Приват- клик по "человечку" слева от ника форумчанина. Паблик- стереть двоеточие (или символ @) ника юзера.

Автор Тема: Переяславцев Алексей -- Логика невмешательства (Попытка контакта)  (Прочитано 1913 раз)

Оффлайн Kard

  • Утро добрым не бывает!!!
  • Модератор
  • Подполковник Гвардии
  • *

+Info

  • Репутация: 2627
  • Сообщений: 5712
  • Activity:
    51%
  • Благодарностей: +3888
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

Глава 37

  Поскольку князь Мешков отправился в отпуск, а лейтенант Шеберг оставался на связи с иномирскими гостями, то командир 'Морского дракона' должен был получить замену своим помощникам. Предполагалось, что один из них также будет исполнять обязанности начарта.
  Разумеется, мичманы Власьев и Лазарев получили должное обучение. И для начала их просветили в правилах секретности.
  - Господа, - максимально жестким голосом вещал командир 'Морского дракона', - имейте в виду: у наших противников нет ничего похожего на наш корабль. Именно противников! Европа никогда не была нашим другом, не будет и впредь. Говорить они могут, что им угодно, но у нас сейчас не мир, всего лишь перемирие. Посему язык предстоит держать на замке, а если вы о чем-то будете рассказывать в присутствии нежелательных свидетелей, то лишь неверные сведения о корабле и его вооружении. Какие именно - вам сообщат.
  Младшие офицеры украдкой переглянулись.
  - Как командир обещаю вам: попытки выкрасть, купить или еще каким-то образом получить секреты этого замечательного корабля будут. Уже были, замечу. Неприятельская разведка попытается выкрасть вас лично. Вас обучат обращению с оружием. Вы не ослышались, господа, с оружием, но непривычного типа. Надеюсь, вы наслышаны о картечницах? Вот этот пистолет - их младший брат.
  Семаков достал из кобуры небольшой пистолетик, с щелчком вынул магазин, продемонстрировал. Впечатление было достигнуто. Командир продолжил:
  - Стреляет тихо, но далеко, а главное: перезарядка почти мгновенная. Обучение проведет Малах Надирович, его вам уже представили. На чужом берегу в одиночку не ходить! Также...
  Нудность занятий по правилам секретности и безопасности частично компенсировалась практикой в судовождении. Частично - это потому, что практика включала в себя многократные упражнения. Но тут рассуждения были насквозь понятны:
  - На скорости в тридцать восемь узлов думать и разглядывать некогда, господа. Не только решения должно принимать мгновенно. И действовать надлежит точно так же быстро, а это значит, что ваши руки должны сами, без участия глаз находить нужный рычаг. Посему... мичман Власьев!
  - Я!
  - Принимайте вахту.
  - Вахту принял.
  - Вахту сдал. Пройдемся еще раз. На задействованных в настоящий момент движках вы полный ход не получите. Ваша задача выдать его. Не глядя на панель! Полный ход!!!
  Конечно же, у командира не было никаких оснований полагать, что за жалких двенадцать часов практики новоиспеченные помощники научатся управлять 'Морским драконом' в бою. Ладно, пускай себе навострятся хотя бы просто вести корабль, тем более, что полный ход им и не понадобится. Все же в походе придется равняться на 'Херсонес', а у того ход вдвое медленнее. Нет, даже чуть побольше, чем вдвое. А там придет ощущение слияния с кораблем. Семаков теперь был твердо убежден, что таковое не только существует, но и необходимо.
  По размышлении Семаков назначил на должность старшего артиллериста мичмана Лазарева. Боевой опыт у обоих помощников был одинаковый (нулевой), но в Корпусе у Лазарева отметки по артиллерийскому делу оказались получше.
  Понятно, что новому начарту предстояло практиковаться в работе с гранатометами.
 
  Семаков, разумеется, был совершенно прав. Французскому высокому артиллерийскому начальству до последней степени захотелось заполучить и гранатомет, и гранаты, особенно после того, как образец последней был доставлен в Тулон.
  Первое впечатление оказалось обманчивым. В гранате был не только чугун. Неизвестным способом в нее было вплавлено два кристалла31. Геологи, срочно вызванные на помощь, без особых трудностей идентифицировали их. Никакой экзотики: один оказался широко известным горным хрусталем, другой - галенитом, применяемым в качестве свинцовой руды.

31 - на самом деле граната включала в себя три кристалла, но один из них был настолько мал, что при исследовании его просто пропустили.

  На этом положительные результаты закончились, наступила черная полоса. Ни одни из экспертов не смог выдвинуть хоть сколько-нибудь убедительного обоснования высочайшей взрывной мощности. Чего там высочайшей - в этом снаряде было нечему взрываться. Вообще.
  Попытка привлечь к сотрудничеству недавних союзников пошла прахом. Британцы, разумеется, проявили огромный интерес к результатам исследования трофейной гранаты, но собственными сведениями делиться не спешили. Французы, со своей стороны, были твердо убеждены, что английские коллеги просто обязаны иметь в портфеле нечто новенькое и необычное. Напрасно британские представители твердили, что сами очень бы хотели заполучить для исследования образцы российского вооружения. Французы вежливо улыбались, кивали и оставались при том же подозрении: англичане что-то уже знают, а поскольку лишней информации не бывает, то хотят выцыганить с союзников нечто большее.
 
