Приват- клик по "человечку" слева от ника форумчанина. Паблик- стереть двоеточие (или символ @) ника юзера.

Автор Тема: Широков Алексей, Шапочкин Александр -- Варлок  (Прочитано 11430 раз)

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 6

 

– Ну… в общих чертах я понял, – хмыкнул я, задумчиво потерев подбородок, когда Валентин замолчал. – Обидели «хорошего человека», друга твоего дяди, да ещё «долг» повесили. В полицию ему обращаться никак нельзя, но есть люди, которые готовы помочь, однако им нужен ударник. Правильно излагаю?

– Угу, – сидящий напротив меня парень серьёзно кивнул. – Но, как я уже сказал, дело это такое… щепетильное, рискованное, и к игре не относящееся. Поэтому, я прошу тебя не прямо брать и подписываться, а съездить, пообщаться с пареньком. А там уж – сам решишь, помогать или послать.

– А сам бы ты – согласился, не раздумывая?

– Я – другое дело, – покачал головой Валентин. – Игорь мне родной дядька и много хорошего для нас с мамой в своё время сделал. Фактически, после смерти отца, нашу семью из нищеты вытянул, мамку, можно сказать, из петли вынул. Считай, то, что я учусь в Пятом Магическом – на сто процентов его заслуга.

– Хм… – я задумчиво постучал пальцем по золотому российскому гербу, выгравированному на лобовой части собственного шлема, лежащего передо мной на столе. – Вот если честно, всегда почему-то думал, что ты у нас аристократ. А ты значит – имперский дворянин, из чиновничьих детей.

– Ага, – он улыбнулся. – Всё – сами, потом и кровью. Вот так вот! Не один ты у нас, Кузьмище из простонародья, да без титулов!

– Ну как без… я – герцог, – так, словно бы невзначай, бросил я, из чисто хулиганских побуждений.

«Байкал», стакан с которым в очередной раз свистнул у меня Валька, пошёл не в то горло и парень закашлялся, а затем с удивлением уставился на меня.

– Чего… – просипел он.

– Говорю, что я теперь – Герцог Ефимов, – изобразив деланное безразличие, ответил я.

– Гонишь!

– Не, а, – изображать из себя совсем уж высокородное пугало мне как не хотелось, а, потому, более не кривляясь, добавил. – Его Величество на меня эту удавку несколько дней назад повесить соизволил.

– А не поделитесь ли со мной Ваша Светлось, за какие это заслуги у нас семнадцатилетним оболтусам такие титулы раздавать стали? – мгновенно посерьёзнев, спросил меня приятель в довольно куртуазной манере, и даже подался вперёд, навалившись на стол. – Я тоже, знаете ли, не прочь… ну может не герцогскую, но хотя бы графскую корону примерить.

– Валька, сейчас в лоб получишь, – честно предупредил я.

– Да ладно тебе, –  парень поморщился, но заговорил нормально. – Не – правда! За что дали то?

Я быстренько огляделся, одними глазами, проверив, нет ли поблизости лишних ушей. Рассказывать всю правду, я естественно не собирался, но кое-что, сообщить ему было можно, тем более, что как я понял из объяснений поверенного Императора, это уже не являлось сколько бы то ни было значимым секретом для высшего света ну а остальная страна узнает об этом в ближайшие месяцы.

– Сам понимаешь… – медленно, нагнетая интригу, произнёс я. – Это тайна…

– Да ты меня знаешь, я в таких вопросах – нем как рыба! – возмутился Валентин. – Не томи!

– Всё Валька… – ещё медленнее сказал я, добавляя в голос менторских ноток, – …из-за баб.

– Из-за… баб? – парень непонимающе воззрился на меня.

– Ага, – печально вздохнул я, – всё из-за них, родимых. Все проблемы от них.

Валентин, мутным взглядом буравя бесконечность, медленно откинулся на спинку своего стула и замер. Затем в его мозгах что-то щёлкнуло, повернулось в нужном направлении, и он выдал потрясённым шёпотом.

– Кузьма… ты чё? Цесаревну огулял?

– Хуже, Валя… Хуже, – я печально вздохнул. – Двух.

Ту, изящно-матерную конструкцию, которую выдал Валентин и смысл которой сводился к тому, что некоторым особам как-то уж чересчур везёт, а другим приходится завидовать, мне даже захотелось где-нибудь записать. Ну так… на память потомкам. И только выговорившись, и залпом влив в себя остатки «Байкала», приятель вновь, так же тихо обратился ко мне.

– Слушай, – он нахмурился. – А как же Нинка? Мне казалось, что вы с ней…

– Ага, – я посмотрел ему прямо в глаза. – О нашей с ней официальной помолвке будет объявлено на наше Рождество. Вот такие дела приятель. Только болтать об этом – не нужно.

– Так Нинка… а я думал… ой ма-а-ать, – парень покачал головой. – Знаешь, Кузьма… знал бы – ещё тогда отбил бы. У меня ведь были все шансы!

– Ну… ты особо-то не страдай! – фыркнул я. – Я ведь ревнивый, обидеться могу.

– Куда уж мне. Теперь-то, – усмехнулся Валентин, потерев переносицу. – Ну, ничего… как ты сказал их две. Вторая вроде у нас в Колледже, в посольстве Первого квартирует. Сосредоточусь на ней. Я не гордый, не против быть у неё вторым…

– А хрен тебе! У тебя Ольга есть! – моя улыбка стала ещё шире. – А Инна – моя жена в магии. Так что даже не думай! Правда, я ещё не до конца разобрался…

– Фаворитка? – глаза парня округлились. – Погоди, погоди! Ты сделал Цесаревну своей фавориткой?!

– Да не ори ты! Не совсем и не то что бы я…

– И Император тебе ничего не оторвал? Наоборот – дал титул?

– Что-то типа того.

– У меня просто нет слов, – вздохнул мой приятель и прикрыл глаза. – Если бы я тебя не знал, подумал бы, что ты мне лапшу на уши вешаешь. Не… ну вот правда. Что должно было случиться в стране, чтобы… Да, ты сильный колдун и всё такое… но. А… ладно… Считай, что это я просто завидую. Жадная твоя морда.

– Ага. Я такой. – С ухмылкой согласился я и предложил. – Давай ка лучше о деле, где живёт этот…

– Да мне уже даже как-то неудобно тебя о подобном просить! – пробурчал Валентин. – Ты мне лучше скажи. Как, по-твоему, тебя поздравлять надо или всё же сочувствовать?

– Сочувственно поздравлять, – ответил я. – И вообще, ты мне вот это вот «как-то неудобно» – бросай. Если ты думаешь, что, что-нибудь изменилось, ты сильно ошибаешься. Куда мне подъехать?

– Ладно… – махнул он на меня рукой. – Адрес скину.

– Когда к нему подъехать.

– Вообще желательно уже сегодня. Если ты конечно не занят. Дела там какие-то серьёзные… ну… я хотел сказать. Для того парня – серьёзные. Да и дядины люди говорят, что у бандюков намечаются какие-то нездоровые движения.

– Ясно. Телефончик его дашь?

– Ну это, – поморщился мой приятель. – Извини, но, понимаешь…

– Понятно. Хороший человек изволит конспирироваться, – усмехнулся я.

– Вроде того, – слегка виновато усмехнулся. – Глупость конечно. Но…

– Да ладно, – переложив остатки обеда и обёртки на поднос, я встал и отнёс его к мусороприёмнику, затем забросил автомат на плечо и, повернувшись к всё ещё сидящему Валентину сказал. – Съездить прогуляться у меня не заржавеет. Ты сейчас куда?

– В управление, а потом на боковую, – ответил тот. – Но ты это… Если чего, просто забей. Поверь, я буду не в обиде.

– Там посмотрим.

Выйдя из забегаловки, мы постояли немного на холодке. Валентин, выглядел теперь не просто уставшим, а уж очень каким-то задумчивым. Достав сигарету, он медленно курил её, глядя куда-то в пространство, я же в свою очередь, тоже не спешил прощаться. Остановка нужного мне трамвая была метрах в пятидесяти, так что мне по любому было некуда торопиться.

– А, скажи… – начал, было Валя, но в этот момент из подсумка, в котором я хранил свой телефон, раздалось жужжание входящего вызова и немедленно улицу огласил голос Виктора Цоя: «А я сажаю алюминиевые огурцы, а-а, на брезентовом поле…»

– Кузенька, яхонтовый мой! – раздался из трубки голос старшей Цесаревны. – Как освободишься, дуй к Нинке! Мы нам с тобой квартирку присмотрели! В пяти минутах ходьбы от её особняка! Пойдём вместе смотреть!

– Погоди, Инна, – я, в общем-то, знал, что девушки уже развела активную деятельность по организации совместного быта, и не сказать, чтобы был против, но, тем не менее, столь резкий переход от самостоятельности и независимости в некое семейное положение, слегка угнетал. – Ты решила вопрос с деньгами?

Нетривиальный вопрос, учитывая, что у меня на карте перманентно болталось примерно двести рублей, да и сама Герина была, как оказалось, девушкой не шибко-то богатой на игровую валюту. В отличие от младшей сестры, у старшей в Первом Магическом Колледже не имелось никаких родственников, заканчивавших обучение, а потому не было никого, кто мог бы передать ей «наследство».

Другое дело, что девчонка, как оказалось, начинала так же инкогнито, как и Нинка, и даже всего-то за год, добилась определённых успехов. Раскрыться же ей пришлось, из-за какой-то не шибко приятной истории и вот тогда, её карьера действительно резко поползла вверх, благодаря чему, она и смогла попасть на постоянной основе в статусе «Представителя» в посольство нашего Колледжа. Правда, ничего подобного в её планах не значилось, и виной тому было исключительно моё поступление, а также воля её матери, которая как я понял – была той ещё мегерой.

В общем, Инну было за что уважать, однако наш совместный кошелёк был всё же не настолько толстым, чтобы прямо сейчас брать в аренду квартиру. А ведь надо было ещё на что-то жить. Находясь в нашем Колледже, девушка всё это время жила на средства посольства, а потому могла себе позволить многое. Вот только во время нашего с ней утреннего разговора, именно она выразила сомнения в том, что дипломатическая миссия будет поддерживать её в её новом статусе и дальше.

– Посольство предложило мне кредит, – мгновенно посерьезнев, ответила она. – Но я отказалась. Не люблю жить в долг! Мы тут с девочками посчитали, совместно с Женей нам хватит на полугодовую аренду. А там – разберёмся. Квартирка трёхкомнатная, одну спальню займёт Касимова, одну мы, и ещё общая…

– А Нина что говорит?

– Шипит и плюётся ядом, – честно ответила старшая Цесаревна. – Но ничего, пусть привыкает. Сама виновата!

– А может…

– Нет, не может! – сурово отбрила меня девушка. – И вообще, милый, ты бы не лез в эти вопросы. Мы – сами разберёмся!

– Не поубивайте только друг друга, – проворчал я. – Не хочу ещё до свадьбы становиться вдовцом.

– Не станешь, – уверенно ответила она. – Так во сколько тебя ждать?

– Сегодня вряд ли получится, – тяжело вздохнув и ожидая какого угодно ответа, сообщил ей я. – Я сейчас по делам еду в Москву, а вот когда вернуть – не знаю. Может быть, даже завтра уроки придётся пропустить. Опять от препода по шее получу, ну да она уже привыкать стала…

– В Москву… Хорошо, – удивила меня Инна, ничуть не расстроенная моим ответом. – Значит, перенесём на завтра. Не горит. Мы бы и сами управились, но я теперь подобные документы подписывать не могу. Так что твоя закорючка нужна. Ты… Кузя…

– Да.

– Аккуратнее там. И если ночью вернёшься, постарайся больше не попадаться.

– Клятвенно обещаю, – усмехнулся я.

– Ладно, яхонтовый, целую! Тебе Нинку дать?

– И я тебя, – ответил я ей. – Давай.

– Привет, любимый, – раздался в трубке голос зайца.

– Привет, дорогая, – я непроизвольно улыбнулся. – Ты как там?

– Скучаю, шиплю и плююсь ядом! – со вздохом ответила мне девушка. – А ещё люто завидую… ну… много чего ещё. Ты в Москву собрался?

– Да, – ответил я. – По делам.

– У тебя деньги-то есть? – спросила она. – Рубли я имею в виду, а не игровые тугрики.

– Э… хороший вопрос, – нахмурился я. – Вроде бы было что-то в бумажнике, когда я сюда приехал.

– Понятно, горе ты моё луковое, – Нина на том конце провода явно улыбалась. – За тебя не подумаешь, ты сам не почешешься. Я тебе переведу на рублёвый студ-счёт.

– Это тебе не аукнется. Не скажут потом…

– А это милый, не их собачье дело! – гордо ответила мне девушка. – И вообще, поменьше думай о подобной ерунде.

– Как скажешь…

– Всё! Я побежала. Целую тебя сильнее, крепче и дольше Иннки. И в засос, по-французски!

Прежде чем я успел ответить, младшая Цесаревна сбросила вызов. Я же, убрав трубку в подсумок, хмуро посмотрел на улыбающегося Валентина.

– А что я? Я сочувственно завидую! – открестился мне тот. 

 Тренькнув, из-за поворота показался трамвайчик и я, пожав Вальке руку, поспешил к остановке. Забравшись в его тёплое нутро, примостился в самом центре салона и, облокотившись на поручень, глядя в окно, принялся обдумывать свои дальнейшие действия.

В общем-то, помочь неизвестному парню наказать обидевших его бандитов, было для меня делом не трудным. Особенно учитывая моё резко отрицательное отношение к их братии, как, впрочем, и то, что вряд ли среди этой шушеры найдётся хоть кто-нибудь способный противостоять мне на равных. Дело, как говорится – несложное, благородное и общественно полезное, однако Валька прав и прежде чем соглашаться на что-либо, действительно следует поговорить с этим горе конспирологом.

Почему? Да потому что, не смотря на заверения в вечной признательности и благодарности к доброму дядюшке Игорю, сам Валька не показался мне преисполненным желания непременно уговорить меня встрять в это дело. Поэтому, определённые выводы напрашивались сами собой. И в первую очередь то, что это могут быть банальные разборки одних не чистых на руку ребят с другими. Отсюда наверно и нежелание связываться с настоящей полицией.

Если мой приятель, банально не мог не вписаться за родственника, насколько бы всё там не было плохо, рисковать подобным же образом нашей дружбой – он явно не желал. Вот и оставил мне шанс отказаться от этого дела, сочти я участие в нём для себя не приемлемым. А мог ведь и по-другому разговор обернуть и тогда, если что, мне бы уже было трудно отказаться от личного участия.

«Ну, или как-то так, – подумал я, выходя на своей остановке и направляясь к зданию общаги. – Не думаю, что я так уж далёк от истины».

Когда я вошёл в нашу комнату, Дубный уже был на своём «рабочем месте» и, уткнувшись носом в развёрнутый на всю стену монитор, увлечённо ваял какую-то эльфийку. Во всяком случае, это существо с хорошей женской фигурой, обладало характерными длинными ушами.

– А чего у неё такая рожа страшная? – спросил я, снимая доспех и быстро промахнув тряпицей, аккуратно укладывая его элементы в кофр.

– Да… – отмахнулся Егор. – У заказчика концепция игры такая. Там все на морду не очень, а эта… эльфы у них не люди, а вроде какие-то горбатые негры-полуптицы. Ты на фигуру не смотри, я базовую модель взял – сейчас буду уродовать.

– Флаг тебе в руки… – ответил я, снимая комбез и переодеваясь в гражданское.

«А хорошо, знаете ли, иметь девушку! – подумал я, доставая из шкафа тёплую рубашку с капюшоном и плотную кожаную куртку с меховой подбивкой. – Если бы не Нинка, хрен бы я закупился одеждой по сезону. Так и пришлось бы сейчас по Москве в военном или в форме колледжа расхаживать».

– Егор, – окликнул я соседа из прихожей, застёгивая свои форменные берцы. – Я уехал по делам, если что или кто, ты не знаешь где я. Все, кто мне нужен – сами могут со мной связаться.

– Понял, – ответил парень. – Да, кстати. К тебе с утра твоя доча забегала. Расстроилась, что не застала.

– Не говорила, чего хотела?

– Не. Она быстро убежала.

– Надо бы ей мибильник купить, – задумчиво произнёс я, – и научить пользоваться.

– Знаешь, – Егор выглянул в коридор. – Как мне показалось, ей скорее тебя увидеть хотелось, чем поговорить.

– Ну, – я развёл руками, а затем ловко застегнул молнию, – значит потерпит! Бывай! Да… кстати. На ночь могу не вернуться.

– Принято. Удачи.

 

*  *  *

 

Поезд с нашего кампусного мини-вокзала, по выделенным путям от рижского направления, довёз меня до платформы «Ленинградская», на которой я, пользуясь своими привилегиями, заказал себе непредусмотренную остановку. Не сказал бы, что я хорошо знал Москву, точнее сказать – я вообще посещал этот город в одиночку первый раз в жизни, но, слава Богу, современному человеку, чтобы не заплутать в подобном огромном мегаполисе, требуется только смартфон или ПМК с установленной на нём программой навигатором.

К тому же и жил паренёк довольно, или снимал квартиру для этой встречи, что можно было предположить, учитывая его конспирологические наклонности, относительно не далеко. Судя по адресу, скинутому мне Валькой, нужный мне дом располагался в городе-спутнике Москвы «Долгопрудном», на проспекте Ракетостроителей. Так что я, выгрузившись из поезда и осмотревшись, сверился с картой и, срезая угол, потопал через жилой микрорайон к станции метро «Войковская».

Уже выйдя на Ленинградское шоссе, ненадолго задержался у отделения «Внеш. Торг. Банка», проверив на всякий случай свою студенческую карту, на предмет наличия на ней нормальных денег. Тихо выматерился, обнаружив на ней совершенно неприличную для моего возраста пятизначную сумму и пообещав по возвращении в Колледж надрать кое-кому её очаровательную попку за подобные выходки, нырнул в недра всё ещё самого большого в стране метрополитена. До «Речного вокзала», магнитный поезд домчал меня минут за пять, и то – мы больше стояли на «Водном стадионе», ожидая пока в вагоны загрузится целая толпа младшеклассников сопровождаемых молоденькими учительницами.

Вновь оказавшись на поверхности, нашёл нужную мне остановку триста шестьдесят восьмого автобуса, который минут за пятнадцать доставил меня к невзрачному зданию торгового центра «Конфьютир», выстроенного на углу проспектов Лихачевского и Ракетостроителей. С виду обычный, ничем не примечательный район панельных многоэтажек, возведённых, наверное, где-то этак в середине две тысячи десятых. Судя по вывескам, и установленным на каждом шагу голографическим билбордам, здесь было полным-полно частных «доходных домов», а потому и контингент в этом районе проживал соответствующий.

В небольшой берёзовой рощице, разбитой сразу за торговым центром, со всем комфортом и, не обращая внимания, на периодически проезжающие мимо патрульные автомобили полиции, расположилась весёлая компания из десятка мужиков, «культурно» отдыхавших на этом мизерном клочке природы. Не смотря на лёгкий морозец и выпавший снег, компания тружеников явно неинтеллектуального труда вовсю гуляла под переборы гитарных струн, вокруг нескольких переносных столиков, на которых в лучах солнца поблескивала стеклотара. В нескольких метрах от них, дымил покосившийся мангал, возле которого суетилось неопрятное, я бы даже сказал, бомжеватого вида лицо кавказкой национальности.

Впрочем, до моей нескромной персоны, гулякам не было абсолютно никакого дела. В отличие от группы парней, которые целенаправленно вынырнули из одного из подъездов. Чего желает от меня рабоче-трудовая молодёжь, гадать не приходилось, особенно когда они рассыпались полукругом, а несколько особенно бойких забежали за спину. Так что, чтобы не тратить на эту шушеру время, я, тяжело вздохнув и напомнив себе, что я не в кампусе и серьёзно калечить, а тем более убивать здесь никого нельзя, первым обратился к самому выделяющемуся из этих горе рэкетиров. Как раз тому, который заступил мне дорогу.

– Что надо, болезные? – скорее всего передо мной был основной «боец» шайки, а вовсе не её лидер, но признаться, мне было всё равно, не разбираться же ещё и в сортах подобного. – Свалили, пока руки-ноги целы.

Высокий, плечистый парень, в джинсах и поношенном серо-коричневом балахоне, по сценарию, похоже, первый должен был кинуть лоху «предъяву», а если тот не испугается и ответит, быстро накрутить себя до нужного состояния, моргнул и покосился на щупленького товарища с кривой неприятной усмешкой на лице. Тот, судя по всему и бывший лидером в гоп-компании, стоял немножко дальше остальных, слегка горбясь и не вынимая рук из карманов разношенной косухи.

– А чё ты такой борзый? – немного визгливо выдал ещё один, явный наркоман с тяжёлыми синими кругами под глазами. – Мы к тебе…

– Заткнись Соска нах… – подал голос главный. – Пацанчик ещё не осознаёт, как он в натуре попал! Слышь, лошара, ты чо в нашем районе забыл, Уё…

– Понятно, – мне уже успел надоесть этот высокоинтеллектуальный разговор. – По-хорошему вы не понимаете, а тёрки с вами перетирать у меня нет ни времени, ни желания.

– Ты чё а, ты чё? – включился наконец-то «боец», который к тому же был ещё и неврождённым одарённым, правда, всего лишь единичкой. – Ты чё быкуешь суч…

Рожа его, почти мгновенно налилась кровью, он тяжело задышал и вдруг, неожиданно, как он думал, рванулся вперёд, нанося неумелый, но, наверное, сильный прямой мне в голову. Остальные даже дёрнуться не успели, когда я, с омерзением отряхивая руки, уже за его спиной, двинулся дальше по тротуару в сторону интересующего меня подъезда. Компания, привыкшая, словно шакалы набрасываться на уже упавшую жертву, откровенно тупила глядя в то место, где только что стоял ничем не примечательный паренёк в явно дорогих и новых шмотках.

Первым осознание произошедшего пришло к их «бойцу», да и то только потому, что до его крошечного мозга, наконец-то, докатилась волна дикой боли от выбитых из суставных сумок локтей и безвольного, под неестественным углом болтающихся рук. Проделал конечно я этот фокус грубовато и на приличной скорости, так что без должного лечения парень теперь вряд ли сможет ими размахивать, но я был уверен, что своих «жертв» эти шавки не жалели, так почему я должен был испытывать к ним хоть что-то.

– Су… – взвыли у меня за спиной. – А-а-а-а…

И почти сразу, раздались вопли, мат, щелчки выкидных ножей и топот догоняющих меня людей. Поморщившись и прошептав сакраментальное: «Дебилы, бл…» я словно раскалённый нож сквозь масло прошёлся сквозь толпу разъярённых придурков, награждая каждого из них одним, а то и парочкой несильных ударов. Впрочем, им этого хватило, чтобы, когда я остановился перед их вожаком, вся честная компания только начала оседать на асфальт, кто без сознания, а кто – в голос скуля и подвывая.

Он оказался единственный кто остался стоять на месте, что видимо, говорило о наличии у него хотя бы минимальных зачатков интеллекта. Сейчас же, испуганно косясь на лезвие одного из моих балисонгов и чувствуя, как по горлу стекает тоненькая струйка крови из небольшого, но довольно чувствительного пореза, он не счёл зазорным спустить излишки мочевого пузыря в штаны и прохрипел.

– Не… не… не надо!

– Ты ручки то из кармана вынь, – посоветовал я ему, не убирая ножа. – И игрушку, которая там лежит, брось вон на тот газон. Только медленно, за рукоять, двумя пальчиками. А то ведь сам знаешь, как оно бывает. Чик и всё…

– Щ… щ… щас... – дрожащими руками, но очень стараясь, он проделал всё как я сказал и на не первой свежести снег полетел старенький, видавший виды пистолет «ПМ», с характерной красно-коричневой текстолитовой накладкой на рукояти. – Вот… Не… не убивай! Если бы мы знали, что ты «кишкодёр», да мы… мы бы никогда…

Чуть-чуть поднапрягши память, я вспомнил, что так, как меня назвал сейчас парень, именовался у блатных один из рангов из одарённых: «Ходок», «Буза», «Кишкодёр» и «Король», были соответственно с единички по четвёрку. Как величали пятых, шестых и седьмых, Грем нам не той лекции не рассказывал, что вполне логично, потому как тому же Аватару – просто нечего делать в мафиозной среде. Не делая различий между «воинами» и «магами», бандюки тем не менее, очень уважали тех, кто мог плести вязь, не ставя их на одну доску с неврождёнными.

– Где взял? – холодно, глядя парню прямо в глаза спросил я.

– Ещё в десятых братан у мусора увёл! – затараторил он. – Не губи, Пахан, мы же не по беспределу к тебе подошли! Попутали чутка, но по понятиям же…

– Ну да… ну да… – я брезгливо поморщился и, прибавив сансары в голос, сказал. – Слушай меня внимательно, тварь. Жить хочешь?

– Д… да!

– Сейчас приводишь в порядок свою «бригаду» и топаете в ближайшее отделение полиции. Но не то, где у вас крыша есть… Ясно излагаю?

 – Но… – он растерянно покосился на едва шевелящихся на асфальте подельников, но стоило мне немножко пошевелить лезвием, как быстро подтвердил своё понимание моих слов.

– Не волнуйся, ноги я им не ломал, а руки… руки для ходьбы не нужны, – развеял я его сомнения. – Скажете, что пришли с повеянной. Чистосердечно расскажете обо всех. Ты меня понял? Всех своих преступлениях.

– С… сделаю, – поспешил сказать он, преданно глядя на меня.

– Конечно, сделаешь, – зло улыбнулся ему я, подняв левую ладонь на уровень его лица. – А она тебе поможет.

Я сотворил одну из немногих известных мне магем, выученных ещё у старого хрыча. Фактически детскую игрушку – «Мышку-норушку», создающую иллюзию прямоходящего грызуна в русском сарафанчике и кокошнике, всего то и умеющую что танцевать нечто народное. Правда, я опасался, как бы с моим уровнем контроля вбухиваемой в заклинания энергии у меня не вышло бы нечто размером со слона, однако всё получилось, как надо и на моей руке закружилась в пляске очаровательная мыша, которую я и припечатал ладонью о лоб с ужасом глядящего на неё парня. И тут же развеял заклинание, что бы плясунья, не дай бог не провалилась сквозь него на землю.

– Не сделаешь как я тебе сказал, – продолжая кровожадно улыбаться, сообщил я охреневающему от увиденного и боящемуся даже вздохнуть главарю рэкетиров, – и она сожрёт тебя изнутри, а потом примется за твоих друзей, родственников и знакомых. Будет питаться вами до тех пор, пока последний из вашей компании не сдохнет или не поедет в места не столь отдалённые. Если вы сделаете, как я сказал, и понесёте наказание, то она вас не тронет, покуда вы вновь не встанете на скользкую дорожку, ну а если исправитесь и станете людьми, тогда она вас больше никогда не тронет. Ты меня понял?

– Да… – по лицу парня катились слёзы. – П… понял.

– Свободен, – быстрым движением я спрятал балисонг, подошёл к валяющемуся на снегу пистолету и, выбив его носком бутса на асфальт, сломал резким ударом ноги с выплеском силы. – И вещ док, забери. Передашь следакам. А, да… забыл сказать. Лучше вам про живущую теперь в вас мышку особо языком не трепать. Адьюос.

Не обращая больше внимания на гоп-компанию, я развернулся на каблуках и зашагал к подъезду. Спасибо боже, что остались ещё в этом мире идиоты, верящие в то, что магия может творить чудеса. Паршиво конечно осознавать, что вот «Это», тоже были подданные Империи и что таких ещё много… но. Почему-то мне в этот момент казалось, что я поступил с ними правильно. Шанс, что они раскаются, не велик, но всё же есть. А так… психологического эффекта сейчас, на мой взгляд, вполне хватит, что бы эти мелкотравчатые мафиози сами прибежали в отделение. Хоть люди поживут спокойно.

Войдя в дверь со сломанным домофоном, я поморщился от ударившего в нос запаха. Бывшая столица, сорок лет магической эры, а как пишут в интернете представители нашей немногочисленной демократической оппозиции: «Президент Либерократии всё так же справляет большую и малую нужду в российских подъездах». Впрочем, я криво усмехнулся, поднимаясь по ступеням к лифту, по мнению всё тех же людей, именно наш Император, должен лично гонять оттуда главу североамериканского государства. А сами они – вроде как не при чём, и вообще, лично их испражнения, исторгнутые в тех же местах, пахнут фиалками, а подобным образом они всего лишь привлекают внимание общественности к проблеме. Был у меня в своё время один прецедент с таким товарищем в Новосибе и тогда же мне пришлось первый раз в жизни общаться с городовым, которого немедленно вызвал сей известный в институте почитатель САЛ с отбитыми ягодицами.

Лифт не работал. Хотя на кнопку вызова, я всё равно ткнул, исключительно ради научного любопытства. Выйдя на пожарную лестницу, я медленно побрёл вверх, любуясь шедеврами настенной живописи двадцать первого века и продолжая размышлять о судьбах страны.

Квартира, указанная в сообщении Валентина, находилась на пятом этаже. Её железная дверь была приоткрыта, то сразу мне не понравилось и в коридоре рядом с ней, стояли какие-то наспех связанные баулы, сумки и бытовая техника, изнутри же слышались голоса.

– Ваша Светлость, стиральную машину брать будем? – спрашивал чуть хриплый, каркающий голос.

– В последнюю очередь, Ваше Сиятельство, – отвечал ему другой человек слегка надменным, надтреснутым басом. – Княжич, да не трогайте вы телек. Оставьте его я говорю! Мать…

Из-за двери раздался вскрик, грохот и приглушённая брань. Затем, через пару секунд, второй, зло прорычал.

– Ну, твою ж дивизию! Минус одна доза… – послышался звук смачного плевка. – Что ж ты творишь, морда твоя венценосная. Его же теперь никто не купит.

– Да ладно тебе, Чёрный герцог. Не злись… здесь добра на много раз хватит, – примирительно заскулил первый. – Одной больше, одной меньше, всё равно на нас троих более чем достаточно.

– Дурак ты, Княжич, – тяжело вздохнул басовитый, а затем с нескрываемой агрессий в голосе прошипел, и параллельно с его словами в квартире что-то загремело. – Теперь я ещё подумаю, отдавать тебе земли Алибердо или нет! На хрена мне такой барон сдался! Пойми ты, булавой ударенный, на двоих тока-тока впритык по пять доз! И это только чтобы окончательно «освободить дух»! А ведь не абы куда попасть надо, не в твою немытую древнюю Русь и не в какой-нибудь другой гадюшник! Мне надо в тот! Тот самый мир, в своё тело и хотя бы за секунду до того, как эта скотина выстрелила мне в спину…

– Я понимаю, понимаю, Твоя Светлость! – заскулил тот, который уронил телевизор.

– Ни хрена-то ты не понимаешь… – резко успокоился его собеседник. – У меня целый список эликсиров, которыми до этого обпиться нужно. А их су… ещё покупать надо… И не смотри на меня так, в Княжество, которое ты с таким упорством прогрессировал, с их помощью попасть не получится. Поверь Жора, мог бы – не с собой тащил бы, а помог бы к себе вернуться. Чёрт, теперь придётся думать, кому бы мебель загнать…

– Кстати… а откуда у тебя этот замечательный рецепт? – заинтересованно спросил «Княжич».

– Мои с весточкой оттуда передали. Сам Великий Алхимик Стейр Крамес его для меня составил.

– Это как? – ахнул Жорик. – Тот самый, про которого ты рассказывал? Но как они смогли…

– Смогли! Мои ради меня многое могут, – ответил ему Чёрный герцог, а затем с неохотой добавил. – Через сон. Мне ли тебе рассказывать какая сила великая в них скрывается.

– Ах, ты… – охнул Княжич. – А что-ж мои то ведуны да волхвы об том не додумались? Ведь могли бы Велесу, да Мокоши поклониться и…

– Просто… – очень серьёзно ответил ему Чёрный герцог. – Мир у тебя с другой склонностью был. Параллельно ретро исторический, а потому праны божественной в нём мало. Вот и смирились быстро с тем, что тебя татаро-монгольская стрела убила.

Какое-то время оба молча занимались своими делами. Я же уже откровенно подумывал, пока меня никто не заметил, развернуться и уйти. Горе конспиролог, пригласивший меня как оказалось в собственную квартиру, а я почему-то был уверен, что это именно он звался «Чёрным герцогом», и его древнерусский друг Жора, судя по разговору, явно сидели на игле наркотика «Попаданец». Так что желание ему помогать, у меня практически мгновенно улетучилось. Впрочем, дальнейший диалог, который я услышал, заставил меня изменить своё решение.

– Слушай, Твоя Светлость, – произнёс вдруг Княжич, – я вот что-то не догоняю. Ты говоришь, нам двоим впритык хватит…

– Ну…

– А как же твой друг? Это же его квартира, я думал он с нами пойдёт…

– Ден то, – зло прошипел Чёрный герцог имя. – Нет! Не друг мне эта паскуда! Эта су… хотел мой «рецепт» своровать. Я к нему как к человеку, с предложением обратился… а он!

– Вот же гад! – ахнул Жорик. – Ирод окаянный. Но… слышь... Он же догадается, что это ты его обнёс! Если у нас не удастся, мы вернёмся, а тут нас…

Не боись Княжич, рецепт ребята передали верный. А если что, ничего он нам не будет… Щас мы вещички ко мне на хату перетаскаем, а затем поднимемся с Денчиком на крышу… а там, в его состоянии… У ментов так и будет записано: «…в состоянии сильного алкогольного опьянения, на почве глубокой депрессии, спрыгнул с седьмого этажа на котором ранее проживала его любовница. Уходя из квартиры, не закрыл за собой дверь, вследствие чего она была ограблена. Дело закрыто». Поверь мне, я эту кухню знаю. Не будут мусора рыть землю при потерпевшем-покойнике.

– Но, если они нам мокруху пришьют… – испуганно произнёс первый. – То… Это же…

– Не дрейфь, Жора, нас им всё равно будет уже не достать. Так эту сумку в коридор тащи

«Очень интересно, – подумал я. – Похоже, я был не прав, и моего «клиента» банально грабят какие-то нарики»…

С этими мыслями, я толкнул дверь и нос к носу столкнулся с невысоким, худыми и каким-то перекошенным пареньком.

– Ты кто… – выдавил он из себя.

– Конь в пальто, – ответил я, с ходу пробивая ему лёгкий прямой в челюсть.

Этого хватило, чтобы наркоман, выронив пластиковую сумку из местного супермаркета, отлетел к стенке и тихо сполз на пол. Я медленно переступил через уродца, входя в маленькую комнатку, посреди которой, с маленькой микроволновкой в руках, застыл его напарник. Судя по ощущениям Корнет или даже целый Есаул, и похоже, когда-то физически очень крепкий мужчина, сейчас же превратившийся под действием дури в тень себя прежнего.

Взревев, он отбросил от себя кухонный прибор и ринулся на меня. За что был бит мною в ухо и я очень надеялся, что он не разделил судьбу несчётного ниндзя, на котором тот же самый приём в русско-японскую войну испробовал его тёзка по званию есаул Кривошлыков. Переступив через поверженного врага, я подошёл к небольшому столу, установленному в углу комнаты, за которым в окружении целой галереи как пустых, так и непочатых водочных бутылок дрых в обнимку со стаканом темно-русый парень, со слегка припухшим от выпитого лицом, но на мой взгляд совсем не похожим на конченного алкоголика.

Вздохнув, я только и мог, что покачать головой. Постояв немного в раздумьях рядом с похрапывающим телом, я хмыкнул. И вот что тут будешь делать… конспиратор хренов. Вернулся ко входу, подхватив за шкирку обоих нариков и отволок безвольные тушки на лестничный пролёт, сложив из них хулиганства ради очень недвусмысленную композицию.

 Вернувшись, перетаскал обратно в квартирку расставленные в коридоре баулы и технику и только за тем, тщательно закрыв за собой дверь, решил заняться «клиентом». Отняв у того стакан и плеснув в тот больше половины водки, я залез в холодильник и выудил из учинённого грабителями разгрома чудом уцелевшую упаковку яиц. Всё остальное, необходимое для «Супер-коктейля весёлого утреннего Бумбучи» которому научили меня наёмники из «Медведей», у рачительного хозяина квартиры так же имелось в наличии.

Разбил два яйца, и, отделив белки, сбросил желток в водку. Добавил соль, перец, корицу, кориандр, и ещё кое-что до кучи из немалых, но погромленных поварских запасов хозяина, размешал всё это, а затем, влил получившуюся адскую смесь в начинающего алкоголика, тщательно следя за тем, чтобы он глотал и не дай бог не захлебнулся «лекарством». Затем, аккуратно отнёс выздоравливающего в санузел и пристроил над ободком унитаза.

Дожидаясь начала процесса глобального излечения организма «Утренним Бамбучей», открыл душевую кабинку, вышел в коридор, и снял куртку с рубашкой. «Коктейль», начал своё действие минут через пять и пока парень бурно извергал из себя содержимое пищевода, мне приходилось тщательно следить за тем, чтобы он действительно не окочурился.

– Т-ты… кто? – задал он заплетающимся языком сакраментальный вопрос, когда его закончило рвать, обалдело глядя на меня осоловелыми глазами.

– Почтальон Печкин, – отрапортовал я, – принёс заметку про вашего мальчика.

– К… какого. М-мальчика? – парень попытался подняться, но не смог.

– Который сейчас пойдёт купаться, – сказал я, перекладывая вяло сопротивляющегося конспиратора на поддон душевой кабинки и, врубив на полную холодную воду, закрыл её.

