаем правду.
Знаем.
- Платить вам будут столько же, сколько и лекарю, находиться в казармах постоянно не стоит. Дежурство в лазарете - сутки через трое. Я доступен для вас в любое время дня и ночи. Вы женщина, а потому возможны... разные случаи. Если случается что-то непредвиденное, за вами пришлют вестового.
- Сколько мне будут платить?
Названная сумма заставила простонародно присвистнуть. За месяц я столько не зарабатываю. Но...
- Вряд ли лекарь будет рад...
- Я сам с ним поговорю. Не сомневайтесь, он будет крайне вежлив с вами.
Глядя на сержанта, я и не сомневалась.
Конечно, я согласилась.

***
Плюсы - деньги и место.
Минусы - место.
Помощница лекаря королевских гвардейцев - это статус. Только вот кто меня защитит и от гвардейцев, и от лекаря?
А вот и проспавшийся начальник. Влетает в кабинет..
Разглядываю его пристально и вдумчиво.
Высокий массивный мужчина лет пятидесяти, седые волосы венчиком вокруг обширной плеши и седые брови клочьями, длинный крючковатый нос, квадратный подбородок, квадратный, словно обрубленный торс на коротких кривых ногах. А руки длинные и сильные.
Наверняка ловкие и умелые.... были.
Сейчас же на носу видна сеть прожилок, под глазами мешки, пальцы ощутимо трясутся, на белой рубахе подозрительные пятна, а запашок заставляет поморщиться даже сержанта.
- Господин Рейнешард?
Оп-па!
Так ты у нас, любезнейший, бастард? Именно в этом случае дают фамилию, образованную от титула. Видимо, старого герцога?
Сержант выглядит весьма... неодобрительно, но господину это безразлично.
- Что происходит, Лоури?! Я вас спрашиваю!
- Ничего.
- А это что за девка?!
- Это - ваша помощница, - спокойно сообщает Лоури. Видимо, решил сразу все прояснить и выслушать первый, самый сильный взрыв негодования, именно здесь. У себя в кабинете, не вынося это дело на люди.
- Помощница? - лекарь оскаливается. - Ну пошли, поможешь...
И спускает штаны.
Тоже мне, открытие. И почему все мужчины так уверены, что я свалюсь в истерическом припадке если не от намека, так от лицезрения? Самомнение, однако...
Нельзя сказать, что я не видела этого раньше. Видела. Просто противно - седые волосы, дряблая кожа, синие прожилки вен, выпирающие кости бедер.
Лоури приподнимается из-за стола, но я его опережаю.
- Господин сержант, у вас мышей нет?
- Мышей?!
- Думаю, мышь как раз подойдет. По размеру.
Доходит за несколько секунд. После этого сержант принимается хохотать, а лекарь заливается краской..
- Да ты... это...
- Это - не я. Это - судьба.
Лоури заканчивает хохотать.
- Рейнешард, советую вам завязать штаны и убраться отсюда. Госпожа Ветана - ваша помощница с этого дня. Распоряжение Моринара.
- Я этого так не оставлю!
И слава Светлому. Выйди он отсюда в таком виде... бррррр!
Взгляд у Лоури очень выразительный. Так, что лекарь судорожными движениями завязывает штаны, и вылетает прочь.
- С-скотина. Только и горазд винище жрать, как беда, так не добудишься, но гонору...
Лоури смотрит на дверь злыми глазами.
- А герцог его выгнать не может? Сам?
- Да и прибить бы не жалко, - раскрывает 'страшную тайну' сержант, - но Ришарды... вот уж бельмо на глазу! Он же ублюдок старого герцога, считай, нынешнему - брат. И не только полукровный, но и молочный. Обидеть такого, что на гриб-трухлявик наступить, потом вони не оберешься.
Понимающе киваю.
Ришарды.
За время жизни в Алетаре я о них тоже наслушалась.
Род старый, богатый, не единожды роднившийся с королевским, последний раз, правда, достаточно давно, еще при Александре Проклятом. Там то ли дед, то ли его дядя - кто-то с ними связывался, точно не помню. Потом - как отрезало.
Но и без того влияния и власти у них - хоть отбавляй. Много земли, по богатству их владения сравнимы с Моринаровскими, а то и превосходят их кое в чем, обширные связи за границей, не дающие королям Раденора придавить все семейство по-тихому, громадные деньги...
Сложная семейка.
Насколько мне известно, сейчас в свет вышла дочь герцога Ришарда, ей ищут партию. Так что скоро давняя вражда может и закончиться. У Моринара жены нет, чем бы и не пара для 'белесого палача'?
- Вы где живете, госпожа Ветана?
- В желтом городе.
Лоури подумал.
- Может, вам в зеленый переехать? Или в белый?
Я покачала головой.
- Дорого. Да и привыкла я там.
- Смотрите. Ребята вас, конечно, и там найдут, но чем ближе - тем лучше..
Я только плечами пожала.
- Я себе этой работы не искала. И не будет ее - не огорчусь. Даже и лучше без нее было. Если б мне ваш герцог не угрожал...
- Госпожа Ветана, герцог никогда не угрожает.
- А...
- Он либо делает, либо не делает. Просто все его боятся, а он этим пользуется.
Я отчетливо вижу, что Лоури восхищается своим начальником и не могу удержаться.
- Оно и неудивительно. После герцога Корвина...
Лоури хмурится.
- Госпожа Ветана, давайте не будем.
- Как прикажете, - покладисто соглашаюсь я.
А жаль. Интересно же, что там случилось.
- Давайте я вам покажу лазарет при казармах, и отправитесь домой.
Что мне остается делать? Только вежливо согласиться.

***
Лазарет запущен до крайности.
Окна грязные, пол заплеван, на столе можно огород выращивать, в углу по штукатурке вьется плесень... я с укором смотрю на Лоури.
- Сержант, я понимаю, что лазарет здесь скорее формальный, но разве нельзя все отмыть?
- И кто будет этим заниматься? Рейнешард?
- Ему платят столько, что можно бы и заняться.
- госпожа Ветана, вам тоже платят.
Я понимаю намек и киваю.
- Ладно. Когда мое первое дежурство?
- Думаю, завтра.
- Хорошо. Я приду с рассветом.
- Будем ждать, госпожа Ветана.

***
Домой я иду медленно, размышляя, куда я попала, и чем мне это грозит.
С одной стороны - это неплохо.
Это статус, это заработок, это гарантия моей неприкосновенности. Теперь меня и обижать побоятся, и в противозаконные делишки втягивать. Мало ли...
С другой...
Аристократия - не самый лучший для меня круг общения. Мне бы держаться оттуда подальше, да не получается. Хотя и так уже...
Барон, граф, маркиз... клиентура все выше и выше, рано или поздно меня могут попросту убрать. Как слишком много знающую.
А еще есть Храм!
Я даже останавливаюсь на минуту.
А ведь мне надо поблагодарить Моринара. Раденор - место своеобразное, если мой дар раскроют, хотя бы Храму я не достанусь. Буду служить Короне.
Это не так хорошо, как на вольных хлебах, но и не слишком плохо.
Все равно - страшно.

***
Шими, наоборот, радуется, узнав, куда я попала. Малек подпрыгивает так, что дубовый стол трясется и восторженно верещит.
- А с вами можно?! Можно!?
Киваю.
Можно, конечно. Что-то вещует мне, что завтра будет тяжелый день. Надо к нему подготовиться. Случись что, Шими хотя бы сержанта позовет.
- Завтра, как проснешься, приходи в казармы. Найдешь там лазарет?
- Найду. А вы...
- А я там с рассвета.
Судя по восторженному лицу малька, он там тоже будет с рассвета. Как бы с вечера караулить не начал.
- Тебе нравятся гвардейцы?
- Да! Они такие... такие...
- Может, тебе тоже в гвардию?
- Меня не возьмут, - Шими твердо стоит на ногах. - Лучше уж я там лечить буду...
- Ну, в лекари я тебя точно возьму, - утешаю я. - а гвардия... Знаешь, не такие уж они и блестящие. Я прийти не успела, а меня уже оскорбить попытались.
Шими выпячивает грудь.
- Да я их... я их...
- А ты, если что, сбегаешь и позовешь сержанта Лоури. Правильно?
- Да, госпожа Ветана.
Это звучит протяжно и тоскливо. Мой храбрый защитник на глазах грустнеет. Я ерошу ему непослушные вихры.
- Шими, я не сомневаюсь в твоих возможностях. Ты ведь и сейчас с оружием?
Шими кивает. Другого ответа я и не ожидала. Уличные мальчишки, знаете ли. У каждого из них оружие с малолетства. Камень, веревка, заточенный осколок или даже нож - кто чем лучше умеет. Продолжаю убеждать мальчишку дальше.
- Если ты ранишь или покалечишь гвардейца, не сомневаюсь, что ты будешь в своем праве. Но зачем связываться с вельможами? Ты учти, пострадает твоя семья...
А вот это мальчишка понимает.
- Как скажете, госпожа Ветана. Я обещаю... я помогу.
Очень хочется поцеловать мальчика в макушку. Мой храбрый защитник. Но вместо этого я киваю и строго смотрю на него.
- Ты выучил, какие кости есть в руке?
- Да.
- Тогда рассказывай.

***
До темноты я кручусь по дому, а ближе к вечеру мне стучатся в дверь.
- Госпожа Ветана, можно вас?
Куда ж я денусь?
Оборачиваюсь, и встречаю взгляд господина Литорна, симпатичного парня лет двадцати пяти. Да, именно парня, не мужчины. Светлый наградил беднягу властной и нетерпимой матерью, которая скандально известна всему Желтому городу. Не то, чтобы она гуляла, или блудила, или...
Но грабителя, который посмел забраться в ее дом, милая дама забила чуть ли не до смерти, говорят, он к стражникам кинулся, как к родным. Девушку, которую ее сын привел на смотрины, женщина гнала по улице кочергой, вопя нечто вроде: 'ах ты ж, шлюха!!!'. Может, девушка этого и заслуживала, поскольку по данным госпожи Лимиры давно не была девушкой, но...
- Что случилось, господин Литорн?
- Маме плохо.
Ага, плохо ей! Это состояние у нее приключается примерно раз в пять дней, и всегда по одному и тому же сценарию. Сначала начинает ломить виски, потом болит голова, потом мигрень перекидывается на сердце (нет, я не знаю, какими путями это происходит), потом на почки и к приходу лекаря у несчастной не остается ни одного здорового места на теле. Симптомы ее болезней обильны и разнообразны, и говорит о них дама с громадным удовольствием. Прошлый раз она мне так красноречиво описала тяжесть, колики и спазмы в печени, что я и у себя печенку нашла. Всегда считала, что у мага жизни болезней не бывает, а тут - почувствовала.
Лекарю же предписывается стоять рядом и слушать. Разрешается производить звуки содержания: 'правда?',  'неужели?', 'какой кошмар!' и 'вы так страдаете!'.
Сомневаться в болезнях?
Уточнять что к чему?
Сказать хоть слово о злостной симуляции?
Последние лет пять этого никто не рискует делать. В силу 'слабых легких' камин у госпожи Литорн никогда не гаснет. И карающая кочерга наготове.
Отказываться язык не поворачивался. Господин Литорн и так редко заходит. Понимает,  что его матушку в больших количествах выдержать сложно и чередует лекарей. Так что я сняла передник,  повесила его рядом с корытом,  в котором стирала,  и осторожно потянулась. Крупные вещи я отдаю прачкам,  но мелочь проще и быстрее постирать самостоятельно. Только вот спина побаливает...
- Сейчас я сумку возьму...
В награду я получаю благодарный взгляд.
Иду я, иду... куда тут денешься.