  Наследник и в самом деле пожелал встретиться с иномирцами. Время для этого было выбрано не самое удачное: как раз перед балом в Дворянском собрании, но лучшего момента Александр Николаевич не нашел. Встреча происходила в доме, где проживали иноземцы. Дракон, как легко догадаться, при этом не присутствовал.
  Сначала, понятное дело, состоялся светский разговор. Был и обмен подарками; с российской стороны большей частью представили безделушки, хотя и дорогие. Со стороны Маэры подарком послужил фонарик, который давал на выбор или мощный луч, или рассеянное освещение.
  А потом пошли серьезные вопросы, которые, видимо, накопились у цесаревича.
  - Как понимаю, дама и господа, выбор места для портала был продиктован случайностью, не так ли?
  - Именно так, ваше высочество.
  - А изменить его возможно ль?
  - И да, и нет, ваше высочество, - осторожно отвечал Тифор. - Это потребует дорогостоящей перенастройки кристалла, да и то угадать заранее, куда попадет портал, совершенно невозможно. Правда, небольшое исправление осуществимо: наш первый портал пришелся в воды Черного моря, например. Но чем дальше предполагаемая точка выхода находится от той, где портал сейчас, тем больший объем и длительность расчетов могут понадобиться.
  - Иначе говоря, у вас нет планов переноса места входа и выхода?
  - Если таковые замыслы и существуют, то нам они неведомы.
  Наследник престола сделал небольшую паузу. То ли он собирался с мыслями, то ли пытался подобрать наилучшие слова.
  - Мы хотели бы иметь наилучшие отношения с вашим миром и с его руководством. Имею в виду все государства, в том числе государство драконов.
  Малах притворился, что не понял скрытого смысла слов, и потому уверил высокопоставленного гостя, что полностью понимает и поддерживает эту позицию. Но сын российского правителя пошел дальше и выразился в открытую:
  - Мы не хотели бы, чтобы порталы появились в иных державах. Уверен, что все нужные вам товары мы можем предоставить. Готов выслушать ваши пожелания, пусть даже в общем виде.
  По неясной для Александра Николаевича причине первым отвечал Риммер. Соплеменники ее поняли: капитан дальнего плавания был по совместительству купцом не из последних.
  - В качестве товара мы охотно взяли бы редкие кристаллы.
  - Алмазы? - проявил осведомленность наследник.
  - Не только. Темный кварц, например, - при этих словах Александр Николаевич ловко извлек миниатюрную записную книжечку и начал делать быстрые карандашные заметки, - также и обычные кристаллы, редкие своим размером. Например, простой кварц, бесцветный.
  - Ткани?
  - Это надо решать с теми, кто лучше разбирается. Цена, качество, всякое такое.
  - Полагаю, украшения могут пойти, но без кристаллов, - вмешалась Мариэла, - я, например, видела... такую, знаете, маленькую картинку на белом фоне, у вас называется эмаль.
  - Финифть?
  - Возможно. Но коммерческий успех, пожалуй, могу обещать. Только без пышной упаковки.
  - Это отчего ж?
  - Лишний вес, лишний объем, лишняя нагрузка на портал.
  - О, понимаю.
  Цесаревич чуть-чуть помедлил с продолжением.
  - И все же... вы так и не объяснили, почему вы выбрали в качестве партнера Российскую империю.
  - Объяснили частично, - лейтенант Малах чуть заметно улыбнулся, - но были и другие факторы. Помните имя: Константин Киприанов?
  Александр Николаевич постарался скрыть удивление.
  - Разумеется, помню. Сирота, сын рыбака с хорошими способностями, его адмирал Нахимов упоминал. Ему предстоит обучение за казенный счет.
  - Все верно, но было еще кое-что. В него стрелял британский кавалерист, которого начальствующий офицер не остановил. Отсюда вывод: ваш народ англичане за людей не считают. Опять же история с присутствующей здесь магистром Мариэлой...
  Наследник кивнул.
  - ...и пример обратного: лейтенант... простите, капитан второго ранга Семаков. Мы видели, как он заботится о людях. Может быть, имеются на то чисто прагматические соображения, но возможно иное объяснение. Короче, ваши противники никогда вас не признают за равных. У нас сходная ситуация: Повелители моря - это обитатели архипелага не так далеко от восточного материка - лишь своих воинов почитали за высших. У них, между прочим, рабовладение по сей день практикуется.
  - У нас крестьян также полагают за низший класс, - решил проявить справедливость гость.
  - Верно, но из чтения газет, а также из бесед с образованными людьми я сделал предположение, что его императорское величество уже задумывается о том, чтобы дать крестьянам свободу.
  В ответ последовал неопределенный жест. Малах продолжил:
  - Ваш мир разделен по разным странам, жители которых говорят на разных языках и имеют разные обычаи.
  Аристократический кивок.
   - У нас сложилось мнение, что жители и правители некоторых из них ставят себя выше всех прочих. В частности, ваши недавние противники, имею в виду англичан и французов, полагают, что они лучше русских просто потому, что последние имели несчастье родиться в России. По крайней мере, так мы это понимаем.
  - Они считают, что имеют на то основания. Европа впереди России по уровню развития техники, - нейтрально заметил цесаревич.
  - Маэра тоже... некоторым образом. И что? Не думаю, что это помешает нашему общению. И уж точно торговля убытков не принесет.
  Некоторое время комнату заполняло молчание. Потом его прервал наследник императора:
  - Я обязательно доведу ваши слова до государя, моего отца.
 
  Оптимист оценил бы события вокруг князя Мешкова словом 'повезло'. Пессимист оспорил бы это утверждение и предложил оценку иного свойства: 'неудача'. Мы же, взирая со стороны, имели бы основания полагать правыми и того, и другого.
  Михаил Григорьевич снова увидел (после долгого перерыва) любимую жену, а также родителей. К вящей радости он и сына увидел, притом веселого и здорового. Ну разве это не везение? Надобно принять во внимание, что жизнь человеческая в те времена была куда более хрупкой, чем сейчас, а уж применительно к человечку, которому и года нет - в особенности. Да и родители, будучи в почтенном возрасте (старой княгине недавно исполнилось сорок восемь, а отцу вовсе было под шестьдесят) тоже были подвержены превратностям судьбы. Еще один довод в пользу удачи? Конечно!
  И уж совсем сверкающей улыбкой Фортуны была сделка с киевским ювелирным магнатом. Те самые рубин и сапфир, что князь получил на руки от маэрцев, удалось выменять на неограненный алмаз совершенно чудовищных размеров: более половины вершка. Именно такой случился в запасе; камень предполагалось отправить в Амстердам для огранки, но на него вдруг нашелся покупатель, предложивший отменные условия. Несомненно, тут помогло рекомендательное письмо, но и без доли везения дело не сладилось бы, не так ли?
  Увы, отпуск был не столь длителен, как хотелось бы отважному и героическому лейтенанту. Оговоримся: Михаил Григорьевич свой чин полагал именно таким, а новость о повышении до него просто не дошла. Пришла пора отправляться к месту службы. И вот тут-то пессимист должен был начать радостно потирать ручки и злорадно хихикать.
  К моменту, когда князь добрался на почтовых до Севастополя, и 'Морской дракон', и 'Херсонес' уже ушли в поход вокруг Европы. Именно это довел до сведения князя капитан первого ранга Ергомышев, когда первый доложил второму о прибытии после отпуска. Правда, начальник немедленно обрадовал подчиненного известиями о повышении в чине, а также о получении заслуженной награды. А засим последовало начальственное распоряжение:
  - Михаил Григорьевич, адмирал Нахимов получил высочайший приказ: подготовить план по переустройству нашего флота. Сие действо, по мнению Павла Степановича, должно включать закладку, по крайней мере, одного корабля нового типа, а равно переоборудование старых по образцу 'Херсонеса'. Для этого вам предлагаю немедленно переговорить с нашими гостями до того, как они отбудут на родину. Основной вопрос: осуществимо ли строительство без них? И, что еще важнее, возможно ли поддерживать боеспособность без участия кого-либо из пришельцев?
  Как легко понять, свежий кавалер и счастливо повышенный в чине офицер не преминул для начала отметить это дело в компании сослуживцев. Но следующим же утром Мешков оказался в доме иномирян.
  Потратив не более получаса на светские разговоры, собеседники приступили к наиболее важному. На стол был выложен кристалл. Тифор вежливо подвинул его Мариэле. Та поджала губы, мотнула головой и двинула алмаз обратно Тифору. Тот, в свою очередь, довольно долго разглядывал камень, поворачивая его из стороны в сторону. По крайней мере, так это выглядело для человека без магического образования. Наконец, последовало хмыканье с отрицательной интонацией.
  Но первым слово взял капитан Риммер.
  - Михаил Григорьевич, сколько же вы отдали своих денег?
  - Нисколько, Риммер Карлович. Ни копейки. Чистый обмен, безо всякой платы с любой стороны.
  В разговор вступил рыжий магистр:
  - Да будет вам известно, Михаил Григорьевич, что наши там, - последовал жест подбородком куда-то в сторону, - уже подобрали кристалл для открытия портала нужного размера. Не алмаз, другой вид.
  Сам для себя князь мгновенно сделал кое-какие выводы, но предпочел сначала слушать, а потому выжидательно спросил:
  - Так что ж с того?
  - Мы просто обязаны провести кое-какие исследования этого кристалла. Если свойства этого алмаза окажутся... э-э-э... теми, на которые я рассчитываю, а равно если ваше начальство согласится строить корабль по проекту Риммера Карловича, то алмаз сильно поможет нам доставлять детали куда большего размера, чем те, которые пролезали в старый портал.
  Тифор промолчал о том, что этот алмаз после огранки, возможно, можно будет использовать для многократного открывания портала с размером, достаточным на прохождение человека.
  Князь продолжил:
  - Довожу до вас, дама и господа, распоряжение капитана первого ранга Ергомышева. Как понимаю, он получил приказ от адмирала. Суть вот в чем...
  Все участники маэрской экспедиции за исключением командора позволили себе перестрелку взглядами. Малах же выслушал речь землянина с каменным лицом. Он и начал отвечать:
  - Михаил Григорьевич, в настоящем времени другие экспедиции в Россию не планируются. Наши люди сделали вывод, что Професа мы у вас не найдем. Есть и другие соображения. Мы не заинтересованы в оказании какого-либо влияния на политику Российской империи. Торговля - тут дело другое. Об этом расскажет Тифор Ахмедович.
  Магистр прокашлялся.
  - Михаил Григорьевич, вопрос не в том, может ли Маэра поставить все нужные детали и механизмы. Это мы охотно сделаем. Но у нас пока что нет наработок... хочу сказать, мы не знаем точно, как надо сделать, чтобы кристаллы могли подзаряжаться без нашего участия.
  - Сколько же времени вам потребуется на сии изыскания?
  - По прикидкам, на теоретические разработки потребно не более недели. Но вопрос не только в теории: ее надобно будет проверять на практике. А тут уж даже и не скажу так сходу, сколько на то времени уйдет...
  Тифор не врал в глаза, он всего только не сказал, что работы на эту тему уже начались.
  - ...но недели две, как мыслю. Однако дело даже не в этом, а в том, что исследования эти предназначены лишь для вашего мира. Подзарядка кристаллов без участия мага теоретически возможна, это известно давно. Дело в том, что она экономически не оправданна. Вот почему на Маэре ее никто не практикует. Для того-то и нужны исследования, о которых я говорил - сделать подзарядку более-менее быстрой и дешевой. Хотя уверяю вас, что все равно ни по скорости, ни по цене этот метод не сможет конкурировать с традиционным.
  Любой лектор должен иметь обратную связь с аудиторией, а Тифор был не самым плохим. И он не упустил искорку понимания в глазах российского моряка.
  - Следовательно, эти исследования предназначены для вас, и, простите великодушно, оплачивать их должна также ваша сторона.
  Капитан-лейтенант Мешков проявил хладнокровие, сделавшее бы честь удаву:
  - Тифор Ахмедович, вы не могли бы предоставить смету?
  Господин магистр был изысканно вежлив:
  - Михаил Григорьевич, к моему величайшему сожалению, через день смогу предоставить только предварительную смету. Сразу же предуведомляю: если по каким-либо причинам результат исследований вас не устроит, то полностью вернем деньги. Ну, а полный счет - лишь по окончании работы.
  Российский офицер учтиво наклонил голову.
  - Я, как вы понимаете, немедленно доложу начальству о результатах наших переговоров.
 