Ещё через восемь минут, когда в дверцу начали уже вполне уверенно ломиться, я выпустил оттуда горемыку, помог едва переставляющему ноги, отфыркивающемуся пареньку добраться до кровати и переодеться. И только затем, достав из куртки сотовый, порылся в интернете и, найдя номер хорошей маджи-аптеки, заказал срочную доставку на адрес сильнодействующего антиалкогольного порошка, антипохмелина и хиллерских таблеток от простуды.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Kard

  • Утро добрым не бывает!!!
  • Модератор
  • Подполковник Гвардии
  • *

+Info

  • Репутация: 2676
  • Сообщений: 5918
  • Activity:
    47%
  • Благодарностей: +4338
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Скиньте пожалуйста на почту You are not allowed to view links. Register or Login
Обещаю никуда не выкладывать.
You are not allowed to view links. Register or Login
И мне уж тогда скиньте варлоков на You are not allowed to view links. Register or Login
You are not allowed to view links. Register or Login
Скиньте пожалуйста на почту You are not allowed to view links. Register or Login
Варлоков.Обещаю никуда не выкладывать.Всем заранее спасибо
You are not allowed to view links. Register or Login
Приветствую!
Если не затруднит и мне сбросьте )
на You are not allowed to view links. Register or Login

Может вам отдельную тему завести?.. :soglasnaya_ya:


Еще раз повторяю ireful - для просьб, пожеланий, замечаний и т.п. ЛИЧНОГО характера есть ЛИЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ!!!
И прежде чем их писать, хотя бы просмотрите тему. Чтобы понимать что и у кого есть и это можно попросить.

А люди у нас добрые надеюсь не откажут  pivo


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 7

Ден, хозяин квартиры и горе конспиратор, как оказалось, заботы моей особо не оценил. Не понравился, понимаешь начинающему алкоголику вкус «Утреннего Бамбучи», да и водным процедурам, он, по его словам, предпочёл бы сразу полученную ударную долю лекарственных препаратов. Впрочем, мне показалось, возмущался он больше для проформы, да и то, когда, наконец, придя в себя, уяснил, кто я собственно такой и что, только что для него сделал.

Так что, посалив немного зубки и после того как я его вполне резонно отбрил, грустно повздыхав, парень горестно окинул взглядом учинённый разгром и осмотрел распиханные по сумкам вещи. Естественно, что ни его компилятора, ни документов, кошелька и другой ценной мелочёвки в них не обнаружилось. Выматерившись, он рванул на лестничную площадку, откуда вернулся мрачнее тучи. Конечно же нариков оттуда давно уже и след простыл. В квартире некоего Нечаева, тремя этажами выше, куда мы поднялись уже вместе, помимо тараканов, других жильцов обнаружено не было. Аккуратно прикрыв дверь, хлипкий замок которой, особо не напрягаясь, был вырван мной с корнем, я был вынужден повиниться перед хмурым парнем.

В том, что я не подумал обыскать карманы грабителей, на предмет чужого имущества, был мой косяк. Впрочем, тот только отмахнулся, заявив, что его собственная задница, ему куда как дороже. Слабенький маг единичка, он по его собственным словам, имел не шибко дорогой ПМК, студенческую и обе его кредитные карты, мы оперативно заблокировали звонком с моего телефона в банк, а об утере документов сообщили в паспортный стол.

Всё остальное, надо полагать – было безвозвратно потеряно. Хорошо хоть, что нариков не заинтересовали папки с различными важными, по словам парня, документами, которые он хранил в тумбочке. Единственной же проблемой, которая действительно сейчас напрягала Дена – были ключи от квартиры, оказавшиеся в чужих и совсем не благонадёжных руках. Пришлось нам за мой счёт вызывать мастера, чтобы он заменил личинку замка.

С отвращением посмотрев на батарею водочных бутылок, что было вполне нормально для человека, только-только принявшего полный антиалкогольный набор, а заодно попоровшего «Бамбучу» Ден поднял с пола опрокинутый чайник с помятым боком и, набрав в него воды, поставил на огонь. Не большой ценитель разномастных, порой странных на вкус чайных отваров, я, тем не менее, оценил поданный мне парящий напиток и минут через десять, пустого разговора «ни о чём», мы наконец-таки перешли к делу.

– Я… – парень на секунду замолчал, глядя в пустоту. – Вынужден был взять у братвы, приличную сумму денег. Нужно было срочно оплатить клинику для Маринки…

– Кто такая Маринка? – спросил я, так как заметил, что Ден напрягся, произнося это имя.

– Моя подр… знакомая. Понимаешь… она беременна, и сейчас лежит в коме. Там… какой-то сложный случай. При таких, обычно или мать, или ребёнок, а помочь больше ей было некому. Так что с меня потребовали круглую сумму, чтобы сохранить обоих.

– Твой?

– Что.

– Ребёнок говорю – твой?

– Да какая разница! – взорвался вдруг парень, тут же потух. – Не знаю! Возможно. Может быть мой. Или… Не знаю. Я один раз пьяный после матча к ней пришёл. До этого между нами никогда ничего не было. Она для меня, как «свой пацан» только в юбке была. Понимаешь…

В воображении почему-то нарисовалась Ленка Касимова. Пацаном я её вряд ли бы назвал, хоть без подкладок, которые она носит, могла и сойти – груди у девчонки почти не было в отличие от фигуры. Но всё же что-то такое, что заставляло ассоциировать «Мальвину» с этим определением в характере девушки присутствовало с избытком

– Ага, – ответил я.

– Вот! Я бы никогда…

– Ден! Никогда не говори «никогда», когда дело касается женщин! – перебил его я, а затем добавил себе под нос. – Они сами тебя трахнут и скажут, что так и было…

– Чего?

– Да это я так, о своём. Ты не отвлекайся. Продолжай.

– Хм… Я уже говорил тебе, что профессионально занимаюсь тренировками монстров в Само-карте… знаешь, наверное, что это такое.

– Угу, – коротко ответил я.

– Так вот, у меня был очень. Очень ценный монстр, благодаря которому я рассчитывал и вернуть долг и отыграться…

– И у тебя его отжали, а самого на счётчик поставили… – закончил я за него, хмуро посмотрев на парня.

– Да, – он отставил чашку. – Тебе, я так понимаю, уже рассказали.

– Было дело, – кивнул я. – Скажи, а почему ты эту Марину, не положил в нормальную имперскую больницу. Там бы и о ребёнке позаботились и о матери и денег бы у бандитов брать не пришлось… Зачем связываться с частниками?

– Э…. Имперскую? – Ден непонимающе нахмурился. – А разве… они все не «Имперские»? Или я чего-то не знаю?

– Видимо, – я поморщился от неприятных воспоминаний детства и потёр шею. – Медицинские учреждения у нас в стране, делятся на муниципальные, частные, городские, ведомственные и имперские. Так вот, последние – курируются Имперской Канцелярией и по своему уровню, могут поспорить с самыми элитными частными клиниками, а лечь в них, может любой подданный Его Величества, за исключением родовитых. У них вообще обычно свои медицинские учреждения.

– Очередь там, наверное… на сто лет вперёд, – парень прикусил губу, – а мы… люди простые. Так что это, скорее всего, не про нас. Знаешь… не знаю почему, но какие-то люди, приходили туда, где лежит Маринка и хотели перевести её в какое-то особое учреждение. Вроде как бесплатно. Администрация связалась со мной, и я им запретил. Тогда-то они и потребовали всю оплату вперёд. Могли ли это быть их этой… имперской?

– Нет. К ним самим обращаться надо, – ответил я быстро. – Но правильно сделал, что отказал.

– Вот и я так подумал, – устало ответил мне собеседник.

– А… – я замялся, – твоя Марина одарённая?

– Нет.

– А плод? – я ещё раз внимательно посмотрел возмущения, оставляемые чакрами парня.

Простая единичка, с очень слабым фоном четырёх лепестков в области промежности. Муладхара пропускала потоки так, словно бы её специально кто-то заблокировал и из моря сансары, прорывались лишь слабые нити. Честно говоря, я вообще в первый раз в жизни видел настолько слабого Неофита. Обычно у магов, да, впрочем, и воинов именно первые четыре потока бьют с наибольшей интенсивностью, из-за чего после вскрытия даже при минимальных тренировках насыщения организма хватает для прорыва Савадхистханы, а здесь…

В случае Дена, даже явно развитый когда-то резервуар, просматриваемый у магов как этакий синий шарик, расположенный обычно под солнечным сплетением, по ощущениям напоминал сейчас сморщенную изюминку, а не пульсирующую набранной энергией жемчужину, готовую поддержать «выдох» владельца.

– Слишком малый срок… – ответил мне он, глядя в свою чашку. – Как мне сказали, возможно, что да, но пока идёт серый отклик и они не могут определить.

– Чего, – я с удивлением уставился на собеседника. – Серый отклик?

– Ну да, – кивнул он. – Как мне объяснил доктор, серый цвет индикаторного шара, нормален на этом сроке…

– Так… – я встал, взяв ос стола свою трубку, направился к выходу из квартиры.

– Ты куда это? – удивлённо проследил за мной Ден.

– Погоди, сейчас вернусь, – отмахнулся я, набирая Нинкин номер.

То, что рассказал мне только что парень, вообще не вязалось с тем, что я знал об одарённых. И в частности о том, как они, то бишь такие как мы, появляются на свет. «Шаровой индикатор» - хрустальная сфера из нуль-кварца, особого кристалла, чутко реагирующего на врождённый аспект одарённого, преобразуемый Муладхарой, то есть единственной чакрой зародыша, просто не могла работать подобным образом. То есть – она либо светилась цветом возможного простейшего или по-другому «базового» аспекта, либо оставалась «тёмной». По-другому говоря – если одарённый – то светится и не важно во что преобразуется после рождения, либо – нет. Да у меня самого при рождении был, по словам мамы глубоки синий оттенок, то есть – «Вода». Как она морфировалась в «Антиматерию», а не в «лёд» или в другие смежные аспекты я не знал. Но был абсолютно уверен в том, что, во-первых – на неодарённых кристалл не реагирует. А во-вторых, что «серого» цвета среди базовых аспектов не существует.

Впрочем, я понимал, что как полный дилетант, могу ошибаться. А потому мне требовалась «подсказка из зала». А точнее – «звонок другу», то есть подруге, которая возможно разбиралась в этих вопросах куда как лучше меня.

– Привет Любимый! – произнёс динамик уставшим голосом зайки. – Ты немного не вовремя… я на…

– Милая, один вопрос, – перебил её я. – Сразу предупреждаю – не для меня!

– Что не для тебя? – с подозрением произнесла девушка.

– Вопрос не для меня. Но меня поставил в тупик.

– Ладно… – сквозь поджатый пальцем микрофон, я всё же услышал, как моя Нина, очень вежливо и даже слегка извиняясь, просит кого-то прощения за то, что ей нужно ответить на мой звонок. – Так, Кузь, я в коридоре, и поверь, я очень рада, что ты мне позвонил, но если дело не «Ах» какое, то больше так не делай. Или в следующий раз мне придётся отключать телефон. Я на работе.

– Извини. Может, перезвонишь как…

– Позняк метаться. Спрашивай.

– Ок. Вопрос немного пикантный.

– Хм….

– Если беременная женщина проходит тест на одарённость плода…

– От тебя? – резко и жёстко спросила любимая, с вагоном ревности в каждом слове.

– Нет! – поскорее ответил я. – Сказал же – не для меня…

– Ну… – в голосе Нины сквозило такое недоверие, что мне даже стало не по себе.

Как-то сразу я пожалел, что решил позвонить именно ей.

– Что значит серый цвет шара? И почему врач говорит, что не может сказать одарённый плод или нет, а кристалл светится?

– Серый… – задумчиво протянула Нинка, а затем заорала в трубку так, что я аж дёрнулся. – Серый!

– Ну да.

– Где, кто! – девушка, не стесняясь никого, откровенно кричала. – Даже если твой – прощу! Кузьма, где эта беременная?!

– Да не мой! – рыкнул уже я, немного уязвлённый подобным недоверием. – В какой-то, охренеть дорогой частной клинике…

– Адрес, Кузя…. Адрес, – Нинку явно несло.

– Она в коме, – а адрес…

– Понятно, что в коме… где! – наорала на меня будущая супруга.

– Щас спрошу… – нарочито медленно ответил я.

Заглянув за дверь, я узнал у Дена адрес по которому лежит его Марина и её фамилию. Трубку я не прикрывал, так чтобы мои слова и далёкий ответ, слышала внезапно озверевшая зайка, а затем, продублировал ей.

– Всё! – куда как спокойнее ответила она, а затем нажала на отключение трубки, но я успел услышать. – Я перезвоню….

– Не понял… – произнёс я, возвращаясь в квартиру.

– Что? – парень поднял на меня взгляд уставших глаз.

–Не важно… – я решил, что говорить ему про странное поведение Нинки не стоит. – Подвинь как ко мне свою табуретку, сядь ровно и закрой глаза…

– А может быть, мы уже о деле поговорим? – Ершисто ответил парень, но всё же выполнил то, что я сказал.

– Успеется, – задумчиво ответил я и дотронулся указательным пальцем до его Аджны – «Третьего глаза». Только не дергайся, больно… будет.

– Что за… – естественно, стоило мне начать, Ден, тут же сделал то – что я просил не делать, но техника «липких рук» не дала разорвать контакт.

Секунда, всплеск чистой сансары, перекинутый мной в его тело и парень с диким воем свалился с табурета, схватившись руками за промежность. Ещё мгновение и он уже с круглыми глазами и дрожащими руками поднимается с пола, пошатываясь как пьяный.

Собственно, он сейчас опять пьяным и был, техника, которой меня в своё время, почти год лечил «Варяг» и которую я просто не мог не запомнить, сорвала на хрен наложенную непонятно кем блокаду и его отвыкший от постоянного притока энергии резервуар, мигом наполнился волной из потоков сансары. Болевые ощущения же…. Знал бы он как я орал, когда «Варяг» пробивал мне чакры покрытые естественными энергетическими рубцами, которые не давали им нормально смыкаться.

Пришлось, правда, перехватить кулак, неумело, но со всей дури летящий мне в челюсть. Потом второй, а ноги, ну их я легко отбил ступнями, тем более что в этот момент сидел. Подёргавшись, Ден прохрипел.

– Ты чё су… со мной сделал? – и ещё раз дёрнулся.

– Ничего криминального, – ответил я. – Вылечил твою нижнюю чакру. Не знаю уж, кто тебя так изуродовал Ден, но на мой дилетантский взгляд, блок стоял «мастерский». Не знаю уж кому ты дорогу перешёл.

– Чего… – парень застыл на месте, а затем рывком, выдернул свои кулаки. – Какой блок. Я болел в детстве и у меня…

– Не знаю я таких болезней, которые ставят «ограничитель», – я задумчиво почесал затылок. – В любом случае – Поверь, когда мне… ну не важно, в общем, прорывать естественные рубцевания сансары, куда как болезненнее и за один раз не получится. Я бы не взялся, не испытай на себе это ранее. А так, считай это извинением за мои фэйлы…

– Фэйлы… – сразу же зацепился парень, затем замолчал, затем побледнел и прошептал. – Это за какие ещё… Ты что? Ты Марину… Ты… Пошёл в…

В этот момент, раздался звонок в дверь. Парень мгновенно заткнулся, а затем, затравленным зайцем посмотрел мне в глаза. Я пожал плечами и кивнул на дверь. Мол: «Иди, открывай! Ты ж тут хозяин»

Глядя на меня, словно на врага народа, Ден, слегка пошатываясь, потопал в свою маленькую прихожую. Ещё раз волком посмотрел на меня и отпер дверь.

Не знаю уж, кого он там ожидал увидеть, но это был всего лишь мастер, который после недолгих переговоров с хозяином квартиры, занялся заменой замка.

– Прости, – произнёс парень, подходя ко мне. – Я думал ты… Марико…

Он печально вздохнул и покосившись на работающего слесаря, спросил.

– Так что за блокировка была?

– А мне почём знать? – хмыкнул я. – Я умел – я снял. И ладно. Давай лучше к делу.

– Может, подождём? – нахмурившись попросил парень, покосившись на работающего мастера.

– Можем и подождать, – согласился я.

Впрочем, чаёвничали мы не долго. Уже через пятнадцать минут, когда замочник, выполнив свою работу, сдавал её хозяину квартиры и что-то объяснял парню, сжимающему в руках новенькую связку ключей, за окном раздался характерный стрёкот вертолётного винта. Мы резко переглянулись, и я бросился к единственному в комнатёнке окну. Впрочем, из него видно было не особо много, но мне хватило пары мелькнувших фигур, чтобы узнать ГБшников в знакомых доспехах.

– Ден… – произнёс я, поворачиваясь к вмиг побледневшему и затрясшемуся парню. – Сядь в дальний угол и не отсвечивай. Я… сам попробую разобраться.

Он только кивнул, и даже не закрыв дверь выполнил то, что я сказал. В свою очередь, я приготовился…

Даже не знаю к чему, потому как в приоткрытую дверь деликатно постучали, а затем бойцы КГБ не ворвались, как можно было бы предполагать, а вошли, вежливо мне поклонившись, а за ними вплыла… нет ну вот реально именно вплыла, словно бы актриса из ансамбля «Берёзка» – Инна.

– Муж, привет, – заявила Цесаревна с порога и нейтральным взглядом осмотрев разгромленную комнатёнку, покачала головой. – Что у вас здесь произошло?

– Попытка ограбления, – честно сказал я. – А ты что здесь делаешь?

– Я-то… – она подошла ко мне и, положив руки на плечи, поцеловала, так, что я не мог не ответить, а лишь, прижать к себе, прихватив за талию. – Да так, гарантия того, что никто не будет сильно нервничать. Особенно ты. Ребятам с «Разрушителем Карт» поговорить надо, а ты мог бы всё превратно понять.

– «Разрушителем карт»?

– Да. Именно так в ведомстве сейчас проходит один паренёк по кличке «Донателло», который вместе с нашей хакершей «Леди Винтер» с нашего же позволения решились подвинуть одну окончательно зажравшуюся корпорацию.

* * *


«Дорогой, сходи и принеси…» сказала она, – я вдохнул, чувствуя себя подкаблучником – «Не напрягать же ведомство если ты можешь…» сказала она…»

Мне только и оставалось, что покачать головой. Выйдя из подъезда, махнул рукой группе осназовцев стоящих в охранении у вертолёта и, получив в ответ лёгкие кивки, зашагал обратно к остановке, провожаемый их цепкими взглядами. Сказать по правде, увидев входящую в квартиру Инну, я преизрядно удивился. Нет, я, конечно же, подозревал, что меня, скорее всего, ненавязчиво «ведут», глупо было бы думать, что наше родное государство позволит мне вот так вот спокойно расхаживать по бывшей столице. Особенно теперь, когда я, мало того, что можно сказать, подтвердил свой статус Аватара, да ещё аспекта некой таинственной «Антиматерии», так ещё и де-факто являюсь будущим наречённым одной Цесаревны и как я понял, уже де-юре – мужем другой. Ну не верил я, что фаворитизация, ограничивается исключительно каким-то там ритуалом. Это при нашей-то русской любви к бюрократии. А ещё я – герцог, колдун и пока что подросток, в психологическом портрете которого явно содержится очень много нелестных слов о характере оного.

Так что, тут, бессмысленно было возмущаться даже мысленно. Взрослые дядечки из серьёзных структур просто не могли допустить, чтобы кто-нибудь вдруг обидел подобного маленького мальчика, после чего он пошёл бы творить добро и справедливость направо и налево. Не зря же Федосеев, ещё в сентябре запугивал меня теми же китайцами – тут вообще забота органов крайне уместна. Ну вот, если подумать, то зачем Империи выжженная и обезлюдевшая территория на дальневосточных рубежах, вместо надоедливого, но очень промышленно развитого узкоглазого соседа. Любящего, в последние годы, торговать с нами и ссориться с «заклятыми партнёрами»?

Я усмехнулся более-менее удачной, на мой взгляд, шутке. Натянул поглубже капюшон и, выйдя на проспект «Ракетостроителей», заложив руки в карманы, зашагал в сторону торгового центра.

И всё же, по поводу слежки, всё это пока исключительно мои догадки. Если меня и вели, то делали это деликатно, ненавязчиво и не влезая в мои дела, либо вообще отслеживали меня каким-то особым способом, например, с помощью чипа большой игры, что наиболее вероятно. А я, в общем-то, был собственно и не против подобного присмотра, так как никогда не исключал того, что вполне могу как-нибудь накосячить, и тогда господам хорошим куда как легче будет прикрыть мою задницу от проблем.

«Ну да, – я глубокомысленно посмотрел на уже медленно темнеющее небо и медленно разгорающиеся уличные фонари. – Вот такой я покладистый и готовый к компромиссам! Не пай мальчик конечно, да и не собираюсь таким быть, но и не книжный герой, каких любят описывать современные фантасты и которые с ходу начинают прокачивать свои права на предмет «свободы и независимости» от всех и вся…»

И, тем не менее, катализатором появления в разгромленной квартирке старшей Цесаревны, явно был звонок её младшей сестре. Тем более, что, когда разговор коснулся беременной девушки Дена, меня под благовидным предлогом банально выперли из комнаты.

Выглядело это следующим образом. Стоило мне представить девушку, а хозяину квартиры осознать, кого собственно принесла нелёгкая в его разгромленное жилище, с парнем чуть было не случился сердечный приступ. Немножко очухавшись, Ден, испросив «милостивого разрешения», и с чего только вдруг перешёл на столь витьевато-неуклюжий язык, дрожащими руками приготовил Иннке чай. А затем, когда он с видом ведомого на казнь, опять притулился в уголке, словно приговор выслушав похвалу напитку, выяснилось, что моя «жена» собственно ничегошеньки по его вопросу не знает. Так, кое-что подхватила во время перелёта, а сама она здесь присутствует действительно как некий буфер, между резким, как понос мной и не всегда вежливыми осназовцами.

«Чтобы чего нехорошего не вышло, – сказала она, – ну и потому что мне интересно».

Интересно ей! Отдуваться же пришлось зашедшей через несколько минут в комнату женщине в строгом гражданском костюме, которая отказавшись от чая, немедленно приступила то ли к допросу ошарашенного происходящим Дена, то ли к изложению для нас с Цесаревной материалов уголовного дела. Во всяком случае это касалось того маленького кусочка разговора, который мне разрешили услышать, перед тем как вежливо выставили вон за неимением нужного уровня допуска.

В общем – сладкая парочка Дениса и Марины, была своеобразными «Бони и Клайдом» от мира юных хакерских гениев. Единственное отличие в том, что они почти сразу же попались под колпак спецслужбам, которые ещё несколько лет назад, поймали на чём-то за руку Дена и уже через него вышли на его подружку. Причём, с ней они вошли в контакт и склонили к полноценному сотрудничеству, а вот хозяина квартиры, пользовали в тёмную, прогоняя через него много чего на чём нельзя было светить собственных официальных умельцев.

Но это к сути нынешнего дела, почти никак не относилось. А вот когда добрая девушка - «свой пацан в юбке» стуканула в контору о намерении Дена взломать интеллектуальную собственность «Summoning Card Commitee», тут бы и явились к нему люди в масках, если бы чудесным образом это не совпало с интересами государства.

Я далёк был от мира игроков в эти виртуально-карточные игры, но естественно кое-что слышал. Так вот, «SCC» являлся международным холдингом с равноправными пакетами акций у входящих в него компаний из крупнейших стран мира, что должно было обеспечивать равноправную конкуренцию производимых ими продуктов. Но это в официальной версии. А в реальности же, члены представители комитета, давно уже вошли в картельный сговор и, по сути, плясали под дудку «American Legacy Card Inc.» из Либерократии, монополизировав рынок подобных видеоигры и активно топя любых конкурентов. Рэкет, промышленный шпионаж и диверсионно-подрывная деятельность, заказные убийства и похищения людей, стали неотъемлемой частью этого бизнеса, в котором сейчас крутились сумасшедшие деньги.

Так что, конкурентов у них не было, а благодаря воровству технологий и идей, «Само-карт» раздувался всё новыми и новыми опциями и возможностями, предложить которые игрокам другие потенциальные разработчики виртуально-оптических игровых систем просто не могли. Поэтому, всё то, что планировалось как общедоступная популяризирующая магию игра, стало очень недешёвым развлечением, высасывающим деньги из карманов жителей планеты прямиком в карман буржуям из «ALC inc.».

Частично, в этом была вина, в том числе и нашего правительства. Почему-то, так исторически сложилось, что «Россия», как бы она не называлась, никогда на высшем уровне не относилась серьёзно к индустрии развлечений. Вот и в очередной раз, делая лучшую военную технику в мире, мы с презрением отнеслись к возне с какими-то там игрушками, а теперь, уже не могли глобально, на государственному уровне, повлиять на эту разогнавшуюся денежную машину. Разве что прикрыть JFJ «Русское Игровое Агентство» и запретить продажу продукции «Само-карт» на территории страны, собственноручно превратив её территорию в рынок сбыта контрафактной и контрабандной продукции. Чего по здравому размышлению решили не делать, понимая, что по сути это тупик.

В общем, подумав, спецы и прочие аналитики, разработали определённую концепцию обрушения для начала стоимости игровых карт как расходников, а затем и акций головного предприятия, с последующим банкротством или пересмотром всех договорных обязательств и чисткой «SCC» от высокопоставленных ставленников американцев. И как один из вариантов, вполне мог использоваться метод, который желал разработать юный и воспылавший жаждой справедливости паренёк.

В течение всего этого короткого рассказа, на Дена было больно смотреть. Кажется, парень реально считал себя «неуловимым», а ребят, сидящих в конторе, «тупыми» и «непрошареными». Его даже не столько задело то, что эта Марина сдала его с потрохами, сколько то, что именно он первым попался на взломе какого-то сверх защищённого ПМК и вывел ведомство на неё.

Когда же он, по-быстрому обрисовал суть своей проблемы, по просьбе всё той же женщины из органов, для того, чтобы дополнить уже существующую картину, Инна, только качала головой. Узнав про какую-то очень ценную карту «Эльфа», которую отжали у него злые бандиты, она смотрела на него с жалостью как на большого, но несмышлёного ребёнка у которого отобрали игрушку. После чего, потребовала, чтобы «КГБ» даже не смело и думать о том, чтобы забирать её у него повторно. Вот тогда-то, спустя минут пятнадцать, дело и коснулось вопроса с «серым» диагностическим шаром, и мне как, не имеющего допуска, указали на дверь.

«Милый, ты же, как я поняла за этим сюда собственно и приехал? Чтобы помочь мальчику? – сказала она. – Ну так дорогой, сходи и принеси нам эту карточку, уж больно посмотреть хочется… Не напрягать же ведомство, если ты можешь всё сделать сам! Тем более ты же хотел с дядькой Валентина встретиться»

Вот я и пошёл.

Движение по проспекту было не очень-то оживлённым, так что я не мог не обратить внимание, на шум, нагоняющей по проезжей части легковой автомашины, которая вдруг плавно притормозила и тихо урча, поехала с моей скоростью, метров за десять позади. Оборачиваться я пока что не стал, хотя и почувствовал направленный в мою сторону интерес водителя и пассажиров.

«Очень интересно! – подумалось мне. – Неужели, действительно, помяни чёрта, и он появится? Вот они, те самые легендарные китаёзы, привлечённые моими крамольными мыслями о незавидной судьбе ожидающей их Народную Республику? Да ну нахрен! Не может такого быть».

Я как раз перешёл выезд во двор дома номер три по проспекту «Ракетостроителей» и с левого плеча потянулась берёзовая рощица. Никаких гуляк там уже естественно не было, трудно, знаете ли продолжать культурный отдых, когда неподалёку во дворе приземляется немаленьких размеров военно-транспортный вертолёт. Мангал, всё ещё чадил тонкой струйкой белёсого дымка, едва видимой в быстро наступающем сумраке, а возле стола, скуля и повизгивая, между разбросанной пустой стеклотарой и одноразовыми тарелками, возилась пара дворовых кабыздохов, жадно подъедая что-то с земли.

Когда я проходил мимо, машина за моей спиной резко рыкнула мотором. Собаки вздёрнули головы, уставившись в сторону звука, а затем, быстро подхватив что-то с земли, быстро ретировались в глубину редкой рощицы, под защиту наползавшего сумрака. Остановившись, я, наконец, обернулся и увидел быстро приближающийся патрульный мерс. Иномарка, затормозила прямо напротив меня, двери открылись и из автомобиля, не торопясь и поправляя небрежно висящие на плечах АКС12У, вышли трое на удивление «неформатных» полицейских.

Толстячки, забавно переваливаясь, протрусили ко мне и, остановившись, один из них грозно спросил.

– Что ж это мы мусорим, гражданин? – пузан неодобрительно потряс жирком на лоснящейся ряхе. – Сержант Прихотько, ОВД «Долгопрудный». Предъявите документики.

Хмыкнув, я достал студенческую карту и протянул её полицейскому. Тот взял её и даже не глядя, засунул в нагрудный карман формы.

– На подделку похожа. Придётся поехать с нами до опорного пункта. – задумчиво протянул толстяк, грозно нахмурив брови и посмотрев на одного из своих сослуживцев, произнёс. – Что там ещё… распитие спиртных напитков в общественном месте, выброс мусора в неположенном месте...

– Нахождение в состоянии тяжёлого алкогольного опьянения, – поддакнул другой мент. – Наш клиент. Надо задерживать, для выяснения лич…

– Эй! – включился в игру третий, показательно кладя руку на цевье автомата. – А я его харю узнаю! Он же у нас по ориентировкам проходит! Так, руки за голову…

– Да вы охренели, господа правоохранители! Тем более, когда в соседнем дворе вертушка с кучей осназовцев из одиннадцатого отдела стоит… – немножко наигранно поразился я. – Ты пузан, карточку-то, которую я тебе дал, посмотри, что ль. Кучи проблем избежишь…

Кажется, мне не поверили, а, наоборот, от чего то обиделись. Уж не знаю, что этим доблестным полицейским от меня понадобилось, но вместо того, чтобы сделать то, что ему говорят, мужик, насупившись, прорычал надвигаясь на меня.

– Оказание сопротивления при аресте! – и попытался грубо схватил меня за воротник своей волосатой лапищей. – Ах, ты ж…

«Да, интересный сегодня денёк получается. Насыщенный,» – мысленно поморщился я, простым болевым приёмом выворачивая мужику кисть на болевой и заставляя взвывшего мента слегка согнуться.

– За оружие хвататься, не советую, – холодно произнёс я потянувшимся к автоматам толстячкам. – Уж не знаю, откуда вы в местном отделении такие хряки без грамма дара взялись, но советую не шалить. Иначе, я запихну вам эти стволы, по самые гланды.

– Твою мать… – возможно догадавшись о чём-то просипел один из ментов, отступая к машине, не делая, впрочем, более попыток хвататься за свой калаш. – Парень ты понимаешь, что творишь… Лёха не смей! Отставить! Фёдора заденешь!

Он, в общем-то вовремя остановил третьего, куда более непонятливого товарища. Тот нехотя опустил ствол

– О как. Заложник, значит, – уже откровенно издеваясь, произнёс я, поигрывая на болевом, потной ладошкой пузана. – Тебя сержант Прихотько, это тоже касается. Забудь про свой пистолетик. Считай, что у тебя его нет. И так, я слушаю, на хрена вы ко мне решили покопаться. Господа полицейские, поверьте мне на слово, если я сейчас вас здесь положу, то мне за это – ничего не будет.

Хотя это ещё бабушка надвое сказала. Наше государство очень не любит, когда кто либо, обижает людей в форме и при исполнении. Какими бы отморозками они ни были. То давешнее происшествие с оборотными в погонах и кидалами, нас с Мариной Сергеевной, как мне кажется, никак не коснулось только по той причине, что на месте оказался встречавший её проректор из Колледжа и за дело сразу же взялся наш юридический отдел, после того как туда переслали слепки пространства. А вот сейчас… Кто его знает, имеет ли право такой как я, проредить немного поголовье отожравшихся хряков, явно не, укладывающихся, в физические нормативы правоохранительных органов, или нет.

– Я жду… – произнёс я с ленцой поглядывая на мнущихся полицейских.

– Парень, отпусти сержанта и сдавайся. Мы..

– Ну не хотите, как хотите.

Достав свободной рукой из кармана телефон, я ткнул большим пальцем на номер Инны, и когда девушка спустя пару секунд приняла вызов, попросил.

– Дорогая, а не могла бы ты отправить парочку осназовцев, из тех, которые тусуются у вертолёта на проспект, за домом номер три? А то меня тут господа полицейские арестовывать по беспределу собрались…

– Тебя? – удивлённо переспросила Цесаревна, которая в своей жизни, вряд ли когда даже слышала про полицейский произвол. – А что ты сделал?

– Вот я и хотел бы, чтобы они об этом поинтересовались у своих «коллег». А то со мной они говорить отказываются…

– Ладно… сейчас распоряжусь… – в голосе моей… «молодой жены» так и сквозило недоумение и когда она уже отключала трубку, я успел расслышать недовольное бурчание. – Ну, ни на секунду нельзя оставить…

Бойцы, в количестве трёх штук, примчались спустя пару минут, с ходу уткнув горе-полицейских пухлыми мордами в землю, покрытую тонким слоем грязного снега. Вопросы осназовцы задавать умели видимо лучше меня, ну или внешний вид закованных в броню демонов, куда как больше располагал к откровениям, нежели паренёк в джинсах и курточке. Суть интереса же, столь колоритных охранников правопорядка к моей скромной персоне объяснялась довольно просто.

Откуда-то сверху, а у рядовых полицейских «сверху», понятие по чинам и начальникам достаточно расплывчатое, пришло указание задержать молодого человека, соответствующего моему описанию. Уж не знаю: то ли кто-то из благодарных за всё жильцов многоэтажки постарался, то ли нарики очухавшись, побежали жаловаться, то ли жители этажа видели в глазок, как я ломанул квартиру Нечаева, а может быть после массовой явки хулиганствующего элемента с повинной, у кого-то в ОВД возникли вопросы касательно первопричины столь бурных откровений – не суть дела.

Важно-то, что информация прошла с некоторым запозданием, и ближайшую патрульную машину сняв с маршрута, направили к «Ракетостроителей» дом пять, четвёртый подъезд. Ну и, конечно же, в силу традиционных конфликтов между ведомствами, о появлении в районе вертолёта КГБшников, дежурному никто сообщить не удосужился. А тут – из двора выхожу я, весь из себя такой красивый и стройный. Ну а всё остальное – неразумная инициатива исполнителей, которые в силу неоднократно купленных ежеквартальных нормативов, давно уже потеряли как свои вторые воинские уровни, необходимый минимум для работы в полиции, так и способность чувствовать одарённых. Даже самых сильных.

Короче, видео-регистратор, в машине внезапно вовремя «сломался», ну а как уж происходило задержание и кто говорил, тут уже их «честное» слово против лживых оправданий задержанного. А там уж – начальство прикроет если что.

– Бардак, – зло процедил один из осназовцев, глядя на скованных их же наручниками разоружённых ментов и повернувшись ко мне отдал честь. – Прошу прощения Ваша Светлость. Я непременно доложу обо всём в рапорте и клянусь вам, местное отделение полиции ждут очень неприятные деньки.

– Да нет. Не бардак… капитан, – я посмотрел на часики в верхнем левом углу телефона и нахмурился. – Просто неблагополучный район. Таких в любом городе полно. Взять тот же Новосиб. Лично мне кажется, что сама система порочна изначально. Законопослушные сильные одарённые, живут в одном мире, а все остальные – в другом, а так как миры эти далеко не везде пересекаются, вот и появляются подобные «районы», в которых одних всё вроде как устраивает, а другие просто отсеиваются. И не надо на меня так смотреть, я не революционер, я имперец, мне просто за державу обидно.

– Как можно! – отчеканил осназовец, но профессиональное подозрение из его взгляда никуда не исчезло.

«Мда, кажись в моём деле сегодня появится ещё несколько очень неблаговидных строчек,» – тяжело вздохнул я и, забрав из кармана у слегка пришибленного сержанта Прихотько свою карту, спросил.

– Скажите, капитан… – я покосился на стоящий у обочины патрульный мерсик. – А никак нельзя сделать так, чтобы я мог на время реквизировать у местного ОВД вот этот автомобиль. Я, понимаете ли, на важную встречу опаздываю, а на общественном транспорте…

– Папка! Нашла! Нашла! – раздался сбоку от меня радостный девчачий вскрик и из завихрившейся неподалёку позёмки выскочила взлохмаченная легко одетая Аська, с визгом повиснув у меня на шее.

– Японский городовой! – обречённо помянул я знаменитого стража правопорядка из Страны Восходящего Солнца, аккуратно придерживая радостно дрыгающееся и пищащее тело. – Ты чего здесь делаешь!

– Я к тебе пришла, – безапелляционно заявила малявка.

– Опять из дома сбежала? – нахмурился я, опуская её на землю.

– Ну-у-у-у… – протянула она и отвернулась, чтобы не смотреть мне в глаза.

– Ага, – тяжело вздохнул я. – С Ленкой поссорилась…

– А чего она! – топнув ножкой, воскликнула девочка, насупившись глядя на меня.

– Ася… – сурово произнёс я. – Я вообще-то сейчас очень занят…

– Ну! Так не честно! Ты всегда занят! И вообще, я… а она… – на ресничках мелкой заблестели первые слёзки. – И вообще!

– Аська! Быстро домой!

– Ну, па-а-а-па! – милая мордочка скривилась в стартовую мимическую позицию для обильного слёзоиспускания. – Я туда никогда, никогда больше не вернусь! Ленка бяка… А я так по тебе соску-у-у-училась…

Ну, вот на это я точно уже не коплюсь! Точно не сейчас… Ну… возможно! Много тысячелетняя малолетняя интриганка, прекрасно знала, что этот отработанный веками женский приём, неизменно срабатывал на меня, являясь ударом ниже пояса.

– Так, – я хмуро покосился на улыбающегося краем губ капитана, а затем на закованных в наручники ментов с круглыми глазами и отвисшими челюстями. – Отставить слёзы!

– Есть отставить слёзы, – пробурчала девчушка, надув губки и вытирая кулачком глазки.

Чувствует зараза, что опять сработал приёмчик.

– …Но тебя с собой я взять не могу. Обещаю, что как освобожусь…

– Ты всё время обеща-а-а-аешь… – начался второй заход.

– А я когда-то не выполнял данного тебе слова? – хмыкнул я, погладив малышку по волосам. – Так было такое или «нет»?

– Вроде нет… – опять надувшись, буркнула она.

– Ну, вот и всё. Капитан…

– Здесь, – коротко ответил осназовец.

– Проводите, пожалуйста, эту девочку, – я положил руки на плече Аськи и развернул её к ГБшнику. – К Цесаревне Инне. Это её…

Я замялся, задавшись мыслью о том, кем собственно теперь является моя приёмная дочь, для моей «Жены в магии». Пожав плечами, прокашлялся.