***
Госпожа Литорн лежит в кровати с самым страдальческим выражением на лице.
- Здравствуйте,  госпожа, - я вежливо раскланиваюсь, присаживаюсь рядом, нащупываю у нее пульс. - Что у вас болит?
И поспешно проглатываю слово 'сегодня'.
Госпожа Литорн пускается в страшные описания. Болит у нее и здесь,  и там,  и даже немножко тут. Ноет,  колет, тянет,  режет и чешется - и все это одновременно.
Принимаюсь осторожно прощупывать живот, под недовольные стоны,  и тут...
Надавить, отпустить,  еще раз надавить.
- Больно?
- Я же говорю...
- Встаньте. Попробуйте подвигаться.
Госпожа Литорн послушно встает. Пробует сделать шаг,  другой,  потом оборачивается ко мне с возмущенным выражением лица,  и вдруг....
- Ох!
Вот теперь ее скручивает реальный приступ боли,  а не воображаемый. Женщина мигом теряет всю важность.
- Это... это...?!
- Это,  госпожа Литорн,  камни в почках. Потому и болит.
Женщина смотрит на меня удивленными глазами. Конечно,  к тому, что у нее действительно болит, она не привыкла. Это тебе не капризничать и скандалы сыну закатывать,  это серьезнее.
- Ложитесь на живот.
- Зачем?
- Прощупывать буду.
Я не лгу.
Прощупывать,  простукивать,  прослушивать - обязательно буду. А еще - воспользуюсь своим даром,  чтобы определить,  где камни и сколько. Но так - никто ничего не увидит.
Госпожа Литорн замирает под моими руками,  и я осторожно определяю,, что,  где и сколько. Золотистые искры стекают по моим рукам. В этот раз я не пытаюсь лечить своим даром,  ни к чему. Просто узнать,  что именно происходит с больной. А что с ней? В левой почке - три камня,  в правой всего один,  но какой крупный! Когда он начнет выходит,  это будет нечто ужасное. Госпожа Литорн с ума сойдет от боли.
Но...
Достаю из сумки снадобья.
- Вот это и это вам надо пить. По столовой ложке перед едой,  каждый день. Обязательно. - третий пузырек достаю уже подумав. Отливаю половину. - Тут обезболивающее. С ним осторожнее,  оно сильное. По пять капель на стакан воды,  не больше.
- Хорошо,  Веточка.
- Очень осторожно с обезболивающим. Понятно?
- Да, госпожа Ветана. А...
- Когда камни пойдут из тела, - а они пойдут,  уже пошли,  я это отчетливо вижу, - будет больно. Чуток перетерпите,  и все будет нормально. Зовите,  как понадоблюсь.
- Хорошо,  госпожа Ветана.
Я даю еще несколько рекомендаций,  объясняю женщине,  что ее ждет и как она себя должна чувствовать,  еще раз прошу позвать меня в случае затруднений,  и откланиваюсь.
Господина Литорна я предупреждаю отдельно.
Осторожно с обезболивающим! Очень осторожно!
Мужчина кивает и соглашается. Что ж,  надеюсь,  он что-нибудь да поймет. А мне пора домой. Поспать бы хоть чуток,  а то завтра будет новый день и гвардейцы короля.
Ох-ох-ох...
Что-то подсказывало мне,  что озабоченные красавчик с лекарем были только первыми пташками. Ладно!
Я справлюсь.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #16 : 24-07-2017, 06:57 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
***
Как же здорово смотрятся казармы на рассвете!
Тихо, спокойно, уютно... никаких гвардейцев! Всегда бы так! Может, их на войну заберут?
Мы с Шими (куда уж от этого неугомонного) открыли дверь лазарета и принялись оглядываться по сторонам. Молча.
Слова застряли где-то на уровне пищевода и выталкиваться не желали. Это сколько ж надо пить, чтобы превратить лазарет - в хлев?
- Ну и ... этот Рейнешард, - высказался малек.
Я отвесила ему легонький подзатыльник, чтобы не ругался, но в целом - мальчишка прав. Свиней тут содержать еще куда ни шло, но людей лечить?
Грязь - повсюду. Кажется, хозяин места сего соблюдает старый принцип: 'два сантиметра не грязь, а три - сама отпадет'. А она все не отпадает, и не отпадает. Или он решил сшить себе занавески из паутины? Я знаю, что ее добавляют в мазь, но разводить пауков на рабочем месте?
Мы находим в углу ведра и тряпки, с верхом заваленные пустыми бутылками, и принимаемся за дело. Обязанности поделились по-честному. Шими уверенно бегает между колодцем, помойкой и выгребной ямой. Я мою все, как заведенная. Начала с окон, потом, когда смогла хотя бы разглядеть весь бардак, творящийся в помещении, переключилась на стены. Жаль, потолок не помоешь, он беленый, но шваброй я по нему прошлась, разгоняя вековые колонии пауков.
Потом прошлась по стенам.
По полу, разгоняя такие же вековые колонии тараканов. Их здесь было столько,, что если бы за таракана платили по медяку, общей суммы хватило бы на годовое гвардейское жалованье.
Бэээээ...
Ненавижу этих тварей. Пришлось заливать все углы специальным раствором. Вода, уксус, красный перец, мята... и надо бы послать Шими за выгонкой земляного масла. Тоже, говорят, помогает, хоть и вонюче.*
* Керосином можно опрыскивать от этих тварей, но курить потом в квартире уже не получится. Прим. авт.
Жаль только одного - нельзя снести этот бардак и построить лазарет заново.
Опа!
А это что такое?
В углу обнаружились несколько бутылок с вином.
В лазарете!
Несколько минут меня ужасно тянуло добавить в вино что-нибудь вроде снотворного или слабительного. Потом я решила не спешить с этим нужным делом и принялась отмывать стол.
Все инструменты, которые нашла, я тупо свалила в кастрюлю, залила водой и поставила кипятить. Скальпели были жирными и захватанными, кажется, ими резали колбасу, единственная пила по кости, которую я нашла, заржавела, щипчики были измазаны в чем-то желтом и гадком... ими в носу ковырялись? Кипятить буду два-три раза, пока вся эта дрянь не отойдет, потом перемою и еще раз откипячу.
Бинты?
Перевязочный материал?
Корпия?
Все есть, но в таком состоянии, что только мышиных гнезд не хватает. Тоже придется прокипятить и просушить. Видно, что лазарет снабжается, и снабжается хорошо, но хозяина тут нет.
Настойки, отвары - все необходимое здесь есть, но флаконы надо открывать и нюхать, чтобы определить содержимое. Этикетки где отклеились, где написаны неразборчиво, да еще и с сокращениями...
Шими уже даже не ругался - сил не хватало.
- Сбегай, купи нам чего-нибудь пожевать? - я протянула мальку несколько медяков. Мальчишка кивнул и умчался.
А я принялась снимать занавески, пожелтевшие от пыли и времени. Отдам в стирку. Сама я с ними точно не справлюсь, руки до кости сотру. Или бросить их в таз со щелоком и ногами потоптать? Кажется, я видела подходящий тазик где-то под столом или за шкафом?...
За размышлениями я и не заметила, как скрипнула дверь.
Опомнилась, когда за спиной раздалось вовсе уж неприглядное хмыканье. Злобное такое, гаденькое...
На меня смотрел Рейнешард. Нагло, с полной уверенностью в своих силах,  а зря. За свински запущенный лазарет я бы ему сейчас все ребра шваброй пересчитала.
И куда только делось мое аристократическое воспитание?
Но после пяти часов уборки оно как-то притихло. И совесть намекала,  что будет не против справедливого возмездия. Оторвать гаду руки и поменять местами с ногами!
- Приперлась, гадина?
Отвечать глупо, смолчать - себе дороже. Да и не в том я сейчас состоянии,  чтобы скромно молчать.
- Любезнейший, вас не затруднит забрать ваше добро из лазарета? Здесь людей лечат, а не спаивают.
Я указала кивком головы на бутылки и продолжила примериваться к занавескам, краем глаза наблюдая за лекарем. Рейнешард злобно оскалился.
Гримасу портило легкое покачивание тела по сложной амплитуде. Вчера мужчина явно пил,  сегодня поправился и тепленьким явился на службу.
- Вот уж тебя не спросили, сучку такую!
- В вашей грязи и собаки-то жить не станут, - фыркнула я.
На лице лекаря боролись два взаимоисключающих желания. И наорать бы на меня, да боязно. Чай, не девка с улицы, а протеже Моринара. Ладно! С улицы! Только ему о том неизвестно. И порядок тут навести давно пора было. Поблагодарить?
Ага, поблагодаришь такую, а она вовсе уж на шею влезет!
Не знаю, что бы он выбрал, но...
- а где тут наша курочка?
Трое вчерашних 'красавцев' ввалились, как конница на поле боя! С налету, лихо, гордо... ну-ну. Господа Олиас, Коуртон и Рифен. Что ж им надо-то? Захворали? И как таких болезных в гвардии держат?
Вслух я этого не сказала, но гвардейцы и сами изложили цель визита.
- Красавица, а мы вчера о лечении не договорили, - провел красавчик. Кажется, Олиас?
- А вы так со вчерашнего дня и терпите? - ехидно уточнила я. - Да, не повезло...
- Вот мы и посмотрим, кому не повезло, - пропел вчерашний заводила. Коуртон?
- Сама разденешься - или помочь? - это уже Рифен.
Я бросила взгляд на лекаря. Не поможет, еще и за спектаклем понаблюдает.
Кричать 'помогите'? Так рот зажмут, еще и посмеются. Их трое, я одна.
Я огляделась в панике. Бежать?
Некуда.
Что же делать, что делать...
Руки опустились, скрылись в складках юбки, по щеке поползла слеза.
- Не трогайте меня, пожалуйста...
Можно подумать, это когда-то останавливало насильников. Коуртон только хмыкнул, шагнул вперед, протягивая руки. И тут же крутанулся, заорал...
Я не просто так ломала комедию. Дурой я была бы, не умея себя защитить. В желтом городе беззащитные долго не живут. Хоть лекарей и не трогают, а все ж бабы мне несколько полезных вещей показали.
Мы, женщины, слабее. Мы беззащитны перед мужчинами - и в этом наша сила. От тех, кто слабее, ждут только слез и криков. Вот и плачь! Рыдай, падай на колени, кричи, что есть сил... и бей. Только наверняка. Или... - в руке Арнет мелькает маленький пакетик. - Это красный перец. Ядовитый, ядреный, если таким, да в глаза - мало не покажется.
Главное - бросать в лицо. Пакетик маленький, в кармане юбки поместится...
Я это запомнила.
Расклад был не в мою пользу. Комната, я стою посредине, лицом к двери, справа от меня, примерно в паре шагов, жмется лекарь, трое мужчин веером перекрывают выход из комнаты.
Коуртон, как заводила, стоял посредине, ему первому и досталось. Теперь главное вырваться на волю из лазарета, иначе...
И я бросилась на второго. Это оказался красавчик Олиас. Мужчина поднял руку, защищая глаза - и тут же получил удар в пах. Некрасиво, банально, но в этот момент мне было не до хитростей.
На теле человека есть несколько особо уязвимых точек. При ударе в них любой надолго выйдет из строя.
Глаза, горло, пах.
Если стоишь вплотную - бей каблуком по ступне, если не совсем вплотную, можно ударить в колено, выбить коленную чашечку.
Хорошо бить в кадык.
Можно хлопнуть двумя ладонями по ушам - тоже подействует.
Мы, женщины, намного слабее мужчин, остается брать хитростью. Ударь - и беги, потом разберешься, кто прав, а кто виноват.*
* автора просвещала знакомая тренер, так что адекватность совета - на ее совести. Прим. авт.
Олиас согнулся вдвое, я бросилась к двери, но там оказался Рифен. Поднял длинную шпагу, поводил перед собой...
- Иди сюда, курочка! Сейчас ты у меня окажешься на вертеле...
Я дернулась.
Все?
Сделала шаг назад, второй, кажется, рядом двинулся Олиас, но...
Рифен вдруг полетел вперед так, словно его толкнули, что есть силы.
И я не упустила своего шанса. Подставить Рифену ножку, качнуться в сторону, уворачиваясь от еще неловких рук Олиаса, и выбежать на улицу, слыша за спиной вой Коуртона, который пытался найти воду.
А, и ослепнет, невелика беда! Поделом твари будет!
Я - маг жиизни, я обязана лечить всех, кто ко мне обратится, но... этих?!
Может, и вылечу.
Но сначала - точно покалечу!

***
Шими!
Конечно,  это был Шими. Явился с пирожками,  которые я пнула ногой под крыльцо,  застал интересную сцену в домике, выждал нужного момента и что есть силы толкнул Рифена под колено,  когда тот замахивался на меня.
Потому-то я и смогла вырваться!
Милый, родной мой малек! Который уже мчался к домику сержанта с воплем:
- Госпожу Ветану убивааааааюуууут!!! Караул, пожар, горим!!!
Гвардия высыпала на улицу так резво, словно их иголками в зад тыкали, подгоняя. Я аж зубами заскрипела.
Точно - первые ласточки.
Небось, еще и об заклад побились. Сидели, ждали, завалят меня эти трое на спину, или нет, принесут трофеи - или ничего у них не выйдет?
Аристократы...
Цвет королевства...
Суки!

***
Шими тем временем добежал до знакомого домика и заколотил в дверь. И наа пороге появился...
Герцог Моринар?!
Ах ты ж...
Интрига мгновенно стала ясна.
Тоже ведь ждал, негодяй...
Я выпрямилась, словно подхлестнутая и впилась в герцога злым взглядом.
- Что случилось?
- ничего особенного, ваша светлость, - отозвалась я. - Просто попытка изнасилования.
- Да? И кто же... герои?
Судя по безразличному выражению лица,  герцог тоже все знал. Знал - и тоже ждал,  чем кончится. Конечно,  к чему церемониться с какой-то девкой из желтого города?
- Олиас, Коуртон, Рифен, ваша светлость.
Мне приходилось прикладывать нешуточные усилия, чтобы голос не дрожал от ярости.
Тварь, какая ж тварь! Ненавижу!!!
- Ах, вот как? Ну, показывайте...
Еще на подходе к лазарету я поняла, что что-то не так. Из двери доносились злобные ругательства... А потом я просто замерла на пороге...
Рейнешард уже никому не составит проблемы. Никогда.
Потому что когда мы толкнули Рифена, он полетел вперед и чуть влево, а шпага-то у него была не в ножнах. Рейнешард спьяну, после вчерашнего, просто не успел увернуться, и его нанизало, словно бабочку на булавку.
Я ему помогать не стала.
Я и так видела, что все бесполезно. Шпага пробила артерию, поток крови заливал рубашку, и было видно, что все кончится уже через пару секунд. Тут никакая магия не поможет.
Троица - Олиас, Коуртон и Рифен, кстати, это тоже понимала. Потому что Рейнешарду никто не помогал. Коуртон сидел на полу, а Олиас и Рифен искали, чем ему промыть глаза.
Напрасно.
Чистой воды здесь и сейчас не было, да и...
- Это чем вы его так?
- Перцем, - процедила я герцогу. И достала с полки примеченную бутылку. - Сиди смирно, герой. Да не три глаза руками, не поможет.
Отвар ромашки (и зачем он тут нужен?) полился в недавно отмытую миску. Рядом лег чистый лоскут.
- Протирай глаза, выжимай в них жидкость. Да осторожно, не развози... понял?
Лично я помогать Коуртону не собиралась. Он сюда пришел не цветочки мне дарить, вот и пусть разгребает последствия.
Моя доброта имеет границы.