  Командир 'Херсонеса' знал, что в Бискайском заливе его ждет шторм. В это время года такое было обычнейшим делом. Но не это было его главной головой болью. Первейшим фактором беспокойства было присутствие на борту его императорского высочества, пусть даже без большой свиты (та отправилась в Берлин сухим путем). Вторым и ничуть не менее приятным: возможные каверзы от кораблей бывших противников, о возможности которых Семаков неустанно твердил перед походом.
  Однако же Черноморские проливы и Мраморное море были пройдены быстро и без малейших препятствий со стороны османского флота. Мало того, и в Средиземном море никаких оснований для беспокойства не возникло. Правда, российскому отряду повстречался корабль под австрийским флагом, но он даже и не попытался приблизиться, а вместо того отдал приветствие по всем правилам военно-морской вежливости. Разумеется, никто из российских моряков не возражал.
  Надобно заметить, что Александр Николаевич (именно так он предложил себя называть из уважения к традициям Российского флота) втайне от окружающих не любил болтанку. Проявление морской болезни он полагал недостойным для наследника престола Российской империи. По сей причине он не без волнения ждал выхода в Бискайский залив, зная по рассказам знакомых адмиралов, что там сильный шторм есть вещь обычнейшая. Какового же было его изумление, когда Руднев, несший вахту, достал из кармана серебряную пластинку с большим голубым камнем в центре, что-то такое на ней нажал, и вокруг корабля появилось пятно с полностью отсутствующим волнением. 'Херсонес' трясся под порывами сильнейшего ветра, но волнам был недоступен. Хотя брызгами на мостике окатывало щедро. Чувства наследника были вполне понятны, ибо в свое время ему не продемонстрировали действие 'Гладкой воды' (просто забыли это сделать).
  - Владимир Григорьевич, ведь это истинное чудо, - восхитился вслух цесаревич, имея в виду собственные удобства.
  - Такой же механизм Владимир Николаевич в свое время приобрел для применения на 'Морском драконе'. Все же точность гранатомета сильно страдает от качки, а при сотне тонн водоизмещения она сказывается сильно.
  Цесаревич решился беснуть эрудицией:
  - Владимир Григорьевич, согласитесь, что качка сама себе сильно действует на состояние корабля; расшатывает крепления, я имею в виду, также ослабляет швы.
  - Да, Александр Николаевич, вы правы применительно к кораблям с деревянным набором и такой же обшивкой, но в этом смысле 'Морской дракон' как бы не покрепче нас будет. Однако обязан предупредить: шторм вынудит нас потерять часов пять, а то и шесть. Вы сами видите, я принужден держать курс носом к ветру.
 
  - Ну что, ребята, снова мозговой штурм?
  Ответом был неопределенный звуковой сигнал - нечто среднее между 'Ага' и 'Ну конечно, мы его так заждались'.
  - Что по последним наработкам?
  Вопреки обычаям, слово взял Шахур.
  - В общем, теория подтверждается. Энергия солнечного света может посодействовать... э-э-э... зарядке. Основная зависимость взаимосвязи потоков в приближении Ромена - между прочим, мы его уточнили - выглядит так...
  Доклад занял не менее часа.
  Лучший теоретик Маэры оценил как стройность подхода, так и практические перспективы. Последие он выразил словами:
  - Насколько понимаю, хотя выходной поток весьма невелик, но даже плотность управляющего магополя не позволяет использовать кристаллы даже второго класса.
  - Почти так. Здесь важную роль может сыграть размер кристалла. По предварительным прикидкам, кристалл бесцветного кварца весом пятьсот фунтов уже обеспечивает поток подзарядки значимо выше нуля. Однако бесцветный топаз при том же выходе может быть уже весом примерно двести фунтов. Корунд можно использовать из тех, которые выращивает коллега Харир. Десятифунтового кристалла уже достаточно с хорошим запасом. Наилучший коэффициент преобразования для рядового размера кристалла, конечно, дает алмаз.
  - А фианит?
  - Не считали. Не хватает данных по параметрам кристалла. В частности, никто не измерял предельную плотность потоков и ее распределение по кристаллографическим направлениям.
  В воздух нерешительно поднялся палец.
  - Прошу вас, почтенный Митен.
  - Почему бы не попробовать использовать сразу несколько кристаллов?
  Некоторое время стояла тишина, потом она взорвалась гамом, иногда переходящим на личности:
  - Да ведь если несколько, то надо согласование по выходным. Невозможно.
  - И вовсе даже возможно, если дело только в этом. Всего-то нужен ...
  - Аналог известен. Лично присутствовал на защите, где ссылались ...
  - А если взять классический шестиугольный кварц, кристаллы коего расположить вроде как пчелиные соты - ну, вы понимаете - но при этом в качестве связи использовать...
  - Чепуху городишь, как всегда. Без эксперимента ни за что не поверю, что...
  - А я уже просчитал. Семь кварцев, каждый в поперечнике два дюйма, дадут поток на выходе - при ярком солнечном свете, конечно - вот... для подзарядки стандартного дюймового пирита нужно, круглым счетом, пятнадцать часов.
  - Ну-ка, дай запись. Дурак, тут все тридцать понадобятся.
  - Хорош спорить! - Громовой голос председательствующего поставил точку. Гвалт стих мгновенно. - Задание будет такое. Вы, Митен, подберете кристаллы для испытаний. Для начала семь штук. Закрепление на серебре. На вас же все дополнительные. Вы, Шахур, отвечаете за уточнение расчетов. Ваши помощники, Калир, проведут пробную подзарядку. С записью в журнале всей динамики нарастания плотности магополя! Измерять каждый час! А вы сами подумаете над тем, как улучшить прибор.
  Магистр Калир наклонил голову. Он был универсалом. Как теоретик он не был особенно силен, но в части конструирования магических приборов отличался не только богатейшей фантазией, но и отменной эрудицией.
  Бакалавр Митен зарумянился. Само по себе обращение по имени, без вежливого 'почтенный' означало принятие в команду полноценным участником. Это была честь.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Kard