– …Считайте, что это её падчерица. Зовут, Ася Кузьминична, – лицо капитана как-то вытянулось, глаза округлились, а бравый сержант Прихотько, так и вовсе закатил глаза и мешком осел на землю.

– В… В… Ваша Светлость, – выдавил он из себя. – А… А Ася Кузьминична в таком виде… Она же простудится…

– Скорее мы все насмерть окоченеем, – со вздохом ответил я, и пигалица серьёзно кивнула. – Так что на счёт машины?


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 8

Настроение было ник чёрту! И всё из-за этого жирного борова, сержанта полиции Прихотько. Нет, ну это надо быть таким… таким… Очнувшись от обморока, эта скотина, рыбкой бросилась мне в ноги и принялась лобызать бутсы. Кто бы знал, чего мне стоило не отфутболить его дурную башку на другой конец Москвы… Такого стыда и отвращения, я не испытывал никогда в жизни!

Нинка однажды, когда мы валялись в постели номера клуба «Регалия», задвинула мне «умное» высказывание, над которым я тогда только посмеялся: «Не власть и не дар разлагает наших аристократов, а отношение простолюдинов к носителям этого бремени…». Конечно, автором была не она, а какой-то очередной продвинутый философ… но, так как мне в тот момент было крайне невыгодно соглашаться с чем-то подобным, да к тому же являясь тем самым простолюдином, я только криво отшутился. На что девушка, сочувственно улыбнувшись, сказала, что мне – ещё только предстоит понять истинность этих слов.

Ну, вот теперь, осознал. Хлебнул правду полной ложкой, и чуть было не сгорел от стыда под взглядами осназовцев. Хотя вроде бы я-то – ни в чём не виноват! Вот и получается, что великий итальянский мыслитель Макиавелли, сказал в своё время: «Короля делает свита!», а его неизвестный русский последователь, уточнил: «Аристократию портит народ!», а один не шибко умный недоросль-Аватар, понял это как: «Народу нравится прогнившая, испорченная и самовлюблённая власть» и фактически посмеялся над обоими мыслителями.

Улица, по которой я гнал реквизированную на время полицейскую патрульную машину, была абсолютно пуста, так что следуя указаниям Азьдекс-Навигатора: «Через сто метров поверните на лево», я зло рванул руль, пуская легковушку опасным юзом. Каким-то чудом, мерсик, заскользив на тонком льду и встав на два правых колеса, не перевернулся и не вписался крылом в светофорный столб.

«Спокойнее, Кузьма, – сказал я мысленно сам себе, сбрасывая скорость. – Спокойнее!»

Свернув на перекрёстке с «Хабаровской улицы», куда я вывернул со МКАД, сразу же, как только представилась возможность сойти с транспортной артерии в жилые кварталы, на «Щёлковское шоссе» в сторону центра, почти сразу же углубился подальше во дворы на противоположенной стороне трассы и аккуратно припарковал машину. Теперь, нужно было пройтись немножко в обратном направлении, к дому девяносто шесть, в котором располагался минимаркет сети, с немного приблатнённым на мой взгляд названием «Шестёрочка».

Старая советская одноподъездная двенадцатиэтажка, выглядела вполне себе ничего. Крепкая полистальная, с вкраплениями ноль элемента дверь с навороченным современным домофоном, камеры, парковочные лифты в подземный гараж для владельцев автомобилей и полностью обновлённый фасад с закосом под хайтек. Насколько я знал из справки в навигаторе, район Северное Измайлово, назначил своей вотчиной небольшой род Лепестковых-Каменских. Это вовсе не значило, что эти земли в черте Москвы, действительно принадлежали этим аристократам, или местные предприятия и торговые точки платили им процент с прибыли или аренду. В отличие от родовых земель, «Вотчина» была чем-то типа «публичной визитной карточки» благородного сословия больших городов. Небольшой участок территории, на которой богатые и влиятельные люди, показывали, как они заботятся о простом народе и что им не безразлична жизнь и удобство их менее удачливых соотечественников, полностью снимая с них заботу о благоустройстве территорий и капитальном ремонте зданий.

Поэтому, все дома в таких местах, не являющиеся памятниками архитектуры, модернизировались, восстанавливались. В общем-то, можно сказать, что «Вотчина» была неким «пискометром» для аристократии, а потому изгалялись здесь в меру собственной фантазии. Прокладывалась новая инфраструктура, каждая квартира оснащалась бесплатной интернет точкой и узлом вакуумной почты. Кто-то создавал собственные соц-службы для малоимущих, кто-то организовывал малобюджетные велосипедные, мото и авто парки, или как в данном случае, снабжал каждое здание огромным подземным гаражом с автоматическими лифтами-подъёмниками. Вокруг были разбиты сады и парки, а строгие городовые – особые полицейские ответственные не только перед ведомством, но и перед нанявшим их родом, чутко следили за правопорядком.

Именно такой бравый вояка, завидев, как я вылезаю из служебного автомобиля, некоторое время следовал за мной, а заметив, что я проявляю интерес к подъезду дома номер девяносто шесть, подошёл и попросил предъявить документы. Всё как положено по инструкции при общении с подозрительной личностью – кобура, расстёгнута, но в поведении ни единого намёка на агрессию или самодурство. Стройный, подтянутый воин-Есаул, показательно вежливый и предупредительный, но между тем, готовый если что, сложить голову за спокойствие местных жителей. Уважаю таких служивых!

Получив от меня карточку, он немедленно проверил её портативным сканером, после чего взял под козырёк, но поинтересовался, что Его Светлости, молодому герцогу Ефимову, понадобилось в вотчине рода Лепестковых-Каменских. Пришлось объяснять, не вдаваясь в детали и в очередной раз, городовой порадовал, не став выспрашивать лишнего. Надо – значит надо. Только предупредил, что квартира, в которую мне нужно, сдаётся в аренду и там периодически собираются личности, не внушающие ему доверия, с разрешением хранить оружие. Вот так вот должен работать любой участковый, чью роль по большей части дублируют в таких районах городовые.

– Ваша Светлость, нужно ли вам какое-нибудь моё содействие? – без тени подобострастия и желания услужить благородному, спросил мужчина.

–Ну… – я хмыкнул. – Разве что оградите меня от «дежурной смены» у подъезда.

Я многозначительно покосился на заседающих на лавочках старушек.

– Сделаем, – он улыбнулся и опять отдал честь. – Последний вопрос Ваша Светлость, не желаете ли, в ближайшем будущем, нанести визит роду Лепестковых-Каменских?

– Я их даже не знаю. С чего вдруг? Не приглашают же они первого встречного…

– Инструкции, Ваша Светлость! – немного смущённо произнёс городовой. – Обязан поинтересоваться, у каждого благородного при возможности… в связи с приближающимся днём рождения наследника.

– И когда? – спросил я больше для проформы.

«Интересно они к себе гостей зазывают…»

– С это воскресенье, Ваша Светлость.

– Наверное н… – и тут у меня в голове, родилась определённая, довольно интересная идея, связанная с легализацией нашего странного трио.

Тут ведь какое дело… лично я сейчас – никто и звать меня, в общем-то – никак. Да – вроде герцог. Но это «вроде» в скором времени вполне может осложнить мою жизнь, особенно, когда разнообразные аристократишки и дворянчики отойдут от шока и позарятся на моих девочек. Немного поварившись в каше местного высшего общества и делах колледжа, я уже понял, что правила – это хорошо, но зачастую, соблюдаются они только на бумаге.

Да я не могу как курсант и как участник «Большой Игры», учувствовать в дуэлях… Но! Как всегда и везде, есть одно большое «Но»! Как объяснил мне сегодня Гремм, после того как реально дал по шее, узнав, кто стал моей «фаворитка» - я долбаный дебил и латентный самоубийца.

Всё горе, как говорится, от баб! Я не очень понял, какого хрена юридически, фаворитка считается лишённой собственно воли и мнения, за Инной я подобного не замечал, как и почему её хозяйкой, считается Нина, так как непосредственно провела ритуал, что как-то связано с тем, что я взял её первой… Но при определённых обстоятельствах, с помощью другого ритуала, это позволяет отогнуть старшую Цесаревну как вещь. Более того, вот этого я не понимал от слова совсем, для двора, по всем признакам, в данный момент я нахожусь в «Опале» у Императора, а потому он вроде как «выжидает и не препятствует».

«Не понял? – спросил я тогда. – Мы же с Его Величеством, нормально поговорили. Правильный мужик! Всего-то взял с нас с Ниной обещание…»

«Это для тебя, он «правильный мужик», Емеля ты деревенский, а для всех остальных, ты в явной «Опале», потому как в противном случае – тебя бы засыпали подарками, проявляя свою благосклонность для остальной публики! И представил бы ко двору! – ответил мне Гремм. – Ты пойми, Кузя, он просто не мог показать свою радость от того, что ты сделал с одной из его дочек!»

«Да я ничего не делала! – возмутился я и поняв, что ляпнул, добавил. – Ну, кроме естественного!»

«Ты уж прости, но я грубым буду, – нахмурился препод. – Мы не в девятнадцатом веке живём. Перепихнулись – разбежались, на то и внимания никто не обратит. Но то, что у вас получилось… простыми потрахушками не назовёшь. Ты именно что «завладел» обеими девицами, и никто не поверит, что это не твой «хитрый план». Тем более, что про то что ты Аватар, знают пока очень немногие, а про постельный «инцидент» - почти все!»

Ну да. Сейчас, на наши взаимоотношения, мало кто успел прореагировать. Или можно сказать по-другому, нужная публика – ещё недостаточно обработана и мотивированна старшими поколениями для действия. Самое поганое, что сотворённый Ниной ритуал, основывается на эмоциях партнёров и, будучи не разрушим обычной магией, для чего и создавался, оказался сломан на родине у Гремма. В Англии. Так называемая «контра», действо, именующееся «The legal right of the «Knight Green». И сводился к тому, что влюблённый мужчина, не чувствуя страха, вызывает на бой «Knight Red», то бишь меня - злобного «Красного рыцаря», дабы забрать цепь от оков своей возлюбленной.

Правила же «Большой игры» девствуют исключительно на территориях Колледжей и это бумажные правила, за нарушение которых могут разве что наказать. А так, да, я имею право – послать конкурента, на три буквы, сославшись на участие в «Игре», но, отказ от дуэли ритуалом расценивается как проигрыш и Инна, уходит как ценный приз какому-нибудь аристо. На меня же… Нинка тут вроде, как и не причём, начинается настоящая травля… Если же в душе «Зелёного рыцаря» есть страх, то «финита ля комедия» и после проведения ритуала, он не идёт бросать вызов, а семья заказывает парню последнюю печальную музыку.

В общем… вроде бы – засада и полное крушение стройной системы… но это если не рассматривать с позиции нормального «института фавориток», когда вопрос касается младших дочерей баронов, имперских дворян и прочих, кого родителям не жалко сговорить с сильными одарёнными. Воздыхателей таковых обычно отваживают от опрометчивого шага родичи или СБ «мужа в магии». Да и знаниями о исполнении «Законного права «Зелёного Рыцаря», в нашей стране мало кто из младших аристо может похвастаться.

А тут, в нашем случае, – такой приз! Целая Императорская дочка! Тем более-то воевать придётся с каким-то там впавшим в немилость колдунишкой, который даже не был представлен ко двору! Да, сильным, но с одной магемой и пусть у него страшный-престрашный дед… но так и старого хрыча знают далеко не все. Ну и вообще – риск за такую ценность – всегда оправдан…

Получается и у меня оправдан риск – грохнуть какого-нибудь придурка побыстрее и вне институтских стен! Службы безопасности за мной нет, к деду… не хочу даже говорить про этого человека. На Императора… а вот подозреваю я, что это очередное испытание, такое же как клятвенная разлука с Нинкой. А где найти безбашенного и самовлюблённого самоубийцу голубых кровей, которым дуэлью с которыми можно запугать окружающих… как не на светских раутах! Так что, нужно начинать ходить по подобным тусовкам… а за одно девочек выгулять. А то зачахнут в колледже мои цветочки-лепесточки…

– Э… – городовой правильно понял моё затруднение.

– Тёска ваш имею быть! Уже представлялся, позвольте снова. Городовой Есаул Северно Измайловского района, Кузьма Андреевич Рыбченкин!

– Вот что, Кузьма Андреевич, – подался я в дипломатию. – Сколько лет наследнику исполняется.

– Девять Ваша Светлость.

– И всё же… – я нахмурился. – Не скажете, почему Лепестковы-Каменские, рады даже гостю с улицы?

– А вы… не в курсе, – удивился городовой, – Ваша Светлость?

– Да как-то не доводилось.

– Проигрыш в полигонной баталии Архангельским и гибель двух третьих клана, – погрустнел Кузьма Александрович. – Род их потерял всех мужчин и… наследник, он же теперь при мамке выполняющей функции регента. Вот и стараются привлечь… Простите, я не должен был вам этого говорить!

– Считай, что я оценил откровенность, – играя матёрого аристократа, ответил я и намекнул. – Мне бы по телефону поговорить…

Городовой просто взял под козырёк и отшагал метров шестьдесят в сторону, сильно за уровень фокусированного слуха воина троечки. Достав трубку и набрав номер Нины, я дождался ответа.

– Милый, ну вот ты специально? – девушка была явно не в духе, а на заднем фоне слышался гвалт мужских и женских голосов.

– Любимая, – я помедлил, формируя мысль в слова. – Как на счёт того, чтобы сходить в воскресенье на приём у Лепестковых-Каменских?

– Лепестковы-Каменские, Лепестковы-Каменские… – пробормотала девушка, а затем ответила. – Нафига? Это же почти выбитый род?

– Нужно, – улыбнувшись, ответил я.

– Ну и зачем тебе они? – чуть более заинтересованно спросила заяц. – Они вроде отправляли мне недавно какую-то почту, но… Этот род в последнее время всем кучу макулатуры высылает…

– Дорогая... – я прибавил в голос таинственности. – Я тут про чисто женские ритуалы и тайны кое-что услышал…

– И… – ледяным тоном ответила мне девушка.

– Не злись. Если не в курсе, напряги пожалуйста кого-нибудь, чтобы он рассказа л тебе о чисто мужском, английском ритуале «Законное право Зелёного рыцаря». Слышала о таком?

– Нет… намного более дружелюбно ответила она. – Ладно…

– Жду очень скорого звонка… – улыбнулся я. – Я пока Инне наберу.

Разговор со старшей сестрой, получился не менее трудный, к тому же она куда как хуже отзывалась о семье в чьей «Вотчине» я сейчас находится. Естественно я и её отвлекал, слышался голос строгой женщины в форме, ответы Дена и возгласы Аски. Но когда я задал вопрос о «Зелёном рыцаре», а она его продублировала его ГБшникам , паника в её голосе после ответа была почти физически ощутима. Затем, позвонила Нинка, с теми же интонациями, а потом, в наспех устроенной онлайн-конференции, обговорили некоторые детали.

В общем-то, получалось, что в моём нынешнем положении, я могу самодурствовать как хочу. А вот девушкам зазорно самим принимать приглашения маленького, да его и проигравшего полигонную войну рода, потерявшего всех мужчин кроме младшего сына главы. А вот то, зачем нам стоит съездить, «поразвлечься», от моего имени, а не от императорской семьи – дошли все сами. Умницы мои девочки! Всё остальное, договорились обсудить по моему возвращению.

Махнув городовому и дождавшись, когда он подойдёт, я сообщил, что готов принять приглашение Лепестковых-Каменских и поинтересовался, могу ли я появиться на празднике не один. Этого, к сожалению, мой собеседник не знал, но обещал, что непременно передаст моё пожелание компетентным людям и со мной свяжутся по моему студенческому адресу.

Собственно, на этом мы и попрощались. Городовой, самолично пропустил меня в подъезд, мгновенно переключив на себя, недовольные сиим фактом возгласы «дежурных» старушек, а затем и вовсе увёл их мысли в сторону проблем, жалоб и пожеланий. Я же, поднявшись на последний этаж, нашёл нужную мне квартиру, мельком осмотрелся и нажал на кнопку звонка.

– Да? – загоревшийся через минуту небольшой голографический экранчик, прямо поверх дверного глазка, отобразил монохромное бело-синее изображение хмурой, помятой физиономии мужика средних лет со взлохмаченной шевелюрой.

– Я к Игорю Николаевичу Серенскому, – произнёс я.

– Нет таких, вы ошиблись, – буркнула личность и изображение погасло.

Вздохнув, я повторно нажал кнопку звонка.

– Парень, я тебе уже сказал… – уже куда как более нервно ответили из-за двери. – Здесь такие не живут.

– И всё, же. Позовите Игоря Николаевича, – стараясь оставаться вежливым, произнёс я. – Я к нему по общему «карточному» делу.

– Проваливай, говорю! Нету здесь никаких «Игорей Николаевичей», – куда как более резко сообщила мне «помятая личность». – И в азартные игры мы не играем! Так что иди отсюда мальчик, или я ща выйду и сам спущу тебя с лестницы!

Экран опять погас. Хмыкнув и криво усмехнувшись, я в третий раз, на этот раз надолго вжал кнопку. На этот раз разговаривать со мной действительно не стали. Дверь распахнулась, явив мне крепкого, мужчину в простом поношенном лесном камуфляже типа «цифра», явно вознамерившегося выполнить своё обещание. Вот только увидев меня вживую, он так и застыл на пороге, глядя на гостя круглыми от удивления глазами.

Вполне естественная реакция, учитывая, что через изображение с обычной камеры невозможно различить ни аурные проявления, ни эфирные, ни сансарные сущности. Сейчас же, этот одарённый воин-Есаул, увидев меня лично, получил возможность почувствовать или может быть даже увидеть дар. На его лице и отразились вряд ли привычные ему мыслительные процессы. Уровня так первого класса: раз чакра, два чакра, три чакра… шесть чакра. Вот он и завис, не просто не готовый к подобной приятной во всех отношениях встрече с монстром, которого секунду назад обещал спустить с лестницы и, не шибко понимая, что ему теперь делать.

– Спасибо, – вежливо сказал я, и, подтолкнув личность вглубь квартиры, прикрыл за собой дверь. – И так, ещё раз. Мне нужно поговорить с Игорем Михайловичем. Меня его племянник Валентин попросил помочь ему в одном деле.

В почти пустой со скромной обстановкой прихожей, было довольно чисто. По-армейски как-то, без ощущения женской руки. Пахло освежителем воздуха, которые, как по мне всегда имели один и тот же не самый приятный химический запах. На вешалке висели разнообразные куртки, а возле стены, на половичке, выстроились в ряд четыре пары армейских берц, разного размера, три из которых всё ещё поблескивали капельками талой воды. Так что, можно было с уверенностью сказать, что я не просто вломился в чужую квартиру, а пришёл по адресу, тем более что я знал причину, по которой дядя Вальки, не бросился ко мне с дружескими объятиями.

– Ну я, Игорь Николаевич, – из-за угла, ведущего в комнату, мне на встречу вышел высокий мужчина в таком же как у встретившей меня «потрёпанной личности» камуфляже, со стареньким автоматом Калашникова в руках.

– Можете звать меня Варлок, – представился я. – Повторюсь, я здесь по просьбе вашего племянника.

– Вполне возможно, – степенно кивнул тот, – но насколько я знаю, кое-кто, должен был встретиться кое с кем и придя сюда, сказать кое-что…

– Вы что, – я поморщился. – Реально думаете, что я стал бы на весь коридор, под узконаправленным микрофоном камеры слежения, орать: «Волдырь открывай это Сова, я от Черепаха-Донни пришёл, он тебе «Кавабангу» передаёт!» Серьёзно?

– Ну допустим не «Волдырь», а «ВолОдырь», господин «Вар-лоХ», – опуская оружие, почесал нос Игорь Николаевич, – и микрофон мы давно уже на подмотке держим. Он в диапазоне нашей дверки, слепое пятно имеет, когда работает домофон. Проверено. И почему Донни не сделал контрольный звонок, как мы договаривались?

– Квартирку у него обнесли, – ответил я, подумав, что стоит обойтись и не шокировать наёмников засевшими у Денчика гостями. – Вряд ли вы приняли бы вызов с левого номера. А вообще господа хорошие, странное вы местечко для конспиративной квартирки подобрали. Знаете, что вас местный городовой пасёт?

– Не прав ты, мальчик, – произнёс ещё один мужик, выходя в прихожую. – Место это – хорошее, особенно если не шуметь и не «нарушать». А то, что к одному из ветеранов Зоны, часто старые сослуживца наведываются, ну так что с того? Так что не говори о том, в чём не разбираешься.

– С оружием? – приподнял я бровь.

– Ну а что с того? – право на зачехлённое ношение нарезного боевого – имеем. А остальное не чужого ума дело. Участковый – не совсем полиция, его заботят документы на стволы, а не само оружие.

– Как скажете… – не стал спорить я, мысленно добавив: «Всё равно под колпаком небось ходите!» – Может быть, делом займёмся? У меня, признаться, не так много времени…

В общем, познакомились. Не плохие мужики надо сказать оказались. Меня быстро ввели в курс дела, попытались, правда, исподволь прощупать, кто я такой и вообще откуда, но распространяться о себе, я желанием особенно не горел и на подобные вопросы, отвечал расплывчато, а чаще всего вообще односложно.

* * *

Вернувшись в свой кабинет, Косарь поморщился, глубоко вздохнул и постарался подавить навязчивое желание взять и оторвать Хасану голову. Этот чеченец, с его постоянными закидонами откровенно бесил бывшего гвардейца, и что самое противное, в данный момент сделать ничего с кавказским «Кишкодёром» он, «Король» просто не мог.

Своеволие этнического боевика, обуславливалось родством с Дедом Абу, навязавшего ему своего племянничка, а желание партнёра по бизнесу, следовало уважать. Да и вообще злить клан Вацураевых не стоило… Пусть они и подрастеряли часть своей силы в непрекращающейся сваре с Солнцевскими, но за ними всё равно стояла вся чеченская диаспора со всей её разветвлённой мафиозной структурой, чьи основные интересы сейчас медленно, но верно перемещались в направлении Украинской Зоны. А это было уже серьёзно и как минимум говорило знающим о том, что среди аристократии имелся кто-то очень влиятельный, в чьи интересы вполне укладывалось эта ползучая интервенция.

Подойдя к широкому окну кабинета, которое выходило на заводской дворик, Косарь окинул холодным взглядом суетящихся внизу в свете софитов рабочих, сгружавших из выстроенных в ряд фур блоки мороженной рыбы и уже ставшим за последние дни привычным движением, погладил нагрудный кармашек своего пиджака. Холодный и расчётливый ум ещё молодого «вора в законе», привычно перемалывал события этой недели, анализируя все имеющиеся у него сведения и пытаясь понять, а не надумал ли Дед Абу, с помощью своего злобного волчонка, порушить дело всей его жизни. Где он перешёл дорогу старому чеченцу настолько, чтобы тот стал вмешиваться в закреплённый в Москве самими «смотрящими» за ним, Тимуром Косаримовым, виртуально-карточный бизнес?

И ведь если смотреть на отдельные случаи, то в данный момент ничего такого и не происходило. Ну да, в последние полтора года, на нелегальных боях монстров, всё чаще и чаще стали появляться читеры, к которым его «организаторы» закрывали глаза. Это можно было бы списать на увеличившийся поток клиентов, если не знать, как ходящая под Косарём братва, наказывалась за подобные инциденты. Но то, что позволяли себе ребятки Хасана, вообще не вписывалось ни в какие понятия!

Татарин вновь, ласково погладил нагрудный кармашек, в котором находился небольшой футляр с самой ценной игровой картой, которую он, когда бы то ни было, держал в руках. С – «его» картой! Теперь его…

Впрочем, для мало что понимающего в «Само-карде» человека, это был всего лишь коллекционный экземпляр с далеко не самым сильным в игре монстром-гуманоидом. Эльфийкой-рыцарем, что вообще не котировалось по сравнению с разнообразными драконами и прочими якобы могущественными и сильными тварями. Но кто бы знал, что почувствовал сам Тимур, когда эта… эта… эта богиня! Вступила в бой на арене. Нет! Спустилась словно Гурия из райских кущ, как нечто недостижимое, но желанное и сразила своего противника…

Косарь рассмеялся в полный голос. Если бы кто узнал, то его репутация, всё чего он добился – полетело бы в тартарары! «Вор в законе», могущественный маг преступного мира, «Король». Он – Косарь, влюбился с первого взгляда в игровое виртуальное изображение! Человек, у которого женщин может быть столько, сколько он того пожелает – захотел какую-то рисованную картинку!

Но это – другой вопрос… Сам он, будучи расчётливым дельцом, ценящим репутацию своего очень, очень выгодного дела, никогда бы не сделал то, что сотворил этот идиот Хасан! Понятно, что у бывшего владельца, эту карточку бы непременно забрали. По-тихому, устроив пареньку «случайную» встречу с гопниками в переулке, после которой у ментов образовалось бы ещё одно безнадёжное дело с обезображенным трупом и полным отсутствием свидетелей. Мало ли их таких было уже на его совести. «Крутых» диванных парней, с интересными и очень дорогими монстрами. Одним больше, одним меньше, тем более что этот и так сидел на крючке! И похрен, что это был Донателло – достаточно известный в мире теневых игр человек! За такой ценный и желанный приз, он бы и брата не пожалел, если бы, то было не в ущерб бизнесу!

«Но твою мать!» – в вновь нахлынувшем гневе, Косарь долбанул кулаком по стене и от места удара по винтажному кирпичу пошли длинные ветвистые трещины.

Этот идиот Хасан, прилюдно избил пацана, и отобрал у него карту. Муд... ещё и… Пришлось, лично вмешиваться и прокачивать ситуацию так, чтобы находящийся в шоке парень, решил, что его эльфийка пошла в счёт резко возросшего долга. Дебил! Ведь так просто было накрыть этого неудачника, а после того что устроил чеченец, его и пальцем нельзя тронуть! По крайней мере пока. Да, карту у Хасана он естественно забрал, но почему… почему теперь, каждый новый день, он чувствует, что на шаг приблизился к краю своей могильной плиты?

Что ему, самому Косарю, может сделать слабосильный игроман, только и умеющий в жизни, что выращивать игрушечных монстриков. Да он даже в полицию обратиться не сможет, потому как увяз в подпольных боях «Само-карда» по самые уши! Его самого «SCC» первого же сгноит, а Тимуру Косаримову, держателю большого пакета акций «Русского Игрового Агентства» - не будет ровным счётом ничего! Только идиоты могут думать, что подпольные игры никак не связаны с самим холдингом и широкий денежный поток идёт куда-то нале…

– Тимур, – дверь в кабинет широко открылась, впуская в святая святых Империи Московских Подпольных Карточных Игр атлетически сложенного молодого человека. – Я…

– Я тебе сколько раз говорил, что нужно стучаться прежде чем входить в мой кабинет? – хмуро посмотрев на чеченца, спросил его Косарь.

– Василий весточку прислал. Новая партия будет завтра к трём часам. Дед Абу велел тебе…

– Я тебе что, только что сказал? – спокойно и холодно спросил Косарь.

Все, кто знал Тимура Эльдаровича Косаримова достаточно хорошо, в этот момент уже валялись бы у него в ногах моля о прощении, либо бежали бы прочь без оглядки… этот же высокогорный баран, лишь тупо лупал на «Короля» глазами, словно бы не понимая, что только что, своими словами, подписал себе смертный приговор. Племянник старого Вацураева, к удовольствию Косаря, сам того не понимая, перешёл ту черту, которая благодаря уважению к его родичу и клану, отделяла его от мира мёртвых.

И это было хорошо. Судя по наглости парня в последнее время и этим словам, татарин был прав, и Дед Абу действительно замахнулся на его, Косаря делянку. А значит это – война. И объявлена она была не…

Тихий серебряный звон, заставил бодающихся взглядом мужчин посмотреть на окно. Тимур успел заметить, как высокое полотно стекла, словно бы превратилось в блестящую в лунном свете пыль и, скользнув на пол, подхваченная ворвавшимся в кабинет вихрем холодного воздуха, разнеслась по всему помещению. И почти сразу же, на блестящий сейчас в свете ламп дорогой ковёр, в образовавшийся проём, спрыгнула мужская фигура.

– Добрый вечер, господа бандиты, – произнёс молодой голос. – А не плохо вы здесь устроились…

Хасан, вот надо отдать должное волчонку старого чечена, атаковал внезапно и молча. Тимур даже на мгновение пожалел, что от этого боевика, ему теперь придётся избавиться. Он был хорош, даже очень…

В следующую же секунду, шейные позвонки племянника Деда Абу хрустнули и незнакомец, кажется, даже не изменив своей позы, разжал руку, позволив телу кавказца безвольной куклой упасть на пол. Косарь почувствовал, как его пробил холодный пот. Он уже давно, очень давно не пользовался даруемой своей четвёртой ступенью возможностью, наблюдать за даром других людей. Сейчас же, она активировалась словно бы сама собой и шесть открытых чакр гостя заставили кровь заледенеть в жилах у бывшего гвардейца-Ауктора, а ныне «Короля», одного из самых сильных одарённых преступников Москвы с четвёртого уровня.

– Ты здесь главный? – так, словно бы не расправился только что, походя, с наводящим ужас на множество людей «Злым Хасаном», спросил его незнакомец. – ПМК трогать не советую.

Перешагнув через труп, мужчина лицо которого было скрыто маской-балаклавой, остановился. Тимур, который на самом деле даже забыл сейчас о своём магическом компиляторе, сделал пару шагов назад. Мечтая только о том, чтобы не подвела начинающая брахлить простата и он не опозорился бы раньше времени. Ещё на службе, им – гвардейцам, в обязательном порядке вдалбливали в головы классификацию одарённых. Воины маги, шаманы, колдуны… вот на последних лектор остановился особо. Точнее на одном из них. Старик, ровесник века, одним своим видом нагонял жути на многих, но последнее время отошёл от дел, залёг в спячку. И буквально недавно до Косаря дошли слухи, что у древнего медведя появился наследник.

«Да… а ведь верно говорили… – мелькнула глупая мысль, – что таким монстрам человека убить, вообще ничего не стоит…»

То, что сам он давно уже распоряжался чужими жизнями, даже не поведя при этом глазом, как-то выпало из сознания криминального авторитета. С того самого времени, когда он был с позором изгнан со службы и вступил на кривую дорожку, Косарь уже как-то привык к тому, что благодаря своему дару, находится на самой вершине пищевой цепочки. И вот теперь, столкнувшись нос к носу с кем-то несоизмеримо более могущественным, его холодный и расчётливый разум начал пасовать...

– Карту… – произнёс гость.

Косаримов сразу понял, о какой именно «Карте» он говорит, рука словно бы сама-собой достала из кармана чехольчик, в котором хранилась «Она», и он хотел было метнуть её страшному человеку через разделяющий их стол, но пальцы, словно заговорённые отказывались разжиматься. Тимур вдруг словно бы услышал чью-то мольбу… несуществующий голос казалось просил, не отдавать её опять кому-то…Но «Король» пересилил себя и спустя мгновение предмет оказался в руках гостя.

– Хорошо… – произнёс тот, проверив то, что находилось в чехле. – А теперь, смотри. У нас есть два варианта дальнейшего развития событий. В одном, я ухожу, и в этом месте не остаётся ни одного живого человека… в другом, я ухожу отсюда хозяином. Что ты выбираешь?

– К… К… Как мне звать вас, х-хозяин? – враз пересохшее горло отказывалось пропускать это слово, но Косарь заставил его прозвучать.

– Зови меня «Варлок», – всё тем же безэмоциональным тоном, ответил Косаримову человек. – Значит, поговорим…


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 9

Только выйдя за ворота теперь уже моего, относительно маленького «свечного заводика», только что неофициально сменившего владельца, я смог вздохнуть с облегчением. Скорее всего, кто-нибудь другой на моём месте, наверное, толковался бы лучше и вытребовал бы у ушлого татарина условия куда как выгоднее… но лично для меня, и то, что я более-менее достойно держался, уже можно было считать достижением.

Но, вообще, конечно, всё это не моё… не «управленец» я, что мой новый подопечный просёк почти сразу. Впрочем, как мне показалось, этот матёрый мафиози отечественного разлива, даже рад был тому, что кто-то типа меня, вот так вот пришёл и вроде бы отжал у него выгодный бизнес, не тронув его самого и даже сохранив в «игре», зафиксировав текущий «статус-кво».

Не нужно было даже гадать о причинах подобной удивительной сговорчивости, часть из которых так и осталась за рамками наших не долгих, но результативных переговоров. Во-первых, между московским подпольным виртуально-игровым бизнесом «Тимура и его команды» и остальным местным криминалитетом, появилась фигура, не считаться с которой последние просто не могут. Это частично отводило внимание мафиозных боссов от его «скромной» персоны и создавало проблемы уже лично мне, но на этот счёт, у меня уже имелись определённые мысли, как свести эту проблему «на нет».

Во-вторых, после показательной расправы над своим боевиком, татарин просто боялся жуткого «Варлока» до мокрых штанишек. Что, тем не менее, не помещало ему показать класс и деловую хватку, когда дело дошло до «серьёзного разговора» с новым «хозяином». Ну и в-третьих, этот взрослый мужчина, просто не мог не понять, что разговаривает с желторотым юнцом, а значит уже прикинул, как впоследствии именно он станет крутить мною как ему заблагорассудится. И скорее всего, так оно и будет, если я оставлю всё «как есть». Кузьма Ефимов, знаете ли – не попаданец-пенсионер в молодое тело, ветеран ГРУ и вообще сверх-специалист во всём, за что он берётся. То бишь, живой человек, ещё вчерашний «деревенский» пацан, а не книжный персонаж, на которых так богата современная отечественная фантастика.

«М-да… и всё равно как в дерьме искупался…» – поморщившись, подумал я, вспомнив в частности первый из предложенных Тимуру вариантов нашего расставания.

Если бы он знал, чего мне стоило пересилить себя и пообещать устроить локальный геноцид всего живого на территории отдельно взятого завода… да ещё и сделать это так, чтобы он в это поверил. Вот чисто психологически, я сам понимал, что на подобное просто не способен, ибо вооружённые ублюдки это одно, а беззащитные гражданские – совсем другое, но нужно было держать марку, коли уж в голову взбрела мысль стать маленьким Доном Корлеоне от виртуальных развлечений.

В горле до сих пор першило от переизбытка сансары в голосовых связках, а зубы ломило от ультразвука, которым я разрушил оконное стекло, а затем, дозированно добавлял в голос в самом начале нашего разговора. Разница в силе, это конечно хорошо и наглядно, но вряд ли прожжённый бандит, да к тому же маг четвёрочка, действительно воспринял бы смерть своего подопечного так, чтобы первыми же мыслями в тот момент стала чистота порток, а не какая-нибудь глупость вроде героического самоубийства. Получиться-то – получилось, но я на своём личном опыте ощутил, что без длительных тренировок человеческая гортань плохо переносит подобные фокусы.

– Может быть все-таки, вызвать машину? – безмерно услужливый Тимур Эльдарович подошёл ко мне сзади, кутаясь в дорогое кашемировое пальто с безвкусно блестящими вставками чёрного шёлка на воротнике.

– Не стоит, – я повернулся к своему новому подчинённому и холодно посмотрел ему прямо в глаза. – Когда, по-вашему стоит ожидать первой реакции? Сколько у нас времени.

– Скорее всего к утру, – зябко передёрнул плечами татарин. – Но об этом можете не волноваться. Нам для начала выскажут своё явное недовольство, но так как в данном случае вопрос касается уже распределённых сфер влияния, а не нового передела собственности, то особых обострений ситуации прямо сейчас ждать не стоит. Нас попытаются пощупать, скорее всего, на нижних уровнях и выдвинут претензии, с этим мои ребята справятся сами. Не впервой. Другое дело, что каша может завариться чуть позже, когда первоначальная пена спадёт и вот тогда, кто-нибудь обязательно захочет, чтобы мы подвинулись. Уж больно вкусно выглядит наша поляна, а то, что я «прогнулся» под вас, многим покажется призывом к действию.

– Понятно, – кивнул я. – Если ваши «коллеги» зашевелиться не сразу, то думаю, что их ждёт неприятный сюрприз. В остальном, действуйте, как мы договорились. И чтобы…

– Я понял, – мужчина вежливо поклонился. – Больше не повторится. Будем наращивать «сервис».

– Вот-вот… – я усмехнулся под маской и, махнув рукой, не прощаясь зашагал в верх по улице.

Был, конечно, определённый шанс, что сейчас, в спину мне прилетит что-нибудь очень неприятного калибра или банальный огненный шар. А потому, я даже натянул «алмазную рубашку» вместо обычной «железной», привычка носить которую постоянно, выработалась у меня ещё в первые годы обучения у Наставника… но ни выстрелов, ни каких-нибудь других агрессивных действий не последовало.

Свернув в ближайший переулок, и пройдя мимо длинного забора, я немного поплутал по дворам, сбивая возможную слежку, а затем запрыгнул на крышу одного из домов и ненадолго затаился. Я вполне отдавал себе отчёт, с какими «опасными» во многих отношениях людьми связался и хоть ни капли не опасался за собственную шкуру, подставлять хороших людей в лице «Волдыря» и его приятелей – мне не хотелось.

Да, план штурма завода, разработанный Игорем Николаевичем и его наёмниками, я послал лесом, решив сделать всё по-своему. Что, в общем-то, не мудрено. Силовое проникновение на территорию завода и последующий штурм центрального офиса, предполагали многочисленные жертвы, с обоих сторон… и всё это только для того, чтобы вернуть Дену, какую-то там, пусть даже и дорогую, но всего лишь игрушку. Меня же перспектива поучаствовать в очередной мясорубке вовсе не привлекала. К тому же акция планировалась вообще без учёта моих скромных способностей, в благоприятном варианте с участием основной штурмовой силы в виде Вальки, а вне благоприятном без него.

Вообще, признаться честно, меня немного смутила та самоотверженность, с которой эти взрослые мужики собирались лезть под пули ради имущества своего молодого знакомого. Тем более, что все эти закидоны о «распоясавшихся бандитах», «справедливости» и «честности», показались мне не особо искренними. Да куда там – во время нашего недолгого общения, мне откровенно ездили по ушам разговорами, видимо рассчитывая на мой возраст и юношеский максимализм. А «Волдырь» вообще, продолжал настаивать на своём непременном участии в вылазке, даже после того, как согласился с тем, что их первоначальный замысел никуда не годится. Так что из всего этого, я вынес только одно – мне банально не доверяли.