***
Моринар полюбовался на парочку Олиас - Рифен, причем первый все еще передвигался достаточно неуверенно, и вежливо поинтересовался:
- Я услышу объяснения?
Заговорил Олиас.
- Ваша светлость, мы решили попросить что-то от похмелья. А эта гадина на нас набросилась...
- Одна. Девушка. На троих мужчин.
Олиас покраснел. Рифен тоже. Коуртону это не грозило, и так багровый от перца.
- Ну... может, мы пошутили немножко.
- С обнаженной шпагой?
Моринар интересовался таким вежливым тоном, что это было хуже всякой издевки. Шими застыл с открытым ртом. Я подозвала малька, и принялась объяснять, как правильно промывать поврежденные глаза. Пусть на Коуртоне потренируется, этого мне не жалко.
- Они вас... того... а вы их лечите? - не утерпел Шими.
Я злобно усмехнулась.
- Ну, ты же видишь, господа пытаются доказать, что это я хотела их изнасиловать... Одна. Троих. Может,  еще и виновата окажусь,  они ж благородные,  слабые,  нежные,  а я... они придумают,  кто я и что я.
Ядда в моем голосе хватило бы на шесть гадюк.
- Да не хотели мы! - праведно возопил Рифен. - Пугали только!
Но я не верила. Я помнила их лица. И... они-то дворяне, а я сейчас кто?
За мое изнасилование им ничего не будет. Вообще ничего.
Кажется, Моринар тоже им не поверил.
- Каким образом от вашей шутки пострадал Рейнешард?
- Она меня толкнула.
- Она его толкнула, - одновременно сказали Рифен и Олиас.
Я фыркнула, не комментируя беседу. Не по чину.
- Одновременно толкнула вас и Рейнешарда друг к другу? При том, что вы были с обнаженной шпагой? Какая разносторонняя девушка...
А вот это уже точно издевательство.
Мужчины покраснели, но Моринар не стал слушать их дальше.
- Я и так понял, что произошло. Вы хотели изнасиловать девушку, Рейнешард вступился за нее и был убит. Так что отвечать будете по всей строгости закона.
Мужчины заговорили, перебивая друг друга, но Моринар уже не слушал.
- Взять их и под стражу.
- А Коуртон...
- Этого вести осторожно. И плошку с раствором ему оставьте. Ему что грозит, госпожа лекарка?
Глаза я уже успела осмотреть...
- Да ничего ему не будет. Ну, походит дней десять красноглазым, но не ослепнет.
И едва не добавила: 'К сожалению'.
Моринар усмехнулся.
- Ладно. Вы - в порядке?
- Да. Но мне надо с вами поговорить.
- Обещаю, через полчаса вернусь.
Я кивнула.
Проследила, как все вышли вон, как Шими закрыл дверь - и опустилась на пол. Ноги не держали.
Мутило, штормило и в туалет, простите, хотелось. Выглядела я так паршиво,  что Шими подскочил ко мне и затряс за руку.
- Госпожа Ветана, вы в порядке?
В порядке я точно не была. Но не пугать же мальчишку?
- Замечательно. Просто я, кажется, ногу подвернула.
- Правда?
- Знаешь,  не каждый день у меня такие встряски... Да ладно, не переживай! Бывает! Сейчас посмотрим,  нет ли у меня растяжения...
Шими облегченно вздохнул. Поверил. Вот и ладненько. Сейчас изображу осмотр, дождусь герцога, и...
Очень хотелось и его встретить перцем в лицо. Но - нельзя. Герцог же...
Хоть и сволочь.

***
Моринар пришел почти через час, довольный и улыбающийся. Мне тут же захотелось высыпать ему за шиворот горсть отборных тараканов, чтобы не был таким довольным. И посмотреть,  как он будет от них избавляться...
- Госпожа Ветана, все замечательно.
- Вот как?
Я в этом вовсе не была уверена. Даже наоборот.
- Эти трое сидят под замком, больше вас никто не обидит...
- Я здесь оставаться не собираюсь, ваша светлость.
- Простите, госпожа Ветана?
- Вы получили, что хотели. Я больше не нужна.
- Мне нужен лекарь для солдат.
- А мне не нужно массовое изнасилование.
- Вам это и так грозит. В вашей лачуге...
- Там на меня никто не покушался. Бродяги и бандиты желтого города оказались благороднее аристократов, - отрезала я.
- Эти трое...
- Давно были у вас бельмом на глазу. Как и Рейнешард.
Это мне поведал Шими. И как только разузнал?
Моринар поморщился.
- Мне они не нравились....
- Смутьяны, задиры, дебоширы, пьяницы, а избавиться не получается. Я понимаю, ваша светлость, - мой голос звучал ровно. - Вы бросили меня сюда, как кошку в собачью стаю, и пока шавки лаяли под деревом, перебили самых наглых. Кошка уцелела, но не ждите от нее любви или благодарности.
- госпожа Ветана...
- Искренне надеюсь никогда больше вас не видеть, ваша светлость.
- я понимаю, что поступил не слишком хорошо...
- Понимаете? Ничего вы не понимаете, - я указала на накрытые простыней носилки с телом бедняги Рейнешарда. - Посмотрите сюда. Рейнешард был не самым лучшим человеком, но он - был. А теперь он убит, потому что вы решили поиграть людьми, как куклами. Нравится вам это?
Моринар небрежно пожал плечами.
- В этом виде он приятнее.
И я не стерпела.
- Палачу - возможно. Но не лекарю!
Герцог дернулся, словно я его обожгла плетью.
- Палачу?
Неужели ему никогда не говорили это в лицо? Хотя кто бы? Конечно, нет.  Я вскинула голову, посмотрела с вызовом.
- Мне повторить, ваша светлость?
- Убирайтесь отсюда.
Что мне и требовалось. Я направилась к двери, на пороге задержалась.
- Ваш поступок недостоин герцога. Подставлять слабых, дабы избавиться от сильных - подло. Прощайте, ваша светлость.
Моринар не стал меня удерживать.
Дверью я так и не хлопнула, и изрядно собой гордилась.
И все равно - твари, суки и сволочи. Благородные дамы не ругаются, но если очень хочется, то можно.
Вот.

***
Корзину с пурпурными гиацинтами мне принесли этим же вечером. И не глядя на карточку я уже знала, что там вытиснен герб Моринаров.
Герцог извинялся, но перед кем?*
* пурпурный гиацинт - извинение на языке цветов. Прим. авт.
Перед лекаркой с нищей окраины? Женщиной, которой по определению и пять изнасилований не страшны, которую могут купить за пару монет? Я уже сталкивалась с этим, и вряд ли Моринар станет думать по-другому.
Так к чему же извинения?
Я назвала его палачом, я оскорбила его. И он - извиняется?
С другой стороны... меня могли изнасиловать, убить, сделать что угодно. Он втянул меня в это, втянул втемную, воспользовавшись надуманным предлогом.
Зачем?
Я подозревала, что ответа так и не узнаю, но жизнь оказалась добрее. Ко мне заглянул Криталь Верандуа.
Поцеловал руку, преподнес конфеты...
А заодно просветил о сложившейся ситуации.
В любом полку есть так называемая точка фокуса. Есть человек или несколько людей, которые исподтишка саботируют все распоряжения командира, вокруг них обычно собираются все недовольные жизнью и начальством... вот, в гвардии это были Олиас, Коуртон и Рифен. Можно бы убрать их просто так, но...
Моринар не хотел беспорядков. Ему скоро отправляться на войну, ему нужна была полностью послушная и усмиренная гвардия. Требовалась ситуация, в которой змея укусит сама себя.
А потому Моринар пустил слух, что устраивает в гвардию свою любовницу.
То-то мне все намеревались мужскую доблесть продемонстрировать!
Сукин сын!
И вот, желая насолить герцогу, троица героев явилась ко мне в гости. Рейнешард оказался для Моринара приятным бонусом. Теперь его сводный брат будет разбираться с горе-бунтарями.
Но их-то мне жалко не было.
А вот герцога...
Убила бы. И не пожалела о сделанном.
Сначала мне захотелось выкинуть и корзину, и цветы, и вообще... отравить бы этого дарителя!
Потом я позвала соседских детей и попросила разнести цветы по всему кварталу, на сколько хватит. Корзину тоже отдала соседке, ей пригодится.
Подите вы к кракену в зубы, ваша светлость!

Глава 14.
Стучать в мое окно так, что рама едва не вылетает - это традиция. Не самая приятная, должна заметить. Но если у человека беда, ему не до вежливости.
- госпожа Ветана! Помогите, мама умирает!!!
Господин Литорн выглядел так, что краше в гроб кладут. Поэтому я не стала ничего расспрашивать.
Накинула платье прямо на рубашку, схватила сумку и плащ - и вылетела вслед за ним, едва захлопнув дверь.
По дороге господин Литорн просвещал меня о случившемся.
Маме стало плохо.
Собственно, я предупреждала об этом, камень пошел из почек. Рано или поздно это должно было случиться.
Случилось - и больно.
К реальной боли госпожа Литорн не привыкла,  поэтому мгновенно был вызван лекарь. Не я,  нет. Меня как раз не было дома,  поэтому позвали кого нашли.
Пришел лекарь, посоветовал какое-то лекарство, мама его приняла, а потом ей стало плохо. Не сразу, нет! Лекарь пришел утром, а плохо ей стало только к вечеру.
Не лекарство?
А что ж тогда?
Господин Литорн кинулся к тому лекарю, а его к роженице вызвали! Нет его! Вот он и ко мне...
Мы бежали по темным улицам. Мелькнула мысль, что еще год назад я бы так не бегала. Одышка была, ноги были слабые. А сейчас вот...
Хоть Алетар по кругу обегай!
Госпожа Литорн лежала на кровати.
Бледная, холодеющая...
Я схватила ее за руки, непроизвольно выпуская щупальца силы.
- Выйдите! Я ее буду осматривать...
На это меня еще хватило. Господин Литорн выскочил за дверь так быстро, словно его шилом в зад ткнули, а я уже чувствовала, уже понимала чутьем мага жизни - она умирает...
Но отчего?
Я поклясться готова, женщина была совершенно здорова. Хоть госпожа Литорн и строила из себя больную, но от камней не умирают. Тем более, я дала ей хорошее снадобье...
Я лихорадочно обвела взглядом комнату.
А ведь...
Знакомая бутылочка бросилась в глаза.
Обезболивающее.
Только раньше флакон был полон. А сейчас там и трети нет...
Оттягиваю веки, чтобы посмотреть зрачки госпожи Литорн. Глаза закатились, но зрачки я так и так не увижу. Потому что они сошлись в точку.
Да, это отравление обезболивающим.
И кто же будет крайним?
Одна доверчивая дура, которая дала эту склянку другой дуре. А значит...
Сила льется из моих пальцев. Это поток, сходный по свойствам с горным ручьем. Чистым, сильным, мощным... сейчас меня ничто не волнует. Только то, что подхлестнутые моей волей, мышцы больной начинают работать. Бешено колотится сердце, очищают организм почки... по простыне расплывается лужа дурно пахнущей мочи, на коже выступает пот.
Пусть так!
Вместе с этими выделениями из женщины выходит яд. Она будет жить, я обещаю! Будет. Жить.