  • Утро добрым не бывает!!!
  • Модератор
  • Подполковник Гвардии
  • *

+Info

  • Репутация: 2627
  • Сообщений: 5712
  • Activity:
    51%
  • Благодарностей: +3888
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

Глава 38

      Почти сразу же по получении известия о скором переезде Неболтай заявился в гости к отставному унтеру Синякову. Поскольку дело было вечером, а денежки водились, хозяин был не вполне трезв, но сказалось эьто лишь в некоторой замедленности речи.
      После надлежащих приветствий и угощения куревом казак приступил к делу:
      - Видишь ли, Федот Никитич, скоро предстоит нам с тобой поездка в края дальние, так вот, поедем не на корабле, не на коне, даже не на чугунке, а другим способом...
      Последовал краткий рассказ о порталах, заключившийся словами:
      - ...быстро перенесемся, но закавыка в том, что тамошняя наука может это сделать, но не задешево. Семерых, не считая вещей, отправить - это многие тыщи. Но ты ни копейки, само собой, не заплатишь. Но вот что еще особенное будет...
      Последовал рассказ про дракона.
      - ...зовут его Таррот Горыныч... похож на Змея-Горыныча из сказок, только голова одна, и нрава он не злобного... огнем не дышит, но пыхнуть может, я от него как-то раз табак прикурил... по-нашему говорит, может даже читать, только пишет плохо, твой почерк куда получше будет... людей не ест, а больше рыбу, что сам в море ловит, и плавает лихо... все, что мы едим, он тоже, и сильно хлеб белый любит, а того больше пряники и турецкие сладости, вот разве что ржаную муку он сам и весь род его ненавидят от души... и сам не знаю, почему... да, летать может тоже... говорю тебе, совсем не злой, он даже мальчишке соседскому жизнь спас, лечил его, а потом и счету учил... вот только душной он, сил нет, разит, как от козла...
       
      Ла-Манш встретил российские корабли скорее сильным ветром, чем полноценным штормом. 'Гладкую воду', само собой, задействовали.
      Второй помощник, стоявший вахту, в очередной раз глянул на механизм, указывающий наличие кораблей поблизости, слегка нахмурился и приказал вестовому:
      - Командира вызови!
      Цесаревичу достаточно было поглядеть на походку и выражение лица Руднева, чтобы понять: случилось нечто неординарное. Конечно же, рвануться в рубку было бы неприлично, но вот постоять в непосредственной близости у двери - всполне допустимо.
      - Иван Григорьевич, вот гляньте...
      - Четыре вымпела, идут навстречу, дистанция миль восемнадцать, по такому волнению точнее не сказать, - скороговоркой прочитал показания механизма командир.
      Во взгляде вахтенного помощника явственно нарисовалась зависть.
      - Вы, Иван Григорьевич, словно акафист читаете.
      Командир ответил скромно, но не без назидательности:
      - Помилуйте, Степан Леонидович, и вы так сможете, коль будете практиковаться. Вот смотрите: я наклоняю механизм вот так... одновременно медленно поворачиваю...
      - Откуда восемнадцать миль? - поинтересовался Ячменев.
      - Интенсивность сигнала, всего лишь. Ничего лучшего пока не придумали... Сигнальщик!
      - Я-а-а!
      - Прямо по курсу могут появиться чужие корабли. Глядеть в оба!
      - Слуш... ваш... родие!!
      - И еще, Степан Леонидович, через двадцать минут вызовите первого помощника.
      Вахтенный с большим трудом затолкал рвущийся с губ вопрос обратно в горло.
      Командир достал с полочки механизм связи, нажал нужное место и принялся говорить, не особенно повышая голос (до 'Морского дракона' было не более трех миль):
      - Говорит 'Херсонес', вызываю вахтенного офицера.
      Ответ был получен через минуту; это было совсем неплохо, если учесть, что связью отвечавший пользовался второй раз в жизни:
      - На связи первый помощник 'Морского дракона' мичман Власьев.
      - Прошу вызвать в рубку капитана второго ранга Семакова.
      По скорости ответа, исчислявшейся секундами, Руднев понял, что командир 'Морского дракона' пребывал в рубке. Вероятно, вахта уже заметила присутствие чужих кораблей по своему указателю. Догадка подтвердилась.
      - Обнаружили чужих, Иван Григорьевич?
      - Прибор показал, Владимир Николаевич. Но пока что вижу лишь дымки.
      - Мы тоже заметили. Сейчас я прибавлю ход, Иван Григорьевич, пойдете мателотом. Через пятнадцать минут играйте боевую тревогу. Конец связи.
      Командир 'Херсонеса' бросил косой взгляд на дверь рубки. На палубе красовался наследник престола и усиленно изображал из себя деталь стоячего такелажа.
      Руднев заговорил полностью официально:
      - Ваше императорское высочество, вам надлежит в каюту проследовать.
      В глазах царственного пассажира показался блеск орудийного залпа. Голос был соответствующим:
      - Господин капитан-лейтенант, уж не хотите ли вы меня трусом в глазах команды выставить?
      Руднев подумал, что боестолкновение, несмотря на все страхи Семакова, маловероятно, и потому не стал прекословить. Но, разумеется, брейд-вымпел, указывающий на присутствие на борту особы, принадлежащей к царствующему дому, заполоскался на фале.
      - Нельзя ли мне этим механизмом переговорить с командиром 'Морского дракона'? - официально осведомился цесаревич. Получив согласие, он взял связное устройство и удалился на ют. Отсутствовал он минут пять, после чего с благодарностью вернул серебряную пластину командиру 'Херсонеса'.
      'Морской дракон' и без включения всех резервов обогнал товарища, пристроился перед ним на расстоянии семи кабельтовых и сбросил ход.
      Кроев не знал слова 'телепатия'. Чего уж там: даже господам офицерам оно было неведомо. Но, по всей видимости, боцман владел этим дивным искусством, ибо повернулся к унтеру Зябкову, сделал ему некий знак, тот негромко скомандовал. В результате трюмные похватали броневые заслонки и приготовились их устанавливать. Отдыхавшие матросы, попав под действие таинственных флюидов, бегом помчались занимать места по боевому расписанию. Когда последовала команда 'Боевая тревога!', корабль изготовился к битве менее, чем за минуту. Окна рубки оделись броней, комендоры застыли у гранатометов, а в лотках уже лежали гранаты.
      Мичман Лазарев пришел в превосходное состояние духа от такой обученности. Он даже похвалил нижних чинов:
      - Хорошо сработали, братцы!
      - Ра... атс... ваш... родь!!!
      Молчание в рубке 'Морского дракона' продержалось не более пяти минут.
      - Владимир Николаевич, а ведь заметили они нас, клянусь.
      - Не заметить трудно. Тут другое...
      Всем офицерам стало ясно, что именно представляет собой 'другое'. Все четыре парохода, из них не менее двух винтовых, взяли курс напересечку.
      Семаков улыбнулся оскалом, который был прекрасно знаком команде.
      - Сигнальщик! Поднять сигнал: 'Ваш курс ведет к опасности'.
      Матрос Мягонький повиновался. Но никаких изменений в поведении чужаков не последовало. А через еще четыре минуты тот же зоркоглазый сигнальщик возопил:
      -Аглицкие флаги! На трех! А четвертый, что дальше всех к норду - француз трехцветный!
      - Владимир Николаевич, возможно, они хотят рассмотреть нас поближе... - в голосе первого помощника слышались неуверенные интонации. Ответ был сух, как полуденный воздух в пустыне.
      - Господин мичман, напоминаю вам, что Российская империя находится в состоянии войны с Британией. Сейчас у нас всего лишь перемирие. Мало того, британцев предупредили, что попытку сблизиться на дистанцию менее трех навигационных миль мы встречаем артиллерийской пальбой.
      Тут командир 'Морского дракона' бросил взгляд на притихших офицеров и продолжил уже более мягко:
      - Будь мы одни, ушли бы без труда, тем только бы и оставалось, что кильватерный след целовать. Но за нами 'Херсонес', а на нем его императорское высочество. Николай Михайлович, ставлю боевую задачу: отпугнуть. Пяти гранат для того, что на норд-весте ближе всех, хватит. Но корабль пострадать не должен.
      Начарт хотел спросить, уверен ли командир, что умения комендора Максимушкина хватит, но задавил это желание. Вместо этого он вспомнил лекции Семакова и принялся командовать:
      - Носовой, товсь! Палить по команде. Гранаты класть перед форштевнем ближайшего к нам. Но не более пяти штук и не ближе, чем десять сажен!
      Тем временем первый помощник изучал идущих навстречу в подзорную трубу. Это не заняло много времени. Результат наблюдения был изложен нарочито занудным тоном: мичман всеми силами старался не показать волнения.
       - Ближе всех 'Валчур', шестипушечный, восьмидюймовые орудия. До остальных далеко, названий не различить.
      - Пора, Николай Михайлович.
      - Слушаюсь. Носовой, пять гранат положить перед носом англичанина. Пали!!!
      Максимушкин, не зная, чего можно ожидать от незнакомого офицера, выполнил приказ буквально. Первая граната вздымила воду фонтаном за пятьдесят сажен от носа 'Валчура'. С интервалом не более семи секунд появилось еще четыре гигантских фонтана. Секунды через три по ушам ударил гром.
      - Передовой ворочает на вест! - возгласил козлетоном Мягонький.
      Через минуту последовало уточнение:
      - Все отворачивают!
      Командир принялся раздавать указания:
      - Спустить сигнал 'Ваш курс ведет к опасности'. Поднять сигнал 'Желаю счастливого плавания'. Отбой боевой тревоги. Гранаты убрать в трюм на этажерки.
      Последняя команда была больше предназначена старшему артиллеристу. Матросы и без того знали порядок.
      Флажный сигнал был оставлен англичанами без ответа. На французском корабле появился сигнал 'Благодарю'.
      Через считанные часы русские корабли повернули на ост. Их ждало Немецкое море. Его императорское высочество выглядело несколько обеспокоенным: болтанка в этих водах была неприятной даже для опытных моряков. Но капитан-лейтенант Руднев озаботился 'Гладкой водой' ради столь высокопоставленного пассажира.
      Как раз в этот период цесаревич снова появился в рубке, улучив момент, когда на вахте находился командир. Увидев пассажира, Руднев не стал дождаться вопроса, а сам его задал:
      - Какое-то дело ко мне, Александр Николаевич?
      - Угадали, Иван Григорьевич. В нашем разговоре по механизму связи Владимир Николаевич заметил, что гранатометы не могут производить холостые выстрелы. Точнее сказать, они не могут безвредно салютовать громом, как это делают обычные орудия.
      Капитан-лейтенант постарался не выдать настороженность:
      - Именно так. Не могут.
      - Тогда будет у меня вот какая просьба...
       