Что, в общем-то, правильно. Кто я для него – странный парень, вроде как друг племянника, а учитывая мою силушку, что там придёт мне в голову, когда ценный приз окажется у нас – не известно. С Деном же их связывают какие-то личные договорённости и совместное участи в не шибко легальном, но, похоже, прибыльном деле. Оставался, конечно вопрос, для чего им идти на такой риск ради игровой карты, которая насколько я понял, была всего лишь первой ласточкой в их будущем деле? Но тут как говорится: «хозяин-барин» и вообще – не моё это дело.

Хвост за мной действительно был. Правда, работали подопечные Тараса без огонька. Больше похоже было, что мой подчинённый послал их следом за мной так – для галочки. Дабы окончательно не упасть в собственных глазах, ну и чтобы я не подумал о нём совсем уж плохо. Глупо конечно, татарин должен был бы понимать, что за подобную опеку я могу и обидеться…

В любом случае, трогать я их не стал. Подождал, пока все три тройки, идущие разными путями, благополучно минуют дом, на крыше которого я и расположился. Включив на телефоне «защищённый режим соединения» и антиопределитель номера, набрал тот, что дал мне для связи господин Косаримов. Несколько минут приятного во всех отношениях разговора с подчинённым, с предложением немедленно вернуться и повторно объяснить моему собеседнику, условия нашего «партнёрства».

Тарас, выслушал меня, проникся и, признав, что он просто «не мог не попробовать», пообещал впредь вести себя «хорошо». Я сделал вид что поверил, он сделал вид, что поверил в то, что я поверил и соответственно при достижении подобного взаимного доверия, я повторно намекнул ему, что ему не стоит делать глупости, вроде попыток избежать наших дальнейших контактов, например, бежав за границу, потому как ничем хорошим для него это не закончится. На что он, усмехнувшись, ответил мне, что на данный момент, наши взаимоотношения ещё не достигли той точки, когда он готов будет бросить всё нажитое непосильным трудом и податься в бега. Особенно после того, как я совсем недавно, довольно толсто намекнул ему кто именно стоит за таинственной фигурой «Варлока».

Конечно же, на тот момент, это было немного не так, но этот момент я намеревался подкорректировать в самое ближайшее время. Просто на то, что бандит безоговорочно поверил в мои почти безграничные возможности, сыграл тот факт, что он, в своей бывшей жизни был гвардейским офицером, а потому сохранил некоторые стереотипы касательно сильных одарённых. И в частности, татарину и в голову не могло прийти, что мага или воина такого уровня в реальности мог действовать самостоятельно или быть одиночкой.

Скорее всего, он посчитал меня, может не рядовым, но всё же обычным боевиком какого-нибудь аристократического рода, причём уровня тех же Федосеевых, которые вполне могли позволить себе без опаски заигрывать с организованной преступностью. Причём именно исполнителем, периодически ходили слухи о так называемых «прокураторах», этаких тайных и очень сильных «решальщиках», взращённых для подобных дел именитыми родами… и возможно, моих несостоявшихся коллегах, потому как, как я подозревал, именно такого обласканного «поди-принеси» и собирался в будущем сделать из меня Александр Павлович, отправляя со своей дочкой в Пятый Магический.

Почему не кто-то из сильных аристократов? Да потому как даже мне трудно было представить себе, что кто-нибудь из живущих на олимпе небожителей, удосужился бы спуститься на грешную землю и запачкать белы рученьки ради общения каким-то там бандитом. На мой взгляд, на данный момент во всей Российской Империи, только один единственный без году неделя герцог был способен на что-то подобное.

Обогнув по крышам территорию завода, я спустился на землю и более не прячась, зашагал в сторону небольшой лесополосы, в котором меня дожидалась гипотетическая группа прикрытия в лице «Волдыря» и одного из его приятелей. В реальности же им досталась почётная и ответственная миссия по охранению собственной старенькой «Нивы-Шевроле 2017» болотного цвета, на которой мы собственно сюда и приехали.

То, что происходит что-то не то, я понял ещё на опушке. Причём, бандиты здесь были как бы, наверное, и не при чём. В кустах, на пути согласованного мной с Игорем Николаевичем отхода, лежал хорошо замаскированный и укрытый полем невидимости магического «преобразователя», боец, профессионально сопровождавший меня дулом своего автомата. Причём, расположился он так, что вряд ли его задачей было моё прикрытие от высланной с завода погони.

Сказать по правде, я бы не в жизнь его не заметил бы, если б не постоянно открытый у меня в последнее время «Третий Глаз» от шестой чакры, к которому я уже в достаточной мере притерпелся и который пусть и не тренированный, позволял мне не напрягаясь, подмечать «сокрытое». В пассивном состоянии, при закрытой Аджне, несмотря на то, что я неплохо различал иллюзии, например той же Касимовой, мне это не удалось. Всё же настоящие военные технологии рядом не стояли с игрушками студентов. Всего же в «комитете по встрече», я насчитал двадцатку прячущихся и явно дожидающихся именно меня вооружённых людей, вполне профессионально рассредоточившихся по лесу на позициях, откуда была прекрасно видна стоявшая на обочине Нива Игоря Николаевича и его друга.

«Мда… а ведь ты Волдырь, утверждал, что у тебя всего-навсего семь старых приятелей, под рукой, – продолжая вышагивать по тропинке и делая вид, что ничего не заметил, подумал я. – Не хорошо «уважаемый» малознакомых тебе людей так обманывать…»

То, что это были люди дядьки нашего Валентина, я уже даже не сомневался. Взять хотя бы то, что невозможно было так выбрать некоторые позиции, то бы остаться незамеченными двумя мирно курящими и разговаривавшими у автомобиля моими спутниками, которые напомню, были ветеранами и профессиональными наёмниками. Но «Волдырь» и его приятель, не выказывали ни малейшего беспокойства. Более того, мужики, ещё пару часов назад, вроде бы как сами рвавшиеся в бой, готовые ради «Святой цели» лезть под пули и рвать зубами врага, казались расслабленными и относительно беззаботными, а заодно старательно не смотрели на позиции своих однокашников.

«Да… вот тебе и «Хорошие люди!» Только актёры плохие. Переигрывают…» – подумал я подходя к машине.

– Ты почему на вызов не отвечал? – изобразив вздох облегчения, спросил меня Игорь Николаевич. – Мы, знаешь ли, волновались…

– Гарнитура сломалась, – честно ответил я, потому как гражданский приборчик действительно не выдержал испускаемого мной ультразвука и приказал долго жить.

– Ладно… – поддержал игру напарника второй наёмник. – Хорошо хоть целый!

– Она у тебя, – с ленцой и вроде как без особого интереса спросил меня Волдырь.

– Угу, – ответил я, полопав себя по карману.

– Ну, давай что ль, – усмехнулся дядя Вальки, протягивая мне руку.

– Чего давать? – я вздёрнул бровь, но не подумал даже пошевелиться.

– Карточку, – нахмурился мужчина. – Что же ещё.

– Зачем? – изобразил я искреннее непонимания, хотя уже догадался, в чём смысл всех этих телодвижений.

Альтруисты – бессребреники, готовые лезть под пули ради имущества своего бизнес-партнёра, похоже, оказались с солидной гнильцой. Говорил ведь им, что по завершении, намереваюсь прокатиться обратно до Дена, но ведут себя так, словно бы не было того разговора.

В общем, если сложить два и два, то получится что дорогую вещицу, на которую внезапно положил глаз даже Аль Капоне, татарского разлива, который, если подумать, мог заиметь подобного брахла столько, сколько ему заблагорассудится, возвращать бедному студенту никто собственно, и не собирался. Зачем? Если такая ценная штуковина понадобилась мафии, то и отряду наёмников она тоже вполне пригодится. А совместный бизнес? Так он вполне возможно и не пострадает, особенно если сказать пареньку, что, мол: «Не успели! Увезли твою эльфиечку в далёкие дали… но ты не волнуйся, мы всех плохих дядек всё равно наказали по заслугам!» Если конечно эти ребята вообще планировали и дальше работать с впавшим в чёрную депрессию хакером. Потому как «Волдырь» вряд ли не знал, что происходит с его партнёром, давно уже мог сделать тоже самое, что и я, но предпочёл не вмешиваться!

А если даже и готов был сотрудничать… то всё равно, лишние деньги никому никогда не мешали. Поверил бы Ден в подобную лабуду? В том состоянии глубокого запоя, в котором я его застал, вешать ему на уши можно было всё что угодно. Хоть-то, что он самолично запихнул карту себе в задницу, а затем сам же долго искал, специалистов приглашал, но никто ничего не нашёл! Такой вот – парадокс! И тут же предложить забацать с десяток ещё таких же! Для совместного, так сказать, использования.

В общем-то, и понятен тогда тот странный план атаки семи «спартанцев» на армию бандитствующих «персов», даже по моему скромному и далеко не профессиональному мнению, составленный на коленке и полностью не жизнеспособный. Его сделали исключительно для меня, сразу же после того, как Валька сообщил о замене «основного калибра». Как и настойчивое желание поучаствовать в атаке… а там. Очередь, с почти десятка стволов, в упор, в затылок, патронами с сердечником из обеднённого ноль-урана, выдержать может разве что Аватар.

Да, штука конечно вредная для организмов стрелков, но ничего – в нынешнем мире и это лечится. А то, что паренька «потеряли», ну так кто ж знал, что у бандитов такое найдётся, а сам он не опытный был… жалко глупыша, сам подставился! А так, да, виноваты, не углядели! Плак-плак…

– Парень, ну что ты, в самом деле, как маленький! – нервно рассмеялся Волдырь. – Для начала, просто интересно, знаешь же, что я сам этим делом увлекаюсь. Ну и к тому же, мне передать ему всё одно проще будет.

– Во-первых, – я тоже улыбнулся, – если Ден вам её не показывал, то кто я такой, чтобы делать это за него. Если захочет – то сам. Всё сам. А во-вторых, как я уже говорил, мне всё равно к нему ехать. Так что…

–Парень, «Варлок», ну у тебя же завтра школа ещё. Зачем тебе ночью на другой конец Москвы тащиться… – проникновенно начал мужчина, но я его перебил.

– Да ничего, мне от Денчика, всё равно ещё жену с ребёнком забирать нужно…

– Э… чего… – наёмник на секунду залип.

Получи фашист мозговыносящую гранату!

– Володырь, время, – нервно произнёс его напарник.

– Послушай, Варлок, – тяжело вздохнув, произнёс Игорь Николаевич. – Ты приятель моего племянника, а в вашем заведении…

– Как говорили в одной неплохой книге, «заведением» называют – сортир. А Колледж, это «учреждение»… – перебил его я и, наконец-таки, на внешне благодушном лице мужчины проступило раздражение.

– … пусть будет так. В вашем учреждении учатся умные люди. И ты как я вижу, уже догадался, что эта карточка нужна лично мне.

– Ну… допустим.

– Ты пойми. Для Дена, это игрушка. Так, способ немного заработать и хорошо провести время. А мне людей нужно содержать. Отряд поднять! Ты говоришь, у тебя есть семья и дети. Так у моих они тоже есть! И их надо содержать. А делать мы умеем только одно – искать хабар. Но просто так в Хазард не сунешься, нужно оружие, оборудование. А всё это деньги! Много! Поверь мне, – он сделал шаг вперёд, – когда мы вернёмся в Зону, ни Дена ни тебя не забудем. Войди в моё положение… На кону стоят люди, а с другой стороны – всего лишь игра!

– Знаешь Волдырь, – произнёс я задумчиво. – Мой учитель преторианцев…

Когда я произнёс это слово, Игорь Николаевич слегка вздрогнул.

– …не перестаёт повторять, что наёмник, который не может обеспечить себя и своих близких находясь на гражданке – плохой наёмник. Получается, вы плохие наёмники!

– Ну, знаешь… – просипел дядя Вальки, и лицо его отчётливо покраснело, что было видно даже при лунном свете.

– Да что ты с ним лясы точишь! – презрительно бросил его напарник. – Заканчивать надо…

– Господа хорошие, – перебил я открывшего было рот Игоря Ивановича, в одно движение оказавшись между мужчинами, с обнажённым балисонгами, клинок, одного из которых был приставлен к сердцу Волдыря и уже взрезал кевларовый бронежилет и одежду до кожи, а второй щекотал лезвием горло под бородой его приятеля, – прежде чем вы сделаете непоправимую глупость, предупреждаю. Я сейчас досчитаю до трёх, после чего начну вас убивать. Всех, включая тех девятнадцать болванов, которые прячутся вокруг нас и снайпера, засевшего на девять часов. Так что у вас ещё есть время, просто разойтись со мной миром. Вначале уходят ваши люди. Потом вы. Без обид, но жалею вас только из-за ваших родственных связей с моим приятелем. Раз…

Наёмники молчали, не шевелились и явно не испытывая особого страха, буравили меня ненавидящими взглядами.

– Два…

Игра в «Морская фигура замри» продолжалась, однако в этот момент, у кого-то из бойцов волдыря сдали нервы и выпущенная из автомата с глушителем пуля, прошила бы мне голову, если бы я вовремя не отклонил её немного в сторону и она, стеганув по раме заднего окна машины, пробила стекло. Я уже было приготовился убивать, но жадность ещё не окончательно затмила разум Волдыря.

- Не стрелять! Отставить! – по расширившимся зрачкам дядьки Валентина было видно, что ему страшно, но при этом держался он молодцом. – Отбой всем! Уходим.

Всё так на самом деле его люди были вышколены очень и очень не плохо. Прозрачные силуэты мигом растворились в гуще деревьев. Через какое-то время взрыкнули далёкие моторы автомобилей и Волдырь произнёс.

– Всё. Все ушли.

– Надеюсь, у тебя не осталось от нашего общения обиды настолько глубокой, что ты решишь начать устраивать мне сюрпризы? – спросил я, поигрывая ножом, от чего его кончик царапал кожу на его груди.

– Нет, – довольно искренне ответил он, но я ему не поверил.

– Валите нахрен!

Быстрыми движениями, на которые мужики даже не успели отреагировать, я перерезал им ремни крепления автоматов, от чего оружие, заряженное, как я подозревал, опасными даже для меня патронами, упало на землю. Рассёк провода гарнитуры и витой шнур установленной в машине рации. Только после этого Нива-Шевроле радостно шумя двигателем, укатила прочь в ночную темноту.

Сам же я, подобрав и прижав подмышкой автоматы, направился в противоположенную сторону, на ходу доставая телефонную трубку. Не то что бы мне очень уже хотелось ссориться с Валькой, но случившееся попахивало подставой, а потому…

На верхней, «системной» панельке экрана смартфона, помигивал значок непрочитанного «SMS» сообщения и куча пропущенных звонков. Причём все от Валентина. Когда я звонил Тимуру, я видимо не заметил их, уж больно мелкие они были, а вот сейчас, в спокойной обстановке…

Открыв текстовое сообщение, прочитал.

«Кузьма, мне тут дядя звонил и задавал очень не понравившиеся мне вопросы о тебе. Ты плиз, поаккуратнее там, сам понимаешь он «Зоновский». У них у всех резьба сорвана, так что большая просьба. Если что – не убивай его…»

«Где ж ты был раньше-то друг сердечный…» – подумал я и тут же, сам же вынужден был признать, что это мой косяк.

Приятель, отправил мне «SMS» в то время, когда я уже находился на территории завода, а потому, заглушил мобилу.

– Ну… что не делается, то к... – буркнул я себе под нос, открывая сервис Азьдекс-такси и вызывая машину к ближайшему перекрёстку, а затем набрал номер Валентина. – Алё…

– Ты как? – без своих обычных разглагольствований, спросил парень.

– Нормально, – ответил я. – С тебя три бутылки. Две сливого для моих, девочек и чего покрепче – мне.

– Отчебучил дядька?

– Ага.

–Хоть жив остался.

– Гордость разве что пострадала…

* * *

Ночь холодила и без того бледную и кожу, дарила прохладу и свежесть. Ночь, укрывала от посторонних глаз и проносила ощущение вседозволенности. Ночь, была его временем: охоты и кровавой трапезы, пьяного счастья от обретения новой крупинки силы и радости от ещё одного шажка к вожделенной мечте. Экстаз от одного только предвкушения того, что должно сегодня произойти.

Одетый в серый свитер и бесформенный, длиннополый кожаный французкий плащ, чёрные джинсы, высокие берцы со срезанным протектором и тёмно-синюю горнолыжную шапочку, ученик школы «Багряного заката», ещё не настоящий вампир, но уже и не человек, висел вниз головой на стене панельного многоквартирного дома, заглядывая в тёмное окно чужой спальни на предпоследнем этаже.

На всякий случай, чтобы не ошибиться, он ещё раз засунул руку во внутренний карман своего плаща и, достав записную книжку, старательно вчитался в странные и до сих пор немного не понятные буквы рафлесонского языка. Почерк у Великого Учителя был скуп и аккуратен, но слишком уж эти знаки отличались от родного ему кириллического алфавита. Поэтому, только пробежавшись по строкам с записанным заданием несколько раз, ученик убрал записную книжку обратно в карман под тихо прошуршавшую молнию.

Пальцы, на секунду дотронулись до груди. Стук сердца практически не ощущался. Ещё не замерившая навсегда мышца, всё медленней и медленнее перегоняла по телу густеющую с каждым днём, но всё ещё жидкую, пока ещё не чёрную, но уже иссиня-бардовую кровь. Перерождение в высшую нежить произойдёт ещё не скоро и прежде чем это случится, ему простоит покинуть Москву и для выполнения последних стадий отправиться к учителю, в Рафлесонский Замок… но этот желанный день настанет ещё не скоро.

Вновь склонившись над окном, ученик какое-то время рассматривал спящих в своих кроватках детей. То, что он находился сейчас вниз головой, давно уже ему практически не мешало, и парню было практически всё равно, под каким углом воспринимать окружающее его пространство. А вот с «багряным зрением», всё пока что было не так уж и гладко.

Ночной «гость» на секунду сосредоточился, и белки его глаз в окружающей темноте полыхнули неярким красным светом. Ученик сосредоточился и радостно оскалился.

Да… перед ним были именно те, кто идеально подходил под поставленные Учителем условия. Брат и сестра, почти равная помесь крови трёх разных народов, но не его собственного, один из которых презираем двумя другими. Рождённые во грехе, а от того проклятые словом родного человека. Мальчик, слабый одарённый, брюнет, примерно четыре года, и рыжая девочка без дара, около одиннадцати лет и совсем недавно у неё прошла первая кровь, а сейчас она слегка простудилась к утру у неё поднимется температура.

Ученик довольно кивнул. Из-за столь многих условий поставленных хозяином замка Рафлесон, он искал этих детей почти две недели и вынужден был даже охотиться в соседнем районе, чтобы в дневной период, не вызывать подозрений и выглядеть относительно бодро.

Протянув руку к щели слегка приоткрытой ставне, парень чёрным дымком проник в детскую комнату. Почувствовав присутствие почти нежити, зашипел, проснувшись в ногах у девочки маленький котёнок, но тут же уронил мордочку на цветастую простыню, обагряя её быстро расплывающейся лужицей крови. В накрытой чёрной тряпкой клетке в дальнем углу, замертво свалился с жёрдочки так и не проснувшийся попугайчик-неразлучник.

Именно так, действовало на мелких животных сонное заклинание. Впрочем, почему только животных. Будь в этой комнате люлька с младенцем, он разделил бы их судьбу и в другой бы момент послужил для ученика хорошим поздним завтраком… но не сейчас.

Выдвинув, ещё не длинный как у учителя, но уже алмазно-твёрдый и очень острый ноготь, парень в лыжной шапочке сделал шаг к спящему мальчику. Перевернул безвольное тельце на спину и не тратя времени даром, приступил к делу. От этого ребёнка, ему требовалась кровь из строго определённых органов, причём употребить её следовало немедленно, и, как не трудно ему было в последнее время сдерживаться, воздержаться от того, чтобы иссушить всё остальное.

Закончив и отбросив с сожалением в сторону почти на автомате вырезанную печень, будущий Высший Вампир, медленно повернулся к беспокойно посапывающей во сне девочке. Подошёл и вынув её из кроватки, перебросил через плечо и не спеша подойдя к окну, распахнул одну из ставень.

Парень, не боялся оставить отпечатки, капиллярные линий на его пальцах исчезли примерно полмесяца назад. Когда он только-только выполнило куда более простое третье задание Учителя. Легко запрыгнув на подоконник, он плотным чёрным облаком спланировал вниз, в сторону виднеющегося вдалеке тёмной полоски Ромашковского леса.

Даже та малая часть выпитой сейчас крови мальчика – пьянила и бултыхалась в пустом желудке огненной смесью. Только осознание важности уже наполовину сделанного задания, сдерживало ученика-вампира от того, чтобы прямо сейчас, не впиться клыками в безвольно болтающееся на плече тела. Парню, не смотря на то, что приятные волны распространяющиеся от желудка, всё сильнее и сильнее накатывали на него, и он прикладывал все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы не поддаться ещё молодым, недавно зародившимся инстинктам.

Видимо именно поэтому, прозвучавший за где-то за спиной командный голос, оказался для него неожиданностью. Борясь с самим собой, он даже не заметил, как встретил в безлюдном, плохо освещённом парке, полицейский патруль и как они гулко топая догнали его…

– Эй! Ты! Стоять! – окрик сопровождался щелчком передёргиваемого затвора. – Положи ребёнка на землю.

Светленькая пижамка в которую была одета девочка, ярким пятном выделялась на фоне мрачных, лишённых листвы кустов и деревьев. Когда же по земле скользнул луч карманного фонарика, за спиной кто-то громко выматерился, увидев перепачканные по локоть в крови руки незнакомца, потёки на плаще и багряные пятна на одежде его жертвы.

Ученик, криво усмехнувшись, выполнил приказ.

– Встать на колени, руки за го…

Договорить нацеливаний на него автомат подтянутый полицейский не успел. Обратившись в чёрный туман парень стрелой пронёсся между ним и его напарником и оба мужчины, почти синхронно схватились за горла, выдранные острейшими когтями будущего вампира. Через секунду, хрипя и содрогаясь в конвульсиях, оба патрульных уже лежали на земле, заливая снежную позёмку брызжущей из-под пальцев кровью.

Постояв немножко над содрогающимися телами, сглатывая обильно выделяющуюся тягучую слюну, ученик собрал всю свою волю в кулак и отвернулся. Подобрав с земли так и не проснувшуюся девочку, у которой уже начинался сильнейший жар, парень быстро зашагал вглубь чёрного массива леса, в сторону МКАДа, где, не доходя до магистрали, на обочине лесной дороги в кустах ждал его небольшой чёрный микрофургончик.

Следовало спешить, потому как ребёнку на его руках явно становилось всё хуже. Для выполнения задания Великого Учителя, её слабое здоровье хоть и было на руку ученику, но ещё и требовалось, чтобы она дожила до ритуального испития, провести которое требовалось в его дано уже подготовленном для этого логове.

* * *

Новость о смерти племянника, как, впрочем, и о том, что, убив его родственника, Косарь выпятил над собой какого-то юнца, застала Деда Абу ещё в постели. Кряхтя и поминая шайтана, старый чеченец растолкал клонов, каждая из которых была создана по образу и подобию его давно уже умерших любимых жён и которые, не смотря на все их возможности, служили всего лишь грелками в его постели.

Негоже было настоящему мужчине и воину, пусть годы давно уже взяли своё, даже думать о том, чтобы заняться чем-то подобным с безвольными куклами. Выбравшись, наконец, из-под одеяла и вставив ступни в любимые тапочки, он посмотрел на дверь, в которой застыв словно бы изваяние, пожирая глазами прекрасных обнажённых пустышек, так и остался стоять Рашид, заставив Абу задуматься над тем, так ли были правы родители этого юнца выбрав для него это имя.

– Иди Рашид, – грозно, впрочем, как обычно, приказал он. – Я слышал всё что нужно. Скажи Зауру, чтобы собирал совет.

– Как прикажете… – оторвав наконец взгляд от прелестей клонов, которые те, не имея стыда как такового даже и не думали скрывать, парень захлопнул дверь и из коридора послышался дробный топот удаляющихся ног.

Старик, молча посидел некоторое время, затем хмуро, посмотрел на своих «кукол», подмечая цепким взглядом первые появившиеся на их всё ещё молодых телах и лицах морщинки, а так же другие, почти незаметные глазу дефекты кожи. Затем вспомнил непрощенный взгляд молодого парня, которым тот буквально пожирал их… и скривился от отвращения.

– Лайла, Иман. Код: сто семьдесят три, семьсот девяносто четыре. Исполнять!

Клоны, услышав заложенную ещё при создании команду, послушно развернулись и неторопливо направились в ванную комнату. Дед Абу, проводил их взглядом до тех самых пор, как за ними не закрылась дверь, и с трудом встав на старые, давно уже больные ноги, накинул на тщедушное, потерявшее былую силу тело халат. Прислушался к зажурчавшей в ванне воде и кивнул своим мыслям.

– Абдула! – рявкнул он и как только бородатый мужчина появился в дверях, тихо, не в пример молодому бойцу растворив их, произнёс кивнув в сторону двери в ванную. – Тела как обычно отдашь китайцам. Пусть делают с ними что хотят, а затем скормят своим свиньям. И закажи у Кацураги новых. Вот, ещё что…

– Слушаю мой господин? – поклонился немногословный Абдула.

– Рашид же, нохча только наполовину? По матушке?

– Истину говорите, – с достоинством произнёс правая рука Деда Абу. – Отец – казах.

– Вот и хорошо, – улыбнувшись, первый раз после пробуждения произнёс старик. – Парень он молодой, статный.

Он замолчал, а затем жёстко добавил

– Сегодня он принёс мне плохую весть и сам глубоко обидел... Выхолостите, но по живому, так чтобы помнил, усыпите и продайте туркам. У них всегда есть спрос на евнухов. И пришли, почистить тут...

– Будет сделано… – дверь бесшумно закрылась.

Дождавшись, покуда двое молчаливых охранников в дорогих деловых костюмах внесут из его ванной комнаты мешки с трупами, и в нос, шибанул неприятный запах свежего кала. Постояв немного и дождавшись покуда тела унесут подальше, Дед Абу, медленно вышел из комнаты. С годами обоняние у старого волка, притупилось, но всё ещё было достаточно чутким, чтобы услышать расползающийся из ванной комнаты зловонный запах.

Остановившись перед окном своей огромной, угловой квартиры, нескромно расположившейся в доме номер двадцать восемь по Тверскому бульвару, он несколько секунд смотрел на памятник русскому-марву и на суетящихся у его постамента людей. Героя своего гордого народа и живой символ его борьбы за независимость, Абу Айдамирович Варцураев находил странное, почти мазохистское удовольствие рассматривая мирную, сытую и спокойную жизнь своих бывших врагов.

Бывших… как много в этом слове смыслов для старого человека. Бывшие друзья, бывшие враги, бывшая семья… Своих двух красавиц жён, старый чеченец потерял ещё в годы Третьей Мировой Войны, когда объявившая независимость Чеченская Республика Ичкерия, выступила против новорожденной Империи. Тогда, после взаимных ядерных ударов, русские, да как, в общем-то, и все остальные, вдруг позабыли значение слова «гуманизм», который нохчи тогда воспринимали за «слабость». Так что, головной танк колонны, просто не остановился, когда на дорогу перед ним высыпали женщины и дети, а он, вместе с другими воинами республики, в это время тайными тропами позорно бежал из родного, «бывшего» аула.

Старик, ещё раз посмотрел сверху вниз на бронзового Александра Сергеевича и руки его привычно затряслись, вспоминая то, что он пережил, когда узнал о случившимся. Тогда Абу поклялся, что будь на то воля Всевышнего, он страшно отомстит. Но Аллах остался глух к тому, кто сам двумя годами ранее безжалостно резал глотки русским, не разбирая пола и возраста. Уже после войны, «бывший» полевой командир, понял, как обманули их маленький, но гордый народ американские советники и тогда ещё турецкие и саудитские проповедники. Он сам сдался имперцам, отсидел… прошли годы, подступила старость и вот уже его единственный родственник, племянник, которого он устроил на тёплое местечко… тоже стал «бывшим».

– Заур передаёт, то совет соберётся через час, мой господин, – произнёс тихо подошедший к нему Абдула.

– Хорошо, прикажи подать завтрак в кабинет, и пришли кого-нибудь, чтобы помог мне одеться.

– Будет исполнено, – в кармане помощника зазвонил телефон и выслушав короткую фразу, произнёс. – Переключи на эту трубку.

– Кто там, – недовольно спросил Дед Абу.

– Резо Кохташвили, господин. Желает с вами поговорить.

– Вот как, – старик изогнул бровь, – ну давай его сюда. Посмотрим, что он мне скажет. Алё?


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 10

Когда я дошёл до перекрёстка, опрятная жёлтенькая «Toyota Camry» двадцатого года выпуска с лентой чёрных шашечек вдоль всего корпуса уже ждала меня, припаркованная возле автобусной остановки. Открыв дверь и поздоровавшись с улыбчивой женщиной-водителем кавказкой наружности по имени Зульфия, я забрался на переднее сиденье и под обалдевшим взглядом мгновенно побелевшей тётки, перекинул на заднее сиденье трофейные автоматы.

Не знаю уж, что она обо мне подумала, но до дома Дена, мы доехали на удивление быстро, намотав на счётчике всего-навсего десять с половиной рублей. Впрочем, похоже, она совсем не верила в то, что ей заплатят за работу, понимая всю неловкость ситуации, я добавил ещё десятку за «неудобство», чуть было не прослезилась и почти насильно впихнула мне в ладонь визитку со словами: «Если вам ребятки понадобится, чтобы тайно… то, Зульфия всегда…»

Попрощавшись и взяв подмышку оружие, неспешным шагом направился во двор, посередине которого до сих пор возвышался военный вертолёт. Реакцию сержанта-осназовца, которому я передал стволы, предугадать было не сложно, маджи-интеллект шлема, через дополненную реальность маски, конечно, заранее оповестил бойцов кто я такой, но было видно, что мужик еле сдерживается от того, чтобы прямо сейчас не надеть на меня наручники и не начать задавать «неудобные вопросы».

В самоё квартире же, ничего, собственно, не изменилось. Разве что исчезла женщина-офицер и на её месте сидела уже порядком сонная Аська, периодически дуя на чашку с чаем, от чего на поверхности напитка появлялись маленькие льдинки.

– Папка! – завопила она, мгновенно вскакивая на ноги, стоило мне только зайти в комнату и вихрем запрыгнула на меня под взглядами улыбающихся Инны и Дениса.

Обхватив мою талию ногами, а шею руками, коала-переросток, порывисто поцеловала меня в щёку и слезать, похоже, уже не собиралась. Смирившись с неизбежным, и аккуратно поддерживая девочку, я уселся на свободную табуретку и, вытащив из кармана футляр с картой, положил его на стол.

Ой, что тут началось! Нет, Ден, конечно, рассыпался в благодарностях, но при этом держал себя в руках, а Инна, посмотрев на карту, сказала дежурное: «Красиво» и потеряла всяческий интерес. Но, многотысячелетнюю правительницу ледяных гор младшего школьного возраста – на мякине было не провести. Только увидев, что извлекли из чехла, она немедленно закатила грандиозный скандал, с общим мотивом «Хочу!», со слезами, соплями и причитаниями, что её никто здесь не любит. В квартире ощутимо похолодало, но, слава богу, как я подозревал, «дочка» просто испробовала новые рычаги давления на «папочку», а потому никого в льдышки превращать не намеревалась.

В общем, женское сердце оказалось куда как мягче того сурового гранитного камня что прятался у меня в груди. Ну, или Инна, просто ещё помнила себя в этом возрасте. Я оказался виноватым, правда так и не понял в чём, а «бедной, любимой дочке сюси-пуси», клятвенно обещали купить приставку и точно такую же карточку, а то и лучше. Причём Дена так же задействовали в качестве эксперта, в приказном порядке, в два нежных девичьих голоса, взяв с него слово, что он поможет «Тупому Кузьме» выбрать подарок для ненаглядной «дочурки». На этом концерт по заявкам закончился и мелкая, с чувством выполненного долга, шмыгнув пару раз носом, чмокнула меня в щёку и сказала, что очень и очень меня любит.

Как оказалось, вертолёт ждал именно нас четверых. Не знаю уж, о чём они там разговаривали, но Ден тоже улетел с нами. В разгромленной квартирке, в качестве охранников остались двое осназовцев, один из которых забрал у парня запасные ключи от только что установленных замков, а также ещё одну связку с розовыми накладками на головке, от которой слегка фонило магией.

– Сейчас забросим Дениса, и домой, – услышал я в наушниках голос Инны.

– Дорогая, мне нужно, чтобы мы кое-куда с тобой залетели! – ответил я, почему-то пытаясь перекричать гул винтов.

– Это куда это? – недоверчиво спросила Инна. – И не ори, мы тебя и так слышим.

– Не знаю, – ответил я. – Но, наверное, на Лубянку. В Комитет Государственной Безопасности…

– Что ты там забыл? – нахмурилась девушка.

– Надо, – ответил я. – Потом расскажу. Ты мне можешь организовать встречу с кем-нибудь «важным»?

– А в чём вопрос то? – не унималась Инна. – Ну, в общих словах.

– В нашем новом семейном бизнесе…

– Шутишь?

– Нет.

– Ну, смотри… – недоверчиво ответила девушка и достала свой ПМК, после чего извлекла из авиационных наушников штекер, запрятанный в специальном отделении и, воткнув его в нужный разъём, набрала номер.

О чём бы она не договорилась, и тем более с кем, но нас не послали лесом, а приняли в хорошо обставленном кабинете на четвёртом этаже «Самого жуткого здания Российской Империи». Ден к тому моменту был уже благополучно сдан на руки его новым сопровождающим, причём, парень не выглядел испуганным или подавленным, а наоборот спрыгнув с подножки вертолёта и отбежав из-под вращающихся винтов, радостно с кем-то поручкался. Ася, уже спала беспробудным сном, который не смогла бы потревожить даже дивизия полевой артиллерии, а потому принеся девочку в нужный нам кабинет я, с разрешения хозяина, уложил её на мягкий диванчик и накрыл собственной курткой.

Когда же суровый гебист, в купе с навострившей ушки супругой-фавориткой, выслушали то, что я хотел им сказать и тем более, что предложить и попросить, началось такое… Наверное, даже «Железный Феликс», восстановленный на прежнем месте в девяносто третьем году, покосился от начавшейся беготни растревоженных сотрудников Комитета Государственной Безопасности. Глядя на сурового с виду старика, который поначалу вовсе не проявлял особого интереса к разговору, а теперь едва заметно ёрзал от нетерпения, я воткнул свой смартфон в какой-то специальный держатель, а затем, набрав номер Тимура, представил комитетчика, как своего поверенного и отдал ему трубку для дальнейших переговоров.

Пока эти двое вели довольно оживлённую беседу, внезапно оказавшаяся всклокоченной, раскрасневшаяся и тяжело дышащая Инна, с горящими глазами, резко встав со своего места, схватила меня за руку и молча вытащила в коридор. Дождавшись, пока мимо промчится очередной сотрудник, Цесаревна вдруг взяла меня за грудки и с силой вжала в противоположенную стену.

– Ты чего? – спросил было я, и она вместо ответа, меня наградили таким жарким и долгим поцелуем, что пробегавшая в этот момент мимо нас женщина в форме, застыла на секунду, покраснела, а затем, отвернувшись, как-то очень уж медленно пошла по своим делам.

– А… – произнёс я, когда Инна с протяжным вздохом оторвалась от меня, и вновь крепко ухватив за руку, потянула куда-то вглубь здания.

И всё это в полном молчании. Коридор, двери кабинетов, ещё один коридор, дверь мужского сортира, парень в форме, что предпочёл быстренько выбросить только что зажжённую сигарету в форточку и смыться, кабинка и… господи, прости меня грешного. Я даже представить себе не мог, что настоящие принцессы могут заниматься любовью «так» самозабвенно и в «таком» месте, наплевав на любые приличия! Клянусь – это было потрясающе!

А я-то, что? Я всего лишь трезво оценил свои возможности! Идея, прибрать бизнес Тимура к рукам, родилась у меня спонтанно, после того как я послушал планы власть предержащих, касательно этих карточных игрушек. Не сразу, конечно, а когда мы с Волдырём ехали к заводу. Попробовал, получилось, вот и встал вопрос, что мне теперь с этим делать. На управляющих постах, мне были нужны «Мои» люди, верные и лояльные, но я не питал иллюзий, что в той среде, любой нанятый мною со стороны, человек, через день-два, не станет человеком Тимура. Да и себя я считал скорее «силовиком», а не «управленцем», а потому ни секунды не сомневался, что вертеть мной татарин сможет так, как только захочет.

Конечно, «управленцы», и, на мой взгляд, очень хорошие – у меня были. И можно было бы как в фэнтезийных романах, закрутить своё исключительно собственное дело с мафией, а затем, когда оно попадёт в разработку КГБ, громко возмутиться… Вот только я скорее руку бы себе отрубил бы, чем допустил бы моих девочек, к людям подобным Тимуру! Или даже скорее наоборот – тех к ним. Да и высокородные сестрёнки, фактически хозяйки нашего государства, не поняли бы, наверное, моих стремлений стать криминальным авторитетом.

Но я и не хотел! Зачем мне становиться преступником? Не люблю я бандюганов! Юношеский максимализм играет – так что не хочу! И точка! Вот и предложил тому «седому», Алексею Ильичу, на мой взгляд, красивое решение.

Как говорится: «Мафия – бессмертна!», а ещё есть поговорка: «То, что не можешь уничтожить – возглавь!» Ну, я и родил идею, влить через мои договорённости в криминальную структуру специально обученных людей. Этакой «инъекцией», не с низов, а в самую верхушку процесса. У специалистов конторы, всё равно, куда больше шансов сделать хоть что-то с нынче «моим бизнесом», чем у нанятых лично мною, в том числе, при передаче власти, где я уверен меня попытались бы напарить! Ну, а меня мало интересуют их основные задачи, тем более что я, может быть, наивно надеюсь, что эта «инъекция» в итоге расползётся по всему российскому криминалу.