***
Слуга Светлого Шантр, в миру некогда Шантр Лелуши, сидел в своей лаборатории.
Эх, тяжела ты доля слуги. Все чего-то требуют, а отказать не получается. Вот и приближенный Фолкс ходит и ходит. Вынь да положь ему этого мага жизни, а откуда ж его взять?
Чай, не дурак этот маг, если столько времени прячется. Или просто - слабак... хотя нет. Последнее - точно нет.
Силы он выплеснул немеряно, Шантру бы пятую часть, плевал бы он на тот Храм. И на Фолкса лично. Похоронил бы, закопал и плюнул.
И ведь ходит, угрожает...
Не предоставишь - так лабораторию отберу, денег не дам, в дальний храм сошлю, будешь до конца жизни поморникам хвосты общипывать...
Сволочь...
Размышления Шантра прервало дребезжание приборов.
Кто бы ни был этот маг жизни, сейчас он пустил в ход свою силу.
В желтом городе.
Не так далеко отсюда.
Шантр приподнялся было, собираясь поднять тревогу, но потом... Потом благоразумие взяло вверх.
В лаборатории он был один. Ни холопов, ни других слуг - никого рядом не было. Приборы уже успокаивались. А стало быть...
Старческие узловатые пальцы забегали по переплетениям проволочных кругов, поправили драгоценный камень, повернули резонатор, осторожно налили воду в хрустальную чашу и опустили туда хрустальную же призму.
Зачем поднимать шум и гам? Беспокоить людей, подавать им напрасные надежды, которые могут и не оправдаться? Это неправильный подход к проблеме, вовсе даже неправильный.
А какой верный?
Лучше всего осторожно снять слепок силы.
Определить направление, определить принадлежит эта сила мужчине или женщине, молодому или старому, примерно установить радиус поиска, и завтра, по свежим следам, расспросить людей в том районе. Он сможет сузить круг до ста шагов.
Да, в этот радиус попадет много людей, ну и не страшно. Шантр уже давно пришел к выводу, который не собирался озвучивать Фолксу до последнего.
Маг жизни обязан быть лекарем. Только тогда он сможет успешно скрываться.
Иначе его сила рано или поздно сорвется с поводка. Сила, это как дикая кошка на цепи - не удержишь. Так или иначе, рано или поздно, она бросится, и горе тому, кто окажется в пределах досягаемости. Это касается любого мага, и маг жизни исключением не станет. Либо используй свою силу, либо у тебя будет... прорыв.
Но прорыва не было.
А как маг жизни может пользоваться своей силой, не привлекая внимания?
Да только будучи лекарем. Подумаешь, будут у него люди чаще выздоравливать, или смертельные случаи он лечить будет. И что? В том-то и весь смак ситуации, что доказать это невозможно.
Можно доказать ошибку лекаря, но как доказать его опытность?
Шантр был твердо уверен в своих выводах, но делиться ими ни с кем не спешил. К чему?
Что он получит, сдав Храму мага жизни?
Поощрительное похлопывание по плечу? До следующего задания? Не более того, Фолкс слишком скуп для чего-то существенного. Так к чему дергаться?
Шантр знал и другое.
Он стар, болен, с помощью мага жизни он сможет продлить свой век.
Главное, правильно им распорядиться.
Нет, не будет он никому сдавать мага жизни, он сам его найдет. Или ее. А Храм...
Перебьются. Раз уж рядом с ним в этот момент никого не оказалось, значит, его затея угодна Небесам. Так что...
Где там был макет Алетара?

***
Госпожа Литорн дышала.
Медленно, с трудом, но дышала. Смотрела на меня...
- Госпожа Ветана?
- Лежите и не разговаривайте, вам вредно.
- что со мной было?
- Отравились вы.
- чем?
- Снотворными каплями. Сколько вы их пили?
Я понимала,  что женщине сложно говорить, но надо было узнать подробности, как можно скорее.
- я не пила.
- а это?
Я повертела в руках бутылочку.
- Нет. Не пила....
Госпожа Литорн впадала в забытье. Я проверила пульс.
Не умрет. Вот и ладненько. Где там господин Литорн?


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Толмачёв_Владимир

  • не дождётесь
  • Майор
  • *

+Info

  • Репутация: 234
  • Сообщений: 725
  • Activity:
    3%
  • Благодарностей: +248
  • Пол: Мужской
  • grammafon
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #17 : 27-07-2017, 11:53 »
0
Повествование,конечно,захватывающее.Но название,мне кажется, нужно дополнить: "Тропою лекаря по минному
полю".Пропадёт девочка без сильного покровителя. :(


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #18 : 31-07-2017, 06:00 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
***
Любящий сынок обнаружился в столовой. Там он занимался самым важным делом в жизни - пил вино. Просто хлестал из стакана, словно воду. Я аж вскипела!
Я и так-то не была в прекрасном настроении, едва не попав в подозреваемые, а сейчас вовсе остервенела.
Стакан просто вылетел из руки у мужчины, покатился по полу, залил своим содержимым ковер и оставил брызги на обивке стен.
- Немедленно пошлите за стражей.
- Зачем?
- Потому что вашу мать пытались убить.
Литорн где стоял, там и сел. Ровно.
- К-как убить?
- Снотворным. Случилась бы передозировка, никто не доказал бы потом, что это убийство. Смерть по неосторожности...
Стражники ко мне захаживали часто. Лечила я хорошо, брала дешево, а потому меня негласно взяли под покровительство. И совершенно не стеснялись обсуждать при мне подробности дел, которые валились на городскую стражу.
Где-то жена огрела мужа сковородкой насмерть.
Где-то муж по пьянке перепутал тещу со свиньей и заколол несчастную. То есть пытался. Повезло женщине - спряталась в свинарнике, а с боровом шутки плохи. Как бы он сам тебя не перепутал...
Где-то старика придушили подушкой - а что он, сволочь такая живет и живет? Пора бы уже и наследство людям отдавать!
И всеми этими сплетнями стражники щедро делились и со мной и друг с другом. А что?
Если имен не называть, то и плохо никому не будет. Один человек, и все тут. А так - желтый город большой, год можно по нему разгуливать и знакомых не встретить... ладно. Часа три - точно.
- Уб-бийство!?
- Стражу позовите... - буркнула я, и уселась в кресло, всем видом показывая, что оторвут только вместе с обивкой.
Долго упрашивать не пришлось.
Господин Литорн дернул за шнур звонка, а когда по вызову явился крепкий слуга, кивнул тому:
- Сбегай, стражников позови.
'Закон и порядок' себя долго ждать не заставили. И прибыли, что приятно, все свои, знакомые.
- Господин Самир, какая встреча! Господин Торн, господа...
- госпожа Ветана, - расплылся в улыбке Самир. - Какими судьбами?
- Боюсь, что печальными, - вздохнула я. - госпожу Литорн пытались отравить.
Если бы стражники были собаками, у них бы уши зашевелились при этих словах. Господин Литорн махнул рукой.
- Да кому это надо?
- вот и мне интересно - кому? - уточнила я. - господин Самир, тут дело такое. Я госпоже Литорн оставила сильное обезболивающее, у нее нехорошая болезнь. А когда меня сегодня позвали, оказалось, что обезболивающее выпито. Госпожа Литорн его не пила. Кто тогда?
- Мало ли кто выпил, - пожал плечами стражник. Торн, будучи помоложе и посообразительнее, прищурился.
- А позвали-то вас сегодня зачем?
- А затем, что человеку плохо стало. И клясться в Храме буду - от обезболивающего! Моего! А госпожа Литорн отрицает, что его пила...
Тут дошло уже до всех. Стражники ненавязчиво придвинулись к Литорну.
- Господин Литорн, а вы живете вдвоем с матерью?
- Да. А что?
- А еще кто есть в доме?
- Слуги. Лакей, две горничные, кухарка.
Это было понятно. Дом не самый маленький, рабочие руки тут требуются.
- Зовите всех, будем разбираться, - велел господин Самир. И посмотрел уже на меня. - Как сейчас себя чувствует госпожа Литорн?
- В этот раз - выживет, - 'оптимистично' отозвалась я. - Противоядие дали вовремя, а уж как и что потом будет - не знаю. Все, что от меня зависело, я сделала.
В комнату один за другим начали заходить слуги. Лакей, которого я уже видели, полная женщина лет сорока в чистом накрахмаленном переднике - явно кухарка, и горничная, похожая на больную мышь.
Трое.
Всего - трое. Я еще додумывала мысль, а господин Самир...
- А четвертая красавица где?
- Так не знаю, - бойко отозвалась кухарка. - Терлась на кухне, а как позвали нас, пошла в отхожее место... вроде бы... или раньше?
И тут дурное предчувствие охватило уже меня.
- Господин Самир...
- Госпожа Ветана...
Кажется, мы оба подумали об одном и том же, и одновременно. На второй этаж мы взлетали, как на крыльях, но - опоздали.
- Помирает...
Господин Самир оценивал все абсолютно верно.
Госпожа Литорн лежала на кровати, рядом валялась бутылочка из-под обезболивающего... пустая!
А ведь это я виновата..
Я не закрыла дверь, я просто подумала, что кто-то ошибся, или случайность, или...
Я не ожидала такой расчетливой и жестокой наглости, но чем это может помочь пожилой женщине, у которой уже закатываются глаза и пена на губах?
За мои ошибки расплачиваются другие...
Дура, какая же я дура...
- Госпожа Ветана?
Я медленно покачала головой.
- Я не Бог.
Господин Самир вздохнул. Положил мне руку на плечо.
- Выйдите. Вам этого лучше не видеть.
Агония - зрелище отвратительное. А уж агония умирающих от яда...
Тело до последнего борется и сопротивляется. А я ничем не могу помочь. Я уже много выплеснула, надо ждать, пока сила наберется вновь. Я ведь тоже живая, если полезу сейчас помогать, и ее не спасу, и себя подставлю. Агония...
Я всхлипнула. Господин Самир притянул меня к себе и неуклюже ткнул носом в плечо.
- Первая она у вас?
Я кивнула.
Да, первая, кого я теряю. Так получилось, дома моя практика обширной не была, а здесь я выворачивалась, где знаниями, где своим даром. Самые безнадежные случаи вытягивала, чтобы больную отравили у меня под носом.
Кто!?
Кажется, я спросила это вслух, потому что господин Самир погладил меня по волосам.
- Разве вы не поняли? Вторая служанка... Услышала, что стражу позвали, кинулась наверх, да и... запятнала душу темнотой.
- Это я виновата. Оставила снотворное....
- ошибаетесь, госпожа Ветана. Сами размыслите, если кто отравить идет, неуж яда с собой не возьмет?
Эммм... а верно! Снотворное - хорошо, но ядом - проще. Или даже ножом...
- наверняка у нее и свое было,, а ваше просто под руку подвернулось. Вот и...
- я могла бы тут остаться.
- Вы же не подозревали никого из домашних. Да и остались бы... было б тут два трупа.
- Я бы смогла...
- Что бы вы смогли? Госпожа Ветана, вы себя переоцениваете. Вы себя в зеркале-то видели? Ручки тоненькие, пальцы прозрачные... да и не ждали б вы удара. Не так?
- Я сильная, - огрызнулась я. - Просто выгляжу так.
Меня почти по-отечески погладили по волосам.
- Конечно, госпожа Ветана. Просто поймите, вы бы и ее не спасли, и сами тут легли...
Умом я все это понимала. Даже произносила те же полезные и серьезные слова. А сердце болело. Сердце не желало ничего понимать, оно грызло и ныло, оно плакало о женщине, которую мне не удалось спасти.
Легкий вздох, похожий на шипение, я услышала даже одним ухом. Второе было прижато рукой господина Самира.
- Все?
- Да... кажется все..
По комнате поплыл неприятный запах. После смерти мы все пахнем не слишком хорошо, это я знаю. Мышцы расслабляются, и все, что было внутри, выливается наружу.
- Мама!!! МАМОЧКА!!!
Господин Литорн.
Я хотела, было, перехватить его, утешить, но мне не дали.
Самир ловко прижал меня так, что и слово сказать было тяжко, а Торн вступил в игру.
- Господин Литорн, ваша мать, к сожалению, скончалась.
- Нет!
Крик вышел настолько бабьим, что мужчины поморщились, а я отвела взгляд. Иногда просто стыдно смотреть на человека.
- Господин Литорн...
- Нет!!! Я не верю!!! МАМА!!!
Остановить его не удалось. Мужчина прорвался мимо нас в комнату, рухнул на колени у кровати, схватил холодеющую руку женщины, прижал к губам и зарыдал. Истерически, со всхлипываниями и подвываниями. Минут пять я это просто созерцала. Потом вспомнила, что все-таки лекарь, и полезла в сумку за успокоительным.
Как бы этого еще не пришлось откачивать... тонкая натура, м-да.

***
Самир успокаивал господина Литорна. Я в процессе не участвовала, потому что при виде меня мужчина начинал истерически рыдать. Так никакого успокоительного не хватит. Но и уйти пока не получалось. Мало ли что?
Так и терлась в гостиной со стражниками.
Слуг расспрашивали об исчезнувшей девушке, и картина складывалась неприглядная.
- Юнис? Шалопутка, - морщилась кухарка. - Вечно напялит юбку, ноги наружу выставит, да еще кофту с вырезом нацепит, сиськи наружу вывалит, и пошла...
- И госпожа Литорн это терпела?
- Ей Несси прислуживала. Да и не решалась та при госпоже-то так. А уж когда хозяйка слегла, Юнис вовсе распоясалась. И чуть что - к хозяину...
- и не просто так? Он мужчина молодой, свободный?
Кухарка поджала губы.
- Сама не видела, врать не буду. Но кажется мне, что было у них...
Господин Торн покивал и принялся расспрашивать лакея. Тот высказался определеннее. А то ж! В доме две девушки, и на одну из них без слез не взглянешь. Зато вторая ходит - красоту показывает, как тут не подкатить к прелестнице? Не получилось. Было высказано, что не про вашу честь пирожки пеклись, нечего со свинячьим рылом лезть, и она себе кого получше найдет. Так-то.
Кого - получше, тут и гадать не надо. Видимо, нашла.
Точнее всех высказалась Несси.
- Да спали они вместе, спали. Я думаю, Юнис затем в дом и взяли, господин же молодой, холостой, ему надо, а кого? И учтите, как ее взяли, так я стала только госпожу обслуживать, а она - господина.
- А кто так приказал?
- Госпожа Литорн.
С моей точки зрения, ничего странного в этом не было. И в господских замках бывало, что брали... опытных служанок. Особенно если в семье есть сыновья-подростки. Чтобы научила.
Наследник получал опыт обращения с женщинами, служанка - домик или пенсию, в зависимости от щедрости лорда, и все были довольны. Детей обычно от такой связи не рождалось, за этим следили. Вот и здесь так же...
Но стражники думали иначе.
- Могла Юнис пожелать выйти замуж за господина Литорна?
Несси задумалась, а потом медленно кивнула.
- А пожалуй что... Она при мне нос так драла, словно и не шлюха на жалованье, а невесть что. Намекала пару раз, что богатой госпожой станет, а я так и буду чужие горшки выносить.
- Вот и попробовала. Думала, наверное, что если все тихо пройдет,, так этот хлюндик на ней женится, - проворчал Торн, выпроваживая служанку.
- А теперь что?
- а ничего. Искать будем. Найдем - определим на каторгу.
Я кивнула. Служанку мне жалко не было. Мало ли кто с кем спит, если из-за этого людей травить, так пол-Алетара вымрет.
Но подозрения с меня были сняты, и я отправилась домой.
Господину Литорну оставили успокоительного. И побольше, побольше.