      Разумеется, русские корабли встречали в Данцигской бухте должным образом. Возможно, на теплоту приема оказали влияние новости с Черного моря. Отдать Прусскому королевству должное: морское министерство в нем существовало. Куда хуже обстояло дело с кораблями. Недавняя война с Данией показала всем заинтересованным сторонам: прусский военно-морской флот являло собой жалостное зрелище в сравнении с датским. По этой причине все приветствие было сосредоточено на пирсе. Оно включало в себя оркестр, почетный караул, салютную артиллерию и делегацию встречающих от Прусского королевства (в том числе брат короля) и от дипломатов иных стран. Там же толпилась свита наследника российского престола, прибывшая сухим путем. Надо любопытных господ, не поленившихся пуститься в дорогу от Берлина до Данцига исключительно ради чистого любопытства. Но концерт пошел не в соответствии с партитурой.
      Береговая артиллерия рявкнула салютом. Холостым, разумеется.
      Ответ был неадекватным.
      Носовая пушечка неприлично малого калибра повернулась, нацеливаясь на пустое водное пространство. А потом без малейших следов дыма на водной глади один за другим вздыбились водяные столбы высотой с мачту линейного корабля. Артиллерийские офицеры (а таковые среди толпы нашлись) автоматически начали считать. Всего вышел двадцать один выстрел. Но особенно военных зрителей (из числа понимающих) потрясли не столько мощь разрывов, сколько невероятная скорострельность. Правда, время засечь никто не догадался. Оценки варьировали от шести до двенадцати выстрелов в минуту. С некоторой задержкой по ушам встречающих ударил чудовищный грохот.
      Совершив умственное усилие, члены дипломатического корпуса осознали, что это был салют наций, положенный по протоколу.
      Миновав почетный караул и лучезарно улыбнувшись, наследник российского престола обратился к брату прусского короля и наследнику престола, будущему королю Вильгельму I:
      - Приношу самые искренние извинения за техническое несовершенство орудий на этих кораблях. Увы, наша артиллерия абсолютно не способна стрелять холостыми зарядами.
      Сказано было настолько громко, что услышали все, кому хотелось услышать, а также те, кому до крайней степени не хотелось слышать ничего подобного.
       