Правда, при всём при этом меня по дороге сюда немного беспокоил тот факт, что вполне возможно, то, что я задумал, вовсе не так радужно, как мне то представляется. У «Конторы» вполне уже могли быть высокопоставленные люди в этой среде или подобное мероприятие нарушало бы какие-нибудь уже составленные и далеко идущие планы. А зная то, что говорят об этой структуре, вполне можно было предположить любые, в том числе и самые неприятные последствия моей самодеятельной авантюры. Но ничего – обошлось.

Но это всё ладно. Нам, мне-«Варлоку» и пока только Инне, идёт денюжка, плюс вполне легальный консервный заводик, служивший Тимуру прикрытием для отмывания доходов, для которого лично у меня уже созрел один интересный на мой взгляд рецептик: «Ужин дракона». Вакуумная банка, весь объём которой занимает одна большая «space sushi», соответствующего этикетке типа. Не вижу причин, по которым хорошо приготовленная и заложенная по технологи в жесть на пару месяцев большая «сушина» - будет мене популярна у покупателей, чем её куда как более дорогие, но плохонькие, только что приготовленные мелкие собратья. Главное – вкус! А я, будут деньги, и на шеф-повара из Японии не пожалею!

Так вот, реакция на моё предложение, наверное, была бы сдержаннее, если бы я не выразил пожелание не только частично легализовать уже имеющийся карточный бизнес, но и пустить большинство доходов на создание «альтернативной версии» карточной игры. Проект сей у господ гебистов, в данный момент буксовал, в частности из-за необходимости привлекать сторонние инвестиции в довольно-таки рискованное начинание. Слухи о том, как международный холдинг борется с конкурентами, давно уже муссировались в среде разработчиков, а потому привлечь «чистую» официально не завязанную на государство компанию, а затем ещё и незаметно провести её финансовую подпитку, было довольно-таки непросто, и требовало длительных приготовлений.

Конечно, подобные трудности не могли остановить разогнавшийся маховик государственной машины вскоре, скорее всего, была бы создана собственная фирма. Но, слава богу, аналитики в Комитете работали не из последних, а потому, кто-то уже успел донести до высоких начальственных лбов простую истину: «Наше государство – очень плохо работает на ниве компьютерного и виртуального развлекательного бизнеса!» Аргументы были очень простые и примерно такие как я себе представлял: когда в подведомственное предприятие вливаются государственные деньги, туда же, на самые выгодные месте, приходят госчиновники. Можно сказать, что они самозараждаются, в среде наполненной бюджетными рублями, как «мыши в грязном белье».

Так вот эти уважаемые господа, всякие там статские советники и коллежские асессоры, даже при условии, что не попытаются запустить свою волосатую руку в бурный финансовый поток, всегда обладают одним очень отрицательным качеством, делающим их малопригодным для подобной индустрии. Все они – мнят себя очень умными, важными и серьёзными господами, у которых просто нет времени на то чтобы разбираться с различным «баловство». Но при этом все проекты и предложения, они намерены рассматривать и визировать лично, ведь именно они несут ответственность за затраченные средства перед государством.

Ну а так как у данных людей часто просто отсутствует фантазия и какое-либо понимание темы, зато в наличии имеется «глубоко обоснованное и компетентное личное мнение», то все подобные начинания всегда сводятся к отечественному фольклору. С мотивацией: «У нас есть Великая Русская Культура и Александр Сергеевич Пушкин, а более ничего «детям» не нужно! Не смейте травить их враждебными либерократическими Суперменами!» И естественно, что объяснить этому человеку, что проект не «детский» и предполагаемая аудитория намного шире, да к тому же международная – практически не реально. Ведь он точно знает, что если «игра» - то либо «азартная» либо «для детей». А на вопрос интернациональности проекта, с пеной у рта будет доказывать необходимость массового распространения «Отечественной Культуры», просто не понимая, что это не заседание «Императорского Совета по Культуре» и показной патриотизм его здесь не к месту. А может быть и понимая, но зная, что в случае чего, крайними всё равно окажутся исполнители, а зато он будет отмечен как ярый радетель за Родину.

Так что, как обычно – подобное «крутое начинание международного уровня» непременно стартует с каких-нибудь «Трёх богатырей», споткнётся на «Бабе Яге» и загнётся, отступившись на «Колобке». После чего, в лучшем случае останется как очередной маленький региональный детский проект «Русские Сказки»… но скорее всего, в финале, будет представлять из себя такого чудовищного «Чебурана Виссарионовича», что от него постараются поскорее избавиться, наплевав на потраченные деньги.

Что же до моего варианта, то я: можно сказать, «мажорик», да ещё и подходящего для целевой аудитории возраста. Куча денег в наличии, «связи» в самых верхах, фаворитка – дочь «Самого», а её сестра – официальная невеста. Вот и решил по молодости и по глупости потягаться с серьёзными дядечками, сделав свой «Само-карт» с покером и эльфийками. Вариантов наезда на меня – не так уж и много, да и кто удивится тому, что «такую» семью, прикрывают сотрудники Государственной Безопасности, да и определённая опека со стороны государства, если не перебарщивать, так же не будет вызывать лишних вопросов.

Можно сказать, идеальное прикрытие для плодотворной деятельности. Тем более что вряд ли кто из заграничных конкурентов поверит, что русские, могут целенаправленно сделать мишенью такую персону! Вот господа с лубянки и оценили, согласившись на мои правила игры.

Правда, было ещё кое-что, что я выторговал лично для «себя», а в частности Дена, который как я понял, был очень классным техническим специалистом. На его персону у «Комитета», конечно, были свои планы, но мы смогли договориться о том, что если моё предложение заинтересует его больше нежели то, которое сделают ему они, то никаких препятствий со стороны ведомства возражений не последует.

В общем, подпольный бизнес теперь стопроцентно мой, как и заводик. С крючка «Конторы», Тимур уже не сорвётся, уровень не тот. Других криминальных воротил с их интересами, с такой «крышей» можно особо не опасаться, а всё остальное… То, что придётся делиться – понятно, но разговоры на эту тему будут уже не сегодня и вести их буду не я. Мои умницы-разумницы, тратящие кучу времени на игры в «международную дипломатию», разрулят этот вопрос для нашей будущей семьи, куда как эффективнее меня. Ну а если нужно будет, кому в морду дать…

В Колледж мы с девочками вернулись в шестом часу ночи, первым делом заехав завести домой дрыхнущую Аську. Пообнимались и расцеловались с Ниной, которая не ложилась спать, дожидаясь нашего возвращения, и кратко ввели младшую Цесаревну в курс дела, договорившись завтра после уроков устроить «Первый Семейный Совет».

Расставаться, конечно, не хотелось, но обещание данное Его Величеству, мы с зайцем нарушать не собирались. Потому, пожелав ей «спокойной ночи» и получив прощальный поцелуй, я дождался, пока сёстры о чём-то пошепчутся между собой, мы с Инной опять погрузились в такси.

Вот только в общагу, супруга-фаворитка меня не пустила, потащив с собой в посольство Первого Императорского Магического Колледжа. Даже несмотря на то, что завтра с утра у меня был класс Грема, а форма и броня и орудие находились именно в комнате. По приезду в комнате, всё ещё занимаемой девушкой, нас, а точнее меня, потому как Инна после девяти как оказалось, не ела, уже ждал лёгкий и, наверное, очень вкусный поздний ужин.

Вот только он так и остался не тронутым, ведь ему я предпочёл нечто куда как более изысканное. Инну, так загадочно и томно взиравшую на меня из глубокого кресла, освещённого мягким, интимным светом притушенной настольной лампы, отражающийся мириадами искр на гранях высокого бокала и пузырьках шампанского. Долгий поцелуй, нёс с собой сладость игристого вина, тихо прошуршало упавшее на пол платье, за ним полетело то, что было под ним и, подхватив девушку на руки, я, кружась в, одним только нам слышимом, вальсе, бережно перенёс её на широкую кровать.

То, что мы здесь, мягко так скажем, «не одни», я ощутил где-то спустя полчаса. Вначале, за стонами Цесаревны, мне только показалось, что я слышу тихое шуршание, и приглушённый писк, даже подумал, о том, не завелись ли в посольстве мыши. А затем, когда звуки повторились, повернул голову в ту сторону и мой «третий глаз», почти сразу же позволил мне заметить маленькую, неприметную дырочку с булавочную головку. Прямо напротив кровати, в тени между настенной портьерой и рамой картины с красиво нарисованным морем.

Почти в этот же момент, там, что-то резко скрипнуло, стукнуло и с грохотом разбилось.

– Так, так, так… – прошептала, открыв глаза Инна и хищно улыбнувшись, посмотрела в ту сторону.

– Что? – спросил я. – Шпионы?

– Да что-то вроде того, – девушка грациозно потянулась в моих объятиях и, ловко выбравшись из-под меня, грациозным движением разбуженной пантеры встала с кровати, единым движением подхватывая со стула свой тёплый, пушистый халатик.

Пройдясь до двери в чём была, явно давая мне насладиться своей прекрасной фигурой, Цесаревна подмигнула мне и, набросив на себя одежду, тихонько выскользнула в общую чайную залу своих апартаментов. Поти сразу же я услышал, как тихо, приглушённая расстоянием и стенами, скрипнула соседняя дверь. Вернулась девушка примерно через полторы минуты, буквально волоча упирающуюся и красную как рак Женю, которую, похоже, зачем-то вытащила прямо из кровати. На помощнице-служанке Инны была только шёлковый пеньюар, к тому же настолько тонкий, что трудно было не заметить отсутствие на Касимовой-старшей какого бы то ни было нижнего белья.

– Инна, ты… да погоди! Не надо… я не… – лепетала девушка, стыдливо пытаясь хоть как-то прикрыться.

– Вот! – Цесаревна подтолкнула девушку вперёд, упёрла кулачки в бёдра и, выпятив грудь, от чего халатик немедленно распахнулся, вздёрнула носик. – Шпионку поймала…

– Инн.. ну правда… – неуверенно произнесла Женя, глядя на меня как кролик на удава. – Я не п…

– Шпиёнку, развратницу, вуайеристу и оказывается ещё рукоблудницу! – сурово и обвиняющее произнесла моя супруга-фаворитка стыдливо потупившейся сестре Ленки, а затем, задорно рассмеявшись, звонко шлёпнула подругу по попке.

Касимова взвизгнула от неожиданности, и в этот момент, Инна ловко отстегнула бретельки пеньюара, а затем толкнула девушку на меня. Ноги Евгении немедленно запутались в тряпке, а потому она словно подкошенная рухнула в мои объятия. Замерла на секунду, засопела, подняла на меня круглые то ли от страха, то ли от шока глаза, хотела было отстраниться, но в этот момент на нас с криком «Ю-ху-у-у!», прыгнула Инна и тут же начала щекотать подругу, приговаривая.

– Ну что лиса, думала я не знаю, на кого ты слюни пускаешь? Думала я не найду на сервере твой «секретный» фотоа…

– Н-н-не… Не надо! – запищала девушка, которая, похоже, очень боялась щекотки.

Что было «не надо!», я так и не понял, потому как всю эту кучу малу, обнажённые красавицы устроили прямо на мне. Так что я не очень внимательно из слушал, больше стараясь свести повреждения к мнимому, а заодно что уж там говорить, любуясь девушками. Но видимо, для Инны, это «не надо», что-то да значило, потому, как она вдруг наигранно сурово спросила.

– Если «Не надо!», то, что нужно сказать?

– Я-я… больше не буду. Простите…

– Не правильный ответ! – Цесаревна как-то ловко вывернулась и толкнула Женю, так, что она снова оказалась в моих объятиях, лицом к лицу со мной, а сама девушка, гордо оседлала получившуюся конструкцию. – Попытка номер, два-а-а-а…

– Я… а…

– Не беси меня, Женечка… – явно подражая младшей сестре, пробурчала Инна.

– К… Кузьма Васильевич… – выдохнула девушка, ещё больше пунцовея, а затем резко выпалила. – Я вас люблю! Сделайте меня своей второй фавориткой! Пожалуйста…

– Вот и молодец! Объявляю вас мужем и прислугой! Молодые можете поцеловать друг друга… – опять рассмеялась Цесаревна и звонко с оттяжкой шлёпнула Евгению по попке, заодно слегка толкнув голову вперёд.

Когда у девушки кончилось дыхание, и она буквально отвалилась от меня, я с укором посмотрел на супругу-фаворитку и спроси.

– Инна, ну вот что ты творишь?

– Я… я вам не нравлюсь… – Женечка подняла на меня очи, быстро наполняющиеся влагой.

– Нравишься, конечно, – поспешил я успокоить её, – но… как-то… а что скажет Нина.

– А ничего не скажет, – фыркнула старшая Цесаревна, слезая со спины подруги и быстренько, на руках и коленках переползая на другую сторону кровати, где подхватила ПМК. – Предоставь это мне. К тому же, Нины здесь нет, а твоя законная супруга… в магии – есть. И в этих вопросах ты обязан меня слушаться! Другие возражения будут?

– Ну…

–И-го-го, – бодро ответила девушка, активируя девайс и возвращаясь к нам. – Возражение отклонено. Держи её крепче.

– Эй, ты, что делать собралась? – заволновалась Касимова старшая, забившись у меня в руках.

– Что-что… – фыркнула Инна. – Контрацепцию ставить. А тоже я знаю тебя, морда твоя хитрющая. Вот, что ты будешь делать, если вдруг забеременеешь раньше меня? Покраснела, глазки отводишь… то-то же!

* * *

В общем поспать в эту ночь мне не дали… К Грему на урок я опоздал, за что получил первое реальное взыскание и похоже препод в этот раз серьёзно на меня обиделся. Отмотав двести кругов по стадиону и кое-как досидев до окончания последней пары, поплёлся выполнять взятое наобум практическое задание. Таскать ящики с продуктовыми припасами для какого-то магазинчика средней руки.

Встреча особняке, на углу Верхней и Броневой, которую я немного оттянул этим, всё произошла совсем не так как я думал. Признаться, я боялся Нининых слёз и, в общем-то, заслуженных обвинений в неверности. Однако она, узнав от сестры «новости», лишь победно улыбнулась, бросив на «фавориток» полный собственно превосходства взгляд, а затем, поцеловав вдруг покрасневшую Женю в щёчку, сказала, что полностью разделяет выбор своей старшей сестры и прекрасно понимает, что в её положении это был вполне очевидный шаг. После чего, сотворила над головой, вставшей на колено Касимовой, какую-то совсем не знакомую мне магию, сказав, что тем самым подтверждает проведённый Инной ритуал.

– Ты… что? Действительно не сердишься на меня? – аккуратно спросил я зайку, когда она явно демонстрируя, кто здесь теперь главный, отправила Евгению на городскую почту, где меня оказывается уже дожидалось приглашение от Лепестковых-Каменских, а Инну посадила за телефон – дозваниваться в риэлтерскую конторы по поводу понравившейся им квартиры.

– Ох, милый… – Нина печально покачала головой, – сержусь, конечно! Только не на тебя…

– Почему? – спросил я, нахмурившись и опускаясь на диван.

– Хотя бы потому, что знала, что это произойдёт, – произнесла она устраиваясь у меня на коленях и опуская голову на грудь. – Или ты думаешь, что в противном случае, я бы позволила вам, жить втроём? Просто, вот так… сестра хотела сделать мне больно, в отместку за то, что я сделала с ней. Что ж, у неё получилось. Это её маленькая победа.

– Но всё-таки это я тебе «изменил», – произнёс я, прижимая хрупкое тело девушки к себе. – И злиться…

– Во-первых! – сурово произнесла Нина, отстраняясь. – Если ты, любимый не хочешь, чтобы на самом деле на тебя обиделась. Запомни – ты мне не «изменял»! Вообще забудь это слово, и поверь мне, если когда-нибудь, что-нибудь мне не понравится – я сама сообщу тебе об этом. Договорились?

– Хорошо, – просто кивнул я и добавил. – Но мне всё-таки кажется, что это просто не честно! Может лучше, чтобы я не...

Рассмеявшись серебряным смехом, девушка не дала мне договорить, оборвав слова долгим поцелуем. А затем, сказала, взлохматив мне волосы.

– Ты у меня такой милый. И наивный! – она тяжело вздохнула, и опустила свой высокий чистый лоб на моё плечо. – Как женщину, ты меня очень радуешь своими словами, потому как говоришь их искренне. Поверь мне, я пусть и слабый, но эмпат, и почувствовала бы любую фальшь. Но как аристократку, меня это не радует. Не пойми меня неправильно, лично мне – очень, очень и очень не нравится необходимость делить тебя с кем-то ещё. Но это – мой крест и наш «Долг» перед нашими будущими детьми! Именно поэтому, в том числе, я, не полагаясь на «случай», связала свои чувства к тебе при помощи магии ритуала.

– Долг? – переспросил я.

– Да. Именно! С большой буквы! – твёрдо ответила девушка, а потом слезла с моих колен и села рядом. – Мы с тобой, Кузьма, успели запрыгнуть на ступеньку последнего и уже уходящего вагона будущих формирующихся настоящих аристократических родов. То, что есть сейчас – пока-что… просто группа ряженных, пытающихся играть в благородное сословие. А вот следующее поколение по предположениям аналитиков моего деда, уже будет таковым на все сто процентов. И вот тогда, лет через двадцать-двадцать пять, начнётся настоящая резня, в которой нынешние титулы и звания не будут значить ровным счётом ничего! Решающим фактором, станет сила «Рода», а она мой дорогой, исчисляется не землями и финансами, а людьми, тесно связанными семейными узами и общим «даром»!

Зайка замолчала, и я увидел, как по её щеке, скатилась слезинка. Впрочем, через несколько секунд, она взяла себя в руки и продолжила немного дрожащим голосом.

– «Эдикт Магии», страшный и дискриминационный для женщин закон, но он необходим, если мы желаем сохранить за собой нашу страну. К сожалению, как и у любого другого «благого» начинания у него есть и обратная, тёмная сторона, – Нина до хруста в пальцах сжала ткать моего рукава. – Знаешь сколько фавориток сейчас у графа Терентьева? А у старшего Афросьева? Да хотя бы у нашего ректора – Сафронова?

– Нет… – ответил я. – Откуда?

– А я тебе скажу, – она посмотрела мне в глаза. – У первого десяток, у второго двадцать две, а у нашего дорогого «Серафима» – точно не известно, но предположительно около полусотни. И почти все – уже имеют детей, пусть и далеко не все их них перспективные маги! А Савелий «Мрачный» вообще не забивает себе голову этим, плодя бастардов направо и налево, и признавая лишь самых сильных из них. Нынешняя аристократия – готовится к будущему переделу и поверь мне, слабых жалеть никто не будет. А скольких я одна смогу родить для тебя пока не стану бесплодной? Пять? Семь? Двенадцать? Пусть даже мы благодаря твоей силе выстоим в намечающейся буре… но в будущем герцогский род Ефимовых всё равно будет обречён. А я… я… я не хочу! Не хочу, чтобы моих детей ждало…

Уткнувшись личиком в ладошки, Нина разрыдалась, и я не нашёл ничего лучшего, как обнять её и поглаживая по вздрагивающей спине, прошептать что-то успокаивающее. В комнату быстрым шагом вошла Инна, застыла на секунду на пороге и, видя, что Нина её не заметила, взглядом спросила меня, стоит ли ей уйти. Я кивнул.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 11

Первый Семейный Совет состоялся спустя пол часа под моим непосредственным председательством – что подразумевало за мной право сидеть на своём месте, многозначительно молчать и не мешать умным людям общаться. Постоянные «члены» с правом голоса, единодушно выдвинули основной вопрос в виде первого выхода герцога Ефимова в свет и долго, с удовольствием чесали языками на наиважнейшую тему – как сделать поход к Лепестковым-Каменским эффектным и незабываемым, и кто что оденет. В результате совместными усилиям и присутствующих, пришли к консенсусу и постановили – местные магазины не катят, да и вообще у высокого собрания, просто нет сейчас такого количества игровых тугриков, чтобы одеться соответствующим образом.

Так что было решено, задействовать связи и устроить блицкриг на московские бутики. Причём мнения председателя никто не спрашивал, потому, как моё участие в рейде предусматривалось автоматически. Как главного манекена, мужа, гарантии от неприятностей и человека, который ничего не понимает в одежде и стиле, но на чью потрясённую морду лица всегда приятно полюбоваться! Во всяком случае, так хором утверждали те, кому доводилось дефилировать передо мной как в неглиже, так и «ню».

Постоянный «член» без права голоса - Аська, принимала активное участие в обсуждении, забыв, что слова её не давали, а затем и вовсе подняла тему «Почему Папа такой гад, обещал погулять со мной, но сегодня не сделал! А ещё Ленка – бяка!» и выдвинула ультиматум, в случае не выполнения, которого, обещала перейти в непримиримую оппозицию. Пришлось разводить коррупцию, давать взятку, в виде куска торта «Прага», к которому «дочка» была неравнодушна и в очередной клясться, что: «Как только, так сразу!»

Затем, демарш устроили делегаты-наблюдатели, которые тоже не преминули плотно поучаствовать в заседании, потребовав, чтобы их тоже немедленно ввели в состав «Семьи». Особенно возмущалась товарищ Касимова-младшая… Но заместитель председателя Нина Весомова, с улыбкой голодного дракона на лице, сообщила им, что, ежели они, желают нарушить «договор», то она, в общем-то, не против и большая гостевая спальня на третьем этаже готова стерпеть и не такое, а она, с остальными жёнами, с удовольствием проведут как ритуал, так и принятие, а заодно помогут «невинным девицам» советами и комментариями по ходу дела. Вот только так как времени у нас мало, придётся фаворитизировать всех желающих разом, оптом так сказать. И для начала – прослушать небольшой инструктаж, ведь «Это» у них первый раз всё-таки!

Юлька, Ленка и Андриана, а также почему-то Ася, по мере того, как Нинка с подключившейся Инной описывали им правила пользования мной, любимым, начали наливаться алым цветом. Хорошо, что, Женя заметив изменившийся цвет лица мелкой, оперативно вывела её из комнаты. Впрочем, экс-француженка с ныне чисто русской фамилией Лежакова, попыталась было пискнуть, что она готова и так, лишь бы её за руки да за ноги кто-нибудь придержал на всякий случай. Но тут же отгребла локтем по рёбрам от пунцовой Касимовой-младшей, что сопровождалось малопонятной фразой сказанной громким шёпотом: «Цыц! Консерва рыжая…»

В общем, к моему немалому облегчению, массовой инициации фавориток от меня не потребовали. Не то, чтобы я сомневался в себе, но… блин. Это уже попахивало откровенным развратом… к тому же я был не уверен, что кто-то из нас в таких условиях получил бы удовольствие от процесса, особенно учитывая тот факт, что никто не скрывал, что советы и комментарии от «Нины и Co» предполагаются максимально ехидными.

Однако, облегчения мне это не принесло. Слово за слово и порушив всю повестку, уже все присутствующие девушки, с пылающим румянцем на щечках, стали обсуждать их «первый раз», моё достоинство, словно заправские рыбаки хвастающиеся уловом, и как я… их… в общем – различную акробатику. Почувствовав себя лишним, я быстро вышел из комнаты, обнаружив под дверью, разобиженную в ничто Аську, которую «мамки» и старшие подруги, отсекли от «интересной темы», перекрывшей дверной проём магической глушилкой, не глядя на многотысячелетний возраст мелкой Снегурочки.

Нашли друг друга два одиночества. Посадив изнывающую от обиды и любопытства девочку на шею, сообщил честной компании о желании «Элвиса» ненадолго покинуть здание. Был милостиво отпущен и покуда дружный женский коллектив, на все лады перемывал мои косточки, мы с детёнышем отправились в детский развлекательный центр «Asobi park» расположенный в торговом комплексе «Екатерина».

Вообще-то, у нас в кампусе жило не так уж и много спиногрызов, и в основном это были дети ютящегося на отшибе, в отдельном районе, педагогического состава, доступ которым на территорию проведения «Большой игры» был сильно ограничен. Но, там, где на небольшом клочке земли, ютятся юноши и девушки нашего возраста, случались оказии, вроде большой и светлой любви, порвавшейся в процессе резинки и не наложенного вовремя контрацептического заклинания. А так как аборты в нашей стране после двух войн были категорически запрещены законом, за исключением медицинских показаний и фактов явного насилия, а в случае самостоятельного прерывания беременности, одинаково сурово наказывались как несостоявшаяся мать, так и отец, на улицах Ильинского порой можно было встретить счастливых родителей с казёнными колясочками, которые являлись мощнейшим защитным техно-магическим артефактом.

Хотя конечно, это было скорее исключением из правил. Для участников «Большой игры» в этом вопросе были созданы особые, очень жёсткие условия. В то время, как приключения подопечных «на стороне», мало кого волновали, когда дело касалось двух полноправных студентов, один из которых начинал кривить носом, на него немедленно налагались суровые санкции, а государство само определяло статус ребёнка. Это в миру, «благородным» дозволялось самим решать – признавать или нет нежеланное чадо, а в «Игре», целью которой была «симуляция взрослой жизни», ответственность автоматически наступала по факту определения биологического отцовства. Чем кстати периодически пользовались особо ушлые девицы.

Если какой-нибудь особо не разборчивый молодой папаша начинал вдруг брыкаться и угрожать кому-нибудь своим происхождением, то тут уже во всю мощь включалась машина «Ювенальной-комиссии» при Имперской Канцелярии. Те самые влиятельные родственники, краснея и бледнея, вызывались на ковёр, где особо поверенный Его Величества по делам «Детства и Юношества», делал им вполне определённый разнос за «нерадивого отпрыска», последствия которого могли быть самыми разнообразными. Поэтому обычно, глубоко расстроенные дедушки и бабушки из родовых семей, предпочитали сами, не дожидаясь подобной неприятной во всех отношениях взбучки, изымать у счастливых родителей яростно орущую «кровиночку», чтобы не дай бог на неё не наложил руку Император, что считалось позорным, или что ещё хуже – ушлые конкуренты, а то и откровенные враги.

Но – это относилось в первую очередь к родовой аристократии с их зарождающимися заморочками и комплексами. А вот отпрыски имперского дворянства, как и простолюдинов, которых тоже можно было встретить в Пятом Магическом – особо подобными вещами не заморачивались и, если считали малыша не нужным, ещё в роддоме оформляли полный отказ от прав в пользу короны.

В общем, день прошёл интересно. Вернувшись, я с девушками сходил в риэлтерскую контору и поставил свой вензель, который Нина и Инна, назвали не иначе как трудновоспроизводимой кляксой, под документами об аренде жилья. Переезд как таковой, свершился незамедлительно. Во всяком случае – мой. Заявившись с увязавшейся за мной Аськой в общагу, я заскочил в бухгалтерию, и в то время как восторженные студенточки под возгласы: «Хочу себе такую же!» тискали вяло отбивающуюся девочку, оформил свой выезд.

Егора конечно новость немного расстроила, всё-таки для него я был «удобным соседом», да и сдружились мы за прошедший небольшой срок, но я пообещал не забывать парня, а моя «дочка»… вот коза малолетняя, сказала, что будет навещать его иногда. Нравится ей мол общаться с умным человеком, а то ей окружают одни тупицы, только Папа ещё ничего, а вот Ленка – та вообще дура!

Кофр с бронёй, оружие и сумка с вещами – вот и всё что у меня было. Так что проблем перетащить всё это на новое место жительство не составило. Зато Инна с Женей, заявились с маленькими сумочками, в которых, по их словам, было всё самое необходимое, а остальное барахло завтра должны были привести на грузовике. Сегодня же, нас побеспокоил только курьер продуктовой доставки из магазина «Оцелот», который с трудом затащил на третий этаж натуральные баулы с «Кушаньями для благородных господ». Целый продуктовый развал, который Касимова-старшая заказала по дороге из посольства. Непонятно, правда, зачем, потому как распихав всё это добро по холодильнику, девицы-красавицы устроили мне натуральный «клубничный» марафон, а когда это их чувство «голода» было удовлетворено, заказали мне острую пиццу, а себе суши из ближайшего ночного ресторана.

Утром, нас разбудила Нина, пришедшая с пунцовой от смущения Леной. Ключ от квартиры у них был свой, так что зайка, вытащив из кровати зевающую сестру и дождавшись пока Евгения, которая сама была «в чём мать родила», оденет и накрасит свою подопечную, немедленно увезла её в неизвестном направлении. Касимова-старшая же, закрыв за ними дверь и прогнав запунцовевшую младшенькую на кухню готовить завтрак – немедленно потребовала исполнения супружеского долга и стонала в процессе так громко и сладко, что у меня не осталось ни малейшего сомнения в том, для кого именно предназначался этот концерт одного актёра.

По дороге на кафедру, да и на уроках, Ленка была внезапно: вежлива, учтива и разве что не ластилась как кошка. Правда, стоило только ей заметить, что я на ней смотрю, как она заливалась краской и отворачивалась… что не укрылось от внимания от остальной группы и конечно же Сашеньки Бельской, которая сегодня «вешалась» на меня особенно активно. Да и не мудрено… девушка буквально приросла взглядом к тому месту, откуда у меня росли ноги и разве что не облизывалась, мысленно раздевая меня, из-за чего мы оба стали основным объектом для шуточек как со стороны ребят, так и Фишина.

Кстати, с преподом, мне всё же удалось замириться. Помогла купленная в магазине бутылка не самого дорогого, но вроде хорошего вискаря и небольшой разговор по душам, после которого Гремм мне скорее сочувствовал, чем обижался на мою посещаемость. Тем более что по результатам первых промежуточных контрольных, мои оценки его в общем-то устраивали… не нравилось только отношение к учёбе.

Ну, а днём и до самого вечера я и мои девочки провели в Москве, растрачивая немалые суммы как на меня, так и себе на дорогие платья, подтянув между делом в процесс и Аньку, которую решено было так же сводить на приём. Ну а то… не вспомни мы об этом демонёнке – обида была бы на всю жизнь! Сеструха, правда, была в шоке, когда узнала, что она теперь «из благородных», особенно потому как в школе у неё на самом деле, было не всё так гладко, как хотелось бы.

Дети – есть дети и они всегда найдут способ выделить из своей среды совсем уж белую ворону. Анечка слава Богу, благодаря характеру таковой не оказалась, но и дружить с ней особо не спешили, кривя носик из-за простецкого происхождения. Впрочем, и обижать особо побаивались, ведь она – вроде как слабенький маг, вполне могла дать сдачи доставшимся от маменьки непонятным для остальных даром мозгоклюйства. Да и в стандартных для её возраста тёрках о том у кого брат «боксёр», а у кого «Воин-Есаул», Анькино заявление о том, что у неё лично – «Аватар» и в скором времени уже муж аж двух принцесс, вполне себе котировалось. Просто пока Нина и Инна не разъяснили ей кое-что, девочка никак даже предположить себе не могла – что моё «благородство» распространяется и на неё.

А на следующий день разразилась трагедия…

– Герб! – воскликнула Нина, оторвавшись от платья Аськи.

– Что «Герб»? – отвлеклась Инна от своего ПМК, с которого пыталась равномерно наложить какое-то заклинание на мой новый дорогой костюм.

– Что-что, – буркнула зайка, вынимая пластинку передатчика из своего неизменного зонтика. – У Герцога должен быть «Герб»! И нам нужно его продемонстрировать, а мы про него забыли. А его нужно нанести на машину, да и хотя бы гравировку на запонках заказать!

– Не мы – а ты! – пожав плечами старшая сестра и вернулась к своему занятию.

– Но тебя это касается в первую очередь. Он ведь теперь и твой! – нахмурилась младшая, набирая какой-то номер на телефоне. – А его ещё нужно выбрать и зарегистрировать!

– Да я уже всё придумала, – победно ухмыльнулась Инна. – Белый пегас на золотом фоне…

– Алло, Пап! Извини, что отвлекаю… – произнесла Нинка. – Я по поводу герба для нашего рода. Не твоего, а нашего! Да, я себя уже… а ты что против? Мы своё слово держим, а вот ты… Что?

Что бы там не говорил дальше Его Величество, но Нина вначале побледнела, пустым взглядом глядя куда-то в окно, а затем выронила телефон из ослабевших пальцев. Прошла на негнущихся ногах пару шагов и резко села на кровать, уронив лицо в ладони. Пластинка коммуникатора с чпоком упала на ковёр и от встряски включился режим громкой связи.

– …ты уж прости Доча, разозлился, напился… так вот получилось. Доча? Нин? – голос Императора оборвался, так как зайка, двигаясь словно сомнамбула, нажала пяткой на кнопку отключения.

– Что… – спросили мы хором, глядя на девушку чьи плечи в этот момент нервно подрагивали…

– «Герб»…

– Ну?

– Он зарегистрирован уже почти двадцать лет назад и вошёл во все каталоги и признан всеми странами мира, – Нинка откровенно ржала. – Белый пегас… ой не могу. Белый баран!

– Что «Баран»? – без особых эмоций переспросила старшая сестра.

– Герб герцогов Ефимовых: Баран перед новыми воротами на кумачовом фоне с серпом и молотом, – у зайца явно начиналась истерика. – Дед Кузьмы, так долго отказывался принять титул, что отец… Ой не могу.

– Баран? – Инна поморщилась. – Ну… тоже геральдическое животное. Да и Любимому подходит. Порой такой же упёртый.

– Девчат… вы головой-то подумайте, – похрустев шеей, медленно произнёс я. – Если я – баран. То вас иначе как овцами называть не будут.

Девушки, когда до них дошло, застыли на мгновение, и уставились на меня на меня не моргающими взглядами ядовитых змеюк.

– А что плохого в «Баране»? – удивлённо произнесла Аська, вдребезги разбив атмосферу надвигающегося писца. – Хорошее животное… Если ты, Папа – баран, а мамы овцы, то я получается – ягнёнок? А…

Позняк метаться. Обе Цесаревны сорвались со своих мест и схватив ПМК судорожно долбили по кнопкам набора номера. Первым дозвонилась Инна и не стесняясь никого заорал в трубку.

– Я тебе что? Овца тупрорылая….

И тут понеслось… Императору, по-моему, было стыдно, что подобное решение он принял по злости, да ещё и накатив на грудь, но поменять что-либо было уже невозможно. Не тот случай. Как вариант, он предложил выдать нам самый лучший девиз… на что и получил: «Это какой? «Шашлык-машлык! Казан, мангал, подходи бери, по рублю отдаю?», а также множество других звучных предложений на кулинарную тему, которые на гора выдала Инна и не дождавшись ответа, выключив, отбросила от себя трубку.

В общем, поменять уже было ничего нельзя. Визуальное описание герба: «Геральдический щит с вензелями и мечами, а так же прочими регалиями, увенчанный герцогской короной, с изображением в поле кумачового цвета, белого барана застывшего перед новыми золотыми воротами с сияющими над ними серпом и молотом соответствующего колера», как и его графическое отображение, уже считалось «классическим» и было признанно всеми геральдическими палатами стран участников Конгломерата Наций и международными организациями. А заодно, вошло в филателистические сборники России и Либерократии, в сериях марок «Гербы имперских Родов» и «Геральдические традиции нового мира», где была обозначена как «Герб герцогского рода Российской Империи более двадцати пяти лет сохраняющего инкогнито» и считалась раритетом среди ценителей.

К тому же, как мне объяснили чуть позже, это было единственное родовое геральдическое изображение, коему высочайшим указом было позволено использовать советскую символику. Похвастаться подобным могли разве что некоторые государственные структуры, вроде того же КГБ. Так что «Герб рода Ефимовых» был в своём роде уникальным… вот только мне, как, впрочем, и девчонкам от этого было ни тепло, ни холодно. С одной стороны, красиво исполненное

Отдельным вопросом встало и то, как именно мы будем демонстрировать моё стадо… точнее отару… точнее герб, как символ единения рода. Во-первых – его изображение необходимо было нанесено на машины кортежа, на котором мы должны были въехать в поместье. А во-вторых символика, файлы с которой нам переслали из «Центральной, Его Императорского Величества Геральдической Палаты», по этикету должна присутствовать на элементах одежды. Что бы каждый, даже самый распоследний баронет, знал, что вот он перед ним Главный Баран и его о… то бишь, герцог Ефимов и его дамы!

С кортежем у меня тоже как-то не задалось. Было, конечно, выдвинуто предложение, взять пару лимузинов побогаче, из личного гаража «папеньки», но я зарезал её на корню. Не хотелось мне влезать в долги перед новыми родственниками по мелочам, да к тому же, если делать всё правильно, то нужно просить не только средства передвижения, но шофёров, бойцов сопровождения с техникой и обслуживающий персонал. Потому как толпа подростков прикативших на семёрке «Роллс-Ройсов», а в случае моих девочек, каждой по статусу, за исключением Ани, Юли и Аси, полагался отдельный экипаж – выглядело бы откровенно комично. Особенно при учёте что юным леди самим бы пришлось сидеть за рулём своих автомобилей…

Путём непродолжительного мозгового штурма, пришли к тому, что, если техника будет явно дорогая и не стандартная, в которой к тому же уместимся мы все – тогда другой разговор. Это уже эпатирование публики, это аристократия понимает и можно сказать – любит. К тому же, по словам прекрасно разбиравшейся в вопросе Женьки, современная молодёжь из высшего света в таких случаях предпочитает пересесть со своих свердорогих спорткаров, на огромные отцовские бронированные джипы, что воспринимается как дух бунтарства и откровенный вызов системе. У меня же, в отличии от них, имелась в загашнике практически свой собственный «Каратель», который по всем параметрам уделывает любой из этих драндулетов. Надо только перетереть вопрос с Гремом и попросить нанести на необходимые места скоростную аэрографию с моим новым гербом.

А вот вопрос внешнего вида, в очередной раз вызвал бурные дискуссии. Но в итоге – сошлись на запонках и расшитом галстуке для меня и кое-каких украшениях и элементах одежды для Ани, Инны, Евгении и Аськи. Всем остальным носить моего «барана» пока что не погашалось. За исключением небольшого тоненького браслетика, который как бы говорил всем, чтобы подобрали слюни и по любым вопросам обращались непосредственно ко мне.