***
Найди то, не знаю что.
Поиски Шантра Лелуши именно так и выглядели. Зачем храмовнику в город?
Официально - трав прикупить, минералов, кое-каких снадобий.
Неофициально - разыскать мага жизни.
А как?
Ходить и расспрашивать людей? Нет. Такой глупости Шантр не совершил. Понятно же, что так ни от кого ничего не добьешься. Поэтому он просто принялся обходить всех и приглашать народ на воскресное богослужение.
Так и так, всех рады видеть будем...
А если болеет кто, так я могу и сейчас с человеком поговорить. Мало ли кому утешение нужно...
Больных попадалось мало. И все прекрасно выздоровели бы и без магии, тоже мне, проблема. Где простуда, где травма, где перелом. Это жизни не угрожало. Не настолько, чтобы создать выплеск такой силы.
Повезло мужчине только на второй день, когда он уже озверел, устал и отчаялся.
Страшноватого вида служанка отрицательно покачала головой.
- Нет. Господин на воскресную службу не пойдет, горе у него.
- Горе?
- Мать у него третьего дня умерла.
- Умерла? Ох, горе-то какое...
- Да уж, хозяин сам не свой! - Несси,, а это была именно она, выразительно округлила глаза. - и ведь госпожа Ветана ее, считай, спасла, а эта гадина...
Госпожа Ветана.
Шантр запомнил это имя, но история требовала прояснения. Вроде бы место - то, но мало ли?
- Какая гадина, чадо Светлого? Неужели в этом доме случилось убийство?
Несси закивала, и господин Шантр принялся раскручивать ее на откровенность. Вообще, Храм не одобрял пустословия, суесловия и злословия, но... это же во благо Храма и его, Шантра, лично! Так что Шантр, не глядя, поступился принципами, и принялся выспрашивать.
Спустя полтора часа он знал всю историю. В изложении Несси это выглядело так, что господа взяли в дом откровенную шлюху. Та сначала спала с господином, а потом отравила госпожу. Позвали лекарку, и та госпожу кое-как вытащила, с грехом пополам. Так эта гадина Юнис, вместо того. Чтобы сидеть тише мыши под веником, или хотя бы кинуться в ноги господину, да покаяться, пока все были заняты, стражу ждали, опять прокралась наверх, да и дотравила бедняжку.
И счастье еще, что лекарки рядом не оказалось. С кухни-то рыбный нож пропал! Потом уж нашли его в огороде, на заднем дворе, среди грядок с зеленью. Кинула его, видеть, мерзавка, когда убегала. Так что повезло.
Эта б гадина и лекарку не пожалела. А госпожа Ветана умничка такая...
Тут Шантр искренне удивился. Душу Несси он видел, словно на ладони, и был твердо уверен,, что эта злобная страшилка хорошо говорить о других женщинах не способна в принципе. Ан нет?
Ради интереса он принялся расспрашивать о лекарке подробнее. И картина получалась интересная.
Госпожа Ветана не вызывала ни зависти, ни злости у женщин, потому что абсолютно ровно и спокойно относилась ко всем мужчинам. Симпатичная? Да, безусловно. Только одевается она так, что можно бы лучше. Куда как лучше могла бы одеваться, а она все черное, да серое, словно других цветов и на свете нет. Чужим мужикам глазки не строит, да и вообще внимания ни на кого не обращает. Как приехала,, так местные кавалеры, было, оживились, да потом завяли.
Как-то она так со всеми обращается...
Женщины не видели в ней соперницу, а мужчины - подругу. Вот и удалось ей проскользнуть меж жерновов.
Шантр заинтересовался еще больше.
И сплетней, что госпожа Ветана, якобы, незаконная дочь какого-то знатного господина. А то и вовсе полюбовницей была, но это вряд ли... Таких в жены берут, не в любовницы.
А в жены не получается. Вот и предложение ей делали - отказала...
Сплетен господин Шантр наслушался - на три дня хватило бы. Но надо было проверить все до конца,. А уж потом наведываться к этой Ветане. Лекарка-то никуда не денется, а события имеют тенденцию сглаживаться. Забываются,, переиначиваются...
Вот и ходил мужчина, вот и расспрашивал.
И все больше убеждался, что нашел искомое. Даже странно, как ее Храм проглядел?
Хотя ничего странного тут нет. Сплетничают о странностях, а тут-то что? Приехала по просьбе госпожи Лимиры, вылечила ее дочь, потом решила остаться ненадолго, практику открыла... ничего нового. Бывает.
Вот если б она была заметна, а то обычная серая лекарская мышь, много их. Таких-то. А что руки у нее золотые, что умерших у нее, считай, и нет, госпожа Литорн - первая... так бывает!
Вот если б она людей морила - то дело другое... а ведь выздоравливают! Никто и слова не говорил. И не упоминал о ней - к чему?
Шантр подумал - и принялся готовить артефакт, который распознает мага жизни, а заодно защитит его самого от проявлений магического дара.
Храм знал многое, это Ветана была лишена знаний, в силу своей скрытности.
Маги жизни своим даром убивать не могут, все верно. Но обойти условие можно.
Там усилить кровоток, тут ослабить, один орган стимулировать, второй придержать...
Человека и убивать не понадобится. Сам умрет, естественной смертью.
Удар хватил. Или задохнулся от кашля.
Всякое бывает, ой, всякое...
Не зря Ветана старалась держаться подальше от Храма.
Сведения, на которые опирался Шантр, были получены опытным путем. И не все подопытные выжили и сохранили дар. Далеко не все.
Но кому это интересно? Это уже история...

***
История с Литорнами не забывалась.
Царапала когтями, грызла изнутри, возвращалась в ночных кошмарах.
Впервые у меня на руках вот так умер человек. Я в нее силы вложила, а она все равно умерла.
Не все решает дар?
Далеко не все. А вот будь у меня больше знаний, или опыта...
Если бы я тогда не выплеснула все, спасая ее первый раз от отравления, я могла бы помочь и второй раз. А может, и третий?
А я не смогла.
Дура сопливая! Магом себя возомнила!
Решила, что выше тебя только горы? Что никто и ничто тебе не указ? Что способна со всем справиться?
Вот цена твоей ошибки!
Человеческая жизнь.
Дура.
В таком состоянии, ругательски ругая себя, я и отправилась по вызову.
Прибежавший мальчишка очень просил.
- Госпожа Ветана, пожалуйста! Мамке плохо! Лежит и не шевелится...
Мамке действительно было плохо. Полезла, понимаешь, на сарай, дранку поправить, да и отвлеклась. Оскользнулась, упала - и со всей дури о землю.
Называется это - дух вышибло.
Чем опасно?
Переломами, ушибами, травмой головы. Я шуганула детей, и принялась тщательно осматривать женщину.
Повезло.
Видимо, она тоже не из умных, потому что ей очень сильно повезло. Ушиб спины получился капитальный, а вот позвоночник оказался цел. И сотрясения мозга не было. Видимо, за отсутствием мозга.
Просто вышибло дух, а потом женщина никак не могла прийти в себя. Дыхания не хватало.
Я крепко отчитала детей за то, что они перетаскивали женщину с места на место. И не стоит при такой беде больного трогать, и им бы тяжести не таскать... попросить некого?
Оказалось, некого.
Раньше с ними тетя Юнис жила, а сейчас вот, нет ее.
Папа?
Папы тоже нет. Умер...
Но больше насторожило меня вот это 'тетя Юнис'. Имя редкое, да еще при мне недавно звучало - и я принялась расспрашивать детей. Старший мальчик, лет десяти и восьмилетняя девочка послушно отвечали на мои вопросы..
Да, тетя Юнис.
Да, та самая. Работала у господ служанкой. Как господ звали?
Нет, это дети не помнили. А вот как забегали за тетей в красивый дом - помнили. И дом этот был - Литорнов. По описанию - так точно. Один в один.
Я подумала,  и взялась за женщину.
- За вами кто-то может приглядеть? Хотя бы пару дней?
- Нет. Некому...
- Дети говорили о сестре?
- Сестры тоже нет...
- Она умерла?
- Нет!
- Тогда в чем дело? - не отставала я. Больная глянула со злостью.
- А вам какая разница?
- Если вы встанете,  придется вас опять лечить. Вам бы пролежать пару дней, а вы себе роздыху не даете. Надорветесь, а что потом с детьми будет?
Женщина мгновенно сникла,  словно фитилек притушили.
- Некого попросить,  некого...
- Вообще некого?
История,  рассказанная женщиной, была проста и печальна.
Жили-были две девочки. Юнис - старшая и Иннис - младшая. Родители рано умерли,  и девушки выживали сами,  как могли. Юнис нанялась сиделкой к старой даме,  чтобы прокормить сестру. На беду,  у той дамы был сын.
В подробностях Иннис была скупа,  но главное я поняла. Юнис попользовались и бросили беременной. Избавиться от ребенка она хотела,  но не смогла. Так на свет появился Тинон.
Иннис вышла замуж честь по чести,  но муж ее работал в караване. Деньги приносил,  но дома его, считай, никогда не было, приходилось женщинам справляться самим.
А потом Юнис опять устроилась работать. К Литорнам.
И... если я правильно поняла,  то господин Литорн не просто увлекся девушкой. Он обещал жениться. Только вот беда - мама. Прости,  дорогая, я бы обязательно, но мама никогда не даст... нам никогда не быть вместе.
Есть среди женщин мастера по прыжкам на грабли. Причем,  одни и те же. Есть. Юнис оказалась именно из таких. Она влюбилась,  поверила и готова была идти за любимым на край света. Мешала госпожа Лимира.
Юнис подумала,  затаилась и принялась выжидать.
И тут,  как на грех,  все сошлось один к одному. Камни в почках,  боли,  снотворное,  очередная накрутка со стороны Литорна.  Да еще...
Юнис узнала,  что беременна.
Тинона воспитывали обе женщины,  так что он,  не различая,  звал мамкой и одну,  и вторую. Да и молодая тогда была Юнис,  и глупая,  и вообще... а вот этого ребенка она прочувствовала. И хотела до глубины души.
Хотеть было мало,  надо еще и платить. Юнис подумала... то есть не подумала.
Да,  она накапала снотворного госпоже Лимире. Но лекарка ее спасла, так  что греха на Юнис нет. А что испугалась и сбежала... тут тоже понятно. Стражники ж разбираться не будут, сволокут в тюрьму. А она беременная! А что могут сделать с красивой девушкой,  если она беззащитна и заступиться за нее некому....
Юнис испугалась и спряталась. И помочь сейчас никак не может.
- А зачем было второй раз госпожу Литорн травить? - не выдержала я. - Один раз - ладно,  еще глупость. Но два-то уже умысел?
- Второй раз? Когда?
И изумление в глазах Иннис было искренним. Она не притворялась,  нет. Она и правда не понимала,  почему так. Какой еще второй раз? Откуда?
Я подумала,  и присела на кровать.
- Иннис,  та самая лекарка - это я. Давайте-ка восстановим всю картину с самого начала?
Ничего нового мне Иннис не сказала. Да,  Юнис добавила обезболивающего лекарства. Но - один раз. И все. А больше - ничего не знаю,  потому что ничего не было. И наоборот тоже.
Я схватилась за голову.
- Иннис,  где она?
- Не знаю.
- Врете. Иннис,  мне надо с ней поговорить. В этой истории что-то нечисто, Сияющим клянусь!
- Вы ее страже сдадите.
- Хотите - клятву дам в Храме? Обещаю, никто ничего не узнает! Буду молчать, пока она сама мне не разрешит стражу позвать. Иннис,  ведь с этим разбираться надо! Век ваша сестра прятаться не сможет. И вы пострадаете,  и она... и что с ней будет - неизвестно. И с вами тоже? Вам бы покой сейчас,  а вы мало того,  что волнуетесь,  так еще и лежать не сможете.
Иннис долго колебалась, но я была настойчива в своих уговорах,  и наконец женщина дрогнула.
- У нас на побережье было свое место. Туда легко дойти,  а спрятаться там еще проще.
- Где?
- Наклонитесь пониже. Я боюсь, что дети услышат...
Выйдя из бедноватого домика,  я ругнулась. Потом посмотрела на солнце,  еще раз обозвала себя идиоткой - и направилась к выходу из города. До вечера обернуться успею.