      Наступил момент отбытия. Собственно, все уже было собрано и подготовлено. Малах нанял четыре подводы, которые должны были доставить путешественников с багажом к порталу. Разумеется, после разгрузки возчиков предполагалось отпустить подобру-поздорову.
      С медицинским персоналом Мариэла простилась заранее. На этой церемонии Пирогов произнес короткую речь, в которой профессионально восхвалил искусство Марии Захаровны, а Даша несколько раз промокнула глаза уголком своей косынки.
      На церемонии прощания с флотскими присутствовали, разумеется, Мешков и Шёберг. Мало того: ее почтил вниманием сам Нахимов. Все присутствующие отметили, что дольше всех Павел Степанович прощался с госпожой доктором. На его комплименты врачебному искусству Мариэла ответила встречным:
      - Павел Степанович, это вы моя гордость. Уникальный случай, поверьте; никогда не слыхала о подобном. Если наставница позволит, включу описание... я хотела сказать, историю вашей болезни в диссертацию.
      - Воля ваша, но я бы предпочел не попадать в медицинские ученые труды в качестве примера-с, - неуклюже отшутился адмирал. - Уж лучше в учебники по морской тактике.
      Офицеры распростились с иномирцами самым дружеским образом. Князь вручил Мариэле записную книжку в сафьяновом переплете вкупе с золоченым карандашиком, со словами:
      - Если вам, Мариэла Захаровна, что-то записать по лечебной части...
      Казаку же достались дружеские объятия и пожелания успеха в учебе и в семейной жизни.
      Шёберг от избытка чувств даже выдал нечто не вполне соответствующее тонкой дипломатии:
      - Ежели что, так мы, Малах Надирович, уж попросим вас со товарищи к нам.
      Впрочем, лейтенант тут же сообразил, что сказал нечто, идущее вразрез политике Маэры, и неловко поправился:
      - Я имел в виду не то, чтоб воевать, а в качестве советников.
      За два дня до отъезда в Маэру переслали все, что могло пролезть в малый портал, за исключением котят. Накануне из Маэры пришло еще одно подтверждение: по последним уточненным расчетам, гарантировались два портала длительностью по пяти минут каждый. Один вел с Земли в мир 'Т' (промежуточную остановку), второй - уже на Маэру.
      Таррот выделил время для прощания с Костей Киприановым. Если быть точным, он использовал для этого последнее занятие.
      Напутствие не было длинным:
      - Прощай, ученик из людей. Желаю тебе прославиться среди тех, с кем придется трудиться. Дела твои должны быть таковы, чтобы наставник тобой гордился.
      Костя твердо знал, что морякам плакать не положено. А так как именно эту карьеру он для себя предполагал, то постарался сделать так, чтобы слезы не выкатились из глаз. Вслух было сказано:
      - Прощевайте, наставник. Не подведу, не извольте беспокоиться.
      И все же мальчишка не удержался от вопроса:
      - Господин Таррот, а в наших краях вы еще будете?
      Медночешуйчатый улыбнулся своей обычной улыбкой. На взгляд любого постороннего человека она выглядела устрашающе, но ученик уже привык к мимике наставника.
      - На этот вопрос, полагаю, и сам Пятнистый Дракон не сумел бы дать ответа. Но надежды не теряй. И я с ней не расстаюсь.
      В день отбытия больше всех волновался Неболтай, чувствуя ответственность за молодую жену, хотя он не имел ни малейшего отношения к транспортной операции и, само собой, никак не мог на нее повлиять. Мариэла улучила момент и еле слышно шепнула:
      - Все будет хорошо.
      Слова помогли очень мало.
      Наименее взволнованным был унтер Синяков. Богатый опыт подсказывал, что налицо как раз тот случай, когда начальство знает, что делает. Чуть удивила почти неслышная возня в корзинке, которую несла госпожа доктор. Мариэла глянула на унтера и коротко объяснила:
      - Это мы с собой котят везем. Они спят, во сне вертятся. Мы их тут купили. У нас таких зверьков нет.
      Мысленно Синяков удивился еще больше, ибо представить себе не мог местности, где не знают обыкновеннейших кошек. Вслух же он спросил:
      - И много отдали?
      - По рублю за каждого.
      Вот тут унтер поразился весьма сильно. Цена, конечно же, была несуразно высокой, но только на первый взгляд. Нижний чин быстро сообразил, что коль скоро товар отсутствует на рынке, то цену можно задрать аж до небес.
      Малах достал из наплечной сумки свои громадные по земным меркам часы.
      - Нам пора.
      Багаж был аккуратно уложен на подводы. И начался не долгий, но дальний путь.
      Ветер на мысе Херсонес был сильным и достаточно неприятным. Возчики, поругивая холодную погоду, сноровисто выгрузили вещи немцев.
      - Отсюда нас заберут, - небрежно заметил Малах, передавая обусловленную плату. Подводы без всякой спешки начала разворачиваться в обратную дорогу, а путешественники сделали вид, что тщательно осматривают кладь.
      - Я дам знать о портале, - твердо заявил Тифор. У него были основания так говорить: поля портала были ему хорошо знакомы, не почувствовать их было невозможно.
      - Порядок такой: первым идет Таррот, за ним Мариэла, далее Риммер, ему следуете вы, сударь унтер-офицер, потом вы, Тихон, после вас я. Тифор, ты замыкающий, сам знаешь почему.
      Магистр кивнул и машинально взлохматил волосы. Хорунжий перевел.
      Казалось, ожидание длится час, хотя на самом деле прошло едва ли десять минут по марэским часам.
      - Есть!!! Пошел, Таррот!
      Один за другим члены экспедиции нырнули в портал. Все, не сговариваясь, пригибались, исключая дракона, которому понадобилось всего лишь не задирать голову и не топорщить гребень. Никому не хотелось задеть край портала, хотя Тифор уверял, что поле портала просто отбросит назад, не принеся вреда.
      Казак по неистребимой привычке разведчика, старался запомнить все обстоятельства. Крымское солнце как раз вышло из-за облачка и осветило нечто вроде пещеры с идеально гладкими стенами, полом и потолком. Жена старалась не показать беспокойства, но все же крепко вцепилась в мужнину руку.
      Солнце погасло, как будто в комнате захлопнули окно. Малах тотчас же зажег фонарь.
      - Ждем минуту.
      - Не беспокойся, командор, как откроется Маэра, так я тебе сразу дам знать, - даже в этой тревожной обстановке Тифор нашел в себе силы острить.
      - А там какое время дня? - спросила Мариэла.
      - Час до полудня, - со знанием дела ответил капитан дальнего плавания.
      Солнце полыхнуло ярким светом. Портал открылся.
      - Выходим, ребята, быстрее, быстрее, БЫСТРЕЕ!!!
      Путешественники выскочили из портала. Впереди на расстоянии около десяти ярдов стоял встречающий. Это был Сарат. Заговорил он на русском, явно адресуясь к российским подданным:
      - Доброго вам дня, господа.
      Синяков искоса глянул на казака. Подобное обращение было ему в диковинку. Неболтай сделал вид, что его раз по тридцать на день величают именно так.
      Сарат перешел на маэрский:
      - С возвращением, ребята! До чего ж я рад вас видеть! Сейчас же едем отмечать к толстяку Фарагу!
      Неболтай принялся переводить шепотом.
      - Только после того, как я устрою моих зверей, - заявила Мариэла.
      - НАШИХ зверей, - вежливо, но твердо поправил Тифор.
      - Вы с вашей корзинкой выглядите ну в точности, как глубокочтимая декан факультета целителей Ирина-ма, когда мы с Професом с ней познакомились. Только у нее это была норка. Можно глянуть?
      Котята так и продолжали спать. Впрочем, Сарат приподнял полотно очень осторожно.
      - О, какая масть! Таких рыжих норок не бывает.
      - Это мой!
      - Я так и подумал.
      - Тогда мы с мужем едем ко мне домой, я сдам зверят служанке, а потом мы присоединимся к вам в трактире Фарага.
      - Я организую экипаж для вас, Мариэла, и для сударя хорунжего, - тут Сарат опять перешел на русский. - Для вас же, сударь, вот краткий словарь наиболее употребительных выражений на маэрском. Придется вам их учить... Для всех остальных план действий вот какой...
       