Всю необходимую бижутерию подобрали по интернет каталогам и немедленно заказали с самовывозом и небольшой переплатой в качестве поощрения за срочность. После чего Нинка куда-то позвонила, и записала мне на бумажке несколько адресов и я, не смотря на приближающийся комендантский час, метнулся в Москву. Забирать покупки и развозить вначале тряпки в какое-то небольшое частное ателье, где на них должны были нанести вышивку, а затем украшения на квартиру к старому еврею-ювелиру, у которого, по словам зайки, руки были золотыми «по колено».

* * *

За суетой подготовки к торжественному выезду, как-то незаметно наступило воскресенье. В час «Ч», двери особняка на углу Верхней и Броневой открылись и удивлённым проходим предстало незабываемое зрелище погрузки воистину прекрасных созданий в вечерних платьях в футуристический броневик, который незадолго до этого лихо затормозил перед воротами. Причём всё это сюрреалистическое действо, происходило под вспышки профессиональных фотоаппаратов, и под объективами камер журналистов нескольких телеканалов нашего Колледжа.

Идея сделать из нашего отъезда настоящее «шоу», принадлежала Инне, и была поддержана остальными прелестницами. Ну а для того, чтобы никто гарантированно, не остался в неведении о первом выходе в свет герцога Ефимова с «супругами в магии» и сопровождающими дамами, с нами на приём, после недолгих переговоров с Лепестковы-Каменскими отправилась ещё и «свободная пресса».

Да-да. Та самая журналисточка София Керчина, светский обозреватель и колумнист из журнала «Хайт Салун», которая оказала мне неоценимую помощь в спасении Андрианы и после тез событий хоть и старалась не мозолить глаза, но из поля зрения не терялась. Именно эта бойкая девица по моей просьбе, собственно и организовала нам «выход», по всем правилам «Красивой картинки», да к тому же так, что несмотря на наш «довольно оригинальный исходный материал», всё получилось на удивление возвышенно, элегантно и очень эффектно. Она же подтянула своих коллег по цеху, договорившись о том, что представители остальных медиа будут буквально петь нам дифирамбы, а взамен, попросила взять её с собой, как родового фотокора, ну а по совместительству представителя «Хайт-Салуна»

Причём, девушку нисколько не смутил то, что хозяева мероприятия, поставили перед ней довольно жёсткие условия. Все сделанные ей фото, видео и аудио материалы, в обязательном порядке должны были пройти цензуру службы безопасности рода Лепестковых-Каменских и на руки она могла получить только-то немногое, что будет ими одобрено. По словам Софьи, ни на что другое она собственно и не рассчитывала, потому как это – вполне стандартная практика. Ведь далеко не каждому аристократу хочется, чтобы на новостные порталы попал тот момент, когда он будет «в задумчивости накладывать пельмешку» на зуб или, когда у какой-нибудь старой девы, во время танцев с очередным безусым юнцом, внезапно обнажаться «ушки спаниеля». Ссориться же с родовитыми гостями из-за журналистского произвола на их празднике, мотивированного банальным: «Читатели имеют право знать!» не хочется никому. Тем более в том незавидном положении в котором оказались Лепестковы-Каменские. Этаких «полуотверженных изгоев», которые вроде бы ещё есть, но которых уже никто не замечает.

Но Софья, это ещё ладно. В конце-то концов, у неё в посещении приёма в часть дня рождения наследника этого почти уничтоженного рода – был исключительно профессиональный интерес. Но она – была не единственной, кто сегодня намылился предстать перед обществом в качестве моей свиты.

Во-первых, на месте водителя «Карателя» сидела… Ольга. А Валька рассекал перед машиной на своём полицейском электроцикле изображая из себя то ли охрану кортежа из одного автомобиля, то ли полицейское сопровождение, потому как в отличии от своей начальницы, одетой в строгий чёрный костюм женщины-телохранителя, был облачён в парадную форму полицейского-офицера Дисциплинарной Комиссии Пятого Императорского Магического Колледжа.

Ребята позвонили мне сами. У них вроде как ко мне нарисовался какой-то ну очень серьёзный и не телефонный разговор, который требует личной встречи. Ну и попали можно сказать «В масть». Я в тот момент был реально озадачен состоявшимся разговором с Гремом, который сводился к тому, что Каратель для выезда за пределы кампуса, он мне даст только при условии того, что за рулём будет находиться совершеннолетний водитель с соответствующими правами. Потому как случись за территорией Колледжа какая-нибудь неприятность, его первого сожрут с потрохами.

В общем – я предложил, а они радостно согласились, ну а «важный разговор» мы по обоюдной договорённости решили отложить как минимум до понедельника. И опять же – присутствие этой парочки мне было понятно… но вот что с в кузове «Карателе» забыла госпожа Председатель облачённая в роскошное вечернее платье с совершенно безумным декольте, один взгляд на которое наводил на мысли о использовании какой-то магии, ну или о двустороннем скотче, позволяющим этим… в общем держаться ткани на теле.

И уж вдвойне мне было непонятно то, что на правое запястье главы Пятого Магического Колледжа, «несравненной» Яны Малышевой – была надета тоненькая полоска серебряного браслета с бляшкой на которой был выгравирован мой герб. Не узнать побрякушку, которую я отвозил «старому еврею», я узнал сразу же… А, ведь всё гадал, почему девушек четверо, а браслетов они заказали пять штук!

Глядя же на эту троицу – Нина, Инна, Яна, мне оставалось только качать головой. Из устроенного мной экспресс-допроса, я выяснил, что появление госпожи Председателя, дело рук Нины, к которой глава Ильинского полиса лично обратилась с такой просьбой. Ну а зайка, просто не могла отказать старой знакомой.

Во всяком случае – такую версию довели до меня. Насколько она соответствовала реальности, доставалось только догадываться, потому как: Яна, была спокойна аки удав, Нина откровенно из-за чего-то бесилась, а Инна разве что не корчилась от едва сдерживаемого смеха глядя на младшую сестру.

Впрочем, старшей Цесаревне вдруг стало как-то не до смеха, а Нина наоборот ехидно заулыбалась… когда я аккуратно и тактично, указав на браслетик задал вполне резонный вопрос: «Дамы, а какого, собственно, хрена?»

– А это, Кузьма Васильевич, чтобы меня вдруг не украли, – потупив глазки проворковала госпожа Председатель и плавным движением приблизившись словно бы невзначай взяла меня двумя руками под локоток, конечно же, совершенно случайно коснувшись грудью, прошептала. – Вы же защитите меня, о мой «Гильгамеш»?

– Ну… Кхм… Эм… – только и смог выдавить я, чувствуя, как меня начинают краснеть уши. – Конечно. Только… вот… это…

– Да? – прошептала она, прижимаясь ещё сильнее, в то время как Инна сделала страшные глаза и издала тихое рычание.

– Ну… «Гильгамешами» то обзываться не надо! Я… знаете ли, не такой! Кого хотите спросите!

Девушка звонко рассмеялась и перестала мучать мою руку. Меня сразу же немного отпустило. Ощущения… были конечно не такие острые, как тогда на арене, когда я попал под феромонную магию розовой «Девочки волшебницы» с погоняловом «Минерва», настоящее имя имя которой я признаться уже забыл… Но... блин. Если она реально так действует на всех мужиков вокруг неё… то ей не браслет с моим гербом нужен, а титановый пояс верности с навесной системой безопасности в виде автоматических турелей, огнемётов и контейнеров с блоками НУРСов, уничтожающих любого представителя мужского пола в радиусе ста метров.

До загородной резиденции Лепестковых-Каменских, расположенной за Мытищами, недалеко от посёлка «Мурашки», доехали без особых приключений, зато- весело. Естественно, что наше появление, да ещё на «Таком» автомобиле вызвало для начала лёгкое замешательство благородной публики, а затем и всеобщий фурор, когда открылись задние двери броневика и по выдвинутой Валькой самодельной аппарели на мостовую спустился весь наш «цветник».

Признаться, честно, я был слегка удивлён количеством «гостей», собравшихся по случаю, казалось бы, «детского» праздника, да ещё и по приглашению вроде как проштрафившегося рода. Так вот, как шёпотом объяснила мне Нина, невольным виновником «Аншлага» которого хозяева вряд ли ожидали, стал я, приняв их приглашение.

Хотя, на самом деле из-за конкретной моей персоны, как минимум «сегодня», большинство присутствующей здесь публики мужского пола вряд ли бы даже соизволило бы почесаться. А уж тем более, озарить своим появлением сие низкоуровневое мероприятие почти угасшего рода. Оторвать нижнюю полусферу и примчаться сюда их заставила новость о том, что вместе со мной прибудут «Наследные Принцессы».

Ну и понятное дело, появление молодого герцога всё же не могло не остаться незамеченным. Кое-кто, явно приехал сегодня, даже не из-за того, чтобы засветиться рядом с венценосными особами, а для стандартной демонстрации своих «дочек на выданье». Ну и чтобы посмотреть на меня, потому как для разнообразных мелких графьёв, бароны и даже довольно влиятельных бизнесменов из простолюдинов, я сейчас представлялся довольно интересным и ещё не реализованным к тому же активом. Который по мнению многих можно было вполне использовать в своём стремлении подняться наверх.

Под оценивающими взглядами публики, мы прошествовали к крыльцу особняка. Забавно и как-то неприятно было видеть, как вроде бы взрослые, серьёзные люди, почти открыто демонстрировали, что никакого дела им до праздника Лепестковых-Каменских собственно нет и что здесь они собрались только для того, чтобы порешать свои дела. Впрочем, через секунду, я напомнил себе, что собственно – сам такой же. И если бы не необходимость, послал бы это приглашение куда подальше и с куда большим удовольствием провёл бы день перед компом.

Одна отрада была, на девчонок моих в красивых платьях полюбоваться, ну и признаться многие «дочки» были тоже вполне себе ничего… но на самом деле ради этого дела, наверное, лучше бы было устроить «домашний показ мод», который кстати всегда можно провести в обозримым будущем. Разве что чую «Конкурсом красоты» его называть не стоит – потому как порвут же, чертовки, на сотню мелких домовят!

Так что, напомнив себе, зачем я собственно здесь очутился, я стал высматривать возможных кандидатов на «отрывание головы». Самые активные или нетерпеливые товарищи, похоже отметались за непригодностью. Не тот контингент… Порой довольно метросексуального, если не сказать хуже внешнего вида, они буквально вились вокруг нас, в то время как мы плотной боевой группой выдвинулись к месту дислокации хозяйки дома и её юного отпрыска.

Я заученно представился, отдарился букетом цветов, который немедленно утащили хорошо вышколенные слуги и поздравил хмурого слегка сутулого мальчугана, явно уже замучившегося слушать пустые и ничего не значившие слова многочисленных гостей. Время для подарков ещё не пришло и малец, явно скучал вынужденный мало-того что изображать из себя соляной столб, так ещё и благодарить непонятно кого и не понятно за что.

И никакого просвета в этом мрачном царстве испорченного дня рождения – не предвиделось, потому как на «детском празднике»… просто не было других детей. Точнее сказать, не было тех, с кем ему дозволила бы ему общаться на благородной публике суровая мамаша. Мальчишки и девчонки, наверное, из служек или поварят, а может просто отпрыски работавшего в поместье персонала, периодически пробегали вдоль стен, зала, стараясь не потревожить гостей. Пацан же, бросал на юркие фигурки печальные взгляды, тяжело вздыхал, и вновь был вынужден отвечать на приветствия, кланяться и расшаркиваться ножкой.

А затем появилась Она, «Звезда пленительного счастья!» Вся такая воздушная и нежно-голубая в том платьице которое ей подобрали девчонки, Аска выглядела на все двести процентов! Эдакая маленькая леди, которая величаво выплыла из-за моей спины и, сделав лёгкий книксен, представилась и поздравила мальчика, улыбнулась при этом такой многообещающей улыбкой, что я как-то сразу задумался о том, а правильно ли я сделал, притащив на приём воплощённую «Снежную деву».

То, что мужчинам женщин, даже самых маленьких – не понять, это можно сказать доказанный факт. Вот кто мою «дочурку» знает – чего ей сейчас не так и что собственно взбрело в голову… А, у паренька аж лицо просветлело, он гордо расправил плечи, подобрался, стараясь выглядеть постарше… в общем немедленно распушил все свои ещё не отросшие пёрышки, лишь бы произвести на девочку впечатление.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 12

– Должна признаться, я появилась здесь только для того, чтобы посмотреть на вашего фаллоносителя, и желала бы получить лично от вас, юные леди, прямой и честный ответ на вопрос: Действительно ли то кухонно-семейное рабство, на которое вас принудили согласиться, не было навязано гендерно-шовинистическим дегенеративными желаниями окружающих вас самцов? – стоящая перед нами с бокалом шампанского в руках, действительно красива женщина, говорила по-русски, хоть с заметным американским акцентом, но как не странно, весьма хорошо.

Если бы не Инна с Ниной, которые буквально зажали меня с двух сторон, повиснув на руках, я бы уже познакомил свой кулак с лицом этой спец-уполномоченной представительницы Президента Северо-Американской Либерократии. Хотя бить женщин и противоречит моим моральным убеждением, даже если они являются Аватарами и подданными другой страны. Однако, девушки вцепились в меня так, что стоило только дёрнуться, как они получили бы серьёзные травмы.

– Спокойнее, любимый, – прошептала зайка, дёргая меня за ткань рукава. – Под тобой мраморная плитка трескается…

Немудрено. Седьмая чакра едва-едва держалась, балансируя на грани открытия, и давно прорвалась бы если бы не кристальное осознание того, что мы сейчас находимся в помещении битком набитом людьми, которые не переживут моё превращение в Аватара аспекта антиматерии. Причём, явно провоцирующая меня ростовая кукла «Барби» сама готова была сорваться в любое мгновение.

Я ощущал её аспект «Пыль» почти столь же явственно, как во время тестов, проходивших в виртуальной реальности, когда на меня вышла копия водного Аватара. Вот только там в цифровом пространстве, я не чувствовал такой направленной конкретно на меня всепоглощающей агрессии. В добавок ко всему, эта бешенная незнакомка, была ещё и коллегой – колдуньей… что скажем так было довольно странно. Вообще, я как-то особо не интересовался этой темой…

Мы – колдуны, редко, когда вырастаем выше четвёртой-пятой чакры, да к тому же нас не так уж и много, в процентном соотношении к остальным врождённым-одарённым. А тут, третий колдун-Аватар, не считая меня, о котором я теперь знаю. При чём, сам то я можно сказать «Суррогат», потому как при рождении был обычным магом с водным аспектом, а тем, кто есть сейчас, стал после дедовского эксперимента, а тут… Сам старый хрыч, какой-то изнасилованный китайцами негр из племени Тумба-Юмба и вот теперь эта сумасшедшая бабёнка...

– Миссис Барбара Форекс, – спокойным тоном, в котором явственно слышался лёд, произнёс спутник женщины, представившийся Тайным Советником Свиридовым. – Я вынужден в последний раз, напомнить вам, что вы в нашей стране являетесь гостем, хоть как Аватар и обладаете дипломатическим статусом. Если вы продолжите провоцировать герцога Ефимова…

– Я этих девочек на руках носила! – прошипела женщина, по-моему, впервые ответив на замечание представителя Имперской Канцелярии. – Я имею право знать!

– Вы имеете право, вести себя соответственно вашему статусу, – ответил ей Тайный Советник. – Предупреждаю, что…

– Знаю, знаю, – зло ответила женщина, понижая количество открытых чакр до трёх. – Вы выдворите меня из страны… Прошу прощения Ваши Императорские Высочества… герцог…

Последнее слово она буквально выплюнула.

– …И тем не менее, я хотела бы услышать ответ на свой вопрос! – не унималась американская гостья. – Это – важно!

– Для вас? – спросил я, не рассчитывая на ответ, потому как меня до этого мгновения игнорировали словно пустое место.

– Для меня в том числе… – прошипел она и тут же окрысилась, –…самец!

– В таком случае, – всё так же холодно произнёс Свиридов, – постарайтесь переформулировать ваш вопрос. Так чтобы девушки могли ответить на него «да» или «нет».

Женщина зло зыкнула на канцеляра. Затем вздохнула и вполне нормальным, я бы даже сказал дружелюбным тоном спросила... внезапно как вполне нормальный человек.

– Девочки… Вы его любите или нет?

– Больше жизни, – первой ответила Инна с тихим выдохом и ослабила впившиеся в мой локоть руки, причём, я почувствовал, как дрожат её пальцы.

– Это мой мужчина, – куда как грубее произнесла Нинка. – И каждый кто усомнится в нашей любви…

– Схлестнётся со мной! – прорычал я.

– Слава Богу! – Барбара вдруг улыбнулась и сделав быстрый шаг ко мне… поцеловала в щёку, прошептав. – Прости, мальчик. Я должна была… проверить!

– Ох уж эти ваши шуточки, тётя Варя… – Нину вдруг тоже отпустило и ручки у неё в этот момент тряслись не менее чем у сестры. – Я уж поверила, что… Фух…. Фаллоносец, блин…

– Девочки, ну я же американка! – поправила локон женщина. – Имею полное право ещё не так выражаться!

– Я уж думала, что ты теперь из «этих»… – пробурчала явно недовольная пережитым страхом Инна.

– Ну что вы! – отмахнулась Форекс. – Совсем вы девчата плохо о старушке думаете…

– А что ещё можно подумать… – прошептал я, чувствуя, как спадает напряжение сансары.

– Ой, да ладно тебе! – отмахнулась тётка. – Ты Аватар, привыкай к «Конфронтации». Ладно детки, я узнала всё что хотела, а теперь… подарю подарок мальчику и побегу. Но вы помните: «I'll be back!» Андрей, прикажи шофёру готовиться.

– Как прикажете! – кивнул Тайный Советник вначале ей, а затем и нам. – Ваши Высочества, Герцог!

Американка игриво подмигнула мне и развернувшись, зашагала к другому концу зала, где после небольшого перерыва, юный граф продолжил общение с гостями. Проводив хмурым взглядом удаляющуюся фигуру с гипнотически покачивающимися бёдрами, я потёр поцелованную щёку и произнёс.

– Это что, мать его, щас было?

– Это была Барбара Джей Форекс, – задумчиво произнесла Инна. – Милый, ты прости, но не поддержишь меня немножко… Что-то меня ножки слушаться перестали.

– Опа… – я едва успел подхватить за талию оседающую на пол Цесаревну. – Что с тобой?

– Испугалась, – лаконично ответила девушка, прижимаясь ко мне.

– Нин?

– Я в порядке, – ответила зайка слегка дрожащим голосом. – Но мне тоже срочно нужно посидеть… Понимаешь ли Кузьма, Тётя Варя… не обижайся на неё. Она хорошая, просто… очень… «неординарный» человек. Никогда нельзя сказать, что именно эта женщина выкинет в следующую минуту. Поговаривают, что на одном из приёмов ещё до моего рождения, она ни с того ни с сего, поставила фингал нашему ректору…

– Не совсем так, – покачала головой Инна, которую я аккуратно усадил на диванчик рядом с сестрой. – Тётя Варя отвесила ему пощёчину. Они с Сафроновым в тот момент были тогда Магистрами, ну или «Gorgeous» в американской классификации, любовникам и можно сказать конкурентами. Мама говорила, что это была очень странная парочка, постоянно цапались на тему того, какая из стран лучше… Она его в Либерократию увести хотела, а Андрей Иванович, уговаривал её бросить всё и переехать к нам в Империю.

– Понятно… «Не в лотерею, а в карты и не выиграл, а проиграл…», – хмыкнул я. – Кто хоть она такая-то? Помимо того, что она Аватар естественно, это я и сам вижу.

– Первый Посол САЛ в Российской Империи после взаимного признания по результатам Первой Магической Войны. Она очень близкая подруга Президента Энтони Жеди… – ответила Нина. – Ну а заодно, Тётя Варя – свекровь Катеньки. Нашей самой старшей сестры. Как-то так. У нас были очень хорошие отношения между семьями, ещё тогда, когда она окончательно не вошла в силу и не стала «Exile»… Ну а с чужими аватарами, сам понимаешь, можно дружить, но особых отношений выстраивать не стоит.

– Ну, чисто индийское кино… – усмехнулся я. – Кстати, «Exile» – это же на нормальный язык переводится как «Изгнанник». Никогда не понимал, почему американцы так назвали своих сильнейших магов!

– Скорее уж мексиканский сериал, – фыркнула старшая сестра. – Не заметила я у тебя на попе родимых пятен, да и у тётки таковых нет. Так что вряд ли вы окажетесь разлучёнными в детстве близнецами, одного из которых злой Раджа утянул во временную аномалию.

– Да уж... Нафиг-нафиг! – только и мог что сказать я, а затем улыбнулся и кивнул в сторону зала. – С другой стороны, можно сказать ей спасибо, за то, что устроенная ей сцена разогнала ваших поклонников. Вон как зыкают, а подойти пока-что боятся.

– Ага, подозреваю, что это входило в планы Тётушки… – кивнула головой зайка, – правда не думаю, что «господа» именно «боятся», их подобными сценами не удивить, просто «галантно» выжидают, когда мы «отойдём» от общения со скандально известной иностранкой, чтобы пойти в новую атаку... А-то, ведь Наши Императорские Высочества и гневаться могут изволить! Уж поверь мне, Любимый, чувство «собственной задницы», у этой публики развито лучше всего.

– Кстати, – нахмурился я. – Этот скандальчик, похоже, поставил крест на моих планах… демонстративно прибить кого-нибудь.

– Ну и слава богу, – отмахнулась зайка, – нечего портить ребёнку праздник.

– Кстати о «ребёнках»… – произнёс я, повертев головой. – Где Аська-то? Да и девочек наших я чего-то не вижу.

– Наша «маленькая леди», оккупировала кавалера и сейчас, поддерживает его в трудную минуту. Там она, с именинником, – Инна махнула рукой в сторону дальней части зала. – А остальные… Папарацци крутилась вокруг нас пока ты с тёткой бодался, а другие девочки… Да пусть развлекаются. Взрослые уже. А Ольга с Валей – во дворе.

– Угу, помяни чёрта… – буркнула себе под нос Нина, кивнув на приближающуюся к нам госпожу Председателя.

Словно ледокол своим носом раздвигает льдины, так и Яна своим бюстом заставляла расступаться перед собой гостей праздника, с поистине королевской грацией прокладывая себе путь как сквозь группки поклонников моих Цесаревен, так и среди не столь навязчивого женского коллектива. Причём, если уступающие ей дорогу девушки, разве что не шипели, то молодые люди завидев Председателя Пятого Магического напоминали скорее загипнотизированных кроликов.

Во всяком случае большинство, потому, как и среди кроликов всегда найдётся тот, кто считает свои длинные резцы свои резцы – тигриными клыками. Какой-то молодой хлыщ, в явно дорогом костюме, всё-таки решился заступить девушке дорогу и слегка поклонившись что-то сказал ей.

Яна, мягко улыбнувшись, кивнула, а затем, как бы между делом, коснулась выданного ей браслета. Видимо это был какой-то явный и довольно толстый намёк, потому как аристократ ещё раз склонил голову и уступил ей дорогу, заодно опалив меня таким взглядом, что мне захотелось немедленно дать ему по роже.

Впрочем, учитывая, что здесь не пацанская сходка, а тусовка высшего общества и немедленно бить по мордасам тем, кто посмел косо на тебя посмотреть вроде как было не принято, пришлось просто мило ему улыбнуться. Вот только… как прокомментировала мои мимические усилия Нинка: «Уж лучше бы ты этого не делал. Плотоядный ты мой…»

Госпожа Председатель тем временем вырвалась на окружающий нас «оперативный простор» и как оказалось, была не одна. В фарватере у Яны держалась незаметная до этого момента девица, явно японского происхождения. Невысокая, и «относительно» фигуристая, она была «упакована» в красивое традиционное кимоно розового цвета, от чего в соответствии с возрождёнными традиционными представлениями жителей островов об «официальной женской красоте», походила на «цилиндрик на ножках», с довольно занятной конструкцией на голове.

В своей «национальной реставрации», с попыткой дистанцироваться от пропитавшей общество за годы оккупации американской культуры, наши союзники пошли немного другом путём, нежели мы. Японская Империя во главе с Микадо переживала восстановление традиций и стилей «эпохи Мэйдзи». Что, конечно же выглядело довольно забавно при учёте того, что несмотря на льющуюся их Токио пропаганду, подданные вовсе не желали скатываться в архаичную дикость или превращать государство в тематический парк с самураями и гейшами.

Вот и эта молодая девушка с миленьким личиком, видимо придерживалась мнения, что в общем-то, соблюдая дресс-код, лучше быть «по-анимешному» эффектной, нежели превращать себя в отштукатуренную «куклу». Поэтому, будучи одетой в кимоно, лицо своё она белилами не мазала, используя вполне современную косметику, а на голове, вместо традиционной причёски чёрного цвета, с кучей шпилек и украшений, носила очень экстравагантную конструкцию в виде свёрнутых в пучок волос красного цвета.

– А мы вас искали, – томно произнесла госпожа Председатель, оказавшись возле нас, и немедленно оплела своими изящными руками мой левый локоть. – Герцог, Ваши Высочества, позвольте представить вам мою знакомую, дочь посла Империи Восходящего Солнца…

Когда она произнесла имя японки, я даже не поверил. Решил, что девушка надо мной прикалывается и переспросил. Нина же с Инной, как оказались были уже давно знакомы с иностранкой и в то время как я отходил от шока, как и положено поприветствовали японочку. Я тоже вежливо кивнул, пробормотав, что-то из разряда «очень приятно», продолжая при этом думать «о своём».

Бедный ребёнок… нет ну это надо же так назвать собственную дочь. Хотя… ладно. Я, как человек вполне образованный, прекрасно осознавал, что в родной стране, с именем и фамилией у этой красавицы не возникает никаких особых проблем. Насколько я понимал и то и другое вполне традиционны, и я даже подозревал, что имеют очень красивые и благовидные значения… Русский язык там хоть и популярен, но разговаривает на нём далеко не каждый второй, а учитывая, что обитает она в высшем обществе…

Но ради всех святых – зачем же вы притащили эту несчастную в Россию! Её же на улицу выпускать нельзя. Хотя с другой стороны, учится она скорее всего в какой-нибудь закрытой школе при посольстве так что…

В этот момент мои девушки, вместе с госпожой Председателем, извинившись и попросив меня «поразвлечь» даму, упорхнули куда-то в сторону второй залы, в центре которой располагался фонтан, и мы с японкой совершенно внезапно остались одни. Постояли какое-то время, помолчали, а затем слово за слово – разговорились.

Русского, девушка как оказалось не знала. Да и английским владела чуть менее отвратно чем я, так что мы, как это и бывает в таких случаях, быстро нашли общий язык. Тем более что разговаривали мы о погоде, и прочих вещах, которые обычно волнуют двух практически не знакомых собеседников, которые к тому же мало друг другу интересны. Вот только закончилось всё… не так уж чтобы хорошо.

– «Герцог, сказать, я видеть, что моё имя, здесь странно,» – произнесла она малопонятную фразу, глядя мне прямо в глаза. – «Мой хотеть понимать, почему вы все так реагировать! Мочь сказать…»

– «Не думать, что вам быть это интересно…» – попробовал отбрехаться я, мгновенно заинтересовавшись картиной, висящей на стене рядом с нами. – «Назвать то: «трудность перевода».

– «Я есть настаивать!»

– «Уверенны?»

– «Да!»

– «Тогда – пожалуйста», – медленно произнёс я. – «В русский языка, ваш имя звучит как «Самка собаки, займись-ка сексом». В ругательных выражение».

Девушка выслушала мои слова. С минуту переводила то что я сказал с английского на родной, затем ещё какое-то время осознавала, а потом покраснела так, что мордочкой стала неотличима от своей шевелюры. Ещё через секунду, её как ветром сдуло, мне же, оставшемуся в одиночестве, только и оставалось что пожать плечами и подхватить с подноса пробегающего мимо слуги бокал с лёгким сливовым вином.

– Ну а что вы хотели с таким-то именем, – пробурчал я, делая меленький глоток. – Да и вообще, я – не виноват. Я – предупреждал…

Свято место – пусто не бывает. Уже через минуту меня вначале окружили, а затем и вовсе атаковали осмелевшие статистки. В общем-то, наверное, зря я так относился к наседающим на меня барышням, потому как, ничего плохого они мне не делали, к тому же баронские графские и прочие дочки оказались довольно умны, ну а те, кто по той или иной причине не желал или не мог блистать интеллектом, натягивали на себя маску обаятельных дурочек, что выглядело даже более привлекательно. Просто…

Скажем так, видно было, что девочки действуют по заранее заученным и отточенным схемам, благодаря которым поддерживать интересный разговор можно было и со столбом, а со стеной вести полноценный научный диспут. Этих юных «охотниц» родные «племена» отправили на прощупывание «добычи», на предмет её возможной прикормки, вероятности приручения, а то и вообще моментального забоя. А потому личность «мамонта»… ну хорошо – «мегало-барана», их в этот момент, по большей части, не интересовала: «Партия сказала «надо», комсомол ответил «есть».

Причём друг другу, соискательницы если и мешали, то исподволь. Не позволяя себе открыто демонстрировать характер. То двое конкуренток, тихонько ототрут третью, которой я, по их мнению, проявил слишком много внимания. То раздастся тихий писк и шипение, из-за того, что кто-то кому-то наступил на туфельку или длинный подол платья. Но, впрочем, этим всё и ограничивалось.

Основная проблема девушек, как мне поначалу казалось, состояла в том, что все они «желали познакомиться», но их было много и в итоге у них было слишком мало времени, чтобы узнать меня и проявить свою индивидуальность. Впрочем, минут через пять, я стал различать некоторые, скажем так «фракции», в которых выделялись явные лидеры и уже свита «ограждала» их от конкуренток и одиночек.

Впрочем, «активная» фаза общения продолжалась не очень долго. Чем-то мне это напомнило «первый день в новой школе», не тот который происходит по-настоящему, когда ты нафиг никому не сдался, а такой, какие бывают в разнообразных сериалах и литературе. Когда будущие одноклассники и главное одноклассницы, на первой же перемене отправляются знакомиться с переведённым, а через какое-то время берут паузу, чтобы перетереть ему косточки и решить – интересен он им или нет.

Вот и здесь, видимо выбрав временной лимит, который может позволить себе высоко светская девушка проявлять повышенный интерес к молодому человеку без ущерба для репутации, а заодно и не рискуя другими возможными «партиями», большинство юных особ по тем или иным причинам покинули моё общество. Теперь компанию мне составляли всего несколько «леди», которым то ли показалось, что я дал некий намёк, то ли терять уже было нечего, а может быть поставленная им задача была такова, что были готовы идти до конца.

Во всяком случае, именно так мне показалось, потому как вести себя они стали куда как естественнее, а затем, одна из них, кажется, представившаяся как баронета Мария Реймлем, аккуратно озвучила предложение: «Прогуляться вместе со мной до оранжереи при гостевом корпусе».

«Ну да, ведь там такие красивые виды и есть где удлиниться, то бы поговорить об искусстве, науке и политике, или обсудить голландскую живопись эпохи Ренессанса, – подумалось мне. – Я девушка паренёк – начитанный, а в романах про параллельные миры и гипотетические Российские Империи, авторы часто упоминают пресловутые альковы, где такие мягкие диванчики и совсем не принято мешать учёным диспутам, что порой из-за накала полемики, прерывались тихими женскими стонами. Вот только… ну очень непривычно получать, такие, казалось бы, «толстые» намёки от совершенно не знакомой девушки! А потому надо бы для начала проконсультироваться у «знатоков» – как собственно мне себя вести в таких случаях».

Всё-таки, предложение само по себе было вполне невинным и возможно, баронета вовсе и не стремилась приподнять передо мной завесу, скрывающихся под юбкой, тайн. Всё-таки большинство писателей-фантастов, произведения которых я читал – мало, того, что мужики, так ещё и простолюдины, к тому же неодарённые. При этом у многих из них, явно присутствовал пунктик по поводу аристократического общества: «Все мужики – интриганы с ледяным сердцем, а все женщины – тоже интриганки, да к тому же великосветские проститутки. А те девушки – кто ещё придерживается каких-то моральных устоев, не задумываясь, раздвинут ноги перед первым встречным, буде случится такая возможность!»

Ноги у подобных установок, росли не только из обычной зависти, но и из всем известного поведения «Золотой Молодёжи» позднего СССР, «Мажоров» первого послевоенного периода… да и нынешние аристократы, что уж тут говорить, сами порой давали поводы для пересудов. К тому же, государство включало карательную машину только в том случае, если перо какого-нибудь автора задевало честь и достоинство реально существующих людей. А вот с разнообразными: Годуновыми, Шуйскими и Столыпиными и им подобным из параллельных миров можно было творить всё что угодно. Что не очень-то радовало носителей этих древних фамилий и периодически они в меру сил давили на издательства с попытками цензурировать персонажей, оскорбляющих имя их славного рода. Что чаще всего выливалось в грандиозный скандал, который опять-таки, не добавлял у творцов любви к великосветскому обществу.

Так что, изобразив, что вспомнил что-то очень важное, я пообещал девушке вернуться к этому вопросу позднее, а затем, извинившись, отправился на поиски «своих». Тем более, что мне очень не нравился тот факт, что вместе с троицей, из зала незаметно так исчезло и большинство молодых людей. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться о том, что пока я общался с женским контингентом, на моих красавиц наседали эти самые товарищи. В этом конечно не было ничего криминального, если конечно какой-нибудь хрен с бугра не решит силой затащить одну из них в ту самую «волшебную» комнатку… что вряд ли. Но моё обострённое чувство «садовника» буквально вопило о том, что не плохо бы проверить весь мой цветник на целостность.

Заглянул на всякий случай проверить, как там дела у Аськи и её кавалера, но на положенном месте «дочу» я не нашёл. Дети, как оказалось, под присмотром наставницы убежали в спортзал, играться с моим подарком. Что было, в общем-то, весьма приятно.

Мы его приобрели в тот же день, в который организовали выезд за одеждой для праздника. Вопрос презента, конечно, был обсуждаем, но что, блин, могут понимать девчонки в желаниях девятилетнего пацана? Да, правильно – ничего! Всё, что для них ценно, в этом возрасте, для нас пустой звук. Ну не покупать же дитёнку дорогие игрушки – ими его вполне могла обеспечить родительница-аристократка, тем более что она куда лучше дяди с улицы знала его вкус.

Подарить парню: самокат, велосипед, квадроцикл или машину? Подобных умников, заваливших паренька средствами передвижения, одно другого круче, и без меня с моими пока жалкими финансовыми возможностями, нашлось немало. Кто-то даже прикатил огромный чёрный джип, надеясь видимо поразить окружающих щедростью своего подарка. Квадрокоптеры, новые ПМК, игровые приставки, и даже настоящее оружие, всё это было не то, что стоило дарить достаточно избалованному мальчику из подобной семьи. Да – всё это были дорогие вещи… но, во-первых, скорее всего они у него уже имелись, а во-вторых эти презенты были скорее для работы на публику и его маму, нежели действительно могли заинтересовать самого ребёнка. И уж тем более, вряд ли бы десятый компилятор «Pear iCompy 7Plus» мог бы стать его любимой игрушкой.

Я же приобрёл для него то, что навряд ли купили бы ему любящие родственники. Фантазии банально не хватило. В поисках этой вещицы, я обошёл почти с десяток оружейных магазинов и даже выдержал настоящий бой с Ленкой, которая с какой-то стати вбила в себе в голову, что ребёнку просто жизненно необходимы приглянувшиеся ей боевые метательные топорики. «Мальвина» кстати, их всё-таки приобрела и подарила… но они таки и остались лежать в фирменном мини-кейсе на столе с остальными не особо габаритными презентами. А всё почему – да потому что нафиг они не сдались детёнышу в его-то нежном возрасте. В отличие от врученной ему лично мной самой настоящей рогатки!

Профессиональной, тактической, с мощной трубчатой резинкой, поддержкой для руки, рукоятью с гардой, узконаправленным фонариком, лазерным прицелом и присоединяемой направляющей для стрел. Не агрегат, а мечта любого паренька возраста от шести до девяносто шести лет! Естественно, что именинник как схватил подарок, так больше и не выпускал из рук, а поясок с разномастными шариками-снарядами, от свинцовых до аналога пейнтбольных с краской, нацепил прямо поверх костюмчика и отказался снимать.

В общем-то, господа-гости, конечно же покривились от подобного, «дешёвого», по их мнению, подарка. Да и маманьку его, явно разбиравшуюся в оружии топорики Лекной, впечатлили куда как сильнее… но, когда она увидела горящие глазёнки своего отпрыска, сжимавшего в дрожащих ручонках рукоять моего презента, откровенно умилилась.

У сестёр Казимовых и примкнувших к ним Юле с Аней, так же всё было хорошо. Девушки нашли себе подходящую компанию и мило общались со своими ровесницами и несколькими молодыми людьми оккупировав один из столиков с закусками. Так что мешать я им не стал. Андриана, о чём-то тихо беседовала с двумя женщинами в возрасте и стариком, которого мне представили, как графа Толстого. Вполне законный вопрос, а уж не родственник ли он тому самому Льву Николаевичу, я тактично не задал, подозревая, что мужчину и так уже достало, что каждый новый человек интересуется данной подробностью. Постояв немножко вместе с ними и так и не поучаствовав в разговоре, я поспешил извиниться и отправился в танцевальный зал с фонтаном.

Ещё не добравшись до дверей, столкнулся нос к носу с Софьей, которая немедленно щёлкнула меня на свой фотик. Узнав от журналисточки, что, как я и предполагал, моих девочек, некие юноши вполне невинно танцуют под вальсы Бетховена и Чайковского, а дальше, в соседнем помещении, где играла современная музыка колбасятся Ольга с Валькой, я хотел было уже отправиться на выручку своим Цесаревнам и госпоже Председателю, когда в почти рядом с нами началась внезапная потасовка.

Несколько человек в костюмах охраны имения Лепестковых-Каменских, навалились на какого-то взъерошенного и неопрятного паренька. Он что-то пытался кричать, но его живо скрутили и вставили кляп в рот, а потом утащили упирающегося пленника в одну из неприметных дверок, расположенных вдоль стены. Гостям же было объявлено, что нет поводов для беспокойства и этот вопрос – дело внутренней безопасности рода.