***
В пещере ожидаемо было пусто.
Тихо и чисто. И где эта дура?
- Юнис! Юнис!!!
Тишина.
- Я одна! Стража обо мне не знает!
Молчание. Или мне послышался какой-то шорох?
- Мне Иннис все рассказала! Юнис, если вы здесь - лучше выходите. Я долго стоять не буду,  а никак иначе вы в этой истории не разберетесь. Вас ведь подставили! Все думают,  что вы убийца!
Долго уговаривать не пришлось. Юнис появилась через пару минут. Огляделась - и заскользила ко мне,  балансируя на особенно неудобных камнях.
- Госпожа Ветана...
И так это было произнесено, с такой злобой и неприязнью,  что впору было испугаться. Впрочем,  я не испугалась и не обиделась. И не таких видали.
- Она самая. Юнис,  расскажите мне все,,  как было?
- откуда вы узнали об этом месте?
- Иннис рассказала.
- Иннис? Что...
- С детьми все в порядке, - успокоила я Юнис. - А вот вашей сестре плохо. Она полезла дранку поправлять,  да упала. Лежит теперь,  болеет.
Юнис схватилась за голову.
- Вставать ей нельзя, - добила я женщину. - Лежать,  лежать и еще раз лежать,  не то худо будет. Я ее расспросила,  вот и вскрылась истина. В город вам нельзя,  стража схватит,  а вот мне в стражу можно. Авось,  послушают. Так что рассказывайте,  Юнис.
- Что рассказывать?
- Про госпожу Литорн.
- А что тут говорить? Это ж я ее убила...
- Как именно?
- Снотворного накапала... да вы и так знаете...
- Рассказывай,  Юнис. Рассказывай. Мне кажется, что в этой истории мы обе не все знаем.

***
Рассказ Юнис был прост, как коровье мычание. Да,  влюбилась. Да,  в пузике у нее наследник Литорнов. И - трижды да!
В то утро госпожа Литорн мучилась от боли. Камни из почек - штука неприятная, и даже очень. Почему рядом с ней оказалась Юнис,  а не Несси? Да кто  ж ее знает. Занята была чем-то, вот и подошла первая,  кто услышал. Госпожа Литорн,  хоть и покривилась при виде Юнис, но обезболивающее попросила.
Юнис послушно накапала пять капель.
Госпожа Лимира рявкнула на девушку,  мол,  мало.
Юнис добавила еще. И даже с лихвой.
Хотела ли она убить? Сложно сказать. Она отлично понимала,  что пока жива мама, сын на ней никогда не женится. Кинут, в лучшем случае,  монетку,  да и пошла со двора. И ребенок не поможет. Но убить?
Да,  наверное,  хотела.
Потому что когда по дому поднялась паника,  Юнис только обрадовалась.
Но она была рада и когда я пришла и спасла госпожу Литорн?
Да,  была. А потом пришел Мирий,  то есть любимый мужчина.  И сказал,  что Юнис надо бежать. Потому что мать пришла в себя,  обвиняет во всем именно Юнис, а он сейчас успокоить ее не может. Так что пусть она пока уйдет,  а он поговорит с матерью, успокоит ее,  убедит...
- Он знает,  что ты беременна?
- Нет.
Ну,  я бы на это много не поставила. Мужчины тоже бывают наблюдательными.
- Срок какой?
- Второй месяц.
Тогда может и не знать. И все равно...
- Зачем ты брала нож для рыбы?
- Я его не брала. Я ж не кухарка...
- И на кухне не бываешь?
- Почему? Бываю. Мы там едим, да много чего там...
- и нож тот не видела?
Юнис посмотрела уже зло.
- Я. Его. Не брала.
- Хм-м...
- Да и зачем мне? Это Несси пусть возится,  а на мои руки погляди?
На руки Юнис я поглядела внимательно. Крупные,  но хорошей формы,  ногти отполированы, кожа белая... с такими руками полы намывать не станешь. И рыбу чистить - тоже. Руки не служанки,  а любовницы.
- К госпоже Лимире ты еще раз не заходила?
- Нет...
Я потерла виски. Картина складывалась очень и очень нехорошая.
- Юнис,  а ты знаешь,  что женщину травили два раза?
- Два? Раза?
- Именно. Первый раз,  я так понимаю, ты. А второй раз кто? Если ты клянешься,  что не прикасалась к снотворному? И нож не брала? И к ней не поднималась?
Говоря все это,  я внимательно наблюдала за Юнис. Очень внимательно.
И выводы получались грустные.  Судя по реакциям,  по дрожанию губ,  по испуганным глазам,  она мне и правда не лгала. Зато знала, кто лгал нам обеим. И... уже боялась этого знания.
- Юнис?
- Ты думаешь...
Я не думала. Я отлично помнила,  как господин Литорн позвал лакея,  а потом мы ждали стражу. И он выходил в уборную,  а потом вернулся с мокрыми руками и волосами. Тогда я не придала этому значения,  а вот сейчас понимала... мог!
Я думала,  что его тошнило,  вот и результат, а он вместо этого... мог ли он быстро подняться к матери,  скормить ей остаток снотворного,  а потом метнуться к Юнис?
Вполне.
В комнате госпожи Литорн была вода?
- Да. Кувшин с цветами.
Тогда мог и наоборот. Сначала отослать Юнис, так,  на всякий случай,  а потом подняться наверх. Влить беспомощной матери капли в рот, смочить руки и волосы водой из кувшина - и обратно,  вниз...
Мог,  еще как мог.
Есть Юнис в доме - отлично,  на нее все спишется.
Нет? Еще лучше! На отсутствующих что хочешь повесить можно!
Мы с Юнис смотрели друг на друга,  наверное,  минут пять,  а затем я махнула рукой.
- Ну  что,  пошли?
- Куда?
- К моему знакомому стражнику.

***
Юнис я уговаривала примерно час. Но ближе к ночи,  когда закат отгорел над дюнами и скалами,  она таки согласилась,  и мы побрели в город. Хорошо,  что желтый город на ночь не закрывают.
Белый - да. Там несколько ворот, закрыть их - и проблем не будет. Зеленый условно,  но перегораживают улицы и патрулируют. А в желтом городе жизнь ночью кипит. Иногда и обжечь может,  по неосторожности.
Да и как его перегородишь,  если тут и рыбаки,  и причалы,  и половина домов стоит над морем?
На наше счастье,  господин Самир жил именно в желтом городе.
А интересные ощущения,  когда ты ночью скребешься в чье-то окошко. Не к тебе, а ты сама.
- кто там?
- господин Самир,  вы бы не могли нас впустить?
- Кто?
- Ветана. Помните,  лекарка?
Пара секунд молчания...
- Госпожа Ветана? Сейчас открою! Что случилось?
На Юнис он смотрел уже без восторга. Но нашу историю выслушал от самой Юнис,  и покачал головой.
- Так... а ты понимаешь,  что тебя ищут?
Юнис кивнула.
- Если б она не убедила,  я бы лучше в дюнах сдохла...
- Кому лучше?
- Ну...
- У тебя ребенок будет,,  ты себя беречь должна, дуреха, а не шляться абы где. Небось,  и не ела ничего с утра?
Госпожа Самир мне ужасно понравилась. Вот как бы вы отреагировали,  если бы к вашему мужу ночью ввалились две растрепанные девицы? Одна-то ладно,  знакомая,  небось,  и детей его пользовала, а вторая? Которая так выглядит,  что впору за известные услуги доплачивать?
Я бы,  может,  и метлой приветила. А она спокойно предложила умыться с дороги, налила нам по кружке молока и подвинула поближе плюшки.
Юнис их сметала,  как акула  тунца.
- Не ешь всякую гадость,  я тебе сейчас рагу разогрею. А вам,  госпожа Ветана?
Я покачала головой.
- Спасибо. Я поела...
- Да где уж вы там поели? Не объедите вы нас,  успокойтесь!
За это я и не беспокоилась. Расплачусь взаимозачетом - вылечу кого из них бесплатно,  если что. Но есть на ночь не хотелось. Я голодная, не удержусь,  налопаюсь,  а потом и спать плохо буду,  и желудок  заболит...
- А можно еще молочка попросить? Вкусное оно у вас...
- Так я коровку абы чем не кормлю,  груши добавляю... извини,  Сим.
Это господин Самир многозначительно вздохнул,  напоминая,  что корова и груши это важно,  но у нас и другие дела есть.
- Так... Понимаешь,  в чем беда? Если б ты не сбежала,  могла бы оправдаться. А сейчас,  тебя сначала по морде приветят,  а потом уж выслушают. Думаю,  на это он и рассчитывал...
- Сам он,  естественно,  не признается, - кивнула я.
- Загнать его в Храм? Так они и согласились помочь!
Я кивнула.
Отличить правду от лжи - это высшая ментальная магия. Магия разума. Таких специалистов единицы на страну, уж в страже они точно не работают.
- А как тогда быть?
- Не знаю, - Самир поморщился. - Вот просто - не знаю. Пытка... но ты-то ее не выдержишь! Божий суд...
Я медленно пила молоко. И размышляла.
Правду знает только господин Литорн. Надо просто, чтобы он это сказал.
Какие у него слабые места?
Да он сам - одно большое слабое место. Внушаемый,  легко поддающийся, достаточно истеричный... если бы он увидел призрак покойной матери - все бы выдал.
Но этого я обеспечить не могу.
А вот Юнис...
- А у меня есть одна идея, - подала я голос. - Только тут нужно общее участие...
Три пары глаз с интересом поглядели на меня. Я усмехнулась - и принялась выкладывать.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Онлайн Wens

  • Генерал- лейтенант
  • *

+Info

  • Репутация: 415
  • Сообщений: 3257
  • Activity:
    11%
  • Благодарностей: +2701
  • Пол: Мужской
  • В жизни всегда есть место для простого и вечного
Re: Гончарова Галина. Тропой лекаря
« Ответ #19 : 07-08-2017, 06:37 »
+3
You are not allowed to view links. Register or Login
***
Мирий Литорн наслаждался утром. Все было замечательно.
Никто им не командовал, не требовал неясно чего, не ругался, не выяснял отношений...
Можно было просто сидеть в гостиной и попивать малиновый взвар. Красота...
Свежайшие плюшки, булочки с кремом и рогалики с вареньем довершали портрет прекрасного утра, которое, будем надеяться, превратится в прекрасный день.
Мирий набил трубочку, раскурил ее, и в очередной раз подумал, что жизнь прекрасна.
В дверь постучали.
- Господин Литорн, к вам стражник...
- Ну, так проси?
Стражник оказался знаком Мирию. Он приходил, расследовал убийство его несчастной матери.
- Доброе утро?
Вопрос был задан с оттенком легкого недовольства. К чему портить такое замечательное утро какими-то служебными вопросами?
Однако стражник на недовольство привычно наплевал и присел за стол. А заодно налил себе взвару, и, не спросясь, потянул с блюда самую крупную булочку.
- Вы сегодня страже часок не уделите ли, господин Литорн?
- А что случилось?
- Да тело опознать требуется.
Кресло чуть покачнулось под Литорном.
- Тело?
- Нашли, кажись, вашу служанку. Утопленница она... вот проверить бы, та, аль не та?
Мирий улыбнулся. Этак барственно-снисходительно.
- У нее есть родные...
- Сестра больна, дети малы. Остаетесь вы. Так вы не согласны?
- Я согласен.
Чего не сделаешь ради торжества законности...

***
Через два часа Мирий стоял в морге. Там лежали тела утопленников. Было холодно, темновато и неприятно пахло, но ради всеобщего блага чего не сделаешь!
Мужчина поежился и взглянул на стражника.
Тот подошел и откинул простыню с одного из тел.
Мирий вздрогнул.
Это действительно была Юнис, но какая!
Утопленники красотой не отличаются. Бледное лицо с какими-то сине-багровыми разводами, серые губы, закатившиеся глаза, непонятные пятна на коже...
А запах...
Из приоткрытого рта покойной свисала какая-то водоросль.
Мирий передернулся. Повернулся к стражнику, собираясь сказать, что да, это Юнис, но не успел.
Просто рядом с ним никого не было. Он остался один на один с трупами.
- Зссссачемммм ты убиииил меня?
Голос был тихим, каким- то неживым, и пробирал до глубины души.
Мирий подскочил на месте, дернулся, и увидел, как Юнис поднимается на своем ложи. Простыня сползла еще ниже, открывая трупные пятна на груди и животе, глаза покойницы были закрыты, водоросль высунулась еще больше...
- Зссссачемммм ты убиииил нааааасссс? Я проссссто хотела родииииить тебе ребеееенка... А ты убил меня, убил его, убил сссссвою мать, убил насссссс всссссех... Зссссачемммм?
Голос пробирал до глубины души.
- Я не хотел! - взвизгнул Мирий. - Это все ты! Ты сама!!!
- Ты подтолкнул меня. Ты обещшшшшшаааал, что женишьссссся...
Ага, нашла идиота! Конечно, вслух Мирий этого никогда не сказал бы, но сейчас у него вырвалось:
- Мать никогда бы не позволила!
- Ты убииииил меня, убиииил ее, убил нашшшшшего ссссынааааа! Зссссаааа чтооооо?
Юнис встала и медленно направилась к Мирию. Мужчина шарахнулся так, что впечатался в стену. Бросился к двери - закрыто. Замолотил по ней кулаками.
- Пустите!!! Выпустите меня!!!! НЕМЕДЛЕННО!!!
На крики никто не спешил, а жуткая утопленница все приближалась и приближалась.
- Я просссссто хотела быть сссссчассссстливой...
Выдержать такой кошмар долго не смог бы никто. Мирий не оказался исключением. Загнанная в угол крыса всегда кидается в лицо охотнику, и эта скотина не оказалась исключением.
- Да!!! Я виноват! Но вы мен просто не давали жизни! Ты все требовала, просила, угрожала, мать давила и давила.... я думал, с ума сойду! Ребенка? Да нужен мне был ребенок от шлюхи! Мало ли кто там его отец!? А так сдохли вы - и прекрасно! И не лезь ко мне, тварь! - Мирий наконец нащупал на шее амулет Светлого и махнул им в сторону нежити. - Сгинь!!! Рассыпься!!!
- Ах ты, сукин сын!
Утопленница одним прыжком преодолела расстояние до Мирия и вцепилась ему в горло. Мирий взвыл еще громче.
И не сразу понял, что дверь открылась.
На пороге стояли довольные стражники.
- отцепись от него, девочка. Он свое еще получит.
- Нет уж, - злобно прошипела Юнис. - Я и еще один грех на душу возьму, не пожалею...
Женщину все-таки оттащили. Юнис плевалась, царапалась и гневно шипела. Стражник, который привел его в морг, повернулся к Мирию. Вид у господина Литорна был своеобразный. Потрепанный, заплеванный, исцарапанный и даже слегка покусанный.
- Пожалуйте в тюрьму, господин Литорн. У нас закон справедлив. И вы ответите, и ваша помощница.
Тут-то Мирий и взвыл втрое громче, тут-то и пожалел о мамочкиной тирании. Да поздно было.