      Бывает, что ход истории трудно проследить логикой, но не в данном случае.
      Правительства всех стран с момента появления профессиональных военных начали придерживаться правила: армия и флот должны держаться вне политики. Квинтэссенция этого принципа была выражена Талейраном 'Война слишком серьезное дело, чтобы доверять ее военным'. Такая позиция не могла не дать соответствующие плоды: политики перестали доверять военным. Уточняя, скажем: не то, чтоб совсем уж не верили, но принимали решения, не особо считаясь с мнением армии и флота.
      Так было и в эту войну, которая Европа назвала Восточной. Кардинальные решения в ней принимались по политическим соображениям, а те, в свою очередь, появлялись под воздействием не сухих военных докладов, а газетных публикаций и аналитических записок банковских домов. И не вдавались политики в такие нудные частности, как появление у противника кораблей с неслыханной быстроходностью и ужасающей артиллерией.
      Но в Данцигской бухте толчок был дан в ином направлении. Там присутствовали люди, которые могли реально влиять на правительственные решения: послы и члены дипломатического корпуса, в абсолютно большинстве лица совершенно гражданские. Тем большее впечатление на них оказал 'салют наций', произведенный русским пароходофрегатом - точнее, тем кораблем, в который он превратился. Своим глазам господа дипломаты привыкли доверять. История про то, как один из этих кораблей (тот, который меньше) с таким же вооружением вышел на бой с эскадрой из пятнадцати кораблей, включающей три бронированных плавучих батареи, и вышел победителем, из полуабстрактного донесения превратилась в леденящую душу реальность.
      Ради правды подчеркнем: не все представители дипкорпуса испытывали беспокойство. Например, послы Швейцарии, Лихтенштейна, Андоррры, Баварии и Вюртемберга не очень-то взволновались. Флотам этих держав ничто не угрожало.
      Пожалуй, Пруссия тоже имела основания не впадать в панику. Короля волновало скорее отсутствие флота, чем перспектива его потерять. Не последнюю роль сыграл пусть и хромой, но все же нейтралитет Прусского королевства в этой войне.
      Куда менее комфортно чувствовал себя представитель Франца-Иосифа Первого. Правда, Австрия в этой войну не вела боевых действий против России, но назвать ее позицию нейтральной значило бы погрешить против истины.
      Иные чувства владели посланниками Британской, Французской и Османской империй. Радужные реляции о победах при Альме и Инкермане подернулись серым пеплом.
      Не последнюю роль сыграл дипломатический промах Форин-оффиса. Посол Британии в Пруссии воспользовался случаем и предъявил ноту цесаревичу как наиболее высокопоставленному представителю Российской империи. В ноте содержался реприманд, исполненный сдержанного гнева, по случаю неспровоцированного нападения на английский отряд кораблей.
      Ответ наследника российского престола был ледяным по форме и ничуть не более теплым по содержанию.
      - Разумеется, ваша нота будет незамедлительно предоставлена вниманию императора российского. Однако нападение было произведено британцами, отнюдь не русскими. Напоминаю, что в соглашении по перемирию, подписанному английской сторой, содержался пункт, согласно которому корабли флота его величества не должны приближаться к российским ближе, чем на три навигационных мили, в противном случае им будет дан вооруженный отпор. Королевский флот пренебрег этим пунктом. Далее, ввиду приближения вашей группы был поднят флажный сигнал 'Ваш курс ведет к опасности'. Никакой видимой реакции не последовало. Мое присутствие на борту 'Херсонеса' было обозначено брейд-вымпелом. Это обстоятельство также было оставлено без внимания. И, наконец, имея полное право по факту нападения утопить корабли государства, с каковым, напоминаю, Российская империя находится в состоянии войны, наша артиллерия всего лишь дала предупреждение. Мы не хотели и не хотим продолжения этой войны. Как раз по этой причине я здесь нахожусь. Но уж поверьте, что если бы у нас было намерение напасть, то ни один из кораблей в этой группе не дошел бы до порта.
      Посол Владычицы морей в Пруссии не был моряком. Зато он очень хорошо умел играть в карты. В ситуации, когда у противника на руках четыре туза и четыре короля, а у вас семерки и восьмерки, продолжение игры выглядит столь же бессмысленным, сколь и неприятным.
      Никто из участников этого конгресса, который вскоре поименуют Берлинским, не знал, насколько сильный толчок получила история. Разумеется, никто и представления не имел, что она вообще могла сдвинуться с намеченного пути. Мы с вами, читатели, это, понятно, знаем, но ни за что не расскажем никому из тех, кто был там, в Берлине.


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Kard

  • Утро добрым не бывает!!!
  • Модератор
  • Подполковник Гвардии
  • *

+Info

  • Репутация: 2627
  • Сообщений: 5712
  • Activity:
    51%
  • Благодарностей: +3888
  • Пол: Мужской
You are not allowed to view links. Register or Login