Почти сразу же после того как мужчина, представившийся главой местного СБ, закончил говорить и быстренько удалился из зала, от дальней стены отделилась группа хорошо одетых господ и молча направилась на выход. Я до этого момента пару раз обращал на них внимание на эту хмурую, пристроившуюся в уголке и не участвующую в празднике компанию, но так как развлекать гостей – дело хозяев, особого интереса они у меня не вызвали.

– Софийка, это кто такие были? – тихо спросил я нашу Папарацци, кивнув головой в сторону выходящих из зала людей.

– А? – девушка, явно больше заинтересованная произошедшим задержанием, посмотрела на меня, а затем туда, куда я указывал. – Это-то. Граф Романов и его ближники.

– Романов? – нахмурился я.

– Ну да, – кивнула журналисточка. – Анатолий Павлович Романов. Говорят, что он через Цесаревну Анастасию, прямой наследник экс-Императора Николая II.

– Правда, что ль? – признаться, я был удивлён. – А почему только «граф»? Неужели их прям так макнули. Князей в грязи? Или...

– Тут тебе лучше у Инны с Ниной поинтересоваться, – девушка закрутила локон на пальце и серьёзно посмотрела на меня. – Я знаю только, что титул им дали не за родственные связи, которые кстати они вроде как не могут никак доказать… Тем более что их категорически не признаёт так называемый «Императорский Дом в Изгнании». А его глава, самозваная Великая Княгиня Мария Владимировна Романова, ещё при жизни несколько раз обращалась к Его Императорскому Величеству с просьбами разжаловать самозванцев. Ну, это в те моменты, когда не требовала от него же немедленно освободить престол в пользу своего сына, якобы законного наследника, лже Цесаревича и Великого Князя Георгия Михайловича.

– Рапартуешь, как на полит собрании… – буркнул я.

– А что поделаешь, – виновато улыбнулась девушка, – я простая дворянка и мне нужно следить за языком. Не дай бог, кто подумает, что я поддерживаю отрёкшуюся династию! Говорить то об этом конечно не запрещено… но вообще подобные речи могут заинтересовать людей из соответствующих органов. К тому же лично мне идеалы «Императорского Дома в Изгнании» не импонируют, как и то, что его ещё в двадцатых годах начали подозревать в тесных связях с демократами-бомбистами.

– Ладно, – махнул я. – Хрен с ними. Ты хоть как сама тут. Интересно? Веселишься?

– О-да! – улыбнулась мне Папараци, – Кузьма, я очень тебе благодарна, что ты меня сюда взял. Столько материала!!

– Ну, давай, тогда… – подмигнул я ей. – Работай. А я пойду, посмотрю, кто это посмел моих девочек «танцевать»!

– Удачи! – она ещё раз щёлкнула фотиком мою морду лица. – Если что интересное будет – свистни!

– Непременно, – повернувшись в сторону зала, из которого доносилась классическая музыка, я зашагал к распахнутым настежь дверям.

* * *

Совершенно не по благородному, почесав левой рукой затылок, я ещё раз задумчиво посмотрел на ажурный эфес шпаги с тонким восьмидесяти-пяти сантиметровым обоюдоострым клинком. Как-то не внушала мне доверия это… эта зубочистка, особенно из-за того, что радушная хозяйка поместья Мария Викторовна Лепесткова-Каменская, клялась и божилась, что это самый что ни на есть настоящий раритет времён Екатерины Великой! А потому он не чета тому жуткому новоделу, который болтался на поясе у моего противника.

Хорошо это или плохо – я утверждать не брался. Подобное оружие я держал в руках первый раз в жизни и уж тем более, всё мой знакомство с фехтованием ограничивалось просмотром прошлогодней премьеры современного переосмысления фильма «Гардемарины, вперёд!», различных отечественных и зарубежных вариаций на тему «Трёх мушкетёров», «Зорро» и прочих подобных картин. Вот только… не знаю уж почему, но доставшийся мне антиквариат, пусть даже и находился в идеальном состоянии, казался мне игрушкой по сравнению с современным «дуэльно-церемониальным рапирным комплексом» которым легко и умело помахивал мой визави, выполненным из сверхпрочного и ультрагибкого сплава с применением космических маджи-технологий. Да ещё, наверное, с молекулярной заточкой.

Впрочем, выбора как такового у меня собственно и не было, как и своей шпаги… а предлагать свою, мне никто не спешил. Ведь в конце-то концов я не маг и в Колледже меня никто не заставлял таскать с собой этот анахронизм в виде спицы-переростка. Тем более после перехода с гражданской на военную кафедру, где детишки баловались куда как более опасными игрушками. А если уж говорить откровенно, то даже у нас в кампусе, где ношение при себе личного оружия было вроде бы обязательным, первый и последний раз, когда я видел народ, массово вооружённый подобными ковырялками, была «Вступительная церемония» на которой я познакомился с зайкой.

Уже на следующий день, второго сентября, я не увидел на улице практически ни одной девушки с подобной ковырялкой на поясе. Та же наша Андриана, хранила свою родовую шпагу в шкафу, замотанной в толстый слой ткани и на моей памяти доставала ей только раз, чтобы поучаствовать в турнире. Нет, конечно же, встречались и сумасшедшие, которым нравилось носить клинок напоказ, но в основном прекрасную половину человечества, откровенно тяготила необходимость таскать тяжелую острую штуковину на поясе, тем более что ножны совсем не подходили к цвету тех миленьких туфелек и фасону очаровательных кофточек. Да и форменная юбка постоянно мялась, а чулочки то и дело цеплялись и рвались об острые углы мерзкой железяки.

Так что хитрое женское племя, за исключением тех, кто был не отягощён «особой» работой, долгом перед родом «демонстрировать флаг» или странными фамильными устоями, сами по себе или по совету старших подруг, незамедлительно отправили опасные железки под кровать в самый дальний угол. Вместо шпаги, на зависть девушкам-воинам, для ПМК из магемного онлайн-магазина покупалось и скачивалась одна из вариаций простенького заклинания «Слабое призывное оружие». В зависимости от аспектных модификаций вязи, и личных предпочтений прелестниц, это могла быть хоть шпага из плотно переплетённых потоков ветра, хоть огненная катана, хоть копьё из покрытой россыпью цветочков лозы.

Естественно, что для реальных боёв подобная игрушка не годилась, нужно было освоить хотя бы «Больное призванное оружие» удержать магему которого, было по силам магам, рангом начиная с Ауктора. Но как показательное исполнение правил Колледжа и для тренировок, эти магические аналоги «бокена», вполне подходили. Тем более, что заботиться об их сохранности было не нужно.

Ну… а парни – есть парни. Первое время мне было немного дико смотреть на толпы вооружённых молодых людей, а потом я просто привык и перестал обращать внимания на различные опасные игрушки… Если конечно ими не пытались размахивать у меня перед носом, как, то любил делать наша эстрадная звезда – Валера Лапушкин.

Грустно и обречённо взглянув в хитрющие глазищи Нинки, которая похоже ни на секунду не сомневалась в том, что я даже голый, со связанными руками и ногами, находясь под снотворным в залитом бетоном железном ящике способен победить кого угодно, перевёл взгляд на стоящую рядом с ней японскую гостью. Наши глаза встретились, личико самозваной рефери вспыхнуло алым цветом и ставшая вмиг похожей на помидорку дочь сакур и самураев, поспешно отвернулась, сказав что-то на своём птичьем языке моей ненаглядной невесте.

М-да…. И всё-таки, не хорошо получилось! Нет, я конечно виноват, но лишь в том, что дал ей себя уговорить! И ведь это не я так её назвал, и уж тем более не я выдумал русские-ругательства. Мысленно крякнув и тяжело вдохнув, я стянул с себя пиджак и как видел пару раз в фильмах, намотал его себе на правое предплечье вместо толстого плаща, не без ехидства глядя на то, как поморщилась Инна от моего обращения с очень недешёвой вещицей. Правда если у него там «молекулярная заточка», то вряд ли это мне хоть как-то поможет, но… всё же.

«Да, дорогая! Именно так, приз ты мой переходящий! – немного мстительно подумал я. – Терпи уж, ревнительница семейного бюджета! Могли бы мне и раньше сказать, что у этих ваших дуэлей есть особые «правила». Глядишь я и пересмотрел бы свой «гениальный» план! Не, ну кто бы мог подумать, что отечественные принцессы на самом деле прижимисты в денежных вопросах покруче иной домохозяйки из семьи с низким доходом. То-то я гадал, почему ты при нашей первой встрече, обошла со своими бодиками кучу магазинов, но так ничего себе и не приобрела…»

М-дам… а ведь я уже почти уверился в том, что сегодняшний концерт по заявкам отменяется из-за вмешательства бешеной американской тётушки. Придя в зал, я вёл себя довольно вежливо. Потанцевал, как умел, сначала Инной, потом с Ниной и с госпожой Председателем, затем опять с зайцем, затем с её старшей сестрой, а потом с Яной и вот честно сказать, хоть и не находил в этом занятии особого удовольствия – но уж если девочкам нравится…

Причём, лично мне, было как-то по барабану, тот факт, что с моим появлением, ни моя «супруга», ни Нинка с Яной больше не принимали предложения других кавалеров. Тем это не сильно понравилось, а потому после очередной смены, несколько молодых и особенно наглых парней, попытались физически оттереть меня от младшей Цесаревны.

С одной стороны, они конечно были довольно корректны, но с другой стороны я расслабился и банально не заметил простенькую «ловушку», в которую собственно попался. Точнее сказать, не знал об некоторых тонкостях и думал, что после противостояния с другим Аватаром, да к тому же известным многим из здесь присутствующих, просто не найдётся таких дураков, которые бросят мне вызов.

Слово за слово, и я был предельно корректно и вежливо облит помоями с ног до головы. В долгу я конечно не остался, высказавшись в духе: «Собака лает – караван идёт!», а также посоветовал «моськам» не тявкать на «слона», а тем более на «Мегало-барана» – он большой, может и раздавить ненароком. После чего, парни переглянулись, рассмеялись и я был немедленно вызван на дуэль по «апокрифиальным» правилам, притом повернули всё так, что сражаться мы будем за честь и руку Инны Святославовны.

А вот на презрительно брошенный вопрос, практически выплюнутый заданный главным в этой компашке: «Где, когда и на чём вообще способен сражаться вчерашний простолюдин?» Меня чего-то слегка переклинило, наверное, банально из-за внезапного упоминания Инки, и прежде чем оказавшийся рядом Валька успел влезть, я ляпнул, что, во-первых: «Здесь и сейчас!», а во-вторых, что мне похрен чем именно я уделаю этого дебила. Мой приятель, явно понимавший в дуэльном кодексе больше меня, ещё попытался было исправить положение, но приятель вызвавшего меня аристократа, назвавшегося Андреем Деньским, как его секундант вывернул всё так, будто бы я передал им право выбора оружия.

Более того, «марать о простолюдина руки» эта трусливая тварь не пожелала. Оказалось, что на праздник, он заявился с профессиональным бретёром, что было вполне в его праве.

– Вы конечно можете сделать замену. Но я надеюсь, вы понимаете, – холодно спросила самодовольно улыбающегося парня Инна, – что за руку фаворитки мужчина должен сражаться лично и по крайним правилам. Ставя же апокрифиальное условие, вы обязаны сами сделать ставку, которую благородное общество сочтёт достойной.

– Прекрасно понимаю моя будущая «Супруга в магии», – елейно улыбнулся гадёныш. – Я ставлю свой «Ключ»! Надеюсь, этот приз устроит присутствующих?

Из окружающей нас толпы послышался тихий шёпот, а затем вперёд вышел не знакомый мне мужчина и, смерив юнца взглядом, произнёс.

– Андрей Александрович. Вы уж простите меня, но ставить против руки Её Императорского Высочества, небольшой особнячок в глуши, который отписал вам батюшка, да ещё и использовать при этом бретёра… пусть вы и говорите, что он ваш друг детства. Это знаете ли… оскорбление Императорской Семьи, которая напомню вам, одобрила фаворитический брак между наследной Цесаревной Инной Святославовной и молодым герцогом Ефимовым. Моя честь просто не позволяет мне принять ваши условия!

– Конечно же, вы правы! – опять улыбнулся парень. – Но и я, как вы понимаете, ни в кой мере не желаю обидеть мою любимую «Супругу в магии»…

– Не твою, – холодно возразила ему Инна.

– Пока что, моя дорогая, это временная несправедливость, – этот урод, отвесил ей поклон. – Поэтому моей ставкой будет полный «Ключ» рода Деньских, главой которого я являюсь с сегодняшнего утра. Юра, представь бумаги!

Секундант, вынул из тут же поданного слугой портфеля красную кожаную папку с имперским двуглавым орлом и протянул ей мужчине.

– Всё верно… – произнёс тот, ознакомившись с документами и передавая их японочке, которую присутствующие здесь аристократы, после самовыдвижения единодушно признали судьёй этого поединка. – У меня более нет возражений.

М-дам… Как абсолютно нейтральную особу благородных кровей… вот только после случившегося я в этом сомневался, но радовал тот факт, что переводить ей на родной язык то, что говорят окружающие вызвались Нина и госпожа Председатель. Всё-таки не профессиональные синхронные переводчики, а обычные девушки.

– Валь, а Валь… – прошептал я тогда своему приятелю. – И на что я собственно согласился?


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 13





В общем-то мог бы и догадаться, что современном обществе возникнет запрос на справедливость, которую можно найти не только в зале суда, но и на ристалище, доказав правоту не языком профессиональных адвокатов и юристов, а собственных возможностей. И тут же найдутся умные дяденьки и тётеньки, которые догадаются, что дуэльные правила прошлых веков, не совсем подходят под понятие «честный бой», при таком разбросе одарённых и нет.

Зачем аристократических детишек-магов учат фехтовать или пользоваться огнестрельным оружием? Понятное дело, для того, чтобы лишившись возможности колдовать по какой либо причине, они не потеряли возможности противостоять противнику. Как оказалось – это далеко не самая основная причина.

Как нет смысла в поединке между девочкой пяти лет и взрослым мужиком, Так и нет его в поединках между самими одарёнными разных уровней, не говоря уже о неодарённых. Поставь против моей Нинки большую часть девчонок, да и парней с первого курса, и она их порвёт как тузик грелку. Зонтиком насмерть утыкает! Выстави её против меня и без лишних пошлостей, девочке останется только перевернуться на спинку и поднять кверху лапки.

Получается при несопоставимом по силам сопернике решить вопрос затронутой чести невозможно. Какой смысл в дуэли, до первой крови или тем более по крайним правилам, если в итоге победитель заранее известен? Как отстоять свою правоту тому, кто находится в заведомо проигрышной ситуации?

Ответ был найден в Землях Германской Нации и быстро распространился по дуэльным кодексам других стран. Так называемое «Апокрифиальное условие» или «правила». Система, при которой из поединка полностью исключаются магическое воздействие – как внешнее, так и внутреннее. Поединок, выстраивается исключительно на мастерстве, и соответственно, во время боя, как секунданты, так и зрители с судьёй, внимательно следят за межрадиальными потоками бойцов, фиксируя любое уплотнение концентрации сансары.

Любое использование «дара» мгновенно засчитывается за проигрыш в дуэли, так что соответственно, полагаться можно только на личное мастерство боя и обращения с выбранным оружием. К тому же, в отличие от «крайних» правил, такой бой не предполагает смертельного исхода. Но и не позволяет удачливому новичку или расчётливому хитрецу моментально победить, нанеся лёгкую царапину, как при условии «До первой крови». Поединок, останавливается только при условии, что один из противников более не в состоянии продолжать бой, ну или признаёт своё поражение.

– Могли бы, хотя бы заранее предупредить… о подобных «правилах», – шепнул я стоявшей рядом со мной Нинке. – А то я, с моим «гениальным планом», сейчас чувствую себя родовым гербовым животным.

– А ты что? Не знал? – девушка удивлённо похлопала на меня глазками. – Вас, парней же дуэльному кодексу с детства учат!

– Это аристо с детства подобной фигнёй пичкают, – невесело усмехнулся я. – А я, если ты не забыла, в вашей тусовке – без году неделя. Я благодаря папане молитвослов наизусть выучил, был у нас в своё время недолгий период вполне тёплых отношений… а вот дуэльному кодексу, приходской священник меня как-то не догадался обучить. Как и многому другому.

– Ох… – ахнула девушка и как-то резко спала с лица, покосившись на гордо стоящую возле японочки-судьи, Председателя и секундантов Инну.

– Спокойно, любимая, – перехватив её ладошку, я ободряюще пожал её. – Прорвёмся…



* * *



Внутренне зло усмехнувшись, я рассматривал разогревшегося и выходящего на позицию противника. «Друг детства», как же… этот бретёр – совершенно обычный сейчас, не одарённый человек, бывший «воин» с двумя чакрами, так запустивший себя, что они у него банально закрылись. Валька, по-быстрому просветил меня, что, скорее всего, сделано это умышленно и данный человек, действительно профессионал, подрабатывающий подменами на «апокрифиальных дуэлях». Оттачивая мастерство владения оружием, такие люди целенаправленно держат себя в «Зоне открытия» первой чакры, на максимально хорошем, для неодарённого, уровне, предоставляя свои услуги тем, кто желает таким образом защитить свою честь.

Занятие это в высшем свете считается постыдным, хотя лично я ничего такого в этом не увидел, наёмник есть наёмник, однако, в связи с тем, что их услуги востребованы в основном у богатых бизнесменов, финансистов и прочих денежных мешков, часто не державших в руках ничего тяжелее ложки – на их существование смотрят сквозь пальцы. Не способные лично постоять за себя перед аристократией и дворянством, но зато очень влиятельные и богатые простолюдины – вполне довольны тем, что не рискуют своими дряблыми телесами. Бретёры, вполне счастливы, что имеют свой бутерброд с толстым слоем чёрной икры, а их противники – тем, что могут особо не миндальничать, якобы защищая свою «честь», перед владельцем какой-нибудь крупной корпорации. Всё равно в случае победы «подмены», у нуворишей считается хорошим тоном, сделать высокородному побеждённому «скромный подарок». В качестве так сказать «компенсации» и примирения.

Если смотреть со стороны – цирк конечно… Вот только клоуны в нём, очень серьёзно относятся к своей работе, как и к вопросу поддержания своей «чести», которая куда как дороже любых денег. Но это если не задумываться над тем, то даже у нас, в Чулыме, среди «чётких деревенских пацанов», тот был «ровнее» и «правильнее» кто не боялся выходить один на один, отстаивая свою правоту. И точно также было до Реставрации, ещё при СССР, и уж куда как выгоднее эта пусть порой показная забота о собственной «чести» смотрится на фоне той банки с пауками которой являлась элита того времени. Ну и большим плюсом стал тот факт, что многие люди стали тщательно следить за тем, что они говорят.

Тем временем, судья в кимоно, разразилась долгим пищаньем, что-то похоже втолковывая как мне, так и моему противнику, на месте которого якобы находился барон. Последний, ответил сам, пролаяв что-то на языке Страны Восходящего Солнца, девушка молча поклонилась, а затем выжидательно уставилась на меня.

Мы бы так и молчали, пялясь друг на друга, если бы спохватившаяся госпожа Председатель, вспомнившая, что я понимаю только нормальный человеческий язык, тот который Великий и Могучий, не перевела мне изобилующую красочными образами и сравнениями речь девушки с матерным именем. Впрочем, всё сводилось к уточнению правил и вопросу – не желаю ли я примирения.

– Не желаю, – ответил я, мягко улыбнувшись судье, от чего она тут же покраснела, видимо опять вспомнив мою «откровенность», и что бы скрыть это, быстро склонилась в поклоне.

– В таком случае, пусть свершиться правосудие! – пафосно произнесла Яна, вслед за японкой. – Приготовьтесь, поединок сейчас начнётся!

Бретёр, помахав своим оружием перед собой, видимо изображая клинком положенное приветствие, встал в стойку «Д’Артаньян подняв левую руку, сообщает благородной публике, что он наложил в штаны». Ну, или как-то так, потому как настоящего названия этой довольно низкой фехтовальной позиции с широко расставленными ногами и оттянутой назад и вверх для балансировки не атакующей рукой я не знал.

Я в свою очередь, изобразил руками с зажатой в кулаке одной из них гардой шпаги что-то на подобии стандартного жеста, которому учил меня Наставник и принял единственную известную мне форму для клинкового оружия, которую тот показывал мне когда-то. Называлась «Во поле берёзка стояла»… На мой взгляд, в наименованиях которое давал «Варяг», своему стилю, вообще был перебор с «русскостью», скатывающийся порой в откровенную клюкву. Вроде: «Медведь в кокошнике и с балалайкой, обнимает пенёк, на котором стоит бутылка водки». Но, уж коли ему нравилось, то кто я такой, чтобы лезть со своим мнением. Вот придумаю что-нибудь своё, тогда и буду называть это «Форма для меча номер один» или даже короче.

И, тем не менее, смысл данной позиции был передан, в общем-то, верно. Высокая стойка, обеспечивающая как подвижность, так и устойчивость, применялась для боя на шашках или подобном рубяще-режущем оружии и, наверное, не очень подходила для прямой как спица шпаги, но мне как-то не хотелось кривляться, изображая перед благородным собранием пьяного мушкетёра.

Краем глаза я заметил, как люди, разошедшиеся по периметру зала, расступились, пропуская вперёд Аську с её сегодняшним кавалером, яростно сжимающим в побелевшем кулачке рукоятку рогатки. Он что-то яростно прошептал девчушке, поглядывая то на меня, то на моего визави, а та, помотала головой, не соглашаясь с ним, а затем, гордо выпятив отсутствующую в её возрасте грудь и приложив руки ко рту, громко крикнула.

– Папань! Мочи козла! – звук её голоса эхом разлетелся над, притихшей в ожидании поединка, толпой.

Раздались одиночные смешки. Не сказал бы, что подобное определение понравилось всем окружающим, но так как передо мной был не сам зачинщик, а его подмена, особого возмущения на необдуманные слова малышки не последовало. А затем и вовсе настала тишина, потому как японочка-судья сделала шаг вперёд, высоко подняв правую руку над головой.

– Хаджиме! – раздался её звонкий голосок одновременно с отмашкой, и мой противник немедленно рванулся в атаку.

От первого укола, направленного мне прямо в сердце, я ушёл скользящим движением вниз, и вбок, почти прильнув к полу, и тут же рубанул бретёра шпагой по ногам, так, как если бы у меня в руках действительно была шашка. Видимо правильно оценив свои возможности и поняв, что отпрыгнуть назад, он сейчас не успеет, мужчина подскочил, подтягивая к груди ноги, и пропуская лезвие под собой, в то время как я, позволив инерции ещё немного прокрутить себя, оттолкнувшись опорной ногой, прыгнул прямо на него.

Бретёр только приземлился, когда мы столкнулись. «Удар корпусом», в общем-то, сильная штука, тем более что устремившееся ко мне из неудобного положения остриё его шпаги удалось отвести замотанной в пиджак левой рукой, и я прилетел правым плечом ему прямо в грудину. Однако, мой противник так же был не промах и видимо успев просчитать мои действия, и сам отпрыгнул назад.

В результате, я просто сильно толкнул его, а не выбил ударом дух, как планировал, а потому он, прокатившись по полу, почти тут же оказался на ногах и тут же контратаковал. Кончик моей шпаги, неудачно встретившийся с лезвием навороченного рапирного комплекса жалобно дзынькнув, оказался срезан под острым углом, а на моё бренное тело обрушился целый град быстрых колющих ударов.

Несколько я пропустил мимо себя, исключительно благодаря ловкости и гибкости, затем заполучил небольшой порез на плече и чуть было не лишился глаза, не отстранись вовремя от уж больно хитрого финта, после чего разорвал дистанцию, серией коротких прыжков спиной назад. Визави, видимо решив, что это его шанс, дёрнулся было вперёд, нанося длинный колющий удар, но я этого ждал и в тот момент, когда его остриё уже тянулось ко мне, набросил на оружие бретёра свой успевший уже пострадать пиджак.

Не дожидаясь, когда мой визави сбросит с клинка повисшую на нём тряпку, я со всей дури рубанул его обрубком шпаги по запястью атакующей руки. Он тут же выронил своё оружие, вот только оно не упало на пол, а повисло на вытянувшейся из рукояти цепочке, сам же «баронозаменитель» скакнул назад, разрывая дистанцию, однако прежде чем противник успел окончательно выйти из моей зоны поражения, я до него дотянулся, и в прыжке, с разворота засадил ему сильный удар ногой в голову, после которого он прокрутившись волчком вновь закувыркался по полу.

Я рванулся было следом, желая одним ударом завершить дуэль… но в этот момент секундант противника стороны вскинул руку вверх выкрикнув: «Протестую!» и гадина-японка, полностью соответствуя данному при рождении имени, остановила бой.

– Объяснитесь… – подошёл к нему тот самый мужчина, который изучал документ, предоставленный Деньским. – По поводу чего вы выразили свой протест и прервали поединок?

– Всенепременно! – резко кивнул парень. – Я требую немедленной дисквалификации противника моего подзащитного и соответственно, присуждения безоговорочной победы в дуэли нашей стороне.

– На основании чего, позвольте узнать, – холодно поинтересовался аристократ, глядя как бретёр, сплёвывает кровь с осколками зубов, медленно поднимается на четвереньки и потрясся головой, ощупывает челюсть.

– В соответствии с действующим международным дуэльным кодексом, раздел пятый, параграф сорок седьмой, пункт четырнадцатый, поправка семьдесят четвёртая, уточнение десятое! О запрещении использования в поединке одежды, доспехов и прочих вещей, не являющихся оружием, и изготовленных при помощи маджи-технологий, или зачарованных позднее, кроме как с целью ношения на теле и приравнивании подобного не целевого использования к применению «магии» в поединке, протекающем по апокрифиальным правилам. Исходя из этого, противник нашей стороны, использовав свой пиджак…

– Секундочку, – перебил его аристократ, продолжая хмурым взглядом смотреть на уже поднявшегося на ноги, но всё ещё приходящего в себя бретёра. – Что-то я не видел, как герцог Ефимов, снимал с себя какой-нибудь элемент одежды во время боя! Поправка семьдесят четвёртая, уточняет именно этот момент…

– Но…

– Ещё раз перебьёте меня, юноша, и уже мы с вами скрестим оружие, – спокойно произнёс мужчина и продолжил. – Уважаемый герцог Ефимов, заранее, не пряча этого ни от вас, ни от своего оппонента, ещё до начала поединка, намотал свой пиджак на руку. Он не скрывал, что намеревается использовать его как щит-муфту или плащ тореадора. По какой причине вы не воспользовались пунктом пятым со всеми поправками, тех же правил и не выразили свой протест?

– Я… – секундант сжал губы в побледневшую линию, поиграл желваками на скулах, а затем нехотя выдавил из себя. – Я не имел права. В соответствии с разделом пятым, параграфом вторым, пунктом третьим, поправкой сотой, международный дуэльный кодекс разрешает дуэлянту использовать подручные средства для защиты, если оружие противника технологически значительно превосходит его собственное.

– Вы очень хорошо знаете кодекс, молодой человек, – улыбнулся аристократ. – Что на счёт раздела третьего, параграфа шестого, пункта третьего? Там нет поправок…

– Зацеп-наручник рапирного комплекса не является темляком, запрещённым в апокрифиальных правилах, то есть дополнительной верёвочной или иной конструкцией и…

– Мы всё ещё можем скрестить клинки…

– … – парень быстро зыркнул на зло осклабившегося барончика, на уже пришедшего в себя бретёра и громко ответил, – Я ошибся. Снимаю свои возражения! Но темляк, не в коем разе не причина для дисквалификации!

– Кто-же спорит… – улыбнулся его собеседник, а затем тихо, так, что даже я с открытой шестой чакрой с трудом смог его услышать, произнёс. – Ещё раз, щенок, остановишь дуэль, чтобы помочь своему нанимателю, и считай, что ты труп.

Секундант побледнел, а аристократ, развернувшись на каблуках быстро подошёл ко мне и стоящему рядом Вальке. Кивнул мне, и окатил приятеля таким ледяным взглядом, то тот даже отступил на пару мелких шагов.

– Если вы, юноша, взялись быть секундантом. Извольте, сами выполнять свои функции. Проверить оружие противника перед дуэлью – ваша прямая обязанность! – произнёс он и, не дожидаясь ответа, вернулся в толпу зрителей, встав недалеко от Аськи с кавалером.

– Прости, Кузьмище… – прошептал приятель. – Мой косяк.

– Забей… – так же ответил я. – Ты этот кодекс хоть в глаза видел. А я – так вообще ни разу.

М-да… А, руку то я вражине хорошо рассадил. Хоть и бил, словно прутом. Кувыркаясь по полу, бретёр обильно поливал его кровью, а сейчас, придя в себя и воспользовавшись небольшой паузой, всё так же молча, даже не кривясь от боли, отодрал от своей рубашки длинный лоскут, сноровисто перебинтовал повреждённую кисть.

– Знаешь, – тихо произнёс Валька, как и я, рассматривая противника, а затем, покосившись на японку, явно ожидавшую, когда тот закончит перевязку. – Не нравится мне как-то всё это.

Так как против этого не возражал ни мой секундант, ни тот аристократ, знаток «Дуэльного кодекса», внимательно рассматривающий парня, я тоже не стал влезать. Не хотелось показывать лишний раз своё невежество, это раз, тем более, что подобный поступок вполне подходил под моё представление о «благородстве», так что я посчитал, что это может быть оценено зрителями. Ну а два – кровотечение из такой раны, он всё равно полностью не остановит, помогать ему тоже никто не рвался, а значит, что продолжит бой ослабленным.

– Что именно? – я внимательно посмотрел на приятеля.

– Да, что-то не так с этим парнем. Ты ничего странного не заметил?

– Вроде бы нет… – слова Валентина заставили меня призадуматься и вновь обратить внимание на противника. – Он довольно быстр и силён для неодарённого человека, но… я всё равно в лучшей форме. Клинком он владеет вроде бы не плохо, хотя здесь я оценить не могу, не специалист ни разу! Но если как ты говоришь, он профессиональный наёмник, то в этом нет ничего странного. Что, по-твоему не так?

– Да вот такое дело… – Валька нахмурился. – Понимаешь ли, скажи. Как давно ты в последний раз дрался с обычным человеком, не используя силу? Не на тренировке, а вот так вот, по-настоящему.

– Да фиг его знает, – вопрос друга поставил меня в тупик. – Кажись… да вообще никогда. Если только в дошкольном возрасте кому нос рассадил.

– В том то и дело. Просто как я и подозревал, – Валя внимательно посмотрел на меня, – ты привык к тому, что обычные люди гораздо слабее тебя. Вдарил с кулака и перед тобой кусок, хорошо если ещё живого, мяса. Сейчас же, тебе твои же собственные удары кажутся неимоверно слабыми, а потому реакция на них у противника – вполне нормальная? Так?

– Ну, ты блин из меня монстра то не делай, – покривился я. – Скажи просто, что тебе не нравится!

– Во-первых, тот твой финт с ударом плечом в грудак. Он, знаешь ли, был очень силён, но у этого хрена даже дыхание не сбилось. Вскочил, словно после массажа, – мой приятель в задумчивости потёр подбородок. – Во-вторых… понимаешь ли. Даже если ты думаешь, что, «слабо» залепил ему только что ногой в челюсть, так вот я тебя разочарую. Нормальные люди после таких вот воздушных кульбитов, которые он выдал, уже не встают. Это для одарённого под каким-нибудь из типов «рубашки» вполне нормально пролететь винтом метра два в воздухе, долбануться головой о мраморный пол и там ещё покувыркаться, а потом почти сразу встать на ноги. А вообще – после встречи с ногой такой машиной для убийств как ты, дай Бог человеку одной только сломанной челюстью отделаться.

– Вот сейчас было обидно… – я усмехнулся. – Хочешь сказать, что он слишком уж крепкий для неодарённого.

– Именно. Да ещё плюс к этому, показательное игнорирование болевых ощущений…

– Думаешь, жульничает?

– Да-нет… Всплесков сансары я не наблюдал, – покачал головой Валентин. – Может у него татуировки какие есть…

– А разве для работы маджи-татуажа не нужны открытые чакры с которыми он связан?

– А хрен его знает, – передёрнул плечами парень, поймав взглядом вышедшую вперёд девушку-судью. – Может быть есть такие, которые не требуют. Или как вариант – парень модификант, с укреплённым телом и притушенными болевыми центрами. Но, думаю, что к этому нам прикопаться не удастся. Апокрифиальные бретёры не могли бы оставаться в этом бизнесе и успешно работать, не будь их «маленькие» секреты допустимы с точки зрения «кодекса» и прикрыты на юридическом уровне. С судьёй я сейчас конечно поговорю, но ты в любом случае, давай, побыстрее с ним заканчивай. И будь осторожнее.

На разговор моего секунданта с японкой ушло минут пять и, судя по лицу приятеля, даже если его подозрения были обоснованными, девушку с непроизносимым в приличном обществе именем его доводы не впечатлили. А вот Яна, переводившая слова Вальки и Инна, молча слушавшая диалог, были иного мнения и теперь сверлили безучастно-спокойное лицо принявшего стойку бретёра возмущёнными взглядами.

После отмашки и очередного «Хаджиме» он атаковал меня первым. Рапирный комплекс он теперь держал левой рукой, и как мне показалось, владел он ей куда как лучше, чем правой. Вообще, я слышал, что в фехтовании, противник находящийся в зеркальной позиции для человека со шпагой крайне неудобен, впрочем, правды ради стоит сказать, что это верно для многих искусств, специализирующихся как на оружейном, так и на рукопашном бое, где обученный левша, получал определённое преимущество над правшой, привыкшим к себе подобным.

Мне же от этого было ни тепло, ни холодно. Я просто, как и он, сменил ведущую руку, перекинув в неё погнутый обрубок шпаги, да к тому же взял его обратным хватом, так что витой эфес защищающий кисть превратился в неплохой кастет. Впрочем, помогало это не сильно, потому как мой визави стал действовать быстро, но очень осторожно, не подпуская меня на расстояние рукопашной атаки, постоянно заранее прерывая мои попытки сблизиться взмахом острия своего оружия.

Так что, мне приходилось постоянно отступать, где, уклоняясь от быстрых уколов, где, принимая их на обрубок клинка, а то и вовсе резко разрывая дистанцию. При всём при этом, в чём-то приятно было осознавать, что, не смотря на пассивное ведение боя, симпатии зрителей всё равно по большей части были на моей стороне. Пусть даже я успел получить ещё один, реально опасный укол чуть выше правого бедра и почти лишился оружия, искромсанного клинком противника. Конечно, скорее всего, были и те, кто поддерживал моего противника, но так как публика на день рождения юного Лепескова-Каменского собралась аристократическая и благородная, свиста и улюлюканий, а также осуждающих выкриков практически никто себе не позволял.

В тот момент, бретёр прижал меня к самому бортику фонтана и я, просто не успевал увернуться или отвести летящее в меня остриё рапирного комплекса. Так что оставалось только сделать так, чтобы ранение оказалось, как можно менее опасным, и именно этот момент стал переломным.

Видимо вид пролитой крови и первой, по настоящему результативной, атаки заставил противника потерять некоторую долю самообладания, либо тот мой удар, всё-таки не прошёл для моего визави так уж бесследно как считал Валька, а потому он просто забыл, что перед ним не одна из его обычных целей.

В любом случае он сделал ошибку, решив сразу же после успешной атаки, форсировать ситуацию, сделав следующий выпад финальной точкой в нашем противостоянии. Быстрый финт остриём клинка перед моими глазами и кончик лезвия устремился в правую часть моей груди, потом вдруг рыскнул ниже. Однако из-за всех этих обманных движений он оказался не таким быстрым как следовало, и я ушёл от него вращением, заодно с силой сбив клинок бретёра в противоположенную сторону, а затем, резко швырнув в парня ту изрубленную железяку, которая ещё недавно была замечательной антикварной шпагой.

Мой импровизированный снаряд противник отразил обратным движением оружия. Движение это было резким, а потому он на долю секунды открылся, и этого мне хватило, чтобы сблизиться с бретёром. Я уже услышал первые буквы визгливого крика его секунданта «Про…», когда мои ладони как ножницы опустились на левое запястье бретёра и через долю секунды, правая кисть сомкнулась на свободной рукояти рапирного комплекса.

Остаток вопля «…тестую», совпал с двумя быстрыми взмахами клинка, крест-накрест располосовавшими грудь человека, и почти мгновенно за этим последовавшим сильнейшим ударом стопой в низ живота, опрокинувшим бретёра на землю. Ожидая в любую секунду, что судья опять остановит бой, я рывком оказался возле него и приставил подрагивающий острие к тыльной стороне шеи парня. По коже тут же прокатилась тонкая алая струйка крови.

– Я… я сдаюсь, – прохрипел он и, словно бы дожидаясь этих слов красноволосая японочка, вот же коза, громогласно объявила о моей победе, жутчайшим образом исковеркав титул и имя с фамилией.

Вот с каких пор я стал «Даймё Ефимобу Кудзима»? И ведь не поймёшь, то ли это комплимент в качестве признания моих ратных подвигов, то ли она таким образом мне мстила и моё имя на их птичьем языке тоже означала что-то не шибко цензурное.



* * *



Всё дальнейший остаток того дня, слился для меня в один в какой-то мере жуткий, а с другой стороны завораживающий и даже приятный калейдоскоп. Аська, Нинка, Инка и другие мои девочки, в том числе и госпожа Председатель с журналисточкой, набросившиеся на меня с объятиями и поцелуями. Раны свои я затянул, влив в пострадавшие участки тела санасры, а потому они меня более не беспокоили, в отличии от моего внешнего вида. Впрочем, в гардеробах поместья Лепестковых-Каменских нашлось чем заменить пострадавшую одежду, а когда же я вернулся в зал всё и завертелось. Одобрительный слова и поздравления присутствовавшей при дуэли знати, извинения перед Марией Дмитриевной за изуродованную семейную реликвию, жуткий скандал, устроенный бароном Андреем Деньским и его скоропостижная и очень мучительная смерть.

Как сказал тот самый аристократ, который заставил отступить секунданта бретёра, и звали которого, как оказалось, Фёдор Семёнович Мышкин: «Парня забрал «Зелёный Рыцарь». Впрочем, случилось это не сразу после того как меня объявили победителем, а спустя где-то час бесплодных воплей, ругательств и откровенной истерики, которую закатил проигравшийся барон.