***
- Кошмар какой-то, - спустя два дня я угощала взваром господина Самира. - На что только не пойдут люди...
- Вам, госпожа Ветана, этого не понять. Вы слишком порядочная, - стражник прихлебывал взвар и таскал с блюда свежие плюшки (благодарность за удаленный у пекаря зуб). - А этот гаврик давно хотел избавиться от материнской опеки.
- Ну и ушел бы? Начал свое дело...
- Мать ему не дала бы.
- Он мог бы уехать втайне от нее, - пожала я плечами, - кто хочет, тот выход всегда найдет.
- Это верно. Только вы забываете, что ему пришлось бы тяжко трудиться, начинать с самых низов, жить в трущобах, считать медяки...
- Не вижу в этом ничего предосудительного.
- Вы не так воспитаны, госпожа Ветана. Вам приходилось в жизни всего добиваться самой. А тут избалованный мальчик, из богатой семьи, которому с детства все преподносилось на золотом блюдечке... и ему надо от всего отказаться. Рассчитывать только на себя, забыть о приятной и спокойной жизни...
Я криво улыбнулась.
- Да, господин Самир, наверное вы правы.
- Вот он и придумал план. Мать, хоть и болела, но дело выпускать из своих рук не собиралась. Одновременно, она понимала, что сынок - взрослый мужчина, и - да. Юнис приискали по ее просьбе, чтобы мальчик не подхватил какой дурной болезни. Мирий подумал - и принялся влюблять в себя женщину. Ему это удалось достаточно быстро. Юнис легко поверила, что если бы не госпожа Литорн, Мирий женился бы на ней. Она получила бы все. Роскошные платья, деньги, свой дом...
- В хорошее так легко верить...
- Этим и пользуются все подлецы, госпожа Ветана.
- Но Юнис и сама хороша...
- Да. Мирий аккуратно подталкивал ее к убийству, и капли она действительно накапала госпоже Литорн сама. Но вы успели вовремя. Тогда Мирий, понимая, что мать спасена, и дальше в его жизни ничего нее изменится, принялся действовать. Он напугал Юнис арестом, сказал, что сейчас ей надо уйти...
- А сам поднялся к матери. И влил ей остаток капель. А я в это время сидела внизу и ни о чем не подозревала...
- А как вы могли что-то подозревать? Кто мог бы заподозрить такого любящего и почтительного сына? Он же постоянно говорил только о матери. Утренние цветы для мамы, любимые пирожные для мамы, вечерний поцелуй для мамы...
Я поежилась.
- Я надеюсь только, что госпожа Литорн не узнала, кто именно отравил ее.
- Мирий говорит, что она была без сознания.
Слабое утешение. Но все же...
- Если бы она все видела, у него никогда не хватило бы смелости. Так что... он убил мать и спустился к вам, вниз.
- А что теперь с ним будет?
- В этой истории невиновных нет. Виновата и Юнис, виноват и Мирий...
- И?
- Они оба отправятся на каторгу. Она - на пять лет, он - на десять лет.
- Она же беременна...
- До родов ей дали отсрочку.
- А ребенок?
- Он признан полноправным Литорном. Состояние он унаследует, под присмотром сестры Юнис...
- Как-то это несправедливо.
- Почему? В чем виноват ребенок? Кстати, единственный внук госпожи Литорн?
- Просто его мать выйдет с каторги и вернется к нему. Получится, что деньги, ради которых она пошла на преступление, она все равно получит?
Господин Самир покачал головой.
- Госпожа Ветана, это - каторга. Поверьте, это действительно страшно. Не факт, что она останется жива, но даже если и так... До родов она поживет в Храме, там ей не дадут сделать что-то с собой или с ребенком, да и малыш родится здоровым. А потом она родит - и через три дня ребенка оторвут от нее. На несколько лет. Это достаточное наказание за ее глупость и алчность.
Я пожала плечами.
Но, действительно, кто во всей этой истории пострадавшие?
Госпожа Литорн, только ее уже не вернешь.
Ее внук.
Иннис и ее дети.
По большому счету все достанется им, а Иннис производит впечатление порядочной женщины. Хотя кто знает, что там будет дальше?
Какие все-таки страшные существа - люди.

Глава 15.

Стук в окно давно стал для меня привычным и родным. А сейчас еще и приятным. Хоть от вредных мыслей отвлекал.
Тошно было.
Ну да, я вот такая девочка из бедной семьи, которая вынуждена всего добиваться сама, трудиться...
Интересно, господин Самир так плохо разбирается в людях, так нагло врет, или это я в роль вжилась? То, что было у Литорна, медяшки по сравнению с моим состоянием. А я живу в желтом городе, работаю за гроши, отлично общаюсь с жителями 'городского дна' и чувствую себя... счастливой?
Именно так!
Я довольна своей жизнью.
Мне нравится мой дом, и я хотела бы выкупить его в свое пользование. Мне нравится моя работа, и я получаю от нее удовольствие. Мне нравится моя жизнь.
Я отвечаю за себя сама, я самостоятельна, свободна и счастлива.
И только сейчас понимаю, как много сделала для меня бабушка, когда твердила: 'Учись, Ветка! Женщина может позволить себе многое, если она самостоятельна. Будет у тебя дело в руках, будут знания - в любом месте выживешь!'. Спасибо тебе, родная...
Дверь я открыла без опаски.
Мужчина, который стоял на пороге, выглядел настоящим аристократом. Тонкие черты лица, благородная седина на висках, военная выправка... Болен?
А вот больным он совершенно не выглядел.
- Добрый день?
- Здравствуйте. Госпожа Ветана?
- Да. А вы...?
То есть кто вы и откуда вы меня знаете. А заодно - чего надо? Эх, воспитание мое, благородное... Другая бы сейчас все в глаза выпалила, а я и того не могу!
- Карнеш Тирлен. Лекарь. Может быть, вы обо мне слышали?
Слышала?
Да весь Алетар слышал.
Карнеш Тирлен был одним из самых лучших лекарей Алетара. Причем, самостоятельным, независимым и разборчивым. Мог лечить бедняков за медяки, работал в королевской лечебнице для неимущих, мог отказать графу или герцогу... и отказывал. Было дело...
От восхищенного вопля я удержалась усилием воли.
- Да, господин Тирлен. Вы ко мне в гости?
- Пожалуй, что и так, госпожа Ветана. Не пригласите войти?
- Входите, коли с добром пришли...
Я отошла от двери, освобождая проход. Господин Тирлен прошел внутрь, окинул домик взглядом лекаря, одобрительно кивнул. И на чистоту, и на развешанные над очагом пучки трав, и на пилочки-щипчики-ножички...
- У вас тут неплохо, госпожа Ветана.
- Благодарю.
Я не спрашивала ни о чем. Сам выскажется.
- Госпожа Ветана, мне рассказал о вас герцог Моринар.
Я опять промолчала. А что тут можно сказать? Что это плохая рекомендация? Это для меня, у всех остальных другое мнение.
- Он сказал, что виноват перед вами?
Мне зверски захотелось выглянуть за дверь и проверить - на месте ли небо, море и Алетар. И не плавает ли у побережья дохлый кракен.
Герцог? Виноват?
Точно, где-то что-то сдохло.
- Так же он сказал, что извинений вы от него не примете, но кое-что он может для вас сделать. Он побеседовал со мной, и я приглашаю вас к себе в ученицы.
Воплей восторга мужчина не дождался. Приглашает он! А жить на что? К тому же, ученики сильно зависят от своего учителя, а мне это не подходит.
- Господин Тирлен, у меня практика. И люди...
- Я понимаю. А потому предлагаю вам иные условия. Обычно ученики неотступно находятся при мастере. Вас я буду приглашать на самые интересные случаи. Два дня из десяти, второй и шестой день, я практикую в больнице для бедных. И буду рад видеть вас там же.
Вот на такое предложение я была согласна.
- Благодарю, господин Тирлен. Это мне подходит.
- В случае эпидемий или чего-то неожиданного, я провожу там больше времени. Но пока нам и двух дней хватит, госпожа Ветана.
- Еще раз благодарю. Если я не ошибаюсь, второй день - послезавтра?
- Да. Я прихожу на рассвете.
- Я тоже буду в больнице.
- Как мне можно называть вас? Госпожа Ветана - это долго и неудобно, не так ли?
- Вета. А...
- Обычно, мои ученики обращаются ко мне 'наставник'.
Я пожала плечами. Почему бы нет? Мы не настолько близко знакомы, чтобы я допустила подобные вольности. Господин Тирлен может называть меня сокращенным именем, как наставник, но я его - нет. Это уже недопустимо.
- Может быть, я предложу вас взвар? Или...
- Не стоит, госпожа Ветана. Я приходил поглядеть на вас. Вижу, Рамон не преувеличил.
- Рамон?
- Моринар. Вы...
- Мы не были официально представлены, - не солгала я. А попросту - меня не интересовал белесый палач. Ни в каком виде. Хоть его сахаром облепи со всех сторон!
Вот!
- Вы сильно на него обижены.
- У меня есть на то причины, господин Тирлен.
- Рамон бывает резковат...
- Возможно, господин Тирлен.
Всем своим видом я показывала, что герцог Моринар, урожай брюквы, проблемы коровьих подков и дойки чаек мне одинаково интересны. Лекарь понял это и кивнул. Поднялся с места, повернулся к двери.
- Буду ждать вас, госпожа Ветана.
- Благодарю, господин Тирлен. До встречи.
Дверь тихо закрылась, а я в восторге закружилась по комнате.
Да уж!
Себя не обманешь!
Я недопустимо мало знаю. И сейчас мне чудом удается избегать ошибок. Выручает магия, но всю жизнь на нее полагаться не станешь. А вот господин Тирен творит все то же, что и я, но без магии. Просто чутьем, умением. Знаниями...
Знаниями, которых у меня катастрофически не хватает. А ведь цена моего невежества не испорченная шаль, не загубленная плюшка, не протухшая рыбина.
Цена моей оплошности - человеческая жизнь.
Вот, как с госпожой Литорн.
Это ведь и я виновата в ее смерти. Что не смогла спасти второй раз.
Магия? Не худо бы к ней и знания приложить.
Учиться, учиться, учиться... УРА!!!