Эпилог

  В станице Мечётинской произошло событие или даже СОБЫТИЕ. По масштабам оно было бы впору даже уездному городу.
  В дом весьма уважаемого старого казака Андропа Неболтая пришло с почтальоном громадное письмо - точнее сказать, это был громадный конверт. Разумеется, служивому поднесли рюмочку.
  Вскрыл конверт с помощью старого турецкого кинжала лично хозяин дома. В нем были, как и ожидалось, БУМАГИ.
  Сбежалось все население дома, в первую голову внуки от среднего сына, но от них не остали и сноха Глафира, и жена Андропа Анфиса. Сам же средний сын Трифон чуть поотстал, будучи занят работой в сарае, но величина опоздания не помешала ему занять почетное место у отца. С небольшим отставанием заявилась семья старшего сына: сам Андрей Андропович, его Дарья и сыновья с дочкой.
  - Батюшки! - не сдержавшись, ахнула младшая сноха, разглядевши отдельный лист с картиной, - да то ж Тихон!
  - Истинный крест, он самый.
  - А рядом, надо быть, женка его, да дети...
  - Знать, карандашиком рисовано, и работа тонкая.
  - А вот от него письмо, мыслю.
  - А ну, цыть мне тут! - рявкнул хозяин дома командирским голосом. - Иван! Глаза у тебя молодые, зачитай-ка письмо вслух. А то мне очки искать долго.
  Андроп Анисимович сильно отклонился от истины: не отсутствие очков мешало ему, а недостаточная грамотность, не позволявшая читать быстро.
  Старший внук исполнился важности. Правда, по уровню образованности он не сравнялся с высокоученым дядюшкой, но отстал совсем немного; обычно мальчишку хвалили в примерно таких выражениях: 'Ну, ты считаешь хорошо, почти как дядя Тихон.'
  Малец поправил чуб, который упорно не дорастал до надлежащей длины, прокашлялся и начал:
  - Здравствуйте, мои дорогие родители, отец и матушка! Пишу я вам из далеких краев, куда закинула меня судьбина на учебу и на житье с моей разлюбезнейшей Марьюшкой...
  - Эка он о своей-то выражается кудряво, - поджала губы заранее критично настроенная к невестке Анфиса.
  - Тихо, мать! Дай Ваньке сказать.
  - ...и спешу радостию поделиться: родила она во благополучии близнят, казачонка и девку, кои здоровеньки растут трудами Маши...
  - Ай да сношенька! Сразу двумя внуками озаботилась.
  - Что здоровеньки, это на картине видно, эвон какие улыбчатые, - осмелилась вставить слово Дарья.
  - Читай дальше, Ваня, - на этот раз в голосе Андропа Анисимовича слышалось скорее любопытство, чем суровость.
  - Кхм. Правда, болели они чуток, и я тоже кашлял, но Маша нас всех на поправку вывела совсем скоро, трех дней на это хватило. Назвали мальца Михайлой, а дочку Натой, Натальей то есть. Крестить же деток негде, ибо церквы тут не имеется, однако желаю в Севастополь с ними приехать и окрестить как должно в Михайловской церкви у благочинного Александра, того самого, что Машу крестил...
  - Непорядок это, что божию церковь не поставили, - осуждающе отметил Андрей Неболтай. - Что там дальше?
  - Андрюха, кто тебя учил поперед старшего лезть? - сверкнул глазами отец. - Ванятка, читай.
  - Кхем... а потом с божьей помощью и к вам наведаемся, но только если студенческого отпуска хватит...
  - А отпуск велик ли? - не выдержал сам Андроп Анисимович.
  - Тут не написано, деда... Сама же супружница моя ездила на поклон к наставнице, каковой встречи очень опасалась, ибо сия наставница своей суровостью всегда славилась среди учениц...
  - Так что ж, выходит, у нее одни девки в учебе? - вслух удивилась Анфиса.
  - Да чтоб тебя! Ваня, ты не ленись.
  - ...однако ж госпожа Моана обошлась с Машей ласково, хвалила премного за труды ея в Севастопольском госпитале, а особенно за излечение адмирала Нахимова, и посулила скорое повышение в чине с магистра медицины до доктора медицины же. И совсем недавно, тому четырех седьмиц не минуло, пришла бумага, каковая моей женушки чин докторский высокий подписями и печатями утверждает. С того самого момента разрешено ей пользовать болящих самостоятельно, а не под приглядом старших...
  - А вспомнить если: она в Севастополе чуть не смертельно ранетых аж с того света вынала. Тихон-то писал! - не выдержал средний сын.
  - Тогда ей разрешалось. Наставницы-ат рядом не было, - авторитетно пояснил старший брат и, не дожидаясь грозного отцовского взгляда, добавил, - ты, Ваняша, читай-ко дале.
  - Кхм-кхм. И теперь Маша дом для покупки присматривает, ибо в здешних краях никак не можно доктору не иметь своего дома. Меня представили здешнему воеводе в полковничьем чине, и он расспрашивал долго, да проверял, каково из винтовки стреляю и пистолета тож, а еще мы с ним на пробу рубились, он ножнами от ихнего палаша, навроде драгунского, но малость подлиннее, а я ножнами от шашки. Сей полковник ловок с палашом изрядно, однако ж я не уступил ему, и тамошние офицеры дружно решили, что вничью рубка прошла...
  Эти слова вызвали горделивые улыбки всех присутствовавших казаков.
  - ...мне же полковник сказал, что с радостию сей же час дал бы место, по-нашему сказать, вахмистра-наставника, но по окончании учебы вполне возможно получить офицерский чин сразу же. Посему поступил я в здешний университет и учусь наукам разным и умениям хитрым, которые в бою тут применяют. Войны здесь нет, однако ж разбойники пошаливают, с моря приходят, на берег высаживаются, людей хватают, да в рабы к себе на острова утаскивают. Правда, то бывает не в тутошних краях, а подалее.
  - Выходит, как татары-людоловы, ишь ты, - заметил старейшина среди Неболтаев, который сам, правда, с таким противником не сталкивался, но слыхал многое. - Давай, Ванятка, читай дале, грамотей.
  - Значит, так... А с божией помощью через три года стану я ба-ка-лав-ром, - чтец остановился, проглядел еще раз письмо и продолжил извиняющимся тоном, - тут так написано.
  - Ништо, продолжай, - снисходительно ободрил отец семейства, явно не желая вдаваться в скользкую тему семантики.
  - ...это здесь так именуется тот, кто университет закончил и должные экзаменации сдал...
  - Ну да, ну да, - небрежно молвил Андроп Анисимович, давая понять, что уж он-то прекрасно знает, кто такие бакалавры.
  - ...и уж тогда на службу поступлю. Но учеба нелегко дается. Бывалоча, прихожу домой и валюсь с копыт, как конь загнанный, только жена и спасает растиркой головы, что легкость мыслям придает и усталость снимает. Сил не хватает даже в питейное заглянуть. Студенты же тамошние после занятий частенько в трактир захаживают и в напитках себе не отказывают. Пиво здешнее вполне хорошее, и вино виноградное ничем нашему не уступит, хлебное же вино, хоть и чище нашего выделано, но дорого весьма, а потому почитается за барскую выпивку. За стопку невеликую тут просят два рубля серебром на наши деньги.
  Все общество, за исключением младшего поколения, дружно ахнуло. Цена показалась невообразимой.
  - ...вино красное идет по пяти тутошних копеек медью за кувшин и то в трактире, а на базаре можно и за копеечку купить.
  Мужская часть аудитории завистливо крякнула.
  - По-нашему здесь мало кто говорит, токмо Маша, да еще наставница, да муж ея, человек высокоученый и потому уважаемый, да те, кто в наших краях бывал, да еще, говорят, живет тут за морем одна купчиха, которая по-русски хорошо знает. Покупает она наши сказки, также повести, иные книги тож, да переводит их, потом печатает и денежку изрядную на том имеет, но с нею я пока не знаком. Дома мы говорим день на нашенском, день на местном языке, а с детьми супружница лишь на местном говорит, я же на русском. И будут они, значит, гутарить на двух языках.
  - Вот это правильно, - поддержал средний брат, - языки вреда не приносят. Ляшский я знаю, так ведь как пригодилось!
  - Дай же читать! Ты, внучок, без останову того... продолжай.
  - Вот тут еще... Привезли мы из Севастополя двух котят, а таких зверей тут не знают. Тифор Ахмедычу, у которого кошечка, Машины подружки заране предложили по два целковых с полтиною за котеночка, когда появится. Наш Кир вырос большой да пушистый, к детям ласковый, и еду не ворует.
  - Нам бы такого... - это прозвучало шепотом от младшей внучки, которая, хоть и пользовалась дедовым расположением, но не настолько, чтобы полностью утратить осторожность.
  - Вот каб добраться до мест, где котята по пяти рублёв пара идут... Но ты читай дале.
  - Тут мало осталось... Мне письмо написать можно, только отсылать надо через его высокоблагородие капитана первого ранга Льва Андреевича Ергомышева в Севастополе, а тот знает. Засим остаюсь почтительным сыном вашим Тихоном Неболтаем. Фу-у-у-х! Вот все, что написано было. Ан нет, тут отдельный листик. Кх-х-х-м. Картину же, что посылаю с письмом вместе, нарисовал не человек, но механизм хитрый, здешними умельцами придуманный, обошлась же она на наши деньги в три рубля. Я же потом еще такие картинки пришлю. Тихон. Теперь точно все.
  К моменту, когда юный чтец закончил, новость о письме Андропу Неболтаю уже облетела станицу. Но потом в доме понадобилась вода, средняя невестка пошла к колодцу и уж тут дала волю языку. Рассказ в письме младшего сына Андропа Анисимовича, обильно приукрашенный в пересказах, сделался всеобщим достоянием. Даже внуки и внучки - и те купались в восторженном внимании сверстников.
 
  Никто из обитателей станицы Мечётинской не предполагал, что история государства российского должна была пойти по другому пути, когда бы не воздействие пришельцев из другого мира вкупе с усилиями матросов и офицеров Российского флота, а заодно и казаков, в первую очередь Тихона Неболтая.
  Зато наиболее проницательные из казаков предположили, что чужедальние страны окажутся под влиянием, пусть небольшим, пришельца.
  - Уж не верю я, Андроп Анисимыч, что твой Тихон совсем ничему не может научить техних, из далеких краев.
  - То верно, - соглашался старый казак. - Тихон, он хоть в книжки много заглядывает, но науку казацкую я в него вдолбил накрепко. Чужакам есть чему поучиться.
  Мы охотно согласимся с казацкими умозаключениями. И даже больше скажем: при том, что пришельцы из Маэры всеми силами старались блюсти нейтралитет, они невольно изменили настоящее.
  Историю многие полагают наукой, описывающей прошлое. Но измененный ход событий создает вероятность изменения будущего для всех: и для участников, и для свидетелей. И на Земле, и на Маэре.

Конец, но книга еще далеко не выправлена


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

Оффлайн Kard

  • Утро добрым не бывает!!!
  • Модератор
  • Подполковник Гвардии
  • *

+Info

  • Репутация: 2627
  • Сообщений: 5712
  • Activity:
    51%
  • Благодарностей: +3888
  • Пол: Мужской
Вторая книга целиком


Золотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого ЛегионаЗолотой орден Орла Девятого Легиона

 

Похожие темы


Напоминаем, для того чтобы отслеживать изменения тем на форуме нужен валидный (работающий) е-майл в Вашем профиле + подписка на тему из свойств меню темы (Уведомлять -вкл.). НЕ рекомендуем пользоваться ящиками на Mail.ru (часто письмо просто не приходит). В случае попадания (проверяем) писем с форума в папку СПАМ (этим грешат некоторые сервисы) указываем майл клиенту или сервису - НЕ спам.