Риск, дело благородное. Но именно этого в планы барона и не входило, а потому сейчас, он, бешено вращая глазами орал всякую околесицу, грозился папенькой и тем, что мы ещё не знаем с кем связались и какие люди стоят у него за спиной. Так, вереща, то на своего секунданта, то на меня, то на японку, он требовал немедленно аннулировать результаты дуэли. Его помощник конечно же попытался было выкатить очередную претензию, на сей раз основывая свои претензии на том, что я не фехтовал на шпагах с их представителем, а по сути дрался на кулаках… но вот доказать что-либо у него не получилось.

Тогда-то, Деньского уже откровенно понесло, и парень полностью перестал контролировать себя. Безумно хохоча, заорал на весь зал, что именно он победил на дуэли, и немедленно попытался схватить Инну за руку, но кто бы ему это позволил. Прибежавшая охрана поместья, быстро оттащила вырывающегося и визжащего аристократа с огромным фингалом под глазом, а затем собственно и случилась трагедия.

Молодой человек вдруг застыл на месте, мертвенно побледнев и уставившись немигающим взглядом на старшую Цесаревну, затем посмотрел на меня, после чего испортил в помещении воздух и забился в судорогах в руках стражников. Через секунду он уже извивался на полу, пуская ртом кровавую пену, а минуту спустя, дёрнулся пару раз и испустил дух.

Естественно, что дети этого не видели. Сразу же после начала скандала, их убрали из зала, так что инцидент не испортил праздника самому виновнику торжества. Но так как у остальных гостей, желания веселиться на детском празднике и так было не шибко много, а случившееся так и вовсе окончательно испортило настроение – аристократы начали потихоньку покидать поместье.

Уехали и мы, забрав даму у юного кавалера, что вылилось в новый кордебалет, на сей раз романтического содержания. Парень влюбился в нашу Аську и прямо на заснеженной автостоянке перед грозным носом «Карателя» предложил девочке свою руку, сердце и рогатку. И тут о чудо, окончательно впавшая в детство десяти тысячелетняя «Снежная Дева», зарделась алым, пискнула что-то типа «Я подумаю…» и убежала в кузов.

Парень… расстроился. Поведение и ответ моей «дочки» он воспринял не иначе как отказ, и чуть было не разревелся. Успокоить юного рыцаря удалось далеко не сразу, совместными усилиями нашей команды и Марии Викторовны. Думаю, что не последнюю роль в деле уговоров сыграла рассказанная «Тётей Инной», фантастическая сказка о том, что даже сам «Дядя Кузьма», очень, очень, очень долго добивался того, чтобы «Тёте Нина» сказала ему однозначное «Да». Мы с зайцем переглянулись и, пожав плечами, подтвердили успокоившемуся вроде кавалеру, что – да, всё так и было. Почти так… Я же по секрету намекнул, что если даже дама сказала бы ему «Нет», то это ещё не повод отчаиваться, потому как на женском языке, это означает «Может быть», в отличие от самого «Может быть», которое означает «Нет»! Тем более что ему сказали: «Я подумаю», что уже практически «Да»!

В общем, так как «Дядя Кузьма», после виденной мальчиком дуэли, на некоторое время стал бесспорным авторитетом у сорванца, а «Тётя Нина» – ну, Нинка была просто признана «красивой», а потому согласно детской логике к ней тоже следовало прислушиваться… Нам поверили. А вот Аська чуть позже нас удивила. Не знаю уж, что там на неё нашло, но, когда «Каратель» в сопровождении валькиного электроцикла выехал за ворота поместья, она захлюпав носом, пустила слезу, и не успокаивалась вплоть до самого дома.

В кампус мы въехали примерно в одиннадцать. Комендантский час ещё не начался, но девицы-красавицы развозиться по домам не пожелали, а заявили, что в связи с моей победой в дуэли и получением «Ключа» рода Деньских, они устроят... девичник. Нас с Валькой, поцеловали, и попросили на выход, заявив, что коли гусары имеют такое желание, то ближайший магазин ещё открыт и квартира в нашем распоряжении, но если мы в ней во время гулянки насвинячим, то завтра мне этого не простят!

Броневичок, оставили на небольшой парковке особняка, благо он вместе с электроциклом занял там всё свободное место. Магазинчик действительно ещё работал, а потому, пока я не отсвечивая как не совершеннолетний, постоял на стрёме, господин полицейский офицер из Дисциплинарной Комиссии, закупил всё что было нужно и что мне бы не продали. После чего мы очень хорошо поседели на кухне, предпочтя отметить мою победу не разносолами с дефлопе, как небось, гуляли сейчас девчонки, а по-простому, по-русски, в стиле «Парни из рабочего квартала», с беленькой, закусочкой и пельмешками.

К сожалению, с последними вышел небольшой прокол. Кондовых «Останкинских Классических» в магазине не продавали, так что нам пришлось довольствоваться элитным суррогатом, который как оказалось каждое утро готовила для покупателей очень милая девчушка-сибирячка, студентка второго курса, по очень строгому традиционному семейному рецепту. Причём вообще-то при покупке этой продукции в той лавке она, сама приходила на дом к покупателю и «правильно» готовила их. Вот только мы с Валькой скрепя сердцем отказались от данной услуги, потому как время позднее, на столе будет спиртное, а девушке мы похоже приглянулись, тем более, что у неё закончился рабочий день… В общем – не дай бог что, после подобной дозы адреналина, к тому же я не был уверен, что моя Женечка не понатыкала по квартире разных подслушивающе-подглядывающих устройств. Да и Валька за Ольгу не поручился, что она точно оставила его без пригляда. Палевно, знаете ли!


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Filin

  • Ротмистр
  • *

+Info

  • Репутация: 424
  • Сообщений: 567
  • Activity:
    10.5%
  • Благодарностей: +4276
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login
Глава 14



– Должен сказать, что я весьма разочарован в вас, Нина Святославовна! – под взглядом ректора зайка потупила взор и слегка покраснела. – Сделать такое с родной…

– Я в кой-то веки счастлива! – перебила Сафронова Инна, вцепившись в мой левый рукав. – Я могу быть с любимым! Если ругать за такой подарок, то за что же тогда хвалить?

Пристально посмотрев на девушку, глава Пятого Магического покачал головой и воззрился на меня.

– Кузьма… – голос его прозвучал стуком по моей надгробной плите, тем более что глаза его превратились в две белые дырки. – Если ты обидишь девочек, то я…

Ну… Это я уже слышал. Второй раз не страшно, но вот то, что задействованная в этот момент ректором седьмая чакра надавила на моих женщин, а не только на меня – я терпеть не собирался. Пусть даже этот человек мог размазать меня тонким слоем по всему кампусу!

– Андрей Иванович, а вы ничего не попутали… – из-за приоткрытой мной в этот момент Сахасрары с пола начали подниматься какие-то тёмные искры, кабинет слегка затрясся, на столе у хозяина кабинета громко чмокнув, взорвалась лампа с абажуром, а доисторический плоский монитор погас и задымился.

– Прости… – глаза герцога Сафронова вернулись в нормальное состояние, да и я поспешил закрыться. – Нина Святославовна, Инна Святославовна, искренне прошу извинить! А ты Кузьма, так больше не делай.

– Андрей Иванович, я тоже прошу прощения, но…

– Понимаю, – ректор щёлкнул пальцем по дымящемуся монитору. – Переборщил…

Он замолчал. Сел на своё кресло и провёл ладонями по лицу.

– Я… – дрожащим голосом произнесла Нина. – Не обижаюсь…

Инна, всё ещё трясясь, закивала.

– …Словно молодого Савелия перед собой увидел. На мгновение. Прошу прощения за подобную несдержанность.

– «Мрачного»? – спустя пару секунд спросила старшая Цесаревна.

– Его, родимого, – хмыкнул ректор, со вздохом облегчения отвалившись на спинку кресла. – Был в своё время инцидент… вот и забыл, что передо мной резкий как понос Ефимов… На Афросьева в то время, только так воздействовать можно было…

– Ну, спасибо за определение… – хмыкнул «резкий» я.

– Да ничего, обращайся! – ухмыльнулся глава Колледжа.

– А что… – начала, было, Нина, но Сафронов сразу же перебил её.

– Это касается одной из ваших сестёр, – мужчина улыбнулся, – так что вам лучше не знать…

– Какой? Какой? Четверо из них учились в Пятом! – уже пришедшая в себя Инна, подалась вперёд, а глазки её так и заблестели.

– Секрет, госпожа Ефимова! – важно заявил Андрей Иванович, хлопнув ладонью по столу. – А то одна особа женского пола с греческим именем за проявление излишнего интереса к не касающимся её вещам уже лишилась части лица отвечающего за дыхание и обоняние!

В главный кабинет Ректората, нас настойчиво пригласили прямо на следующий день после дуэли, сняв всех троих с занятий. Когда за мной пришли в аудиторию, Грем только заржал, и махнул рукой: «Иди мол…», а когда я был уже в дверях, словно что-то вспомнив, подошёл к доске с заказами и, сорвав одну бумажку, скомкал её и отправил мне, словно отвешивал щелбан. Попал бы в лоб, кстати, если бы я не поймал её на лету.

Надпись на ней гласила: «Заказ на Ефимова К.В. – от Фишшина Г. С. «Ордер на: Нихрена не делание». Копия подобной заявки будет висеть на доске каждый день в крайне правом, нижнем углу под другим заказом, текстом к доске. Ты только не злоупотребляй без необходимости, а то я обижусь!»

Даже как-то захотелось изобразить из себя знакомую красноволосую японку и поклониться преподу за подобный блат. Ведь в нашей группе «преторианцев», практика проводилась через административные службы Колледжа и то, что я периодически забивал на всё ради личных дел, очень сильно било по Грему. Да и мне пару раз на почту приходили извещения об академических взысканиях. Правда, суммы штрафов были какими-то совсем смешными.

Впрочем, нормально доехать мне до Ректората не дали…. турки. Раздался рёв воздушной тревоги, и сопровождающие тут же потащили меня в ближайший бункер. Виртуальный авианалёт, длился почти пятнадцать минут, которые мне пришлось просидеть в бомбоубежище. Как я узнал чуть позже, действительность «Большой Игры» внезапно лишила нас на некоторое время Женки, якобы бомба угодила прямо в мой дом, журналистки и Ольги, которых накрыло возле полицейского участка и Юли, которая выгуливала Аську в детском парке, расположенном в районе проживания учителей.

Вроде бы «Игровые потери», не умер никто, да и в отличие от прямого противостояния между «участниками» никого не разрывало взрывами на мелкие кусочки, просто подходил наблюдатель и сообщал, что, дескать, вы убиты, вот предписание следуйте туда-то… но всё равно, когда позвонила Ленка и сообщила о случившимся, сердце неприятно ёкнуло. Очень, знаете ли, захотелось взять билет в Турцию и наведаться в Полис Сабанджи с ответным визитом.

Может быть, ещё по этой причине, я среагировал подобным образом на действия нашего ректора, но мне не было стыдно хотя бы потому, что я теперь знал, что по какой-то причине моя сила их игнорирует. Да, не сдержался, ответил на явный вызов ректора, и виню себя в этом, ведь мои любимые могли пострадать…

– Ладно, дети, – хмыкнул Сафронов. – Я на самом деле рад за вас, но…

– Но? – переспросила Инна, прижимаясь ко мне плечом и кладя руку на моё колено, туже скользнув вниз.

– Но меня как прямого наставника этого дурня, – сделав «скучное» лицо, хозяин кабинета кивнул на меня, – просили посвятить вас в некоторые тайны как «ритуала Фаворитки», так и в «Зелёного рыцаря». Вот для начала вот это всё подпишите.

– О! Они уже готовы! – воскликнула моя «супруга в магии», сграбастав две из трёх положенных перед нами папок.

– Естественно… При вашем-то статусе, – хмыкнул ректор и протянул девушке перьевую ручку.

– Что это? – спросил я, глядя как Инна, проставляет свой вензель, на двух красивых бумажках, а потом передаёт их Нине.

– Свидетельства фаворитарного брака Ефимова К.В. – ответила зайка, ставя размашистую подпись в единственной свободной графе обоих документов. – Тебя милый это не касается.

– Совсем-совсем? – уныло спросил я, глядя как листы гербовой бумаги рассортировываются по папкам, одну из которых передали герцогу Сафронову, – А мне показалось, что там моё имя написано…

– Ну да, твоё! – согласно кивнула Нина. – Поэтому я и говорю – тебя это не касается.

– Потрясающая логика… – пробубнил я себе под нос. – Как знал, что одной магией, без бумажек подобное дело не обойдётся.

– А теперь, – хмыкнув и привлекая внимание, сказал Андрей Иванович, раскрывая последнюю папку, – Все трое. Это бумага о неразглашении. Девушки, внимание!

– Это «договор о неразглашении» чего?

– А? – Сафронов, словно бы вынырнул из своих мыслей, и уставился на меня, я же мысленно выдохнул… – Ну… того что мне приказали вам рассказать.

– Понятно, – я первым поставил свою «кляксу», девчонки следом за мной, а когда бумаги исчезли в ящике рабочего стола ректора, произнёс. – Я весь во внимании.

– В общем, так, детки, – произнёс Андрей Иванович, откидываясь на спинку кресла и щелчком пальцев толи накладывая, толи активируя барьер от прослушки. – То, что вы сейчас услышите, касается фаворитарных браков, а так же ритуала «Зелёного рыцаря»… и сразу скажу, что это – секрет, можно сказать, государственно важности, не только для нашей страны, так что носителями его являются высшие чины многих держав мира. Соответственно эта информация, если ей дать ход, может натворить очень много бед. Поэтому, подписанные бумажки – бумажками, но я хочу, чтобы вы осознавали всю серьёзность того, что я должен вам рассказать.

Он выжидающе посмотрел на нас и, дождавшись дружного кивка продолжил.

– Его Величество, не пошёл бы на этот шаг, если бы не вчерашний инцидент. Это что бы вы понимали, что это не великая честь, быть посвящённым в этот секрет, а вынужденная мера и по большому счёту, должностное преступление, совершаемое из личных интересов. В частности, из-за вас Инна Святославовна. Потому как у «нас», – он особо выделил это слово, – нет ни малейшего желания, чтобы из-за какой-нибудь случайности, вы попали в руки какого-нибудь проходимца. Тем более, что вы, «супруга в магии» не кого-нибудь, а молодого Аватара и с недавних пор моего подопечного. Можно сказать, личного ученика…

Мужчина посмотрел мне прямо в глаза, видимо ожидая какой-нибудь реакции, но я сохранял каменную морду лица. Старшая же Цесаревна, вздрогнула и поплотнее прижалась к моему плечу.

– Вы никогда не задумывались, – герцог Сафронов встал со своего кресла и медленно подошёл к окну. – Почему при наличии большого количества фавориток у многих аристократов, девушки после ритуала, почти никогда не выходят в свет, а зачастую и вовсе выпадают из общественной жизни, превращаясь в заядлых домоседок?

– Нет, – задумчиво протянула Нина, а Инна молча кивнула.

– Я вообще этого не знал… – буркнул я.

– Так вот, всё дело в том, – медленно произнёс ректор, поворачиваясь к нам и приседая на подоконник, – что ритуал фаворитизации – одна большая мистификация.

– Как! – ахнула младшая Цесаревна, даже привстав со своего стула, а её сестра так и вовсе, кажется, перестала дышать.

– А вот так, – усмехнувшись, ответил Андрей Иванович. – На самом деле, не существует такого заклинания, с помощью которого абсолютно любая из одарённых женщин, способна подавить волю другой и фактически промыть ей мозги. Легенда о невероятных возможностях ритуала целенаправленно поддерживается Консорциумом Наций, ради стабильного наращивания объёма человеческого ресурса способного пользоваться магией, это точная цитата. Фактически, сам «ритуал», это благовидный предлог для создания стабильного гарема в странах, где традиционно отсутствует подобная практика, а полигамия долгое время находилась под запретом в связи с религиозными или социальными запретами. А необходимо это, в первую очередь для положительной евгенической селекции врождённых одарённых, которых по расчётам наших специалистов, в противном случае на сегодняшний день в мире было бы на несколько порядков меньше.

– Но, как же… – выдавила из себя шокированная куда больше сестры Инна. – Я же чувствую…

– То, что возможности ритуала мистифицировали, – мягко произнёс герцог Сафронов, – не значит, что он на самом деле не работает. Просто его эффект – довольно сильно отличается от постулируемого.

– И что же на самом деле делает этот ритуал? – чётко выговаривая слова, произнесла зайка.

– Он создаёт «привязку», скажем так, капсулирует некоторые эмоции и воспоминания, которые женщина испытывает в момент его совершения, а также внедряет в сознание определённые закладки, которые срабатывают, когда фаворитка желает совершить нечто неприемлемое по отношению к другим участникам ритуала. Но он не подавляет человеческую волю и не калечит сознание, навязывая внедрённые сторонние чувства.

– Именно поэтому его проводят во время секса? – догадался я.

– Да, – кивнул мужчина. – Момент первой интимной близости, считается наилучшим для фаворитизации. Причём, процесс должен быть добровольным и проводимым с обоюдного согласия, ну и стоит добавить, что при отсутствии чувств к партнёру, девушкам рекомендовано принимать либо магические эликсиры, либо препараты на основе афродизиаков.

Девушки быстро переглянулись, и Нина отрицательно покачала головой.

– А почему… – начала, было, Инна и замолчав на секунду, продолжила, – почему вы в начале упомянули о том, что фаворитки обычно не участвуют в социальной жизни общества и не выходят в свет.

– Потому, что, подобное им не позволяют их новые семьи, – просто ответил ректор. – Вы уже взрослые и должны понимать, что принятые почти во всех странах законы, связанные с фаворитизацией, по большому счёту стирают равноправие полов и нарушают права женщин. Хотя говорить об этом открыто - не принято. Дело в том, что очень редко, когда фаворитками становятся действительно влюблённые в своего «мужа по магии» девушки. Чаще всего, это договорные «браки», в которых очень часто их мнение вообще не учитывается. В результате, эмоциональная привязка получается довольно слабой, и фаворитка просто не испытывает должный уровень лояльности к своему «супругу».

– То есть, по сути, – произнесла Нина. – Всё это мало отличается от обычного сексуального рабства?

– Если совсем уж грубо говорить, то – да, – кивнул аристократ. – Девушки по собственной воле или по желанию семьи, меняют свою свободу, на богатую сытую жизнь в пределах родового поместья, многие из которых давно уже разрослись в маленькие закрытые города. Там они по большому счёту ни в чём не нуждаются, в том числе и во внимании мужчин.

– Это как, – нахмурился я.

– У многих одарённых большой силой аристократов из влиятельных родов, количество фавориток достаточно большое…

«Угу – например, у тебя…» – подумал я.

– …и постоянно оказывать всем им одинаковое внимание нет никакой возможности. Поэтому, подчёркивая, что фаворитка – не наложница в серале, принято не замечать того, что по прошествии некоторого времени, женщины начинают жить с другими мужчинами, принесшими клятву на верность роду. Фактически их затворничество, призвано не допустить того, чтобы ими воспользовались чужаки, ведь очень часто, они знают определённые «секреты», которые не должны покидать родовых стен. Контакты же внутри «Рода» только укрепляют его, а потому приветствуются, особенно если первенцы у данной фаворитки не обладают сильным даром.

– Но я люблю моего Кузьму, – немного потерянно произнесла Инна. – Я…

– Именно поэтому, – улыбнувшись, перебил девушку ректор, – Его Величество и не стал наказывать «твоего Кузьму» за подобное самоволие. Такого же мнения придерживался и дед Касимовой Евгении. В противном случае, если бы у вас не было к нему никаких чувств – никто бы не посмотрел, что он Аватар, а так – ваш отец решил пойти на уступки и не портить жизнь своей дочери. Или вы юная Леди, думали, что Империя может вот так вот разбрасываться Принцессами крови?

– Понятно… – пискнула старшая Цесаревна, покраснела и уткнулась носом в моё плечо, а Нинка побелевшими пальчиками сжала мою ладонь.

– Ну и, конечно же, подобное вынужденное «затворничество», – продолжил лекцию Сафронов, – связано с тем, что для любой фаворитки, особенно знатных кровей и обладающей секретами своего «Рода», особую опасность представляют «Зелёные рыцари». Собственно, вчера, вы уже познакомились с действием этого вообще-то запрещённого ритуала.

– Запрещённого? – нахмурился я.

– Да, конечно. И не только у нас, но и во многих других странах мира. Во-первых, с одной стороны, он губителен для восторженных зелёных юнцов, которые бессмысленно гибнут во имя «любви», а чаще всего просто мимолётной влюблённости в красивую мордашку, увиденную один раз на каком-нибудь приёме, которая об его страстных чувствах – знать не знает! Ну а во-вторых, при удачном стечении обстоятельств, его применение, фактически является банальным похищением человека, чем пользуются различные хитрые мерзавцы, ради собственной выгоды. Да и кому собственно понравится, что проходимцы уводят его женщин.

– Он запрещён… – задумчиво произнёс я. – Но его, всё равно практикуют…

– Да, – коротко ответил Сафронов и, помолчав, пояснил. – Если ритуал был исполнен успешно, очень трудно постфактум доказать сам факт его применения.

– Подождите, подождите! – воскликнул я. – Но дуэль за даму, да и все эти ключевые фразы… Например, вчера на приёме, ведь там была прорва свидетелей…

– И что? Что это доказывает? – фыркнул ректор. – Только-то, что один болван, бросил другому болвану вызов в особо извращённой форме! А то, что у упомянутой девушки потом фаворитизация слетела – так это ничего не доказывает. Тем более, что в отличие от идиота Деньского, в таких боях никто не сражается по апокрифиальным правилам! Бьются на смерть и вообще, Кузьма. Я вообще не понимаю, с какой стати ты этот вызов принял, да ещё и со всем и условиями согласился?

– Ну… – стараясь показаться умным, я почесал затылок. – По поводу выбора оружия, да это был мой косяк. А вообще… ну… я как бы был не против дуэли, поэтому согласился. А что?

– Я не против того, что бы ты потешил себя, прихлопнув парочку-другую благородных идиотов, – тяжело вздохнул Сафронов. – Но я не понимаю, зачем ты согласился на апокрифиальные условия? Ты что? Толстопузый торгаш?

– Не понял, – откровенно признался я. – А что, я мог принять вызов и не согласиться с…

– Да, конечно! – ректор аж всплеснул руками. – Вызов на дуэль, это одно, а соглашаться или нет на её условия, совершенно другой вопрос! Ты мог сам, назначить то, как именно ты намерен взгреть наглеца, осмелившегося нанести тебе подобное оскорбление. Если бы ты заявил, не согласен биться по апокрифиальным правилам, то твой противник не смог бы выставить против тебя бретёра и был бы вынужден сражаться сам. А ты, как будто с дуэльным кодексом не знаком – на всё взял и согласился… Это ж какая глупость для колдуна твоего уровня.

– А… вот оно что, – хмыкнул я. – Буду знать. Хм… то есть я и с Ромушевым тогда мог бы не соглашаться…

– Подожди, – нахмурился Андрей Иванович. – Это же чёрным по белому написано в… Ты вообще дуэльный кодекс читал?

– Нет, – я смущённо улыбнулся. – Не доводилось… У нас в деревне дуэли как-то не прижились. Наверное, из-за отсутствия аристократов. Мы всё больше за клубом на кулачках смахивались.

– Зато он молитвенник наизусть знает, – ехидно добавила Нинка.

– О-па… – кажется подобное признание слегка выбило ректора из колеи, но он быстро взял себя в руки, и подойдя к одному из шкафов, вытащил толстенький томик в красном переплёте, гулко хлопнув им по столу перед моим стулом. – Так! Прости, я всё время забываю о том, в каких условиях ты вырос. А теперь, Кузьма, слушай меня внимательно. Вот пока ты эту книгу не прочитаешь от корки до корки, и я не признаю твои знания удовлетворительными, даже не думай о дуэлях.

– Вот весь вот этот талмуд?

– Да.

– А если…

– Кузьма, я всё сказал.

– Но…

– Вот если будет «Но», то выбирай крайние правила и убивай идиота с одного удара. Молодёжь… блин! Его понимаешь, разводят как ребёнка, а он сам голову в петлю суёт…

– А вы думаете, что, этот парень вышел бы против меня на моих условиях? – хмыкнул я, рассматривая обложку «кодекса».

– А куда бы он делся под ритуалом то? Тем более, что судя по всему, ему была известна именно его «неправильная» версия.

– А поточнее, если можно, – попросила Инна.

– Отчего ж нельзя, – ректор вернулся в своё кресло и, оперившись локтями на стол, обвёл нас взглядом. – Я именно это, как раз и собирался вам рассказать, правда это, как раз, к сожалению, не такая уж и секретная информация, а потому вам, дети, следует быть аккуратнее. Дело в том, что «дуэль» для успешного выполнения ритуала – не нужна. Да собственно для того, чтобы сбить фаворитизацию – вообще ничего не нужно, следует только убедить выбранную жертву в том, что её «муж в магии» её не достоин и тогда разрушающая энергия «Зелёного рыцаря» сломает капсулизацию памяти и сотрёт закладки. По-другому говоря, женщина просто перестанет быть чьей-то фавориткой и фактически станет свободна.

– То есть, – я нахмурился. – «Зелёный рыцарь» не забирает себе фаворитку, а просто освобождает её?

– Именно. Вот только об этом мало кому известно, как и о самом ритуале, чем и пользуются мошенники, убеждая находящихся в замешательстве после разрушения «капсулы» женщин, что отныне они принадлежат им. Кстати, именно по этой причине, в нашей стране была введена официальная регистрация фавориток на принадлежность к роду «мужа в магии», дабы после случайного или намеренного разрушения ритуала у освободившихся девушек, оставались обязанности перед семьёй, и они не становились «Никем», – он внимательно посмотрел на старшую Цесаревну. – Так что, запомните это, Инна Святославовна Ефимова-Вершинина. И аккуратно, не разглашая тайну, донесите это, до Евгении Павловны Ефимовой-Касимовой, я думаю, вы справитесь.

– Да… Спасибо, Андрей Иванович, – девушка мило покраснела, я же в первый раз услышал новые фамилию своих «жен в магии», причём не мог не заметить, что герцог, что второй фамилией назвал у Инны ту, которую носит Император, а не по роду матери. – Я всё сделаю.

– Подождите, подождите… – пробормотала Нина. – Вот так вот просто? Взять и убедить.

– Не то, чтобы просто, – улыбнулся Андрей Иванович. – Ритуал этот скорее ментальный, чем физический, но вредоносная магия, основанная на использовании аспекта «крови», хоть и концентрируется в мозгу человека, но необратима и в результате, со временем, если её не использовать, убивает тело. Ну и да, катализатором взрывного разрушения, служат сильные отрицательные эмоции, таки как страх или унижение. Поэтому-то, Деньский и постарался обернуть всё так, чтобы самому ему ничего не угрожало. Но он непременно бы сразился с тобой лично, однако, ты Кузьма, так «мастерски» попался в его ловушку...

– Да ладно, ладно… – поморщился я. – Я уже понял, что лоханулся. Только, если всё так, как вы говорите, то с какой радости вообще все эти танцы с бубнами вокруг дуэлей и прочей рыцарско-геройской лабуды.

– Ну, во-первых. Всё дело в личности создателя обоих ритуалов – сере Энтони Хьюберте. Разработав по заказу Консорциума «ритуал Фаворитки», он чувствовал себя проклятым в веках, потому как принёс женщинам нашего мира «зло», искоренить которое в будущем, как он считал, будет очень и очень трудно. В общем-то, прав он был только в том, что сломать «капсулу» и снять закладки, не причиняя вреда носительнице, по силам лишь самым сильным магам с аспектом «разум». Так вот, он в тайне, долго бился над тем, чтобы создать контрмеру, для своего творения и результате появился «Ритуал Зелёного Рыцаря» чью миссию он видел в «самопожертвовании во имя освобождения».

Ректор потёр переносицу.

– Так вот. Однажды, к уже старый маг, встретился с юношей из одного благородного английского дома, который сильно страдал, от того, что его возлюбленная стала фавориткой Лорда Бэниша и, пожалев его, поделился секретом «Зелёного Рыцаря». Вот только, обернул он всё в антураж рыцарской романтики, приукрасив заодно словами о том, что девушка перейдёт к нему. Видимо подразумевая, что девушка поразится тому, на что он пошёл ради неё, и не сможет ему отказать. Так ритуал ушёл на сторону. А чуть позже, когда юноша погиб от разрушительной магии «Зелёного рыцаря», так и не освободив свою пассию, ужаснулся того, что в очередной раз сотворил. Отправил бумаги с реальными наработками в Консорциум, а сам выпрыгнул из собственного окна, расположенного на десятом этаже. Вот собственно и вся история. Описание ритуала, попало в сеть, видимо постарался тот самый юнец, а затем, так как создано оно было с помощью обычных «открытых магем», а не стилизовано в общедоступные «сигмы» как «фаворитка», его проанализировали и поняли, как и что там работает на самом деле. Такие вот дела. Вопросы есть?

Вопросов не было. Каждый из нас думал о своём, и делиться своими мыслями с окружающими желанием не горел. Инна в задумчивости перебирала своими пальчиками мои, а Нина молчала, рассматривая корешки книг в ближайшем шкафу. Наконец Старшая Цесаревна произнесла.

– Знаешь, Кузьма, – она подняла на меня свои большие и красивые глаза. – Я вовсе буду не против, если ты решишь, что мне стоит… Да и Женя поймёт…

Она не договорила, но я и так понял, что она хотела сказать.

– Даже думать забудь, – я улыбнулся и подмигнул «жене», а затем, обняв обеих сестёр за плечи, притянул к себе. – Добровольное затворничество Инна, это не наш метод. Да и вообще, мне подобный подход, не сильно нравится! Я вам не турецкий Султан, что бы запирать моих любимых девочек в серале. Тем более, что ты сама слышала, что всё это по большому счёту ерунда и если что-то случится, вы не будете никому, ни в чём обязаны! Я – верю в вас и не собираюсь прятать вас ото всех, словно ценные безделушки!

– С… Спасибо.

– Так, ребятки… это конечно, всё очень мило и романтично, – хлопнул ладонью по столу ректор, – Но вот я считаю, что спрятать вас на некоторое время вовсе не помешает. Пока шумиха вокруг нового герцога Ефимова и его очаровательных «супруг в магии» не утихнет.

– В смысле? – нахмурился я.

– В прямом, – усмехнулся хозяин кабинета. – Отправляйтесь как вы в Америку. Всё равно у тебя Кузьма скоро начинается суд, вот, прибудете туда пораньше, поживёте немножко в Балтиморе. С администрацией ответственного за вас тамошнего института, я уже договорился.

– То есть, решили уже всё за нас.

– Ну… такая вот у меня работа. За студентов решать, что им делать. А что, вы против?

– Грем меня убьёт.

– А он с вами полетит. В командировку, так сказать. В любом случае, ты и Инна Святославовна летите сто процентов. Причём уже завтра. Это вопрос решённый и возражения с вашей стороны не принимаются. А вот вы, Нина Святославовна…

– Я – остаюсь, – уверенно сообщила зайка. – У меня сейчас много дел по работе в кампусе, плюс, через несколько дней должна прибыть Су… с оформленными бумагами и Ключом на поместье. Затягивать с этим делом – нельзя. Ну а ещё мне нужно готовиться к помолвке! Это тоже не пятиминутное дело. Да и за твоим «новым бизнесом» присмотр нужен…

– Ты уверена? – расставаться с Ниной мне ну очень не хотелось. – Ленке же тоже придётся лететь с нами. Как ты тут без неё-то?

– Угу! – Нина вздохнула и улыбнулась, а я понял, что попытка уговорить Цесаревну – не удалась... – Да ты не волнуйся! Я вон у Инны, Женечку одолжу. Справимся.

– Вот почему, когда кто-то, вот так вот уверенно говорит: «Да ты не волнуйся!» хочется на стену лезть. И ведь всегда что-то нехорошее случается!

– Андрей Иванович, – произнесла Нина, вставая со стула. – Мы вас, наверное, уже и без того сильно задержали? Если это всё, то мы, пожалуй, пойдём! А то у нас ещё одна встреча сегодня назначена, а мы вас отвлекаем.

– Да идите, – усмехнулся ректор. – А то, меня действительно уже дела заждались.

– А что за встреча-то? – спросил я, попрощавшись и выходя в приёмную вслед за девушками, поймав благодушную улыбку секретарши.

– Увидишь, – ответила Инна, беря меня под левый локоть, в то время как Нина почти синхронно подхватила под правый.

В широком и светлом зале, перед лифтом, за который я в своё время успел побороться с Ромушевым-старшим, нам встретился высокий молодой мужчина, в явно дорогом пальто, очень напоминающем французский плащ и бледным, аристократическим лицом. Довольно запоминающаяся внешность, особенно, если учитывать длинные, почти до поясницы, прямые каштановые волосы и тонкие пальцы пианиста, с парочкой крупных перстней-печаток.

Увидев нас, он слегка дёрнул уголками губ, так словно бы раздумывал, улыбнуться ему или всё же не стоит, а затем, плавным движением, отошёл в сторону и легко поклонился в знак приветствия. Я ответил ему быстрым кивком, а вот мои спутницы, как по команде, разве что не спрятались у меня за спиной, прикрывшись мной как щитом.

– Ну и кто это был, – спросил я девочек, когда двери лифта закрылись.

– А ты что? Не знаешь? – удивлённо спросила Нина. – Это ж Савелий Афросьев!

– «Мрачный», что ли? – переспросил я. – Этот пид… хлыщ?

– Угу… – произнесла Инна, и поёжилась. – У меня мороз по коже от одного его взгляда.

– М-да… Признаться я представлял его себе другим, – хмыкнул я. – Брутальнее, что ли. А тут прям «бисёнен» какой-то…

– Кто такой «бисёнен», – спросила старшая Цесаревна.

– «Красивый юноша», по-японски, – перевела сестре Нина.

– Да я это и без тебя знаю, – отмахнулась «жена», – Просто пару раз это слово в моей группе слышала, в довольно непристойном контексте. Вот и спрашиваю.

– Ну, – зайка быстро глянула на меня. – В японской поп-культуре, нацеленной на женскую аудиторию, есть определённые стереотипы… М… бесит! В общем, чаще всего там подобные красавцы, жарят друг друга под хвост! Так понятно…

– О… ну так понятно, – серьёзно кивнула Инна. – А к Савелию это как относится? Он же вроде бы нормальный. С таким-то гаремом…

– Ну, да, – подал я голос. – Я не встречал «нормальных» парней, которые так бы пялились на других мужиков, как этот «Мрачный» на меня зырил…

– Ну, это-то не мудрено! – пожала плечиками старшая Цесаревна. – Мало того, что ты, можно сказать его коллега… так ты ещё у него невесту увёл.

И девушка ткнула пальчиком в мгновенно покрасневшую и резко отвернувшуюся сестру.



* * *

Как оказалось, дела у нас имелись в знакомом уже по прошлым посещениям здании Дисциплинарной Комиссии. А точнее, в кабинете Ольги, где нас уже дожидалась хозяйка кабинета, вместе со слегка бледным Валкой-алкашом, видимо ещё не отошедшим после вчерашнего. Да… погудели мы тогда знатно, в общем – хорошо посидели, поговорили, отметили. Причём, настолько знатно, благо, приятель не поскупился на выпивку и закусь, что когда дело дошло-таки до пельменей, Валентин, который собственно и подвязался их варить, раз пятьдесят вздохнул и посетовал на то, что руки у него кривые и вообще – вот если бы здесь был тот, точнее та, которая могла бы показать мастер-класс.

Понятно, что девушка из магазина, нужна была ему вовсе не для готовки, а для того, чтобы… пообщаться на разные интересные темы, пока Ольга не видит. Сам я, был куда как скромнее в желаниях, или может быть, после выпитого куда как лучше его помнил, по какой именно причине мы не пригласили девчонку с собой. Но друга – не осуждал, потому как, сибирячка была действительно очень даже себе ничего, а так как после выпитого, как известно, некрасивые женщины становятся красавицами – изготовительница пельменей, превратилась бы, наверное, в «Супер Королеву Красоты», а может быть в кого и покруче… правда до моих девочек – всё равно бы не дотянула.

В любом случае, поезд определённо ушёл, и пришлось приятелю обходиться без сладенького, довольствуясь утехами для желудка и души. Вот видимо потому, так и не отдохнув телесно, он сейчас выглядел не очень-то хорошо, что Ольгу, впрочем, похоже ни капли не беспокоило.

При чём, оба полицейских были сегодня при параде, а при нашем появлении, так и вовсе встали со своих мест. А затем, произошло нечто и вовсе странно. Подойдя к нам, вместо того, чтобы пожать протянутую мной руку, внезапно сначала Валька, а следом за ним и Ольга, опустились на одно колено и склонили головы. Секундную немую сцену, прервал немного глухой голос Валентина.

- Ваша Светлость. Кузьма Васильевич. От своего лица и от моей невесты, Ольги Витальевны, милостиво просим вас, принять нас под свою руку, и даровать нам покровительство рода Ефимовых, коему обязуемся служить верой и правдой!


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

 

Похожие темы

  Тема / Автор Ответов Последний ответ
66 Ответов
13684 Просмотров
Последний ответ 18-05-2018, 16:11
от Kard
25 Ответов
5963 Просмотров
Последний ответ 15-05-2018, 10:36
от Kard
3 Ответов
720 Просмотров
Последний ответ 25-06-2016, 00:11
от SergF
2 Ответов
764 Просмотров
Последний ответ 02-09-2017, 14:18
от Kard
4 Ответов
649 Просмотров
Последний ответ 22-06-2016, 23:31
от mal-ah

Напоминаем, для того чтобы отслеживать изменения тем на форуме нужен валидный (работающий) е-майл в Вашем профиле + подписка на тему из свойств меню темы (Уведомлять -вкл.). НЕ рекомендуем пользоваться ящиками на Mail.ru (часто письмо просто не приходит). В случае попадания (проверяем) писем с форума в папку СПАМ (этим грешат некоторые сервисы) указываем майл клиенту или сервису - НЕ спам.