***
Следующий стук в дверь я восприняла вполне спокойно.
А зря.
- Госпожа Ветана?
От холопа, который воздвигся на пороге, так и веяло чем-то неприятным. Неопределимым, но неприятным. Так бывает, когда где-то под половицей крыса сдохла. Пованивает...
Неясно - откуда, но ощутимо и неприятно.
Вот если продолжать аналогию с домами - у этого человека целый крысятник почил смертью безвременной.
Спасибо моему воспитанию.
Внешне я была совершенно спокойна. Улыбнулась, сделала пригласительный жест рукой.
- Добрый день, светлый...?
- Лелуши. Слуга Шантр Лелуши, к вашим услугам, госпожа лекарка.
- Ветана. Что привело вас под мой скромный кров?
Да, не из простых свиней свинья. Не холоп, целый слуга. Значит, и храму полезен, и что-то у него в запасе есть...
- Да вот, желудок разболелся...
- Так что же вы стоите?! Проходите, присаживайтесь!
Слуга Лелуши прошел в дом, послушно уселся в удобное кресло и воззрился на меня невинным взглядом.
Я уселась на свой любимый стул и улыбнулась в ответ. Невинно-невинно, как мой братец, когда запихивал в вещи мамы живого ужика.
- Желудок? А что кушали?
Слуга Лелуши пустился в длительный рассказ.
Судя по его словам, желудок у мужчины болел регулярно. После жирного, тяжелого, острого, сладкого... язва?
Вполне возможно.
Эх, сейчас бы тебя своим даром прощупать, да нельзя.
Магия рвалась на волю, но я придавила ее, словно кошачий хвост - тапкой. Пусть не дергается, не до нее! Радом с храмовниками я магию применять не буду, пусть хоть загнутся всем составом!
- Госпожа лекарка?
- Вам бы сочку попить. На голодный желудок. Сможете приготовить?
- Какой сок?
- Картофельный в смеси с морковным. Половина стакана одного, половина - другого. Натощак. Вот как встали утром...
- Тяжко это, госпожа Ветана. Служба... Нет ли какой настоечки?
Я подумала еще немного, и полезла на полки. Где там у меня был древесный гриб?
Измельчить чагу было несложно, потом добавить меда из соотношения один к двум, залить водой и протянуть слуге Шантру.
- Пусть постоит три дня в темном месте, потом пейте с утра по маленькой рюмочке. Натощак. Закончится - еще придете.
Побочным эффектом настойки была бессонница, но какая разница? Авось и не поспит, не жалко, чай, не в кузнице работает... И на службу в храме не опоздает.
- Благодарствую, госпожа Ветана. Так уж мне вас расхваливали, так расхваливали...
Я вежливо улыбалась, всем своим видом демонстрируя, что лекарство получил - и свободен. Куда там! На слугу это не действовало.
- Говорят, и ручки у вас золотые, и настойки чудесные...
- Так секрет несложен. Мало кто ко мне идет, вот и удается всем помочь, - пожала я плечами.
Чуть покривила душой, но разве это важно?
- Госпожа Ветана, вы скромничаете. Я тут с людьми беседовал, так они вам чуть ли не магические силы приписывают...
Опасность!!!
Внутри меня словно громадный колокол забил.
ОПАСНОСТЬ!!!
Спасибо маме - внешне я даже бровью не повела. Так же улыбалась, спокойно и ровно.
- Какие силы, слуга Лелуши? Были б они у меня - разве я бы тут сидела?
- И то верно. Маги жизни все наперечет...
А глаза внимательные, въедливые, умные... вот ты, значит, зачем пришел?
Второй этап проверки?
Не удивлюсь, если у тебя и артефакт какой с собой имеется, чтобы мою силу почувствовать.
Ан нет!
Пока все внутри меня, ничего ты не увидишь, спасибо амулетику. Если б я хоть один щуп выпустила, попробовала бы понять, что с тобой, ты бы сразу понял, кто я. А я удержалась.
Как чуяла.
Или просто - почуяла?
- Что-то мне часто про них говорят, - задумалась я.
Лелуши вскинул брови. Насторожился.
- А кто еще?
- Да есть тут одна дама...
- Я ее знаю?
- Госпожа Арнейт. Фатина.
- Да, очень благочестивая прихожанка.
Кто бы сомневался. Небось, все полы в Храме юбкой протерла, стервь старая...
- Вот, она мне про магов жизни рассказывала. Хорошее это дело, наверное...
- Богоугодное. И душеспасительное.
- Жаль, не всем дано. Знаете, как бывает? Вот лекари просят-молят, а нет им дара. А какой-нибудь придворный бездельник, которому всех интересов только балы да наряды, получит дар, а к чему он ему?
Шантр Лелуши закивал.
- И то верно, дитя света. И то верно... Иногда дается людям, а вот для чего... но на то Его воля, и не нам, скудоумным, ее обсуждать.
Я закивала, удерживая на лице то же выражение вежливой заинтересованности.
- Тяжкий это дар, наверное. Вот я бы на себя такую ответственность не взяла. Никогда.
Да кто б меня спрашивал?
- Если дар использовать во благо...
А определять степень благости Храм будет это понятно. По полезности Ему и Его делу. И никак иначе.
Разговор тянулся еще минут пятнадцать, то сворачивая на магов жизни, то уходя в сторону лечения язвы, слуга крутил и вертел, я не уступала...
А когда-то сердилась на маму! А оказывается, навыки общения в свете, они тоже нужны в обычной жизни?
Сказать кучу слов ни о чем, поддержать разговор так, чтобы ничего не было понятно...
Какое полезное умение!
Наконец я выпроводила господина Лелуши, и в изнеможении прислонилась к косяку.
Чтоб тебе обе ноги переломать по дороге! Явился тут...
Бабуля, спасибо тебе! За науку, за амулет, за все спасибо!

***
Слуга Шантр был недоволен.
Как-то не так прошел разговор. И опыт тоже прошел не так. И вообще...
Артефакт на энергию мага жизни не отозвался. Никак.
Девушка с охотой поддерживала разговор ни о чем, беседовала и о магах жизни, но является ли магом она сама?
Неясно.
Или у нее лучший самоконтроль из всех, которые он видел, или она самый обычный человек... как бы проверить?
Он обязательно что-нибудь придумает.
Уже придумал.
И Шантр бодрым шагом направился в сторону портовых кварталов. Чтобы у слуги Храма не нашлось полезных и нужных знакомых, которые готовы совершенно бескорыстно, во имя спасения души, оказать ему небольшую услугу?
Вы сами-то в это верите?

***
Вечером окно едва не снесли с петель.
Слуга ломился в него так, словно в домике его ждала принцесса в жены и полкоролевства в придачу.
Пришлось разочаровать.
- Что случилось?
- Маркиза Террен просила вас привезти. Маркизу плохо!
И что мне оставалось делать? Только оглядеть себя - все скромно, достойно, серое платье оживляют воротник и манжеты, волосы гладко зачесаны назад, и сесть в экипаж.
Сейчас мне руку подали без напоминаний. И даже поклонились. Приятно...
Маркиза выбежала мне навстречу, прямо на улицу.
- Госпожа Ветана! Госпожа Ветана!!! ПОМОГИТЕ!!!
Я выпрыгнула из кареты, едва не зацепившись платьем о ступеньку.
- Что случилось, ваше сиятельство?
- Мой муж умирает!
- Светлый! Как же это?!
Маркиза схватила меня за руку, и потянула в дом, не переставая говорить.
- госпожа Ветана, мой муж... после того, как вы поговорили с ним, он смог... ну, вы понимаете.
Я кивнула.
- Я рада, что благодаря моим усилиям у вас появится законный наследник. К тому же я дала клятву в Храме, так что вся эта история останется между нами.
На меня бросили признательный взгляд.
- Госпожа Ветана, вы чудо. Но после того как... моему мужу стало плохо.
- Сразу же?
- О, нет. Он уже ушел от меня, а потом, по свидетельству его личного лакея, схваьтился за горло, захрипел, и упал посреди коридора.
- Такое тоже бывает. Если это удар...
- А от чего он мог случиться?
- Возраст уже не детский. Госпожа маркиза...
- Даилина. Называйте меня Даилина, так проще. К тому же мы примерно ровесницы?
- Да... Даилина. Вы можете называть меня Ветой.
- Хорошо, Вета. Так вот, господин маркиз вышел от меня, и практически сразу упал.
Я прикусила губу.
Плохо, очень плохо. С одной стороны.
Маркиз все же умирает, и случилось это после приема моего зелья. Второе, призванное убрать последствия, видимо, принять он не успел. Не стал при жене, или оставил в комнате, или... кто ж его сейчас поймет?
- Его сиятельство может говорить?
- Нет. Только поводить глазами.
- Плохо.
С другой стороны... маркиза я боялась. Такой мог и приказать прикончить меня, как только отпадет надобность. А сейчас эта угроза неосуществима. Кто ж будет выполнять приказы полутрупа?
Вот и выходит, что и жалко, и в то же время... и жалеть его не получается?
Даилина хлопнула дверью комнаты, и я насладилась зрелищем.
Маркиз лежал на кровати, на которой можно было бы еще десяток маркизов разместить, что вдоль, что поперек. Слуги суетились рядом, изображая бурную деятельность.
Кто-то обмахивал хозяина здоровущим веером, кто-то суетился рядом, переставляя баночки и скляночки, два лекаря ожесточенно спорили...
Госпожа маркиза поглядела на этот бардак, сдвинула брови и ловко выцепила из общей массы представительного седого мужчину.
- Сайшен, что тут происходит?
- Это... госпожа маркиза...
- Если через пять минут вся эта толпа еще будет здесь - ты уволен.
Сказано было так четко, что сомнений у дворецкого не возникло. И мужчина развил бурную деятельность. Первыми комнату покинули слуги, за ними и служанки, подстегнутые зверской гримасой, а два лекаря остались 'на закуску'. Но ими занялась сама госпожа маркиза.
- Господа, прошу вас!
Лекари воззрились на нее со сложным выражением. С одной стороны - что это за баба лезет в мужской разговор, да еще и лечение пациенту подобрать мешает?
С другой - она же и платит! А кто платит - с тем не спорят.
Маркиза очаровательно улыбнулась.
- господа, прошу вас ко мне в кабинет. Обсудим вопросы лечения...
Подхватила обоих мужчин под руки и изящно вывела из спальни, по дороге подмигнув мне. Мол, я на вас рассчитываю...
Я выдохнула.
Закрыла дверь и подошла к кровати маркиза.
И - отшатнулась.
На меня смотрели совершенно осмысленные, живые и ясные глаза. А ведь он все понимает. Внутри этого немощного тела кроется совершенно ясный и живой рассудок, вот как! Он просто лишен сил и возможности что-либо сказать.
Но так эти глаза смотрели на меня...
Ты же лекарка! Сделай хоть что-нибудь! Пожалуйста...
И я не выдержала. Я дура, да?
Кто бы сомневался.
Только не могу я его так оставить. Дар словно с цепи сорвался, впился во внутренности тысячей зубов и когтей.
Ты же лекарка! Не смей ставить свои интересы выше своего дара! Не для того он тебе достался!
Я осторожно взяла сухую старческую руку, прощупала пульс.
- господин маркиз, вы можете моргать?
Веки медленно опустились. Пульс не участился, и то хорошо.
- Тогда я спрашиваю, а вы отвечаете. Один раз моргнуть - да. Два - нет. Это понятно?
Веки опустились один раз.
- Господин маркиз, вы выпили возбуждающее зелье. Оно подействовало?
 - Да.
- Второе зелье вы не выпили? Постеснялись при маркизе? Нет? Хотя стеснение - это не для вас. Но вы не хотели показать свою слабость? Почувствовали себя дурно после... первого зелья, решили полежать, а когда пошли за вторым, все и случилось?
- Да.
- Вы так лежите с утра.
- Да.
- Вы хотите обрести дар речи, ну... насколько все получится?
- Да. Да! Да!!
- Тогда вам придется мне довериться.
 - Да.
Я достала склянку с зельем. Подумала, и убрала легкое снотворное обратно. Больной в таком состоянии, что любая соломинка может стать последней.
- Вы сейчас закроете глаза и не откроете их, пока я не разрешу. Не станете ни подглядывать, ни каким-либо образом мешать мне. И поклянетесь, что никому не разгласите мою тайну.
- Да.
- Чтобы не было недоразумений, я поясню сразу. Я маг воды, только очень-очень слабенький. А ваша болезнь - это как раз по моей части, нарушение тока крови. Если у меня что-то получится... вы сразу это поймете. А не открывать глаза, не шевелиться и не мешать мне я прошу потому, что я очень слабый маг. Нарушить мое сосредоточение может что угодно, а это не в ваших интересах. Вы поняли?
- Да.
- Я могу рассчитывать на ваше благоразумие?
Могла бы и не спрашивать. Такая надежда горела в серых глазах...
- Да. Да!!!
- Тогда закрывайте глаза. Я задвину засов и попробую.
Маркиз беспрекословно повиновался. Я дошла до двери.
Засов легко скользнул в пазы, а меня опять одолели сомнения.
Что я делаю? Это сейчас маркиз готов на все, хоть звезду с неба пообещает, только вот что будет, когда он выздоровеет? Не сдадут ли меня Храму? Или оставят для личного пользования, или будут шантажировать?
Только и выбора у меня не было.
Дар все громче пел в моей крови. В чем-то это сходно с ядовитым дымком, которым балуются наркоманы. Попробовав, ты уже никогда не отвыкнешь от него, ты будешь просить все больше и больше, ты с ума сойдешь, если тебя лишат этого ощущения...
Так и с даром.
Начав с легкого, теперь он требует все более сложных случаев, оон разрастается и заполняет мня, выплеснуть его наружу - это как жизненная необходимость. И нельзя промедлить даже лишней минуты.
Мои пальцы легли на сухие старческие кисти.
Открой себя миру.
Вы с ним одно целое. Ты - его любимое дитя, ты получишь все, что попросишь. Мир открыт людям и потому ты всегда будешь просить для других и за других, ты не можешь иначе. Но и он тоже...
Мир любит тебя.
Открой ему свое сердце и прими взамен его любовь...
И сила хлынула сквозь меня раскаленным потоком.
Я выгнулась и застонала, и так же глухо, в унисон со мной, на кровати застонал маркиз.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

 

Похожие темы

  Тема / Автор Ответов Последний ответ
132 Ответов
14303 Просмотров
Последний ответ 05-02-2017, 19:14
от Kard
4 Ответов
1352 Просмотров
Последний ответ 11-09-2015, 15:19
от surgutfred
66 Ответов
8681 Просмотров
Последний ответ 10-04-2016, 14:39
от Wens
59 Ответов
2913 Просмотров
Последний ответ 20-03-2017, 05:29
от Wens
7 Ответов
177 Просмотров
Последний ответ 18-05-2018, 15:28
от Kard

Напоминаем, для того чтобы отслеживать изменения тем на форуме нужен валидный (работающий) е-майл в Вашем профиле + подписка на тему из свойств меню темы (Уведомлять -вкл.). НЕ рекомендуем пользоваться ящиками на Mail.ru (часто письмо просто не приходит). В случае попадания (проверяем) писем с форума в папку СПАМ (этим грешат некоторые сервисы) указываем майл клиенту или сервису - НЕ спам.